36 глава
Виолетта преследовала меня. Она была повсюду. Я то и дело натыкалась на нее в университетском кафе,
постоянно обнаруживала в зеркале
заднего вида ее машину, следующую
за мной до университета, мы часто
уходили с лекций в одно и то же время..Иногда начинало казаться, что на мне датчик слежения, иначе как бы она могла так часто оказываться рядом?
По спине до сих пор бегали мурашки, когда я видела ее. Я часто не могла заставить себя отвести от нее взгляд. Мне становилось жарко, когда я слышала ее голос.
Реакции моего тела на Виолетту
были просто феноменальными:
все наркотики мира были просто
конфетами в сравнении с одним ее
присутствием… Но тело - это, черт
возьми, всего лишь тело. И я не буду
падать к ее ногам только потому, что я изголодалась до смерти, а она - такое удобное и безопасное блюдо.
Теперь я была честна с собой: Виолетта поселилась в моей голове сразу же после того, как я узнала, что мы совместимы. Это не была любовь - это была безнадежность. Это был не танец душ, всего лишь диктатура тела, у которого не было иного способа нормально жить и удовлетворять свои
потребности. Я полюбила Виолетту,
как полюбила бы любого, окажись он совместимым со мной.
Да, это не было любовью.
А мне нужна была любовь. И я
собиралась ее найти. А не найти, так
вырастить самостоятельно. Из дружбы, говорят, может вырасти прекрасная любовь.
А из хорошей дружбы и вовсе может
получиться нечто чудесное.
Кира как-то пригласила меня на
свидание, и мне оно понравилось.
Мы болтали без умолку, бродили по
улицам, смеялись над всякой ерундой.Например, над тем, как потрясно она изображала мою девушку и бросала к моим ногам розы на парковке универа.
Потом было еще одно свидание и еще одно. И уже на втором я бы поцеловала ее, если бы могла целовать. На третьем Кира взяла меня за руку и обняла. На моей руке была варежка, шею закрывал шарф, а к лицу она не прикасалась. Она была очень осторожна, и
это было здорово.
Кира знала практически всё обо
мне. Она с удовольствием читала мой Инстаграм уже несколько лет. А там я много откровенничала. Она знала меня дольше, чем Виолетта, если уж на то пошло. И с каждым днем мое доверие к ней росло, укреплялось и превращалось в нечто большее.
Так что я даже однажды пригласила ее в гости. Мы пили вино, я чувствовала себя очень расслабленно и счастливо.
И в какой-то момент подумала, что
могу позволить себе чуть-чуть больше, чем обычно. Я подошла и обняла её.
Не по-дружески. Уткнулась лицом в
ее облегающий джемпер, провела
ладонями по плечам. А она ответила
мне. Ладони, облаченные в перчатки,коснулись моего лица, шеи, прошлись по спине.
- О чем ты думаешь? - спросила она.
- О том, что могла бы сделать прямо
сейчас, не будь моя кожа такой
эгоистичной сволочью…
Она рассмеялась, а потом добавила:
- Я думаю о том же. Если бы
существовал хоть какой-то способ
вытащить тебя из темницы, я бы
вытащила. Я бы сделала тебя счастливой.
Мое горло свело от невыразимого
волнения.
- А что, если есть… один способ?
И я рассказала ей обо всем. О горячей воде. О воске, которым можно покрыть ладони. И об окне в тринадцать минут, когда можно успеть делать все.
Почти все. А потом мне просто нужно принять душ. Горячий, на пределе терпимости душ.
И Кира не испугалась. Не испугалась,как сложно, странно и стремно все может быть.
Она прижала меня к себе и сказала, что сделает все, о чем я попрошу. Тем более что она тоже этого хочет.
Только пусть это случится не сегодня, после того, как мы распили бутылку вина, а когда мысли будут ясными, когда мы купим восковой спрей и сможем точно
отсчитать тринадцать минут. Раз уж
это вопрос жизни и смерти.
* * *
Всю неделю после этого разговора
я очень нервничала. Моя фантазия
рисовала не слишком приятные
последствия того, что мы с Кирой
запланировали. Я представляла себя с ожогами по всему телу. Представляла как Кира в ужасе кричит, что это был первый и последний раз, когда она тронула меня.
Горячая вода не сможет спасти - меня обожжет изнутри так, что о сексе можно будет забыть до конца дней.
В конце концов я так себя запугала,
что позвонила брату и попросила быть неподалеку в пятницу вечером.
- А что будет в пятницу вечером?
- Я собираюсь отдаться девушке .
- Совместимая с тобой?
- Нет.
- Отличная шутка, - рассмеялась она.
И тогда я сказала, что это не шутка.
