Глава 34. Привычка дышать

Эмили

На следующий день всё казалось слишком обычным.Я проснулась от звука трамвая под окнами тот же шум, те же голоса на улице, те же пятна света на стене. На секунду мне даже показалось, что всё вернулось на круги своя. Как будто не было мотоцикла. Не было сигаретного дыма.
Не было того взгляда, от которого пальцы тогда чуть дрогнули. Но всё было. Просто утро умело прикидываться нормальным, будто прикрывало прошлое тонким серым пледом повседневности.

Я умылась, поставила кофе, и пока он закипал, долго смотрела в окно. Люди спешили, машины проезжали по лужам, кто-то выгуливал собаку. Всё казалось правильным и чужим. А внутри было странное ощущение, будто я стою на остановке, но не знаю, в какую сторону поедет мой автобус. Мы не переписывались. Он не написал. Я тоже. И в этом молчании не было ни обиды, ни холода, просто... ожидание. Напряжённое, почти физическое. Как если бы воздух стал плотнее. Чтобы отвлечься, я достала старый блокнот с заметками по отцу. Пожёлтые листы, кривые строчки, вклеенные вырезки из статей. Пальцы дрожали, когда я снова прочитала знакомые фамилии.

Слово «Сандерс» повторялось трижды.
Один раз — в списке подозреваемых.
Второй — в статье об исчезновении.
Третий — в сноске к закрытому делу.
Все три раза без упоминания Джейка. Но имя его отца там было. Словно шрам, не заживший даже на бумаге. Я провела пальцем по буквам. И поняла: всё это в прошлом. Но не для него. Он носит это в себе. Оно не умерло,  просто сменило форму.

Я закрыла блокнот, опустила голову на руки и глубоко вдохнула. Хотелось просто выключиться. Перестать думать.
Телефон мигнул. Хлоя, как по расписанию:

Хлоя: Ты опять с лицом, будто пересмотрела все сезоны драмы подряд?
Пошли в библиотеку. Иначе сгниёшь. Я усмехнулась.

Отказаться не было сил. Или смысла. Иногда проще двигаться, чем сидеть и гнить в мыслях.

В библиотеке было шумнее, чем обычно,  студенты таскали книги, щёлкали ручками, кто-то спорил у стойки регистрации. Воздух пах кофе и бумагой. Я устроилась у окна, открыла ноутбук и сделала вид, что полностью в работе. Через несколько минут появилась Хлоя с двумя стаканами латте и лицом человека, который уже видел слишком много пар подряд. Она опустилась на стул напротив, придвинула кофе ко мне и устало откинулась на спинку.

— Ну, здравствуй, мой маленький клуб депрессии, — сказала она. — Ты сегодня выглядишь так, будто перечитала сто страниц судебных документов и ни одной любовной сцены.

Я усмехнулась, взяла стакан.
— Почти угадала. Девяносто девять страниц документов и одна сцена, где всё закончилось смертью героя.

— Романтика, — фыркнула она. — Я же говорила: тебе срочно нужен отпуск. Или хотя бы вечеринка.

— Сессия на носу. Какая вечеринка?

— Вот именно, — она подняла палец. — Пока все зубрят, надо ловить момент. Потом будем сидеть в пижамах с потухшими глазами и обсуждать, как бессмысленно жить.

Я покачала головой.
— Ты ужасный мотиватор.

— Я реалист, — парировала Хлоя. — Кстати, ты ела сегодня?

— Кофе это еда?

— Нет, кофе это способ отрицания реальности, — сказала она и постучала пальцем по крышке моего стакана. — Слушай, ты точно в порядке?

— В каком смысле?

— В смысле, у тебя снова лицо "я думаю, но не скажу". Что случилось? Не говори, что опять из-за него.

Я промолчала, а Хлоя закатила глаза.
— Эми, ты ужасно прозрачная. У тебя даже уши краснеют, когда ты о нём думаешь.

— Это аллергия на идиотов, — сказала я, но уголки губ дрогнули.

— Мгм. Аллергия, которая заставляет тебя проверять телефон каждые десять минут.

— Не каждые десять... — Я посмотрела на экран. — Хорошо, каждые семь.

Хлоя рассмеялась.
— Слушай, если бы кто-то сказал мне месяц назад, что ты, та самая Эмили "контроль и порядок",  начнёшь волноваться из-за парня, я бы поспорила на свою работу модели.

— Спасибо за поддержку.

— Я просто поражаюсь. В хорошем смысле. Ты наконец-то выглядишь... живой. Не как робот, который всё время пишет отчёты и боится ошибиться.

Я пожала плечами.
— Не знаю. Иногда мне кажется, что я просто попала в чью-то игру.

— Тогда играй лучше, — сказала она. — Или хотя бы не давай себя обмануть.

Мы помолчали. В библиотеке кто-то уронил книгу, и звук раскатился по залу.

— Кстати, — добавила Хлоя, — у тебя в проекте слайда не хватает. Того, где анализ прессы.

— Я видела. Добавлю вечером.

— И да, у тебя был вчера экзамен по политике. Как?

— Пятьдесят процентов уверенности и сто процентов кофеина.

