Огненная судьба Джейн Уизли

Во время завтрака во вторник Джейн рассказывала тем, кто еще не пробовал летать на метлах, как ими пользоваться. Многие слушали, а некоторые имитировали движения, как будто они уже сидели на метлах и летали. Гермиона же, сидя за столом, цитировала всем находящимся за столом советы и инструкции для начинающих летунов из библиотечной книги «История Квиддича». На самом деле, Невилл слушал ее очень внимательно, не пропуская ни слова, и постоянно переспрашивал. По-видимому, он надеялся, что теория поможет ему удержаться на метле через несколько часов. Но когда пришла почта, Гермиона прервала свою лекцию, и все обратили внимание на свои письма.
Джейн также получила письмо от родителей. В нем, конечно, говорилось, что они очень обрадовались ее и Рона поступлению в Гриффиндор, спрашивалось, как прошел ее учебный день, и в конце было сказано, чтобы она раздала что-то братьям и сестрам. Джейн получила большой сверток, принесенный совой. Сова, должно быть, сильно устала, неся его, поэтому, когда Джейн дала ей печенье, она жадно съела его и улетела. Когда Джейн открыла сверток, оттуда донесся сладкий запах:
— Повезло мне, мама прислала свои печенья с разными вкусами, — сказала она.
В свертке было специально упаковано и разделено по именам. Джейн взяла первое, предназначенное для Рона:
— Эй, Рон, — сказала она и отдала ему.
— Обалдеть, как же я этого ждал!
— Что это, Рон? — спросил Гарри.
— Печенья с разными вкусами. Это самые вкусные сладости моей мамы. Тут будут разные вкусы, похоже на драже, которое мы ели раньше, но с одной разницей — здесь не будет никаких плохих вкусов, — сказал Рон, его глаза блестели.
— Почему она дала это именно тебе?
— Может, она подумала, что я самый ответственный, — сказал Рон, закатывая глаза. — Ладно, держи тебе, — сказал Рон, — Гарри, давай, попробуй, это очень вкусно, — сказал он и поделился с Гарри и друзьями.
Потом Джейн отдала свое Фреду и Джорджу, они тоже обрадовались, как Рон, и поделились со своими друзьями. Перси тоже получила свою долю, он, конечно, пытался держаться как человек, которого не интересуют пустяки, но все равно не смог скрыть своей радости. Наконец, он взял свою часть и поделился с Гермионой. Было очевидно, что Гермионе очень понравилось.
Другие тоже получили свои посылки, можно даже сказать, что некоторые хвастались своими посылками, а точнее, Малфой. Сова Малфоя — точнее, в отличие от других, у него была сова, так как Малфой любил подчеркивать свою особенность — всегда приносила ему из дома посылки со сладостями, которые он торжественно открывал за столом и раздавал своим друзьям.
А сипуха Невилла принесла ему маленький сверток, который прислала его бабушка. Невилл был очень рад, открыл сверток и показал всем маленький стеклянный шарик. Шар казался наполненным белым дымом.
— Это Напоминалка! — объяснил Невилл. — Бабушка знает, что я постоянно все забываю, а этот шар напоминает тебе, если ты что-то забыл. Смотрите — нужно взять его в руки и крепко сжать, и если он покраснеет...
Лицо Невилла испортилось — шар в его руке внезапно окрасился в ярко-красный цвет.
— Вот... — сказал Невилл растерянно.
Пока он пытался вспомнить, о чем забыл, Драко Малфой, проходя мимо, выхватил шар из его руки.
— Эй, что случилось с нашим золотым принцем? Стал зариться на чужое добро? — сказала Джейн.
— Закрой рот!
— Ой, не изливайте свой гнев на меня, сэр. Я испугалась, — сказала Джейн, насмехаясь. Малфой злобно посмотрел на нее и хотел что-то сказать. Но в этот момент между ними встала профессор Макгонагалл, чье чутье на всякого рода неприятности было острее, чем у любого преподавателя в Хогвартсе.
