Гремучая Ива и Вопиллер
Они погрузили свои чемоданы в машину и сели в нее. Рон сел за руль и нажал маленькую серебряную кнопку на приборной панели. «Форд» растворился в воздухе, и они вместе с ним.
— Поехали, — сказал Рон.
И улица с красно-коричневыми зданиями резко обрушилась вниз по обеим сторонам. Еще несколько секунд — и весь Лондон лежал под ними как на ладони, наполовину сверкая огнями, наполовину окутанный дымом. Кажется, их взлет никто не заметил.
Вдруг что-то тихонько хлопнуло, и машина вместе с Гарри, Джейн и Роном снова стала видимой. Рон изо всех сил нажал на кнопку.
— Кажется, что-то заклинило, — тревожно сказал он.
— Жми сильнее, — сказала Джейн.
Так, помогая ему, они с Роном по очереди ударяли по кнопке. Машина снова исчезла. И в тот же миг появилась вновь, как будто ничего не произошло.
— Держись! — крикнул Рон и резко надавил на педаль газа: машина рванула вверх, вошла в плотный слой облаков и летела вслепую, как в густом тумане.
— А теперь куда? — спросил Гарри.
— Конечно, нужно найти поезд, — сказала Джейн.
— Тогда быстрее спустимся вниз...
Машина выбралась из зоны облаков, и дети, наклонившись, повернулись в своих креслах каждый к своей стороне, глядя вниз.
— Вон там, впереди! Я его вижу! — обрадовался Гарри.
«Лондон — Хогвартс экспресс» внизу извивался длинной красной змеей.
— Идет строго на север, — определил Рон по компасу на приборной панели. — Будем проверять каждые полчаса. А теперь держись крепче...
Машина пронзила облака и оказалась в тумане солнечного света.
Мир изменился. Под колесами было бескрайнее море белых, как снег, облаков, вокруг — бесконечная лазурь, а надо всем — слепящее яркое солнце.
— Здесь, — сказал Рон, — надо бояться только самолетов.
Друзья посмотрели друг на друга и начали смеяться. Смеялись, смеялись, долго не могли остановиться.
Они летели на север, каждые полчаса ныряя вниз, чтобы проверить направление. И каждый раз внизу им открывались новые картины. Лондон давно остался позади, начались ухоженные зеленые поля, они сменились розово-пурпурными вересковыми пустошами, где тут и там виднелись деревеньки со старыми, игрушечными церквушками. Проплыл большой город, по улицам которого, как разноцветные муравьи, текли крошечные автомобили. Джейн с большим интересом наблюдала за всеми маггловскими предметами.
— Скоро приедем, да? — прохрипел Рон через несколько часов. Солнце уже садилось в облачные поля, окрашивая их во все оттенки красного. — Спустимся еще раз?
Поезд все еще полз под ними по склону горы со снежной вершиной. Под облаками, скрывшими солнце, стало заметно темнее.
Рон нажал на педаль газа, и машина снова поднялась, но тут почему-то двигатель зловеще завыл.
— Наверное, он устал, — предположил Рон. — Столько работать без перерыва!
— Мы уже очень близко, — сказал Рон, глядя больше на автомобиль, чем на них. — Очень близко. — И постучал пальцами по крышке панели.
Вскоре они снова спустились, вглядываясь в темноту в поисках знакомых ориентиров.
— Смотри! — вдруг крикнул Гарри. — Прямо впереди!
На скале, нависшей над озером, на фоне темного ночного неба обозначились шпили и башенки Хогвартского замка.
Но машина начала сильно вибрировать и быстро терять скорость.
— Еще немного, — взмолился Рон, дергая руль. — Мы сейчас долетим.
Мотор зарычал. Из-под капота потянулись тонкие струйки пара. Гарри вцепился в край сиденья — они уже летели над озером.
Машина резко затряслась.
Рон сжал руль еще сильнее, так что костяшки пальцев побелели. Машина снова затряслась.
