Контакт 18+

Добраться до номера оказалось сложнее, чем я думала. Каждый шаг отдавался болью в ногах, будто я пробежала марафон. В голове полный кавардак, а усталость отзывалась в каждой клеточке тела.

Но наконец-то этот вечер закончился.

Закрыла за собой дверь и сделала резкий выдох. Туфли полетели в самый дальний угол, освобождая меня от оков. Платье мягко скользнуло по коже вниз, оставляя меня в одном белье.

Я подошла к стулу, аккуратно повесив бюстгальтер, и сразу же прошла в ванную, включая воду в душевой кабине. Краем взгляда зацепила отражение в зеркале, вяло улыбнувшись своему виду.

— Ты сделала это, Эрика, — сказала я себе вслух. — Ты молодец.

Пар начал заполнять пространство. Я быстро шагнула под душ. Вода обрушилась на меня, горячая, как объятие в холодный осенний день. Она стекала по плечам, по спине, по ногам, смывая напряжение, чужие взгляды и весь этот вечер.

Закрыла глаза. Позволила каплям струиться по волосам, губам и телу, в попытках растворить все то, что было. Выдавила из маленькой бутылочки густой гель для душа с запахом жасмина, а затем растерла по шее, ключицам и соскам, слегка нагрубевшим после перепада температуры.

Сегодня я сделала первый шаг, выбрав себя.

Выключила воду, открыв дверь душевой кабины. Пар вышел следом за мной, создав небольшое облако. Закрутила полотенце на голове, надела белые стринги, накинула халат на плечи, крепко завязав пояс на талии.

Но почему меня еще не отпустило?

Села на край кровати, смотря на то, как за окном кипит жизнь вечернего Милана. Точно также, как во мне кипит злость на Марко за его безразличие к работникам.

Что значит, я не могу уйти от него?

Что значит, что я принадлежу Velluto Nero?

Стянула полотенце с головы, швырнув его на пуфик, и отрыла телефон в сумке, набирая номер подруги.

— Алло? — сонный, но самый любимый голос.

— Кьяра... — выдохнула я, откинувшись на мягкие простыни. — Ты должна меня выслушать. Я буквально вне себя от ярости!

— Эрика? Dio mio{Прим. в переводе с итальянского «Бог мой»}, что случилось?

— Я больше не могу! — почти крикнула я. — Я сегодня снова была всем и сразу: ассистентом, координатором, официантом, психологом. Все на мне! И знаешь, что самое ужасное? Он даже не заметил!

Я поднялась с кровати и подошла к мини-бару. Цены там кусались, но платил Абате, поэтому я открыла дверцу без колебаний. Белое вино. Холодная бутылка, как настоящее спасение.

— Эрика, — устало прошептала Ванцети. — Ты должна расслабиться. Налей себе вина. Забудь хотя бы на час обо всем.

Я усмехнулась, доставая бокал.

— Забудь? Я не могу забыть! Я живу его графиком, его ритмом, его миром! Мне тридцать, Кьяра! А я бегаю за Марко, как его собачка, не получая в ответ даже банального «Спасибо».

Я плеснула вино в бокал, и оно издало характерный звук в стекле. Сделала первый глоток. Горло обожгло холодом, но стало немного легче.

— Ты слишком много на себя взвалила, — подтвердила подруга. — Ты не обязана быть всем для него.

— Но я была! Всегда! И знаешь, что он сказал? Что я не могу уйти. Что я принадлежу его агентству, его миру!

Сделала еще глоток, почти залпом допивая вино.

— А я не принадлежу никому! Я хочу принадлежать себе!

— Вот именно! — голос Кьяры стал тверже. — Ты должна уйти. Иначе он никогда не перестанет использовать тебя.

Поставила пустой бокал на стол, но тут же снова налила в него вина, только теперь уже до краев.

— Я сказала ему, что увольняюсь. И он не поверил! Он думает, что я шучу!

— Тогда докажи, что не шутишь!

— Я докажу!

Белое вино было легким, но в этот момент оно стало оружием против меня.

— Спасибо, милая, — прошептала я, поднося бокал к губам. — Ты единственная, кто все понимает.

— Я всегда рядом, Эрика. Чтобы не случилось, ясно?