— Что происходит? — строго спросила она.
— Малфой забрал мою Напоминалку, профессор, — объяснил Невилл.
Малфой нахмурился и бросил Напоминалку на стол перед Невиллом.
— Я просто хотел посмотреть, профессор, — сказал он невинным голосом, но сердце его дрогнуло, и он поспешил уйти. Он словно сжался, пытаясь избежать возможного гнева профессора Макгонагалл, чтобы она могла его не заметить.
В половине четвертого первокурсники Гриффиндора быстрым шагом добрались до площадки, где обучали полетам. Был солнечный и ясный день, дул легкий ветерок, и под их ногами шелестела трава. Ученики спустились с холма на ровную площадку, расположенную как можно дальше от Запретного Леса, верхушки деревьев которого темнели и покачивались.
Там же были и первокурсники Слизерина — и двадцать метел, лежащих рядами на земле. Джейн вспомнила, как Джордж и Фред Уизли жаловались на школьные метлы, что некоторые из них начинали дрожать, если поднимались слишком высоко, а некоторые всегда уходили влево.
Наконец, появилась преподавательница по полетам, Мадам Трюк. У нее были короткие, седые волосы и желтые, ястребиные глаза.
— Что вы ждете?! — крикнула она. — Встаньте напротив своей метлы — быстрее, двигайтесь.
Джейн посмотрела на метлу, напротив которой она стояла. Она была немного старовата, но не хуже других.
— Протяните правую руку над метлой! — приказала Мадам Трюк, стоя перед строем. — И скажите: «Вверх!».
— ВВЕРХ! — крикнуло двадцать голосов.
Метла Джейн подпрыгнула ей в руку, но она была не единственная, чья метла пришла к ней. Среди других учеников, которые еще не смогли это сделать, она встретила высокомерный взгляд Малфоя, чья метла тоже пришла к нему, он стоял с гордым видом. Джейн закатила глаза, а потом увидела еще одного ученика, чья метла пришла в руку, это был Гарри. Джейн очень обрадовалась:
— Молодец, Гарри, отлично! — сказала она.
Но кроме них, она не увидела никого, кто выполнил бы задание. Метла Невилла даже не сдвинулась с места, а метла Гермионы Грейнджер почему-то покатилась по земле.
— Герми, будь уверена в себе, скажи четче, — сказала Джейн.
Затем Мадам Трюк показала ученикам, как правильно садиться на метлу, чтобы не соскользнуть в воздухе, и прошла вдоль строя, проверяя, насколько правильно они держат метлы. Джейн была рада, когда Мадам Трюк внезапно сообщила Малфою, что он неправильно держит метлу.
— Но я летаю не первый год! — сердито возразил Малфой.
Тогда Мадам Трюк объяснила ему громко и четко, что это только означает, что он все эти годы летал неправильно. Малфой слушал ее молча, возможно, понимая, что если продолжит спор, может выясниться, что он не такой уж и специалист, каким хотел себя показать.
— Теперь, когда я свистну, вы сильно оттолкнетесь от земли и подниметесь, — сказала Мадам Трюк. — Крепко держите метлу, старайтесь держать ее ровно, поднимитесь на метр-полтора, а затем, слегка наклонившись вперед, опуститесь вниз. Итак, по моему свистку — три, два...
Но Невилл, нервный, дрожащий и так боявшийся перспективы остаться одному на земле, рванул вверх, прежде чем Мадам Трюк успела поднести свисток к губам.
— Назад, парень! — крикнула Мадам Трюк, но Невилл быстро поднимался вверх — он был похож на пробку, вылетевшую из бутылки. Два метра, четыре, шесть — и Джейн увидела бледное лицо Невилла, который со страхом смотрел вниз. Невилл открыл рот от ужаса, соскользнул с метлы, и...
