Речная кровь

Прошла та прекрасная ночь, и наступило утро. Лучи зари, попадая на зеркальную поверхность реки, рассыпались на сотню искрящихся бликов. Зелёные кроны деревьев, казалось, мягко светились от восходящего солнца, невысокая трава переливалась изумрудным блеском. И только кусочек берега реки оставался в тени — от солнца его укрывал земляной навес. И под этим навесом мирно спали Франц и Резель.

Рыбак проснулся раньше девушки, посапывающей у него на груди.

— Резель... — нежно прошептал Франц, мягко потрепав русалку по голове.

Та нахмурила брови, сонно промычала и нехотя приподнялась, протерев глаза и шмыгнув носом. Она посмотрела на Франца и спросонья пробормотала:

— Доброе утро... М-м-м...

Резель потянулась, то выпрямляясь, то снова сутулясь и вздыхая. Франц пристально наблюдал за её действиями. Мгновение спустя, девушка окончательно проснулась, и её взгляд вдруг погрустнел. Она повернулась к рыбаку.

— Ты сейчас уйдёшь? — разочарованно спросила русалка.

— Извини, — положил руку на плечо Резель парень, — Я бы очень хотел остаться, но меня уже ищут.

Русалка, отведя в сторону взгляд, грустно поджала губы, вздохнула и, понимающе улыбнувшись, снова посмотрела на Франца.

— Ничего, всё хорошо, — заверила она рыбака, — Ты только ночью не забудь прийти!

— Не бойся, не забуду, — кивнул парень, — Прошу, береги себя.

Франц поцеловал девушку в нос, встал и уже собирался уйти, как Резель окликнула его:

— Стой! А как же ты возвращаться-то будешь?

— А! — отмахнулся юноша, — Я переплыву на тот берег, а до деревни дойду по суше.

— Уверен, что не заблудишься? — спросила русалка.

— Уверен, не заплутаю, — заверил её Франц, — До встречи!

Он подошёл к реке, но вдруг остановился, обернулся к Резель и, мягко улыбнувшись, сказал:

— Спасибо за ночь.

Девушка молча улыбнулась ему в ответ.

Франц ступил на брод и постепенно уходил всё дальше, пока ему не пришлось плыть до противоположного берега. Это было тяжело, ведь юноше сильно мешала мокрая одежда, — магия больше не действовала, — а снять часть одежды на берегу Франц не догадался. Пока рыбак добирался до берега, Резель пристально смотрела ему вслед, а когда тот вылез на сушу и скрылся между деревьями, подошла к берегу, нырнула в воду и уплыла в свой грот.

«Днём его можно не ждать, — думала Резель по дороге домой, — У него и без меня проблем в деревне будет достаточно. Если бы я могла помочь...»

А Франц тем временем уже приближался к воротам Ферненвальда. По прибытии он не спешил сразу входить в деревню. Рыболов, готовясь «пьяным» ввалиться к собратьям, шатался, корчил гримасы и икал, стараясь как можно правдоподобнее изобразить в доску напившегося человека, а когда парню показалось, что он готов, он прошёл в деревню. Своим появлением Франц привлёк всеобщее внимание. Ещё бы — трудно не заметить человека, который, едва сделав шаг, тут же свалился на землю.

— Ох... Утречко, ик! — парень громко шмыгнул носом, почесал макушку и, кряхтя, поднялся, — Братцы, вы уж простите за видок! Я вот сейчас... Ик... Сейчас сети возьму, а потом... Ох, на рыбалку!

Столпившиеся перед Францем ферненвальдцы переговаривались, кивали головами, смеялись над ним и возмущались, глядя на него.

— Самогона своего треклятого ночью напился и в лес ушёл, поганец! — раздался из толпы низкий голос Рольф.

— Да он похуже тебя синячит, Рольф! — заметила Вилда, жена Фриделя.

— Я хотя бы по ночам где попало не шастаю, не то, что муженёк твой!

Ответа не последовало. Вместо него ночной сторож получил пощёчину, да такую, что от удара остался яркий красный след. Больше Рольф ничего говорить не осмелился — мало ли что.

— А я его давно просил меня самогонкой угостить, — раздался высокий скрипучий голос, — Он не давал, говорил, что пото-о-ом, а сам-то, сам-то! То Рольфа напоит, то сам всю бутылку выжрет!

— Так тебе и надо, старый ты хрыч! — ответил голосу старика властный женский, принадлежавший старухе, — Куда тебе самогон, а?