— Я знаю, Кьяра. Buonanotte, baci{Прим. в переводе с итальянского «Доброй ночи, целую»}.

— Baci, дорогая.

Отключила звонок, поставила недопитый бокал на стол и посмотрела в окно. Внизу раскинулась площадь — оживленная даже ночью. Фонари отражались в мокрой после небольшого дождя брусчатке, а витрины магазинов мерцали, будто город вовсе не собирался засыпать.

Милан красивый, но чужой.

Белое вино не расслабило меня. Оно лишь распалило. Сделало мысли еще более острыми, а дыхание частым. Стресс окутал меня, как плотный туман. И я знала: есть лишь один способ справиться с ним.

Michele Morrone — Watch Me Burn

Я подошла к сумке, отыскав на самом дне небольшой мешочек. Потянула за край пояса на халате, оставив его на пуфике поверх полотенца. Сделала глубокий вдох.

Включила музыку на телефоне, приглушила свет. Легла в постель, чувствуя, как ткань простыней холодит кожу. Прикрыла веки. Устроилась поудобнее. Постаралась расслабиться и настроиться на нужную волну.

Прохладными пальцами прошлась вдоль ключицы, спускаясь к солнечному сплетению. Задержала дыхание, а затем привычным движением нежно сжала сосок, при этом выпуская из легких остатки воздуха.

Открыла глаза и свободной ладонью провела по белой линии живота, чувствуя, как кожа отвечает легкой дрожью. Сердце забилось быстрее, но дыхание становилось ровнее. Музыка заполнила разум, а свет из окон мягко скользил по стенам, еще больше погружая в сладостное искушение.

Пальцы спустились еще ниже, и я ощутила, как напряжение растворяется вместе с этим движением. Вытянулась на простынях, раздвинув ноги чуть шире. Прикосновения позволяли вернуть мне себя.

Себя, как настоящую, чувственную, свободную женщину.

Не принадлежащую Марко Абате.

Рукой я нащупала ткань мешочка и медленно потянула за тонкие веревочки. Он мягко раскрылся, оставляя в ладони небольшой прибор. Компактный, закругленный, с матовой поверхностью, и приятный на ощупь.

Кнопка привычно щелкнула под пальцем, отдаваясь едва ощутимой вибрацией на коже. Ладонь скользнула к лобку, плавно переходя ниже, к складкам влагалища. Осторожно коснулась едва набухшего клитора, поднося к нему любимую игрушку.

Слабый импульс, ударивший по чувствительной точке, прошелся вдоль всего тела, вынуждая сделать глубокий выдох. Вибрация становилась все сильнее, заставляя отбросить лишние мысли, накопившиеся за день.

Прикрыв веки, я переключила режим, подключая свободную руку, устроив ее на груди. С губ сорвался тихий стон, разрушая остатки напряжения, преследующего меня повсюду.

Тепло разлилось по телу, позволяя каждой клеточке дышать. Вначале легкое покалывание, затем волна возбуждения, мягкая, но упругая, будто кто-то стимулирует ее изнутри.

Дрожь пробежала по ногам, как ток, вынуждая сводить колени, чтобы ощутить воздействие вакуума еще сильнее и глубже. Вдохи становились короткими, жадными, а выдохи — тяжелыми, вперемешку со срывающимися тихими стонами.

Надеюсь, что здесь прекрасная шумоизоляция.

Соски стали почти каменными, но я разминала их по очереди, чувствуя, как оргазм вот-вот настигнет меня. Последняя скорость и я уже в полном беспамятстве выгибаюсь в пояснице, приподнимаясь над кроватью и задерживая дыхание, чтобы кончить.

Но тут раздается тихий стук в дверь.

Дьявол!

Быстро выключаю прибор, запихивая его вместе с мешочком под подушку, а потом в панике ищу трусы возле кровати, молясь о том, чтобы это был кто угодно, кроме Марко.

— Эрика, — послышался голос Абате. — Открой.

Стук стал намного сильнее.

— Открой, — его голос дрогнул. — Я не закончил.

Дрожащими пальцами я схватила халат с пуфика, пытаясь натянуть его как можно скорее. На ватных ногах подбежала к зеркалу, поправляя волосы, чтобы не выглядеть слишком растрепанной.