Денис ответил, что не верит. Я заявила, мол, и пусть не верит, но он нужен неподалеку в конце недели.
Тогда Денис бросил трубку и примчался ко мне в квартиру через двадцать минут, взведенный, как курок, на грани истерики.
- Скажи, что ты пошутила!
-Денис. Я понимаю, что это звучит…
пугающе. Но я знаю один способ.
Проверенный способ. Виолетта
когда-то рассказала о нем. Горячая
вода разрушает чужеродные
молекулы, на которые возникает
аллергия. Так что если использовать всякую защиту а после прыгнуть под
горячую-прегорячую воду, то ничего не случится!
- Виолетта, значит, рассказала?! Господи, поверить не могу!
- Пожалуйста, прекрати кричать, -
попросила я, забираясь в кресло с
ногами и прижимая к щекам ладони.
- Давай поговорим спокойно. Я сделаю это в любом случае, и меня ничто не остановит. Но мне очень нужна подстраховка…
Денис резко остановился посреди
комнаты, возводя к потолку глаза.
- Ты понимаешь, что в пятницу я весь день буду мысленно тебя хоронить? Буду стоять у твоей могилы, бросать розы на твой гроб…
- Да не будете вы меня хоронить.
Максимум в реанимации без кожи
поваляюсь.
- Это не смешно, Маша, черт побери!
Ни капельки! Кто эта сука?!
- Ну вот, началось…
- Кто она? Имя? Адрес?
- Денис, я не могу всю жизнь сидеть
в этом долбанном Стигмалион! Я
должна начать копать выход из него. Помоги мне. Я научусь побеждать эту проклятую аллергию, но нужно с чего-то начать.
- С похорон! Как тебе идея начать с
похорон?!
- Ох, блин…
- Знаешь, что? Почему бы тебе не проглотить свою дурацкую обиду и
не вернуться к Виолетте? Так как
вы совместимы, то с ней все будет в сто тысяч раз менее смертельно!
Меня тряхнуло, как будто я гвоздь в
розетку сунула.
- Чтобы вернуться к кому-то, нужно
сначала уйти от него! А я не уходила, потому что мы и не встречались. Мы просто безумно трахнулись. Вот и все.
- Если бы это было так, тебя бы потом не подкосила такая депрессия!
- И это еще одна причина, почему
я даже думать о ней не хочу. Я хочу
быть с Кирой. Я хочу быть с тем,
кто будет относиться к моей нервной системе не как к рулону туалетной бумаги.
- Оп-па, имя записал. Остался адрес.
С Денисом я так ни о чем и не
договорилась. Наоборот, пожалела, что сказала ему. Он пробыл у меня час и все это время безостановочно орал на меня, пока я не распахнула дверь и не предложила ему уйти.
«Ну и ладно, - подумала я. - Если что,
Кира справится сама. Вызовет скорую, объяснит им, что со мной, и не впадет в истерику, если на моей коже начнут высыпать волдыри. Она справится».
* * *
В пятницу Кира заехала за мной, и
мы отправились в город погулять по
тц и посмотреть в кинотеатре
какую-нибудь комедию. Я дала себе
слово думать только о хорошем, а не
воображать рыдающих родственников у свежевырытой могилы. Я дала слово
и сдержала его.
Ко мне домой мы вернулись только
к восьми. Не спеша поднялись по
лестнице, обнявшись. Меня слегка
трясло и знобило. Совсем как тогда,
когда Виолетта снимала с меня
промокший гидрокостюм…
Как давно это было, но я могла
бы восстановить в памяти все до
последней детали. Как ее руки
гладили мои плечи, как я жалась
к ней, целуя неумело и голодно,
как капала вода на пол с моего
гидрокостюма и как мы потом
вытирали ее, смеясь и болтая… Уже после того как обрели друг друга…
Хорошо, что я тогда не знала, что
все это закончится истощением,
травмой позвоночника и страшной
депрессией…
- Маша, - остановила меня Кира у
двери. - Если ты слишком волнуешься,.можно отложить. Я буду ждать столько,сколько нужно.
- Почему ты решила, что я слишком
волнуюсь? - вымученно улыбнулась я.
- Ты уже две минуты пытаешься
открыть ключом не свою дверь.
- Что?! Вот черт! - рассмеялась я,
хватая ее под руку. - Как будто ты
никогда не путалась в этажах!
«Уходи из моей головы, Виолетта.
Господи, ну хотя бы сегодня!»
- А вообще я поражена, как быстро
ты запомнила номер моей квартиры, Кира! - поддразнила я.
- О, это было просто. Номер твоей
квартиры - шестнадцать. Он совпадает с двумя последними цифрами на моем медальоне смерти. Медальон я ношу
на груди. В груди - сердце. Мое сердце - у Маша. Маша живет в квартире номер шестнадцать. Все просто.