Франц же стоял, слегка покачиваясь, и наблюдал за шумящей толпой. Голоса людей смешались в невнятную какофонию. Каждый хотел выдать что-то едкое про рыбака.

Неудивительно, что весь этот гвалт привлёк старейшину.

— А ну, что здесь происходит?! — рявкнул на всю деревню Златоус.

Толпа разошлась по сторонам, давая старейшине дорогу. Грозный старец навис над Францем.

— Где ж ты так напился, несносный... Нос аж красный, как вишня!

— Прошу за... Ик... Метить, — вставил слово Франц, — Не вишня, а черешня!

— Какая разница?! — начал вскипать Август Златоус.

— Ну да, кхм... Черешня тоже вишня, ик! — с этими словами рыбак мерзко засмеялся.

«А я неплохо притворяюсь!» — заметил Франц.

— Прекратить балаган! — не выдержал старейшина Златоус, — Я поторопился, проявив к тебе благосклонность, — сказав это, он окинул Франца пристальным сердитым взглядом, помолчал немного и продолжил, — Ты пойдёшь на рыбалку, деревню нужно кормить. Но тебя будет сопровождать Фридель, он проследит, чтобы ты не занимался ничем, кроме рыбной ловли. Пока ты не поймаешь полный невод рыбы, не смей ступить в Ферненвальд и шагу! А ночью я лично запру тебя в твоём доме, а к двери снаружи приставлю Фриделя и Рольфа... Нет, не Рольфа, он либо сопьётся, либо продрыхнет всю ночь, либо всё сразу, — прокашлявшись, буркнул старейшина, — Ульрих! — окликнул он коренастого чернобрового мужика, — Этой ночью вы с Фриделем караулите Франца. Если он каким-то образом улизнёт из дома — можете распрощаться с жизнью!

— Мы не подведём тебя, Август! — лукаво прищурив глаза, приторным голосом сказал Фридель.

— Старейшина! — нахмурил брови Златоус, — Сколько бы лет дружбы между нами ни было, моё доверие к тебе подорвано.

Кузнец сразу помрачнел и отвёл взгляд в сторону.

— На этом всё. Итак, Фридель, можешь выдвигаться с этим пьянчугой к реке заодно поможешь ему с сетью. Все остальные, расходитесь, за работу!

Толпа тут же растворилась, старейшина Златоус, бросив на Франца напоследок презрительный взгляд, ушёл в свою хижину, а Фридель, грубо схватив рыбака за локоть, потащил его к выходу из деревни.

— Э-э, стой! — остановил кузнеца парень, — А сети?

Фридель недовольно рыкнул, толкнул Франца к его дому и кивнул, мол, шевелись. Юноша, не выходя из образа пьяницы, дошагал шаткой походкой до своей хижины, там уже «протрезвел», взял сети и, выйдя на улицу, такими же шагами приковылял к Фриделю.

— Давай, пьяница, шустрее! — с отвращением сказал тот, выйдя из деревни, и повёл юношу за собой. Франц продолжал делать вид, что он сильно пьян.

— А мы куда? Ик... рыбачить? — тупо пялясь на Фриделя, спросил парень.

— Нет! Грибочки собирать, дубина! — огрызнулся кузнец, — Рыбачить, не видишь? Совсем мозги отшибло самогоном.

Фридель тянул Франца за руку, даже не глядя на него.

«За что мне это... — думал немолодой кузнец. Это была единственная мысль, которая посещала его, пока он вёл шатающегося рыбака к реке».

Вскоре они прошли мимо поляны, на которой Франц собирал цветы для Резель, дошли до рощи и вышли к реке. В этот раз на камне, поднимавшемся над водным зеркалом, никто не сидел и не смотрел вдаль. Фридель отпустил руку Франца и грубо толкнул его к реке.

— Рыбачь! — приказал парню кузнец.

Франц взял сеть, медленно распутал её, взглянул на своего спутника, хихикнул и кое-как закинул невод в реку. Надо заметить, что с образом нетрезвого юноша не перебарщивал; свою работу, несмотря на мнимое опьянение, рыбак выполнял исправно: очень осторожно водил сети из стороны в сторону, когда туда попадала рыба, он с трудом, но тянул сеть на себя и выуживал улов. Поскольку Франц ещё не «протрезвел», процесс длился куда дольше, чем обычно. Пока юноша раз за разом забрасывал сети в реку, Фридель устало наблюдал со стороны и всё думал, когда же это закончится, когда же кузнец сможет уйти.