— Еще чуть-чуть, — выдохнул Рон. Над озером, прямо к замку. Рон нажал на педаль.
Раздался громкий треск, последовало несколько свистков, и мотор полностью заглох.
— Да-а, — протянул Рон в полной тишине. Капот машины нырнул вниз. Набирая скорость, они падали, еще минута — и они врежутся в крепкую стену замка.
— Остановись! — крикнул Рон, вывернув руль.
В дюйме от стены машина повернула в высокую арку и влетела внутрь замка. Внизу темнели теплицы, затем грядки, потом начался двор. Машина продолжала снижаться.
Рон отпустил руль и вытащил из заднего кармана свою волшебную палочку.
— Остановись! Остановись! — кричал он, ударяя палочкой по лобовому стеклу, но машина отвесно падала на землю.
— Рон, осторожно, дерево! — крикнула Джейн, но было уже слишком поздно.
КР-РАК!
С ужасающим звуком удара металла о кору дерева машина врезалась в толстый ствол, отскочила как мяч и рухнула на землю. Из-под смятого капота валил густой пар. Джейн почувствовала сильный удар по спине, явно от врезавшихся в нее чемоданов. А Гарри ударился лбом о лобовое стекло, и у него появилась шишка размером с яйцо. Рон отчаянно закричал.
— Ты жив? — испуганно спросил Гарри.
— Моя палочка, — дрожащим голосом сказал Рон. — Посмотри, что с ней стало.
Палочка раскололась на две части, которые удерживались тонкой щепкой.
— Рон, палочка подождет, а-а, мы врезались в Гремучую иву, — сказала Джейн.
— Что? — недоуменно спросил Рон.
В тот момент в левую дверь ударило что-то с силой пушечного ядра. Оно обрушилось на Рона, и тут же сверху последовал новый удар.
— Что происходит? — изумился Рон, глядя на лобовое стекло.
Еще одна изогнутая ветвь пронеслась по правой двери, оставив на ней вмятину. Лобовое стекло дрожало от частых ударов веток, похожих на кости, а одна большая, скрученная, как бараний рог, ветвь нанесла яростный удар по крыше, сделав в ней вмятину.
— Это уже слишком! — крикнул Рон. — Бежим отсюда скорее!
Он всем телом навалился на дверь, но очень сильный апперкот отбросил его на колени Гарри. Потолок машины опасно провис.
— Мы пропали, — чуть не заплакал Рон. Машина внезапно задрожала, и мотор сам собой завелся.
— Назад! — крикнул Гарри, и машина рванула назад.
А дерево пыталось поймать мстителей своими ветвями-змеями: друзья слышали, как трещат его корни. Дерево чуть не вырвало себя из земли в стремлении отомстить.
— Что это еще за чертовщина? — удивился Рон.
— Это Гремучая ива, она бьет всех, кто приближается к ней. Фред и Джордж рассказывали мне, сколько раз они получали от нее тумаков, — сказала Джейн:
— Я как раз собирался вам это сказать, но она начала нас бить. Спасибо тебе, Фордик
— Да, мы чудом спаслись от смерти, — едва дыша, сказал Рон. — Молодец, Фордик!
А Фордику, видимо, терпение лопнуло. Издав недовольный скрежет, обе двери распахнулись, сиденья выбросили детей в стороны, и они плашмя упали на землю. Громкий удар сзади сообщил, что и их чемоданы машина вытряхнула из багажника. А Фордик, помятый, поцарапанный, пыхтя паром и выражая крайнее недовольство красными огнями задних фар, прогремел в темноту.
— Вернись! Вернись! — крикнули Джейн и Рон.
— Папа нас убьет! — сказал Рон.
— Мама убьет нас раньше папы, это точно, — сказала Джейн.
— Нам ужасно не повезло, — громко сказал Рон, нагибаясь за Коростой. — Надо же! Из всех деревьев здесь врезаться именно в то, которое умеет защищаться!
— Да, не повезло, — уныло сказал Гарри. — Пойдемте, сразу в школу.
