Контакт 18+

Ultimo — Solo

Тяжелое и слишком эмоциональное утро привело меня на знакомые улочки, позволяя наконец выдохнуть. Впереди было еще одно важное дело, поэтому как только я увидела нужное здание с вывеской, я глубоко вздохнула, набираясь смелости.

Вышла из аптеки, крепко держа в руках небольшой пакетик. Бумага зашуршала, как только коснулась сумки, напоминая о том, что эта проблема так и осталась нерешенной.

Всего несколько дней назад я была в полной уверенности, что спокойно покину стены компании, наконец ощутив заслуженное чувство свободы. Я часами прокручивала этот момент у себя в голове и была искренне рада, что смогу выбраться из того мира, где все следуют правилам Абате.

А что сейчас?

Всего один вечер, ночь и ошибка перевернули все, что я так долго строила внутри себя.

Я не понимала, как мы пришли к этому. И пока Милан жил своей обычной жизнью с шумом машин, запахом свежего хлеба из пекарни и яркими улыбками, я бессмысленно бродила по улице, пытаясь прийти хоть к одному логичному выводу.

Свернула за угол, и вошла в маленькое кафе Orsonero Coffee на Via Giuseppe Broggi{улица в Милане}. Я полюбила это место за его простоту: небольшой зал, несколько столиков у окна, запах свежемолотого кофе и тихие разговоры местных.

— Buongiorno, синьорита, — встретил с улыбкой бариста.

— Добрый, — кивнула в ответ, даже не глянув на меню. — Одно капучино, per favore {Прим. в переводе с итальянского «Пожалуйста»}. И воду. Без газа.

— Принято, — быстро произнес он, сразу же принявшись за дело.

Выбрала столик у окна. Отсюда открывался шикарный вид на узкую улочку, где старые дома с балконами были увиты плющом, а между ними пробивалось утреннее солнце. Люди спешили по делам, кто‑то нес цветы, а кто‑то газету. Милан был красив, как всегда, но сегодня я смотрела на него иначе.

Нет. Это явно какой‑то бред. Очередной бзик. Он ведь не любит отказы. Я отказала ему уже несколько раз. Впервые за последние пять лет! Пошла против него. Он ведь такой нарцисс, поэтому и ведет себя так...

Рядом со мной оказался бариста, оставляя чашку с кофе и стакан воды.

— Grazie {Прим. в переводе с итальянского «Спасибо»}, — натянула привычную улыбку.

Я сделала глоток кофе и потянулась к сумке, доставая тот самый пакет. Внутри покоилась упаковка с единственной таблеткой для экстренной контрацепции. Положила ее на стол перед собой и задумалась, глядя в нерешительности на эту маленькую коробочку.

А что если это мой единственный шанс стать мамой?

Да нет, бред. Родить от Абате? Я ведь не настолько сумасшедшая.

Признаться честно, я всегда мечтала о ребенке. О том, чтобы держать маленькие пальчики в своих, слышать звонкий смех по утрам, чувствовать тепло. А теперь все свелось к одной крохотной таблетке.

Открыла упаковку, и она моментально оказалась на ладони. Белая, безликая, но решающая буквально все. Я положила ее на язык, но не проглотила.

Может, оставить все как есть? Может, это знак?

Нет. Это опасно. Это неправильно.

Но вдруг именно это — мой шанс?

Шанс на что? На жизнь, связанную с Марко? На ребенка, который будет частью его?

Я не хочу этого. Я не могу.

Взяла стакан воды и слегка дрожащими руками поднесла его к губам. Всего на секунду задержала дыхание, собираясь с мыслями, а потом сделала глоток и выпила залпом.

Таблетка исчезла.

Я поставила стакан на стол и закрыла глаза.

Все. Решение принято. Ничего уже не изменить.

Поднялась на ноги, повесив сумку на плечо, а затем вышла на улицу, ощущая облегчение и тяжесть одновременно. Словно я закрыла одну дверь, но не знала, куда ведет следующая. Но так будет лучше.

Я уверена. Почти.

Вернулась домой, бросив вещи прямо у двери. Типичная квартирка в Италии: открытая планировка, небольшая гостиная, соединенная с кухней, отдельная спальня за легкой перегородкой.

Светлые стены, деревянный пол, пару фотографий и мягкий диван оливкового оттенка, который видел почти все.

Скромно, но уютно.

Я прошла в спальню, оглядываясь по сторонам. Небольшая кровать по центру, а по обе стороны тумбы, в которых царил хаос. Подошла к шкафу неподалеку, параллельно снимая блузку.

В зеркале у двери в ванную, заметила небольшой след на ключице. Подошла ближе, раскрывая рот от удивления. Это что, засос?

— Дьявол...

Руки сами потянулись к нему. Провела пальцами, и в голове сразу вспыхнули воспоминания: его губы, его руки, его взгляд.

Абате был прекрасен прошлой ночью. Слишком прекрасен.

Я резко отдернула ладонь. Нет. Не вздумай, Эрика.

Схватила домашний кардиган и накинула его, пряча след. Подошла ближе к зеркалу и отрицательно покачала головой.

— Не вздумай. Иначе я убью тебя.

Сняла юбку, переоделась в спортивные штаны. Все это было механически, даже бездумно. Осталась посреди комнаты и вдруг поймала себя на мысли: Что делать? Чем заняться? Что я делала до того, как пришла работать к Абате?

Настойчивый звонок прервал мои мысли. Я вздрогнула, быстро выбежала в коридор и открыла дверь. На пороге стояла Кьяра. Она сразу же шагнула ко мне и заключила меня в объятия, касаясь волос.