БУМ! Тело Невилла с неприятным звуком ударилось о землю. Его метла все еще поднималась, а затем лениво скользнула в сторону Запретного Леса и исчезла из виду.
Мадам Трюк наклонилась над Невиллом, ее лицо было бледнее, чем у Невилла.
— Сломана рука, — прошептала Мадам Трюк. Когда Мадам Трюк выпрямилась, на ее лице был явный признак облегчения. — Вставай, парень! — приказала она. — Вставай. Все в порядке. — Она повернулась к остальным ученикам. — Сейчас я отведу его в больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Оставьте метлы на земле. Тот, кто притронется к метле в мое отсутствие, будет исключен из Хогвартса, не успев произнести слово «Квиддич». Пошли, дорогой мой.
Мадам Трюк обняла плачущего Невилла и повела его к замку. Невилл шел, хромая.
Когда они отошли на такое расстояние, что Мадам Трюк не могла их услышать, Малфой громко рассмеялся.
— Вы видели его лицо? Какой дурак — настоящий мешок!
Остальные первокурсники Слизерина присоединились к нему.
— Заткнись, Малфой, — остановила его Парвати Патил.
— О-о-о, ты защищаешь этого дурака Долгопупса? — спросила Пэнси Паркинсон, грубоватая девушка из Слизерина. — Никогда не думала, что тебе нравятся такие полные плаксивые мальчики.
— А, вот как, — сказала Джейн. — Если ты думаешь, что тот, кто защищает кого-то, любит его, то ты, похоже, любишь высокомерных людей, как Малфой.
— Смотрите! — крикнул Малфой, бросаясь вперед и поднимая что-то с земли. — Это та самая дурацкая вещь, которую ему прислала его бабушка.
Напоминалка блестела на солнце.
— Отдай мне ее, Малфой, — тихо сказал Гарри. Все остановились и повернулись к нему.
Малфой грубо рассмеялся.
— Я думаю, я положу ее куда-нибудь, откуда Долгопупс сможет ее достать, — например, на дерево.
— Отдай! — крикнул Гарри, но Малфой прыгнул на метлу и поднялся в воздух. Он, кажется, не врал, что умеет летать, и теперь он легко парил над верхушкой раскидистого дуба, росшего рядом с площадкой.
— А ты попробуй забрать ее у меня, Поттер! — громко предложил он сверху.
Гарри схватил метлу.
— Нет! — крикнула Гермиона Грейнджер, и Гарри замер. — Мадам Трюк запретила нам это делать: из-за тебя Гриффиндор попадет в неприятности.
Но Гарри не послушал ее, прыгнул на метлу, сильно оттолкнулся ногами от земли и взлетел.
— Вау, молодец, Гарри, потрясающе! — крикнула Джейн.
— Джейн!
— Что? Я говорю о том, что он умеет летать, — сказала Джейн, невинно посмотрев на Гермиону. Все равно она начала громко хвалить его, и вскоре другие гриффиндорцы присоединились к ней.
Гарри быстро развернул метлу и оказался лицом к лицу с Малфоем.
— Отдай! — крикнул ему Гарри. — Иначе я собью тебя с метлы!
— Правда? — насмешливо спросил Малфой, однако, несмотря на тон, на его лице появилось беспокойство.
Затем Джейн увидела, как Гарри наклонился вперед, крепко схватил метлу обеими руками, и он рванул к Малфою, как камень, выпущенный из пращи. Малфой едва успел увернуться. А Гарри, пролетая мимо него, быстро развернул метлу.
— Вау, молодец, Гарри, вперед, сбей его с метлы! — крикнула Джейн, хлопая в ладоши вместе с другими.
— Что, Малфой, надоело? — громко крикнул Гарри. — Крэбба и Гойла нет рядом, тебе никто не поможет.
— Тогда попробуй поймать, если сможешь! — крикнул он, бросив стеклянный шар в небо и устремившись к земле.