— Да, пойдем, — сказала Джейн, проверив, целы ли вещи в ее чемоданах, и взявшись за ручки. Гарри и Рон тоже проверили вещи в чемоданах и взялись за ручки, и втроем они потащились вверх по склону к большим дубовым дверям школы. Джейн остановилась:
— Вы идите, а я кое-что проверю, — сказала она.
— Хорошо, потом нас догонишь, — сказал Гарри. Так Рон и он пошли дальше. А Джейн достала из чемодана сначала наушники, повесила их на шею, затем взяла портативный кассетный проигрыватель, вставила в него аудиокассету и подключила его к наушникам. Сначала она включила его, не надевая на уши. В наушниках тихо играла мелодия. Джейн положила его подальше от себя, опасаясь, что он загорится, но через некоторое время, когда все было в порядке, Джейн обрадовалась:
— Получилось! Я смогла! — сказала она. — Ладно, сейчас, если я буду ходить с ними, профессор или Филч могут увидеть. Лучше слушать их перед сном, — сказала Джейн.
Затем, убирая их в чемодан, она увидела свой скейтборд, который она уменьшила:
— Наверное, можно кататься на нем, все равно его легко спрятать, — сказала она и, достав скейтборд, поставила его на пол. Закрыв чемодан, она затем волшебной палочкой вернула скейтборду нормальный размер и сняла с него чары (раньше она зачаровала его, чтобы он летал, но сейчас летать не нужно). Так она встала на скейтборд и покатилась по коридору к Большому Залу.
У Большого Зала она нашла своих друзей, смотрящих в окно. Они что-то шептали. Джейн подошла поближе и услышала, что они говорят.
— Смотри, — прошептал Гарри Рону. — За учительским столом одно место пустует. Снегга нет. Интересно, где он?
Тут Джейн увидела, что профессор Снегг стоит прямо за их спинами. Она попыталась предупредить их, но профессор показал ей знак молчать.
— Может быть, он заболел, — с надеждой предположил Рон.
— Или ушел совсем? Из-за того, что место преподавателя Защиты от Темных искусств ему снова не досталось?
— Или его выгнали? — воодушевленно сказал Рон. — Его же все ненавидят...
— Возможно, — произнес профессор у них за спиной, — он стоит прямо сейчас и ждет, когда вы вдвоем объясните, почему вы вернулись в школу не поездом, а так, как вы вернулись.
Рон и Гарри мгновенно обернулись.
— За мной! — приказал грозный профессор.
— Мисс Уизли, и вы тоже, — сказал он, глядя на Джейн.
Джейн снова уменьшила скейтборд до размера, помещающегося в карман, и вместе с Гарри и Роном последовала за профессором. Профессор повел их вниз по узкой каменной лестнице, ведущей в подземелья.
— Входите. — Он открыл дверь в первое попавшееся помещение.
Так они вошли внутрь. Джейн в тусклом свете увидела полки вдоль стен, заполненные большими стеклянными банками, в которых что-то плавало, что, несомненно, вызвало любопытство Джейн.
Снегг закрыл дверь и посмотрел на своих пленников.
— Итак, поезд, — начал он медленным голосом, — знаменитый Гарри Поттер и его верный спутник Рон Уизли... Джейн, не трогай эти банки! — сказал он, увидев, что Джейн держит одну из банок. Джейн тут же поставила ее на место. Пока профессор Снегг продолжал свой рассказ, Джейн ходила вокруг, так как ей было любопытно, потому что она никогда раньше не была здесь. Она снова подошла к банкам, но на этот раз, не касаясь их, смотрела снаружи. Что-то заглядывало изнутри банки.
Тем временем профессор Снегг ругал их, цитируя «Вечерний Пророк» о том, что видели магглы.
— «Магглы были удивлены старым "Фордом Англия", который летел в небе, — начал он читать вслух. — Двое лондонских почтальонов утверждают, что видели, как старый "Фордик" пролетел над их башней... днем в Норфолке миссис Хэтти Бэйлисс развешивала белье во дворе... Мистер Ангус Флит из Пиблза сообщил в полицию...» И таких сообщений было шесть или семь... Джейн! Не пытайся открыть банку! — он направился к ней, взял банку из ее рук и поставил ее повыше.