- Ох, Кирюша! - воскликнула я, тупо
улыбаясь и полностью растаяв от
сказанного. Какая же она классная и
милая, все должно получиться. Все
получится…
Черт!
Я остановилась как вкопанная у дверей своей квартиры. Пусть мне это снится,.господи! Какого…
Из-под двери вытекала вода. Целая
река горячей, исходящей паром воды!.Целая Ниагара, черт побери.
* * *
Я открыла дверь, и мне на туфли
тотчас выплеснулась чуть ли не
океаническая волна. Я вбежала в
квартиру, поднимая тучи брызг.
- Похоже, трубу прорвало, - сказала
Кира, вбегая следом за мной. Кира поспешила в ванную, я за ней. Так оно и было: труба полотенцесушителя лопнула, и из нее лила на пол горячая вода. Кира
схватила полотенце и попыталась
заткнуть им брешь. Я схватила телефон и начала звонить в аварийную службу…
Через несколько часов, когда трое
сантехников устранили все неполадки,отсосали воду, а мы с Кирой кое-как подтерли остальное, о сексе уже никто не думал. Мы устали, как два пса, которых выбросили за борт
и которые еле-еле доплыли до берега. Мне было так досадно и так неудобно. Провести вместе такой чудесный день и закончить его по колено в воде, среди плавающих стульев и отсыревших обоев.
Ближе к полуночи мне позвонила Лера.
- Вижу огромную машину аварийной службы через дорогу у твоего дома! Что там у вас произошло? Надеюсь, все в
порядке?
- Лера, если что-то произошло, то,
скорее всего, у меня! - всхлипнула я.
- В ванной прорвало трубу и затопило весь этаж…
- О нет! - воскликнула она. - Сейчас
буду.
Через десять минут прибежала Лера
с термосом, пледом и во-о-от такими
глазами.
- Какой ужас, Маша! Кто бы мог
подумать, что в наше время могут
делать такие фиговые трубы!
Она с сомнением оглядела Киру,
вымокшую с ног до головы. Меня,
испортившую свое лучшее платье.
Квартиру, превратившуюся в сырое
болото. Мокрые распаренные обои
начали источать ужасную химическую вонь. Ковровое покрытие разбухло и.надулась пузырями. Электричество
отключили, чтобы никого не убило
током, так что было еще и темно.
- Ты не можешь здесь оставаться,
Маша. Пойдем ко мне, - сказала Лера
набрасывая плед мне на плечи.
- Не волнуйся, я поеду к брату, -
поторопилась успокоить ее я. Я
скорее буду ночевать на улице, чем
отправлюсь в гости к Виолетте.
- Или ко мне, - сказала Кира,выливая воду из ботинок.
- Кира, - возразила Лера, - будет
лучше, если Маша отправится ко мне.Я живу совсем рядом, через дорогу, у меня найдется подходящая одежда. Ремонт, вероятно, займет несколько дней, мне бы не хотелось, чтобы подруга жила у человека, о котором она никогда ничего не рассказывала.
Я и правда никому не рассказывала о Кире, о чем сейчас пожалела. Из
уст Леры это звучало ужасно…
- Простите, Кира, но Маше и
правда лучше пойти ко мне. Она
устала и ничего не соображает. А
завтра, когда проснется у вас и не
найдет ни латексных перчаток, нитриловых свежей одежды, - вот тогда триста раз пожалеет. А у меня все это есть. - И Лера высоко вскинула брови, словно
напоминая мне о том, что у Виолетты та же болезнь, а значит, все, что мне нужно, уже есть в ее квартире.
Кира почему-то тут же встала на ее
сторону.
- Твоя подруга права, Маша. Наверное, у нее будет лучше.
Лера тем временем напомнила,как, вероятно, сильно будет завтра
болеть моя спина от перегрузки. И
если понадобится ехать в госпиталь,
то он, кстати, совсем рядом. И что
моему брату будет куда спокойней,
если я останусь у нее… в общем,
Лера добилась своего и выпроводила
Киру на раз-два.
Я тем временем позвонила Денису и
спросила, нельзя ли перекантоваться у него пару дней, на что он ответил - я ушам своим не поверила! - что
не может принять меня. Что у них с
девушкой сегодня годовщина, и они
будут праздновать ее очень громко.
- Денис, - взмолилась я. - Мою
квартиру залило! Я без дома осталась, считай! Не ехать же к родителям!
- Езжай к своей подружке Лере.
- Я не могу пойти к Лере!
- Это еще почему? Она вроде
приличная девчонка.
- Потому что… там Виолетта…
- Что-что? Повтори!