Но внезапно Фриделю в голову пришла одна мысль. Зачем ждать Франца, если можно просто бросить его здесь? Ну и что, что он пьян, так будет даже проще! Этот недотёпа рано или поздно закинет сети так, что упадёт в воду вместе с ними, потом он в них запутается, не сможет выбраться и утонет! И никто даже не подумает на соседа незадачливого рыбака -- это всего лишь несчастный случай, а Фридель даже пытался спасти бедолагу. О, какая же хитрая мысль! По лицу мужчины поползла коварная и самодовольная усмешка. Он ушёл бесшумно, никак не оповестив юношу об этом. А зачем? Ведь Фриделю нужна гибель Франца, а не товарищеские отношения!

Наконец-то рыбак мог перестать корчить из себя чёрт-те что и вернуться в нормальное состояние. Франц продолжил рыбалку в привычном темпе, и в скором времени сети чуть ли не рвались от количества рыбы в них. Молодой рыболов мог возвращаться в деревню.  Он взвалил тяжёлую сеть на плечи, пошёл было в сторону Ферненвальда, но вдруг развернулся, бросил улов на землю и прыгнул в воду. Оглядев себя и убедившись, что он достаточно промок, Франц вышел на сушу и, взяв рыбу, пошёл в деревню.

Тем временем Фридель прибежал в Ферненвальд, вломился в хижину старейшины Златоуса и, запыхавшись, начал говорить:

-- Старейшина! Там... Франц... Умоляю, простите меня! Хотя нет, я понимаю, вы... Нет мне прощения! -- с этими словами кузнец театрально всплеснул руками и опустил голову, изображая преогромное чувство вины.

-- Заткнись! -- рявкнул на него Август Златоус, -- Успокойся и расскажи, что произошло!

Фридель помолчал с мгновение и с выражением священного ужаса на лице вполголоса проговорил:

-- Франц утонул...

-- КАК?! -- от такой новости старейшина аж вздрогнул.

-- Старейшина, Вы же видели, как он был пьян! -- начал объяснять немолодой кузнец, --Во время рыбалки бедный Франц не удержался на ногах и свалился в реку! Он запутался в собственных сетях... Я пытался ему помочь, но, видимо, его погибель была предрешена самой судьбой... Умоляю, пощадите меня! Я ведь хотел его спасти!

-- Ну полно, Фридель, хватит! -- слегка опешив от такого поворота событий, проронил Златоус, -- Я понимаю... Эх, жаль парня, славный был рыбак! Сегодня вечером мы всей деревней соберёмся на зажжение Путеводного факела, дабы Францу не было темно преодолевать свой последний путь.

Рыжий кузнец кивнул и скорбно опустил голову, ехидно посмеиваясь в душе.

Фридель и старейшина Златоус вышли из хижины, собираясь сообщить собратьям печальное известие, но внезапно вдалеке показалась знакомая фигура, заставившая старейшину удивлённо вскинуть брови, а кузнеца -- стиснуть зубы.

-- Утречка! Вот, целый невод свежей рыбы! -- с беспечной улыбкой сказал Франц, подошедший к мужчинам, -- Фридель добросовестно за мной наблюдал, только потом почему-то ушёл.

Старейшина Златоус медленно повернул голову к кузнецу и грозно посмотрел ему в глаза. Взгляд Августа так и говорил: "Ты не жилец!". Фридель не выдержал и отвернулся, а старейшина задал вопрос Францу:

-- А ты что, уже протрезвел?

-- Ну да, -- слегка пожал плечами парень, -- Пока рыбачил, в воду упал, а она ледяная, ух! Вот и протрезвел.

-- Мгм... -- кивнул Август Златоус и снова посмотрел на Фриделя, съёжившегося от нехорошего предчувствия, -- Оставляй рыбу, ты можешь быть свободен, Франц, -- не отводя глаз от рыжего мужчины, сказал он.

Парень кивнул, скинул улов на землю и ушёл к себе в избушку.

-- Ещё одна такая выходка, и обряд зажжения Факела будут проводить уже по тебе! -- сквозь зубы прорычал Златоус, -- Ты меня понял, рыжий ты обалдуй?!

Фридель судорожно закивал головой.

-- Вон! -- гаркнул Август, и кузнец тут же скрылся, будто его здесь и не было.

А Франц тем временем отдыхал, сидя на лавке в своём доме, и планировал сегодняшний визит к Резель...