— Я просто любопытствовала, — сказала Джейн, невинно глядя на него.
— Это не то, чем стоит интересоваться, — строго ответил Снегг и, вернувшись на свое место, прежде чем продолжить говорить: — Стойте смирно, рядом со своими друзьями, — сказал Снегг.
Джейн встала рядом с Гарри и Роном. Снегг продолжил свою речь:
— При осмотре парка, — сказал он, — я обнаружил значительные повреждения бесценной Гремучей Ивы, редкого вида плакучих ив.
— Ваша Гремучая Ива причинила нам гораздо больше вреда! — выпалил Рон.
— Молчать! — снова рявкнул Снегг. — К сожалению, вы не на моем факультете, поэтому я не могу вас исключить. Но я сейчас же пойду и приведу тех, кто обладает такими счастливыми полномочиями. А вы ждите здесь.
Через десять минут профессор Снегг вернулся, и, конечно же, он привел с собой профессора МакГонагалл. Войдя в кабинет, она тут же взмахнула волшебной палочкой.
— Я еще слишком молода, чтобы умирать, профессор, — сказала Джейн. — Убейте лучше этих двоих, — сказала она, толкая Рона и Гарри вперед.
— Не бойся, я никого не убью, — сказала профессор, которая, оказывается, просто взмахнула палочкой, чтобы разжечь огонь в камине.
— Садитесь, — предложила она.
Все трое расположились на стульях возле камина.
— А теперь объяснитесь! — потребовала МакГонагалл, ее очки злобно сверкнули.
И Рон начал описывать их историю, начиная с барьера, который отказался пропускать их на волшебную платформу.
— ...у нас не было другого выхода, профессор, мы никак не могли попасть в наш поезд.
— А почему вы не отправили письмо совой? У вас же была сова? — спросила профессор МакГонагалл.
Джейн в этот момент искренне удивилась, почему эта мысль не пришла им в голову, ведь у Гарри была Букля.
А Гарри опустил голову:
— Я... я не подумал...
— Это очень очевидно.
Постучали в дверь, и Снегг, сияя от счастья, открыл ее. В кабинет вошел директор школы, профессор Дамблдор. Джейн увидела на лице Дамблдора не обычную веселость и легкое сумасбродство, а холодность, что показалось ей чуждым.
После долгого молчания Дамблдор наконец сказал:
— Сделайте милость, объясните, почему вы так поступили.
— У нас не было выбора, когда мы попытались пройти сквозь стену, проход оказался заблокирован и не пускал нас, а мы и так торопились, боясь опоздать на поезд с семьей, — сказала Джейн.
— И тут, к счастью, мы нашли летающую машину на парковке вокзала, — сказал Гарри.
Джейн в этот момент удивленно посмотрела на него, удивляясь, почему он не сказал, что это машина отца Джейн.
Затем Рон продолжил, рассказывая, как они врезались в Гремучую Иву, и как она их безжалостно била. Когда они закончили свой рассказ, директор школы продолжал молча смотреть сквозь очки на жалких обвиняемых.
— Мы соберем вещи, — очень медленно сказал Рон.
— О чем ты говоришь, Рональд Уизли? — строго спросила профессор МакГонагалл.
— Разве не ясно? Мы нарушили правила, и вы скажете нашим родителям и исключите нас из школы, — сказала Джейн.
— Не сегодня, мисс Уизли, — ответил директор. — Но я делаю вам троим последнее предупреждение. Вы совершили очень серьезное нарушение. Я напишу вашим семьям сегодня. И если такое повторится, я буду вынужден вас исключить. Но наказание вы обязательно получите, его определит профессор МакГонагалл, — спокойно сказал Дамблдор.
— Мне пора на банкет, Минерва. Нужно сделать несколько объявлений. Пойдемте, Северус. Какой замечательный торт нас ждет!