Боже, как же пылают щеки!

Он продолжал стучать снова и снова.

— Эрика!

Затянула пояс на талии, и потянулась к дверной ручке, распахивая ее. За ней и правда оказался Марко, слегка подпитый и с легким шлейфом табака.

Не спросив разрешения, он вошел внутрь, оглядываясь по сторонам. Пульсация между ног все еще сильная, поэтому я свожу их вместе, чтобы стоять как можно ровнее.

— Чего ты хочешь? — вдруг выпалил он.

Сейчас я хочу, чтобы ты свалил и я не мучилась от того, что стою на грани между оргазмом и паникой.

— Парня? — продолжил Абате, идя вперед. — Ванильные свидания? Детей?

— Синьор Абате, вы пьяны, — шагнула назад, натужно улыбнувшись. — Вам лучше отдохнуть.

Марко сделал рывок вперед.

— Все, чего ты хочешь, ты можешь получить и рядом со мной. Зачем тебе уходить? Я могу быть другим. Я...

— Вы не можете.

— Я хочу.

— Это не одно и то же.

Сердце бешено колотилось, а разум не оставлял мне шансов на спокойствие.

— Я не хочу быть частью вашего мира, — прошептала я. — Я хочу быть собой...

Но вдруг Марко подошел ко мне вплотную и бросил взгляд на губы, потом глаза, опускаясь к груди.

— Ты уже часть меня, Эрика.

Всего за мгновение его рука оказалась на моей талии, притягивая меня к Абате. Я вздрогнула, но потом внутри меня что-то явно сломалось.

Я прикрыла веки, когда его пальцы оказались на моей шее. И то ли под действием его чар, то ли под воздействием алкоголя и не полученного оргазма, я сдалась, когда его губы коснулись моих.

Марко прижал меня к панорамному окну, нависая надо мной всем своим мощным телом. Его горячие дыхание проникло в меня, принося сладостное послевкусие терпкого виски и сигаретного дыма.

Влажные губы настойчиво искали мои, пока пальцы крепко вцепились в талию, исключая возможность моего побега. Внизу живота появились неожиданно приятные ощущения, пока рассудок кричал: «Беги».

Но тело предательски отвечало на каждое его касание, дрожа после внезапного прикосновения языка к моему небу, и расслабляясь при плавных движениях вниз.

Марко отстранился, переводя сбитое дыхание, но не отпуская меня из ловушки. Его карие глаза блеснули в полумраке, вызывая во мне пьянящий коктейль чувств из желания, страха и зависимости.

— Эрика... — прошептал он, почти касаясь губами моего уха. — Я же говорил тебе, что ты принадлежишь мне.

Я пыталась взять себя в руки, правда. Но у меня так давно не было секса, что я смогла лишь закрыть глаза, позволяя Абате сделать со мной все, что только придет на его чертов ум.

Он резко развернул меня лицом к стеклу, и я ощутила его прохладу под пальцами, контрастирующую с огнем, пылающем внутри. Марко провел ладонями вдоль моей спины, а затем быстро нашел пояс от халата.

Его губы коснулись моей шеи, пока пальцы расправлялись с наспех завязанным узлом. Ткань скользнула по плечам и в один миг оказалась у наших ног, оставляя меня в одних лишь трусиках.

— Синьор Абате, — стиснув зубы, шептала я, пока он ласкал мою грудь. — Вы... вы не понимаете, что делаете.

— Я понимаю только одно, — он прижался настолько близко, что я ощутила его стояк даже через ткань брюк. — Ты нужна мне.

Внутри меня все оборвалось, как только он развернул меня обратно к себе. Еще шаг и я точно упаду. Упаду прямо на него, не в силах подняться.

Его рука ловко обхватила мое бедро, поднимая его выше. Я устроила свою лодыжку на его талии, а затем коснулась лица, проходясь пальцами по едва отросшей щетине. Его грудная клетка вздымалась в такт моей, и это буквально сводило меня с ума.

Наши взгляды встретились, и всего через секунду, он властно схватил мой подбородок, притягивая губы к своим. Горячий язык проник внутрь, вынуждая кровь циркулировать быстрее.

Ладони Абате оказались на моей заднице, сжимая ее с такой силой, что с губ сорвался непроизвольный стон. Я встала на носочки, сделала рывок, и ловко запрыгнула на Абате, пока тот нес меня к кровати.