Он наклонился вперед, направив ручку метлы вниз, и в следующую секунду вошел в вертикальное пике. Скорость увеличивалась.
Все смотрели на него, крича в ужасе, чтобы он не упал.
Джейн тоже внимательно смотрела на Гарри. А Гарри, не сбавляя скорости, протянул руку к шару, и когда до земли оставалось не более полуметра, он поймал шар — как раз вовремя, чтобы успеть выровнять метлу. И, сжимая шар в руке, он мягко скользнул на траву. Джейн и остальные немедленно подбежали к нему. Джейн помогла Гарри встать:
— Ты цел?
— Да, да, цел.
— Молодец, Гарри. Я думала, что ты упадешь, — сказала Джейн.
— ГАРРИ ПОТТЕР! — раздался крик сзади.
Профессор Макгонагалл бежала к Гарри.
— Никогда... За все время моей работы в Хогвартсе никогда...
Профессор Макгонагалл задохнулась, ей не хватало воздуха от волнения, но ее очки злобно блестели на солнце.
— Как вы могли... Вы чуть не сломали себе шею...
— Это не его вина, профессор...
— Я не спрашивала вас, мисс Патил...
— Но Малфой...
— Достаточно, мистер Уизли. Поттер, идите со мной, немедленно.
Профессор увела Гарри с собой, и когда они удалились, раздался смех Малфоя:
— Как жаль. Ваш дорогой избранный, похоже, будет исключен из Хогвартса, — сказал он. Другие слизеринцы тоже засмеялись.
— Заткнись, Малфой, это все из-за тебя, — сказал Рон.
— Ой, испугался, — засмеялся Малфой. — Говори, что хочешь. Теперь твой «друг» уйдет, и тогда ты узнаешь свое место.
— Кто узнает свое место, покажет время. Кроме того, почему ты так уверен, ведь решение еще не вынесено? — сказала Джейн.
— Это очевидно. Он нарушил правила, не послушал профессора, после этого, конечно, его исключат из школы.
— Ты действительно так думаешь? — сказала Джейн. — Как ты сказал, Гарри избранный. Ты думаешь, они так легко исключат избранного человека? Если бы я была на их месте, я бы так не поступила, — сказала Джейн.
— Конечно, его исключат, — сказал Малфой, но в его голосе была неуверенность. — Увидишь, скоро Гарри попрощается с вами и вернется в свой мир маглов.
— Да, посмотрим, посмотрим, — сказала Джейн.
Во время обеда Гарри присоединился к ним. И у него не было плохих новостей. Наоборот, была хорошая новость: Гарри рассказал Джейн и Рону, что Макгонагалл повела его не исключать из школы, а познакомить с Оливером Вудом, и что он будет Ловцом. Джейн чуть не подавилась соком, который пила, от удивления.
Рон с аппетитом ел пирог с говядиной и почками. Но когда Гарри закончил, он совсем забыл о пироге, не донеся последний кусочек до рта.
— Ловец? — в голосе Рона было изумление. — Но первокурсников никогда... Ты, наверное, будешь самым молодым игроком в истории Хогвартса...
— ...за последние сто лет, — закончил за него Гарри, с аппетитом беря пирог. — Вуд успел мне это сказать.
Рон был так ошеломлен услышанным, что его рот был открыт, и он не мог отвести глаз от Гарри.
— Отлично, отлично, отлично! — сказала Джейн, чуть не крича от радости. От радости она крепко обняла Гарри.
— Ай, Джейн, ты сейчас выпустишь мою еду наружу, — сказал Гарри.
— Извини, я очень рада. Это поразительно — участвовать в Квиддиче с первого курса. Вау, я даже позавидовала тебе, — сказала Джейн, смеясь.
— Я начну тренироваться на следующей неделе, — добавил Гарри. — Никому не говори. Вуд хочет, чтобы это осталось секретом.
В зал вошли Фред и Джордж Уизли и, заметив Гарри, направились к нему — видимо, они искали именно его.