Так Дамблдор и Снегг вышли из комнаты.
Друзья остались с профессором МакГонагалл.
— Уизли, тебе следует сейчас же отправиться в изолятор, у тебя кровоточит царапина на лбу.
— Не сильно. — Рон поспешно вытер рукавом царапину над глазом. — Я хочу увидеть, как распределяют мою сестру, профессор.
— Церемония Распределения закончена.
— Черт, жаль, что мы не увидели, — сказала Джейн. — И на какой факультет поступила Джинни, Гриффиндор, да? Гриффиндор?
— Да, ваша сестра поступила в Гриффиндор.
— Отлично! — воскликнули Рон и Джейн в унисон, было очевидно, что они оба гордятся Джинни.
— Что касается Гриффиндора... — начала МакГонагалл.
— Профессор, — перебил ее Гарри, — когда мы сели в ту машину, семестр в школе еще не начался. Так что... может быть... не будут снимать баллы с Гриффиндора? — обеспокоенно спросил Гарри.
Профессор МакГонагалл уставилась на него, и ей, кажется, улыбка коснулась губ. (Джейн удивилась, может ли она улыбаться кому-то, кроме взрослых).
— Нет, я не буду снимать баллы с факультета. Но вы не избежите наказания, вы будете выполнять общественно полезные работы после уроков.
Затем профессор МакГонагалл взмахнула палочкой над столом Снегга. И на столе неизвестно откуда появились тарелка, полная бутербродов, и три серебряных кубка с тыквенным соком.
— Поешьте, — сказала она, — и отправляйтесь в свои спальни. А мне нужно вернуться на банкет.
Когда дверь за ней закрылась, Рон громко и долго свистнул.
— Я уже решил, что попрощался со школой! — воскликнул он и жадно схватил бутерброд.
— Я тоже, — повторил его пример Гарри.
— А я думала, что мои «наушники» зачарованы зря, — сказала Джейн, тоже взяв бутерброд.
— Посмотри, как нам не повезло! — сказал Рон, жуя бекон с куриным мясом. — Фред и Джордж летали на этом «Фордике» раз пять-шесть, и ни один простой человек не заметил. — Рон проглотил и откусил еще один большой кусок. — Тем не менее, почему мы не смогли пройти сквозь тот барьер на платформу?
Гарри и Джейн пожали плечами.
— Теперь нам придется взвешивать каждый шаг, — сказал Гарри, наслаждаясь тыквенным соком из серебряного кубка, в котором плавали кусочки льда. — Жаль, что нас не пустили на банкет...
— Может быть, он решил спрятать нас от всех, — предположил Рон. — Чтобы никто на таком вечере не сказал: «Как здорово, что вы прилетели в школу на "Фордике"!»
— Наоборот, это же здорово. Все будут удивляться, не удивлюсь, если мы станем легендой: «Двое мальчиков и одна девочка, прилетевшие в Хогвартс на машине», — сказала Джейн, доев бутерброд и потягивая тыквенный сок.
Гарри и Рон кивнули в знак согласия.
Насытившись — ведь это была тарелка-самобранка — дети вышли из кабинета и направились по знакомому пути к башне Гриффиндора. В замке было тихо, казалось, праздник закончился. Они прошли мимо шепчущих портретов, лязгающих рыцарских доспехов, поднялись по узкой каменной лестнице и наконец достигли прохода, где был тайный вход в башню Гриффиндора, скрытый за большим портретом очень полной дамы в розовом шелковом платье.
— Пароль? — спросила дама, увидев приближающихся детей.
— М-м-м... — протянул Гарри, пытаясь вспомнить.
Они не знали новый пароль, так как еще не видели старосту Гриффиндора. Но помощь пришла сразу. Сзади послышались быстрые шаги, дети обернулись и увидели, что к ним спешит Гермиона.
— Это вы! Где вы были? Ходят нелепые слухи, что вас исключили за поломку летающей машины.
— Не волнуйся, нас не исключили, — сказала Джейн.
