Part 12
Луна проводила много времени в красивом саду замка, стараясь держаться подальше от герцогини и ее суровой подруги Ровены. В один из дней, бродя среди цветущих клумб, она заметила открытые ворота во внутренний двор. Слуги сновали туда-сюда, выполняя свои обязанности, и вскоре она увидела, как в ворота въехала телега, груженная мешками и ящиками с провизией. Во дворе царила обычная суета.
В этот момент в голове Луны мелькнула отчаянная мысль. Это ее шанс. Она осторожно выглянула из-за кустов роз, убеждаясь, что никто не обращает на нее внимания. Затем, стараясь двигаться как можно тише, она проскользнула вдоль стены к воротам. Сердце бешено колотилось в груди, но решимость бежать придавала ей сил. Когда никого не оказалось рядом, она быстро выглянула за ворота и, убедившись, что путь свободен, выскользнула наружу.
Оказавшись за пределами замковых стен, Луна побежала. Она бежала так быстро, как только могла, не оглядываясь, движимая лишь одним желанием – как можно дальше убраться от этой властной женщины, от ее мрачного замка, от пугающей Ровены. Она бежала, не разбирая дороги, ее легкие горели, а в боку кололо от напряжения.
Только когда силуэт замка почти полностью скрылся за горизонтом, Луна поняла, что находится в лесу. Куда идти дальше, она не знала. Она просто пыталась двигаться в том направлении, в котором, как ей казалось, находился ее дом, ее бабушка и тетя. Вскоре лес расступился, и она вышла на открытую, продуваемую всеми ветрами пустошь. Она продолжала идти, упрямо переставляя ноги, но силы быстро покидали ее. Долгое бегство и пережитый стресс давали о себе знать.
Наконец, обессиленная, она села прямо на край какой-то проселочной дороги, тяжело дыша. Ноги ужасно болели, платье, некогда такое красивое и нежно-голубое, теперь было грязным и мокрым от росы, а в сгущающихся сумерках становилось все холоднее и страшнее. Луна съежилась от холода, ее тело била дрожь. Она обняла себя руками и тихо заплакала, не зная, что ей делать дальше, совершенно одна в надвигающейся темноте.
Внезапно из темноты раздался резкий, пронзительный вой. Луна вздрогнула от неожиданности, ее сердце бешено заколотилось. Она не смогла разобрать, какое это было животное, но в ночном воздухе этот звук прозвучал угрожающе и дико. Страх мгновенно парализовал ее, но инстинкт самосохранения заставил вскочить на ноги и побежать прочь от дороги, вглубь пустоши.
Она бежала вслепую, спотыкаясь о неровную поверхность, цепляясь за колючие кусты, ее дыхание срывалось. В темноте было трудно разобрать дорогу, и внезапно ее нога попала в какую-то яму, она потеряла равновесие и с криком упала на холодную, каменистую землю. Сильный удар головой о камень, и в глазах померк свет. Луна потеряла сознание, распростертая на продуваемой всеми ветрами пустоши.
Очнулась она лишь на следующее утро. Первое, что она почувствовала, был пронизывающий холод, сковавший все ее тело. Она лежала на земле, совершенно замерзшая, ее одежда покрылась ледяной коркой. Солнце едва поднялось над горизонтом, но его слабые лучи не приносили тепла. Голова ужасно болела, все тело ломило от холода и ушибов. Луна с трудом открыла глаза, но перед ней расстилалась все та же пустынная, безжизненная пустошь. Она была одна, замерзшая и совершенно беспомощная.
Она с трудом заставила себя подняться, голова кружилась, в глазах все плыло. Но Луна понимала, что если она сейчас сдастся, то замерзнет насмерть. Превозмогая слабость, она упрямо пошла вперед, ее тело ныло от холода и голода, голова раскалывалась от боли. Она спотыкалась, падала на колени, но снова поднималась, упрямо двигаясь дальше, словно завороженная.
Вдруг вдали на горизонте она увидела темные силуэты всадников. Сердце ее замерло от ужаса. Она бросилась бежать, надеясь скрыться, но всадники быстро приближались. В отчаянии она обернулась и увидела Ровену, чье лицо было искажено гневом, и... Эллианор.
— Что ты делаешь, глупая девчонка?! — Яростно прорычала Ровена.
Луна отступила назад, но тут же почувствовала, как чья-то рука легла ей на плечо. Она резко обернулась и увидела Эллианор. На ней была черная дорожная одежда и темный плащ, скрывающий ее фигуру.
— Ты зачем убежала?! — голос Эллианор был строгим, но в нем чувствовалось беспокойство. — Глупое дитя! А если бы на тебя напали волки или шакалы?! Ты хоть подумала об этом?
Она наклонилась и, прежде чем Луна успела что-либо сделать, подхватила ее на руки, легко поднимая на своего коня.
— Нет! Пустите меня! — закричала Луна, пытаясь вырваться из ее крепких объятий. Она отчаянно извивалась, плакала и умоляла: — Пожалуйста, отпустите меня! Я хочу домой!
— Тише, Луна, — сказала Эллианор, крепче прижимая ее к себе. — Это ни к чему не приведет, перестань.
Но Луна не слушала, она не хотела ничего слышать. Страх и отчаяние захлестнули ее. Она продолжала сопротивляться, кричать и плакать, пока силы окончательно не покинули ее, и она снова погрузилась в спасительную темноту беспамятства.