— Молодец, — тихо сказал Джордж. — Вуд ввел нас в курс дела. Мы тоже в команде — загонщики.
— Я тебе говорю: в этом году мы обязательно выиграем соревнования по Квиддичу среди факультетов, — заверил Фред. — Мы не выигрывали с тех пор, как наш брат Чарли окончил Хогвартс. Но в этом году у нас будет отличная команда. Ты должен быть очень хорош, Гарри. Вуд прыгал от радости, когда говорил о тебе.
— Ладно, нам пора идти, — наконец вспомнили близнецы. — Ли Джордан утверждает, что нашел новый секретный коридор, по которому можно выйти из школы.
Не успели Фред и Джордж исчезнуть, как к столу подошел человек, который был совсем не рад. А именно, Малфой — конечно же, в сопровождении своих верных телохранителей Крэбба и Гойла.
— Последний школьный обед, Поттер? — насмешливо спросил Малфой. — Возвращаешься к маглам? Во сколько у тебя поезд?
— На земле ты становишься гораздо смелее, особенно когда рядом твои маленькие друзья, — холодно ответил Гарри.
— Я могу встретиться с тобой один на один в любое время, — сказал Малфой. — Сегодня ночью, если хочешь. Дуэль волшебников. Без кулаков — только волшебные палочки. Что с тобой, Поттер? А, конечно, ты никогда не слышал о дуэлях волшебников.
— Он слышал, — быстро сообразил Рон, вставая перед Малфоем. — Я буду его секундантом, а ты кого возьмешь?
Малфой посмотрел на своих спутников, оценивая, кто больше подходит для этой цели.
— Крэбба, — наконец сказал он. — Полночь вам подходит? Тогда ждем вас в полночь в комнате, где хранятся награды — она всегда открыта.
Малфой ушел со своими друзьями, прежде чем Джейн успела что-либо сказать. Это показалось ей подозрительным. Точнее, Джейн всегда считала Малфоя просто хвастуном и трусом. А сейчас он проявил смелость, предложив дуэль, и было подозрительно, что он предложил честную вещь и нарушил правила. Она последовала за ними. Вскоре она увидела их, разговаривающих у стены. Она спряталась и услышала их разговор:
— Почему мы ушли? Я даже не успел нормально поесть, — сказал Крэбб.
— Ты только что поел, Крэбб. Неужели ты такой жадный? — сказал Драко.
— Но ты же сам сказал, что я буду твоим секундантом, и если с тобой что-то случится, мне нужна сила, чтобы тебя поднять.
— Дурак! Никакой дуэли волшебников не будет. Ты опять забыл, что я вам сказал? Я сказал: «Чтобы избавиться от Гарри и Рона, мы вызовем их на дуэль, а они не упустят эту возможность отомстить мне, но мы не придем ночью, а они, как дураки, пойдут ночью и в конце концов попадутся Филчу, и обоих исключат из школы», — сказал Малфой.
— А-а, понятно, а я думал, мы пойдем.
— Уфф, ты даешь, — сказал Малфой.
Выслушав их, Джейн подумала: «Ах, подлецы, значит, вы решили поступить так? Тогда я вам за это покажу».
Ближе к ночи она дождалась, когда все уснут, но сегодня Гермиона уснула раньше всех, что, конечно, показалось странным, но Джейн не обратила на это особого внимания. Итак, когда все уснули, Джейн тихо вышла из своей комнаты и сразу направилась к комнатам Фреда и Джорджа. Джейн знала, что они не спят, поэтому тихо открыла дверь и вошла. Как и ожидалось, они не спали, сидели с Ли Джорданом и что-то делали, но, заметив ее, сразу спрятали.
— Эй, малышка, что ты делаешь здесь посреди ночи? — сказал Фред.
— Ты заблудилась? Это комната мальчиков, — сказал Ли.
— Знаю, не заблудилась, — сказала Джейн.