— Надеюсь, вы не прилетели в школу на машине... — сказала Гермиона голосом профессора МакГонагалл.
— Оставь свои нравоучения на другое время. Лучше скажи пароль! — торопливо потребовал Рон.
— «Индейка», но главное не это... — Гермиона была явно рассержена.
Однако ее слова потонули в громе аплодисментов: дверь с изображением дамы распахнулась, и они стояли на пороге Общей гостиной. Казалось, не спал весь факультет. Комната была переполнена, люди стояли даже на качающихся креслах и кривых столах. Друзей словно ждали давно. Десятки рук потянулись к ним и утащили их внутрь через вход, обозначенный портретом. Гермиона протиснулась следом.
— Чудо! — крикнул Ли Джордан. — Находчивость! Какое возвращение! Врезаться в Великую Иву! Школа не забудет этого сто лет!
Молодцы, им аплодировали даже те студенты, кого они не знали.
— Я же говорила, что это круто, — сказала Джейн.
Вскоре к ним пробились Фред и Джордж:
— Почему вы нам не сказали? Мы могли бы легко вернуться!
— Ага, ты думаешь, мы специально это сделали, заранее спланировав? — сказала Джейн.
Джейн, кроме сердитого взгляда Гермионы, заметила и Перси. Джейн толкнула Гарри и Рона в бок:
— Ладно, друзья, мы устали после долгого путешествия, нам нужно ложиться, — сказала она.
— Да, да, устали, — поддержали Гарри и Рон.
Так они прошли через толпу к лестнице, ведущей в спальни. Затем Джейн, попрощавшись с Гарри и Роном, быстро поднялась по лестнице в свою спальню, чтобы не слушать нравоучений Гермионы. Она вошла в знакомую круглую комнату, расположенную под крышей, на двери которой теперь висела табличка «2 курс», с пятью бархатными кроватями с балдахинами и высокими, узкими окнами. Чей-то чемодан уже был внесен и лежал у подножия ее кровати. Джейн надела пижаму и уснула до прихода Гермионы.
Проснувшись на следующее утро, Джейн ожидала упреков от Гермионы, но та просто не разговаривала с ней, было очевидно, что она обижена из-за полета в школу. Затем Джейн надела форму, вышла из комнаты и пришла в Большой Зал. Волшебный потолок в Большом Зале был затянут скучными серыми облаками. Четыре обеденных стола, как обычно, были заполнены мисками с овсянкой, тарелками с копченой сельдью, тостами, тарелками с яйцами и жареным беконом. Джейн села рядом с Гарри и Роном и взяла миску с овсянкой.
Невилл тоже подошел и сел напротив них, улыбаясь:
— Сейчас придет почта, — сказал он. — Бабушка должна отправить кое-какие вещи, я не все привез.
И действительно, когда Джейн ела овсянку ложкой, послышались хлопанье совьих крыльев, и вскоре потолок Большого Зала был полон летающих сов.
Один тяжелый сверток приземлился прямо на голову Невилла, а что-то большое и пушистое рухнуло в кувшин Гермионы, забрызгав всех молоком и осыпав перьями.
— Вжик! — крикнул Рон, вытаскивая из кувшина мокрую, грязную сову. Сова лежала неподвижно на столе, лапами вверх, а в клюве у нее был мокрый красный конверт. — Какое убожество!
— Все в порядке, она дышит, — сказала Гермиона, гладя сову кончиком пальца.
— Я не о ней. Я об этом! — Рон указал на красный конверт.
Джейн сказала:
— О нет, это же Громковещатель!
— Открывай скорее, — прошептал Невилл Рону. — Иначе будет еще хуже. Моя бабушка однажды прислала такое письмо. И я совсем забыл о нем. Если бы ты знал, что тогда было!
— А что такое Громковещатель? — спросил Гарри.
— Сейчас увидишь, — сказала Джейн.
Рон уставился на конверт, который начал дымиться по углам.
— Открывай! — толкнул Рона Невилл. — Сейчас он загорится!
