19.Сара Маккейн

За несколько минут до похищения Ариéллы
(От лица Сары)

Когда в зале погас свет, у меня до сих пор по коже бегали мурашки.
Финальный номер был мощным.
Все двигались синхронно — идеально. Как механизм. Как дыхание.
Но даже среди десятков фигур я видела только её.
Ариелла была в центре.
И нет, не потому, что стояла там по позиции — она просто притягивала взгляд.
Каждое движение — словно она не повторяла постановку, а создавал её изнутри, в реальном времени.

Я хлопала вместе со всеми, как и сотни зрителей, но где-то внутри...
было странное чувство.
Как будто это было прощание.
Хотя не должно было быть.

Тиньк — телефон дрогнул в ладони.

«сорри, голова просто трещит. Уехала домой — такси поймала через служебный выход, не хотела толпу. Позже напишу.»

Я не сразу поняла, что что-то не так.
Но потом перечитала ещё раз.
Слишком формально. Слишком сухо.

А потом заметила самое главное.
Не было «Птенчик 🐣».
Ари всегда звала меня так в личных сообщениях.
После того, как однажды подбросил ей анонимный букет красных пионов в спальню, мы придумали условный знак.
Если она исчезнет или её заставят писать — "Птенчика" не будет.
Тогда мы ещё смеялись над этим.
А сейчас — я не смеялась.
Я холодела.

Закулисье

Я пробралась за сцену по своему пропуску, так как помогала Ариэлле с макияжем и прической перед концертом — балеринам дают доступ, особенно на таких мероприятиях.
Все вокруг суетились, переодевались, кто-то делал селфи, кто-то смеялся, кто-то звонил родителям.
Но её нигде не было.

Я выискивала взглядом Ари, но в ответ — пустота.
Зато увидела Арину, которая как раз снимала с себя костюм.

— Арина!
— Сар? — она удивилась. — Ты чего тут? Ты же в зале была.
— Ты Ариеллу видела? После финала?
— Нет, она вышла со всеми, а потом сразу пошла в гримерку. Меня позвала костюмерша, чтобы я вернула сценическую пачку.

— Мне пришло сообщение... странное. Говорит, ушла одна, через служебный выход. Но это не её стиль.
— Думаешь, правда что-то случилось?

Я чуть поколебалась.
"Птенчик" — это только наше. Она не поймёт.
Но нужно было действовать.

— Я не уверена. Пошли со мной в её гримёрку, просто проверить.
— Конечно.

Общая гримёрка, но Ариелла перед концертом попросила личное помещение для себя и Арины — после того случая в детстве, когда одной балерине подложили иглы в пуанты, мы стали параноиками. Тем более, в этом театре гримерок много, и многие используют их парами.

Дверь была не заперта.
Внутри — пусто.
Никакой сменной одежды.

Арина зашла первой, огляделась:
— Может, правда ушла? Голова, как она написала...
— Слишком быстро. Все на своих местах, будто она ничего и не использовала.
— Она всегда переодевается, пьёт воду, смывает грим со сцены.

Я как сумасшедшая обыскивала всю гримёрку, лихорадочно открывая все полки и перебирая вещи, но ничего.
Взгляд упал на мусорное ведро.
Интуитивно. Не знаю почему.

Там была одна скомканная карточка.
Я достала её и развернула.
Почерк был слишком уверенный, слишком резкий.
Тот же, что и в первой записке, которую Ариелла получила — первой и единственной.
Я переживала за неё, но она отмахивалась, будто ничего страшного не произошло.
Так было следующие пару недель.
Мы забили на ситуацию, будто это был розыгрыш, но нет.

Я стояла с этой запиской и понимала — это не шутка.

«Для моего ангела. — D.S.»

Я почувствовала, как теряю почву под ногами.
Арина заметила, что я читаю что-то:

— Что там?
Я сжала карточку и ответила почти на автомате:
— Просто обёртка от чего-то. Ничего.
Но внутри у меня всё уже кричало:

"Это не она. Это не её стиль. Это не её сообщение."
Я вышла в коридор.
Сердце билось, как барабан.
Уже не было сомнений.
Её забрали.

Конец главы...