- Я не могу отправиться ночевать в
квартиру Виолетты!
- Какие-то неполадки со связью.
Ничего не слышу!
- Виолетта! Я не могу пойти к ней, черт побери! Не могу и все! - заорала я в трубку.
Связь оборвалась, и я разревелась.
Попробовала набрать номер брата
снова, но он, бессовестный, был вне
сети. Лера заглянула мне в лицо,
погладила по голове и сказала, что
не оставит меня, чтобы я ни решила.
Даже если я решу спать на мокром
ковре и укрываться крышкой от
унитаза - она ляжет рядом. Вот это
подруга!
* * *
В час ночи, после безуспешных
попыток навести порядок, мы пришли в квартиру Леры. Я была на грани всех граней. Ночь, которая обещала быть лучшей в моей жизни, обернулась
катастрофой. Я дрожала от холода
и нервного истощения. Промокла
до трусов, продрогла до синевы и
напоминала только что откачанного
утопленника.
Лера распахнула дверь, пропуская меня вперед, и я вошла.
Над письменным столом горел свет,
пахло кофе и чем-то очень приятным, и тишина стояла такая, что хотелось упасть в кровать и сразу же заснуть.
- Лера, ты не знаешь, где те бумаги,
что вчера передал отец Маши? -
послышалось из комнаты Виолетты, и в следующую секунду я увидела ее.
Она вошла в гостиную в одной футболке , со штанами в руках. Ее волосы были влажными,
как после душа.
Ну здравствуй, прекрасное видение.
Посмотри, кто к тебе приполз из
грязного болота…
- Маша? Что случилось? - испугалась она,глядя на меня во все глаза.
И этот страх, и изумление на ее
лице. Её руки бросили штаны и собрались меня обнять,и вся неожиданность,и невыносимость этой ситуации - все это отбросило меня к двери. Я развернулась и быстро вышла на площадку. Я не могла находиться так
близко к ней, слишком больно. Все
равно что стоять на руинах большого города, в котором ты когда-то жил и был счастлив.
Я поеду в гостиницу. В моей сумочке
немного денег и водительские права, я смогу снять номер…
За спиной послышались быстрые
шаги, и в следующий миг Виолетта
обогнала меня и загородила дорогу.
- Маша. Останься у нас, прошу. Я
уйду, если тебе так будет легче. А ты
оставайся.
- Н-нет, не беспокойся, я найду, где
переноче… - и я закусила губу, чтобы
не разрыдаться.
- Господи, я убью их обоих, что же они творят, - едва слышно пробормотал она, хватая меня за плечи и разворачивая
на сто восемьдесят градусов. -
Пожалуйста, иди к нам. Меня там уже нет…
И она зашагала по лестнице вниз - едва одетая. Только куртку успела набросить на плечи. Ко мне подбежала Лера и крепко взяла за руку.
- Идем, Маша. - Ее голос дрожал.
* * *
Я лежала в кровати Виолетты и не
могла уснуть. Все здесь сводило с ума: запах ее одеколона, который витал в воздухе. Ее вещи, книги, ее ноутбук,записки на норвежском, приколотые к стенке над столом…
Почему я снова здесь? Как это
возможно? Какая потусторонняя сила заставила меня снова оказаться в этой постели? Наверное, это какая-то проверка на прочность. Тест на выживание. Сейчас включится свет, заиграет дурацкая музыка, откуда-то.выскочит ведущий реалити-шоу в нелепом костюме и скажет:
«А здесь у нас Мария Смирнова! И сейчас мы проверим, сможет ли она лечь в постель Виолетты Малышенко и не сойти
с ума от боли! Или все-таки нервишки не выдержат, и она начнет кричать,плакать и обнимать ее подушку!
Последняя минута теста пошла!»
Я не пройду этот тест…
Я свернулась калачиком и дала волю слезам, впиваясь пальцами в ткань одеяла, в простыни, в подушку. Сжимая вещи, которые обнимали ее тело каждую ночь. Как не могла я…
Мои часики снова начали
вибрировать, после чего, как обычно, позвонила мама:
- Родная, ты в порядке? Мы снова
получили сигнал.
- Да, мам, все в порядке. Просто…
просто ногу подвернула, - всхлипнула я. - Обезболивающего нет, идти в аптеку не могу… Так что я сниму его на ночь, о'кей? Не волнуйтесь, если штуковина начнет вам кричать, что не
чувствует мой пульс.
- О'кей, поспи, милая. Наступит утро, и боль утихнет, вот увидишь
.
- Хорошо, мам.
Я сняла болеметр и положила на
прикроватную тумбочку. Сегодня и
правда лучше его снять. Он сломается от перенапряжения, если я оставлю его на руке...