Продолжая изучать мое тело губами, Марко осторожно уложил меня на уже остывшие простыни, заставляя поток мурашек нестись по коже с огромной скоростью. Я прикрыла веки, позволяя себя расслабиться в его руках, но все еще сомневалась, что поступаю правильно.

Кажется, этот вечер уже перешел все границы.

— Россо, — его губы прошлись по кругу возле возбужденного соска. — Не думай, что я забуду то, что сделаю с тобой сейчас, ясно?

Но желание внутри меня стало настолько невыносимым, что я смогла лишь кивнуть в ответ, осторожно коснувшись его пылающий груди. Пиджак остался в дальнем углу комнаты, а пуговицы на рубашке легко поддавались каждому моему движению.

Да, я хочу Марко Абате. Хочу его прямо здесь и сейчас. И что с того?

Он буквально сорвал ткань с крепких плеч, а потом, раздвинув мои ноги по обе стороны от своих бедер, прижался ко мне, снова найдя мои губы.

Ногти впились в его кожу, проходясь вниз по спине. Марко явно сдержался, прикусив мою нижнюю губу, чтобы не вскрикнуть от внезапной боли, а затем поцеловал укус, принося облегчение.

Я впервые была с Абате так близка. Его лицо находилось буквально в миллиметре от моего, а член в прямом смысле этого слова между моих ног.

С такого ракурса он очень даже ничего...

Его пальцы скользнули вниз, задевая каждый из сосков по очереди. Марко двигался медленно и осторожно, словно намеренно оттягивая момент реальной близости. Только я была готова уже десять минут назад. Еще до его прихода.

Взяв инициативу в свои руки, я потянулась к ремню на его брюках, уверенно расстегивая его всего за секунду. На очереди оказалась ширинка, и Абате слегка замер в этот момент, будто и правда отдает преимущество мне.

Что это с ним?

Я думала он и в постели властный.

Стянув брюки вниз вместе с боксерами, Марко поправил волосы, нависнув надо мной. Его член коснулся моего лобка, пока ладонь проскользнула в трусики, вынуждая меня выгнуть спину, поддавшись немного вперед.

Теплые пальцы ловко проникли внутрь, пока свободная рука уже тянула полупрозрачную ткань вниз по моим бедрам. Я затаила дыхание, пытаясь не сдаться так быстро. Но сейчас Абате делал все возможное, чтобы я проиграла.

И я проиграла.

Моя ладонь обхватила его член, проводя пальцами вдоль пульсирующей головки. Марко прикусил нижнюю губу, издав непонятный звук, пока я уже мысленно представляла, как он двигается внутри меня.

Коснулась языком подбородка, притягивая его губы к своим, и, не в силах больше терпеть эту пытку, уперлась руками в его плечи, опрокидывая его на спину в самый центр постели. Он распахнул глаза в полном непонимании, но я лишь усмехнулась, плавно направляя его член к своему влагалищу.

Стон одновременно сорвался с наших губ, как только Абате оказался внутри меня. Мои ладони устроились на его шероховатой груди, покрытой темными волосами, слегка сжимая ее пальцами каждый раз, когда он ускорял темп.

Да... Это то, что было нужно!

Марко обхватил мою талию руками, а затем плавно поднялся к груди, массируя их одновременно. Волна возбуждения накрыла меня буквально за секунду, и я, не сдерживая себя, стонала так, как, кажется, никогда в своей жизни.

Учащенные вдохи сменялись буквально криками, когда он перешел к моему клитору, чередуя резвые толчки и мягкое массирование пульсирующего от дикого желания места.

— Синьор... Я... Я...

Яркая вспышка оргазма затмила разум, вынуждая меня почти завопить от водоворота чувств, которые я получила. Рваные выдохи не приносил никакого облегчения, а тело почти обмякло, упав без сил прямо на грудную клетку Абате.

Приятная теплая жидкость разлилась внутри меня, и я наконец-то смогла сделать вдох, чтобы успокоить учащенный до предела пульс. Марко обнял меня за талию, притягивая еще ближе к себе, а затем оставил след своих губ на лбу, как последний аккорд в играющей песне.