— О, может, нашей малышке приснился страшный сон, — сказал Джордж, делая вид, что сочувствует. — Поэтому пришла к своим братьям.
— Не время для шуток, Джордж, — сказала Джейн.
— Ладно, зачем пришла?
— Мне нужны ваши вещи: та Карта Мародеров, сладости для удлинения языка, порошок для прыщей, липкий порошок и разноцветные светящиеся краски.
— Ого, ого, сестра, ты просишь многого, — сказал Фред.
— Да, и кроме того, ничего нет бесплатно, — сказал Джордж.
Джейн положила свой маленький мешочек с галлеонами из кармана. Это были деньги, которые ей дали Чарли и Билл.
— О, откуда у тебя эти деньги? — сказал Джордж.
— Не спрашивай, просто отдай, — сказала Джейн.
Фред отдал ей все вещи, которые она попросила, а перед тем, как отдать карту:
— Только не забудь поклясться на озорство, — сказал он.
— Знаю, знаю, не говори, — сказала Джейн.
— Зачем тебе это? — спросил Джордан.
— Хочу подшутить над кое-кем, точнее, заставить пожалеть.
— О, тогда только вперед, малышка, — сказал Фред.
Джейн, наконец, вышла из их комнат и, убедившись, что в гостиной Гриффиндора никого нет, сдвинула портрет Полной Дамы и начала пролезать через отверстие. Выйдя в коридор, она увидела, что кто-то спит у двери. Она тихо посмотрела, это был Невилл, он, очевидно, снова забыл пароль. Но Джейн не стала его будить, она хотела, чтобы никто не знал о ее уходе, и пошла дальше, спустилась по лестнице и, наконец, вышла в коридор. Пройдя дальше, она нашла укромный угол и достала Карту Мародеров. На первый взгляд она выглядела как пустой сложенный лист, но когда Джейн поклялась на озорство и прикоснулась к ней палочкой, на ней появился весь план Хогвартса с указанием, где находятся люди и даже секретные проходы. Близнецы сказали, что украли ее у Филча, Филч, должно быть, не понял ее и выбросил в мусор. Это было в их первый год. И создателями этой карты были «Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост», которые, видимо, тоже были бунтовщиками в свое время. Джейн посмотрела на карту, Филч пока бродил где-то на третьем этаже, так что можно сказать, что путь открыт. Джейн все равно шла осторожно, каждую минуту смотря на карту и проверяя, нет ли кого-то. Наконец, она прошла последний поворот, спустилась в подземелье и уперлась в стену. Может быть, это их входная дверь, сказала она и прошептала:
— Змея, — (поскольку она думала, что символ Слизерина — змея), но ничего не произошло.
— Ненависть к грязи, — тоже ничего не произошло.
— Высокомерие.
Ничего.
— Хвастовство, — ничего не произошло.
Затем Джейн сказала несколько вещей, связанных со Слизерином, но из-за ее неприязни к Слизерину из ее уст не вышло плохого слова.
Наконец:
— Чистокровность, — и стена сдвинулась, открыв дверь. Вокруг было очень сыро и темно. Джейн, не обращая внимания на внешний вид, нашла комнату Драко и тихо вошла на цыпочках. Они, конечно, спали, ни о чем не беспокоясь. Это еще больше разозлило Джейн. Она тихо взяла сладости для удлинения языка и порошок для прыщей и сначала посыпала порошком для прыщей кексы на головах Крэбба и Гойла, а затем положила между ними сладости для удлинения языка. В этот момент Гойл застонал и пошевелился. Джейн сразу легла на пол.