— Значит, сдала, — хмыкнула она.

Я улыбнулась.
— Ты невыносима.

— Зато полезная, — ответила она с невинным видом.

Мы немного помолчали, потом она тихо сказала:
— Эми, я понимаю, что ты боишься к нему привязаться. Но может, хватит ждать, когда всё станет "понятным"? Иногда оно никогда не становится понятным. Просто... живи в моменте, ладно?

Я кивнула.
— Я попробую.

— И поешь хоть раз что-нибудь, кроме кофе.

— Обещаю.

— Врёшь.

— Немного.

Мы обе засмеялись, и в этот момент я почувствовала, рядом со мной человек, с которым можно выдохнуть. Не анализировать, не защищаться. Просто быть.

Я действительно пыталась работать. Пальцы механически двигались по клавиатуре, я листала файлы, делала заметки. Но глаза постоянно соскальзывали к двери. Каждый раз, когда кто-то входил, сердце непроизвольно дёргалось. Он не пришёл. Я уговаривала себя, что всё в порядке. Что он занят. Что мы не договаривались. Но внутри росла тонкая трещина. Когда стемнело, я сложила ноутбук, а телефон снова мигнул.

Джейк: Ты где?

Я: Дома.

Джейк: Всё ок?

Я застыла. Простое сообщение, но от него оно прозвучало по-другому. Почти заботливо. Я почувствовала, как уголки губ невольно дрогнули.

Я: Да. Просто день тянулся.

Прошло, наверное, минут десять. Я успела подумать, что он не ответит. И вдруг экран снова вспыхнул:

Джейк: Можем увидеться. Но если тебе не хочется, тоже норм.

Я: Хочу. Но не сегодня. Голова гудит.

Джейк: Тогда завтра? После пар.

Я: Окей.

Он не стал ничего добавлять. И я тоже.
Но на этот раз молчание не тянуло вниз. Оно просто было. Как будто между нами образовалось не расстояние,  а пространство, где можно дышать.

На следующий день, на парах, я поймала себя на том, что ищу его взгляд. Каждый раз, когда дверь приоткрывалась, я поднимала голову. Напрасно. Его не было. Ни на лекции, ни на парковке. Даже мотоцикла. Когда пара закончилась, я проверила телефон. Ничего. Тишина.
Та самая, густая, как сироп, в которой даже мысли звучат громко. А потом пошли мысли, одна за другой, как снежный ком:
вдруг передумал, вдруг понял, что зашёл слишком далеко, вдруг я сама всё придумала. К обеду я сдалась.

Я: Ты где? Мы договаривались.

Ответ пришёл минут через двадцать.

Джейк: Буду позже. Задержался. Не срывайся, принцесса.

Я уставилась на экран.
"Не срывайся". Это слово больно кольнуло.
Я не срывалась. Просто ждала. Но, видимо, даже ожидание в его мире это уже слабость.
Он появился вечером  как всегда, неожиданно. Я заметила его издалека: чёрная худи, капюшон, усталый взгляд.
Он шёл ко мне, и я чувствовала, как внутри всё сжимается, будто кто-то тихо переворачивает переключатель.

— Прости, — сказал он вместо приветствия. Голос был чуть хриплым, усталым. — Серьёзно, не специально.

— Я знаю, — ответила я. — Просто... у меня сейчас всё как будто слишком.

Он кивнул.
— У меня тоже. Даже больше, чем я признаю вслух.

Мы шли вдоль ограды кампуса. Молчали.
Я слышала, как хрустит под ногами гравий, как ветер цепляет ветви. Молчание было неуютным, липким,  не тем, которое соединяет, а тем, что заставляет искать слова. Я первой не выдержала.

— Я не умею это, — сказала я тихо. — Быть между. Быть как бы "в процессе". Мне нужно хоть что-то понятное. Я путаюсь.

Он посмотрел на меня, прищурился:
— А я не умею быть понятным. Я вот этим и путаю тебя, да?

— Иногда — да.

— Ну, извини, что я не по шаблону. Не с планом, блядь, на отношения.

Слова резанули. Он не повышал голос, но в интонации было слишком много усталости, будто он защищался.

— Я не прошу шаблон, — ответила я. — Я прошу хоть немного определённости.

Он провёл рукой по лицу, достал сигарету, закурил прямо на ходу. Дым уходил в сторону, запах впитывался в воздух.

— Может, я не умею быть нормальным, принцесса, — сказал он тихо. — Может, я вообще не тот, кого ты ищешь. Ты думала об этом?

— Постоянно, — выдохнула я. — И всё равно не ухожу.

Мы остановились. Смотрели друг на друга.
Не было злости. Только растерянность.
Он выдохнул, затушил сигарету о камень и подошёл ближе. Не касаясь — но так, что дыхание почти ощущалось.

— Завтра, — сказал он. — Завтра встретимся. Без всей этой хрени. Просто. Ты и я.

Я кивнула. И почувствовала, как под кожей что-то дрогнуло. Катализатор уже тлел.
Вопрос был только в одном кто первым сорвётся. И, кажется, мы оба этого хотели. Но пока не признавали.