Рон дрожащей рукой потянулся к конверту, взял его из клюва совы и открыл. Невилл заткнул уши пальцами.
Сначала показалось, что письмо взорвалось: Большой Зал наполнился грохотом, и с потолка посыпалась пыль. Но вскоре он различил слова сквозь грохот:
«...угон автомобиля, — грохотало письмо. — Я не удивлюсь, если тебя исключат из школы. Стой, я до тебя доберусь. Наверное, ты поймешь, что мы видели, когда не найдешь машину на месте...»
Голос их матери орал в сто раз громче обычного; от его эха о каменные стены ложки и тарелки прыгали на столах. Все сидящие за столами поворачивались на своих стульях, ища глазами несчастного, получившего это послание. Рон чуть не сполз со стула от стыда, так что было видно только его багровый лоб. А письмо продолжало:
«...вечером... письмо от Дамблдора. Я думала, твой отец умрет от горя. Мы воспитывали вас совсем по другим правилам. Вы же трое чуть не погибли, Гарри и Джейн!»
«...Совершенно ужасно. Твоего отца ждет проверка на работе, и это твоя вина. Если ты еще раз сделаешь такую выходку, мы немедленно заберем тебя из школы! Джейн! Не думай, что ты спасешься, ты тоже виновата!» — громко закричало оно в сторону Джейн, а затем красный конверт сгорел, и от него осталась только горстка пепла. Рон и Джейн сидели с выпученными глазами. Джейн даже подумала, не оглох ли она от такого крика. Многие смеялись, но вскоре разговор за столами снова продолжился.
Гермиона закрыла книгу и уставилась на Рона.
— Не знаю, чего ты ожидал, Рон. Но ты...
— Не говори мне, что я заслужил это, — выпалил Рон.
Но они не успели поссориться, как по столу шла профессор МакГонагалл, раздавая каждому расписание. Джейн прочла на своем листе, что первыми двумя уроками у их класса будет Травология вместе с Пуффендуйцами.
Джейн вышла из замка с друзьями и, проходя через сады, направляясь к теплице, увидела по пути Оливера Вуда.
— Как дела? На урок идете? — спросил он.
— Да, идем на урок, а ты что здесь делаешь? — спросила Гермиона.
— Меня же не возьмешь на этот урок?
— Не тебя, а Гарри, — сказал Оливер. — Джейн, мне нужно с тобой поговорить, пойдем, я уже отпросил тебя у профессора.
— Хорошо, — сказала Джейн, следуя за ним.
— Зачем Джейн нужна Оливеру? — спросила Гермиона.
— Разве не ясно, она новый игрок, наверное, хочет поговорить об этом, — сказал Рон.
— Она новый игрок в команде по квиддичу? — удивилась Гермиона.
— Конечно, она мне говорила, — сказал Гарри.
— А мне почему не сказала?
— Ты же целыми днями ходила хмурая? Как ей было сказать? — сказал Рон, и они пошли дальше.
Так, отойдя немного, Оливер взял Джейн за плечи:
— Эй, почему ты мне не сказала, что ты новый игрок в квиддич? Кстати, ты, наверное, хорошо играешь, да?
— Я сестра Чарли, ты думаешь, я не умею играть? — сказала Джейн. — А насчет того, что не сказала, мне еще нужно разрешение профессора МакГонагалл, вот когда получу, тогда точно буду вашим новым игроком.
— Отлично! И ты не возьмешь его сейчас?
— Сейчас?
— Да, ты же не думала взять его в конце года? Давай, иди скорее, может быть, благодаря этому мы сможем заполучить поле на более долгое время. Давай, иди, — сказал он.
— Ладно, ладно, только отойди немного. Не подходи так близко к моему лицу.
— Ой, прости, — сказал он, убирая руки с ее плеч и немного отходя.
— Я, наверное, могу пойти сейчас, или лучше во время обеда? — сказала Джейн.
— Конечно, только не забудь получить разрешение. Пока, — и Оливер ушел.