— Сладкое... мое... — сказал Гойл и снова крепко уснул. Джейн снова встала и взяла разноцветные светящиеся краски, и вскоре нашла некоторые масла для волос и другие средства по уходу за собой Малфоя и добавила их во все. Остался только липкий порошок. Джейн сначала посыпала им все вокруг, а затем посыпала руки Крэбба и Гойла. Было немного трудно посыпать их руки, учитывая их размер. Затем настала очередь Малфоя, она сначала посыпала его обувь, а когда собиралась посыпать его руки, не успела посыпать, как Малфой схватил ее за руку. Джейн подумала, что ее поймали, но Малфой просто спал, обнимая ее руку. Джейн несколько раз попыталась освободить руку, но освободила ее, только положив подушку вместо своей руки. Затем ей пришла в голову идея, и она посыпала его липким порошком, пока он обнимал подушку. Наконец, закончив все, она тихо вышла из их комнаты и вскоре вышла в коридор.
Когда она шла по коридору, она услышала крик Пивза сверху:
УЧЕНИКИ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ! УЧЕНИКИ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ, ОНИ СЕЙЧАС В КОРИДОРЕ ЧАРОДЕЕВ!
Она сразу достала карту и увидела, что шаги Гарри, Рона, Невилла и Гермионы быстро удаляются от Пивза. Видимо, они убежали:
— Черт, я так занялась Малфоем. Совсем забыла сказать Гарри и Рону. Но что Невилл и Гермиона делают с ними? — в этот момент она услышала голос недалеко от коридора, она сразу спряталась, посмотрела на карту, и оказалось, что к ней приближается профессор Северус Снейп. Он прошел по коридору, несколько раз посмотрел вокруг и, наконец, ушел. Джейн решила уйти, пока ее кто-то не поймал, и, положив карту в карман, пошла дальше, прячась, прошла по лестнице и, наконец, добралась до двери своего Гриффиндорского общежития. Она снова достала карту и увидела, что Филч уже в другом месте, а эти четверо направляются сюда. Полная Дама посмотрела на нее:
— Где ты была, милая? — сказала она.
— Вас не было, я искала место, где можно спрятаться.
— Ой, прости, наверное, долго ждала.
— Свиное рыло.
Портрет отодвинулся, она вошла в Общую Комнату и вошла в свою комнату до того, как пришли те четверо.
Когда наступило утро, Малфой проснулся, но почувствовал, что не может пошевелиться:
— Что это еще за чертовщина? — начал он дергать рукой, и в этот момент его рука потянула какую-то веревку. Когда Малфой спросил, что он потянул, на него пролились его собственные средства для ухода за волосами, он даже закричал:
— Что это такое?! КРЭББ? ГОЙЛ? Вставайте, идиоты!
Крэбб и Гойл проснулись от крика:
— Что случилось? — спросили они.
— Быстрее освободите меня отсюда! — сказал Малфой.
— Сейчас, — сказал Гойл, но он тоже не смог встать с кровати:
— Нет, нет, я не могу встать, — сказал он.
— Я тоже не могу, — сказал Крэбб, пытаясь встать.
— Черт? Что вообще происходит? — разозлился Малфой.
Затем он услышал, как кто-то хрустит:
— Крэбб, Гойл, вы снова едите сладкое с утра? Вы не видите, в каком мы положении?
— Прости, когда я сильно нервничаю, мне хочется есть.
— Да, и к тому же сладостей стало больше, — сказал Гойл.
Драко вздохнул. Через некоторое время Крэбб и Гойл закричали.
— Что еще случилось? — сказал Драко.
— Дшашрцгцкэяьочмчм — раздались невнятные звуки.
— Что вы говорите? — спросил Драко.
Крэбб и Гойл снова громко закричали и в этот момент встали с кроватей, точнее, можно сказать, что они порвали их вместе с собой. Только тогда Драко увидел их состояние. Лица обоих были покрыты прыщами, а их языки были настолько длинными, что не помещались во рту. Они сразу же начали искать зеркало. Драко посмотрел на себя и увидел, что его волосы светятся разными цветами, как разноцветные фонарики. Все трое упали на пол от шока, увидев свои отражения в зеркале. Но когда они попытались встать снова, они не смогли и прилипли к полу. Драко закричал во весь голос:
— Помогите!!