— Приехала сразу, как увидела твое сообщение, дорогая, — она прижала меня еще ближе к себе.

— Я так устала...

Кьяра провела ладонью по моей спине, а затем взяла меня за руку, таща на кухню.

— Я принесла кое‑что, — улыбнулась она, ставя пакет на стол. — Тебе это точно понравится.

Оттуда показалась бутылка красного вина и коробка с закусками: тонко нарезанный прошутто, кусочки пармезана, оливки и свежий хлеб.

— Кьяра, сейчас двенадцать дня. Ты в своем уме?

— А что? — пожала плечами, достав штопор. — Выпьем за полдень.

— Ты неисправима, — покачала головой, не сдержав улыбку. — За это и я люблю тебя.

— Зато я честна, — она поставила бокал прямо передо мной, наливая вино. — По крайней мере с собой и к себе.

Я притянула бокал ближе, поднося край к губам. Вино было терпким, но с приятной ноткой сладости, отлично сочетавшей в себе и то и другое. Потянулась к закускам, отдав предпочтение оливке.

— Тааак... — протянула Кьяра. — И что с тобойя?

Прикусила нижнюю губу, погружаясь в раздумья. Сказать или нет?

— После твоего звонка кое-что произошло...

— И что же?

— Я переспала кое с кем.

— Что? — чуть не подавила Кьяра, оставляя бокал на столе. — Ты что?!

— Я не знаю, как это случилось, правда, — с горечью произнесла я, кладя голову на стол. — Я такая идиотка...

— Все так плохо?

— Ужасно.

— Тогда уволься. Как и планировала. Еще один повод свалить оттуда.

— Так просто? — подняла взгляд, сдерживая слезы. — Разве меня отпустят так просто?

— Ты же не обязана оставаться там, если тебе плохо. Или тебя это парит?

Внутри все перепутано: желание, страх, боль, воспоминания. Я хотела сказать «нет», но язык не поворачивался.

— Да, — наконец призналась я. — Парит. Слишком сильно.

Кьяра взяла мою руку, осторожно проводя большим пальцем по ладони.

— Тогда нужно решить, чего ты хочешь. Не он, не работа. Ты.

— Теперь я уже не понимаю чего хочу, — прислонилась к ней, обхватив за талию.

— Давай уедем на пару дней, — вдруг выдала она. — В Лигурию, к морю. Или в горы. Ты все обдумаешь вдали от этого... Кстати, кто он?

Я резко отстранилась, снова притянув бокал к губам.

— Не важно. Марко в любом случае убьет меня.

— Да и забей, — она обновила свой бокал, выпивая его залпом. — Что тут такого? Ты никогда не брала отпуск. Пора уже отдохнуть.

— Действительно... — прокрутила бокал между пальцами, наблюдая за красными каплями вина. — Я даже не могу вспомнить, что делала раньше. До того, как пришла к нему.

Кьяра подалась ближе, подложив под подбородок ладонь.

— Вот именно. Ты пять лет работала, забыв о себе. Может, хватит?

— Ты же знаешь, что все началось не с работы, — я вздохнула, глядя на полупустую квартиру. — Я хотела семью. Настоящую. Дом, дети, уют. Я училась на факультете экономики, потом в магистратуре по управлению бизнесом. Но все это было лишь инструментом. Я думала: получу образование, устроюсь, а потом выйду замуж, и работа станет второстепенной.

Кьяра кивнула, делая глоток вина.

— А потом появился он...

— Он, — к горлу подкрался ком. — Мы были вместе так долго... Но он выбрал работу. Сказал, что семья мешает его планам. А потом женился на другой.

Сжала бокал, пытаясь успокоиться.

— Тогда я решила: хватит. Разослала свое резюме во всевозможные фирмы. Работала сутками, чтобы получить лучшее. Чтобы доказать ему, что я тоже могу.

— И так ты оказалась у Марко...

— Я пришла на собеседование, и он сразу заметил меня. Сначала я думала: просто работа. Но постепенно все стало иначе. Его мир затянул меня. Я перестала помнить, что делала до этого.

Я сделала еще один глоток вина, чувствуя, как оно обжигает горло.

— Я ведь хотела семью. А получила карьеру. И теперь... теперь я не знаю, чего хочу.

— Ты слишком много думаешь о нем. А нужно думать о себе.

— Но я не могу, — призналась я. — Он стал частью моей жизни. Даже если я уйду, он все равно останется внутри.

Кьяра поставила бокал на стол и посмотрела на меня с той самой решимостью, которой я всегда восхищалась.

— Слушай, завтра же мы уедем, — сказала она. — Я возьму машину, мы поедем к морю. Лигурия, Камольи, хоть куда... Ты отключишь телефон, забудешь про офис и этого... человека.

Я замерла, держа бокал в руках.

— Завтра? — переспросила, будто проверяя, правильно ли услышала.

— Да, завтра, — повторила она. — Ты же сама говорила, что не можешь вспомнить, чем жила до работы у него. Так вот, пора вспомнить.

Вино ударило в голову быстрее, чем я ожидала. Я почувствовала как легкое головокружение затмило разум, превращая мир в расплывчатое пятно. Громко рассмеялась, а потом перевела взгляд на Кьяру, улыбнувшись.

— Хорошо. Давай уедем. Завтра.

Она улыбнулась в ответ, но тут же протянула руку и забрала мой бокал.

— Все, хватит. Тебе достаточно.

— Но... — я вытянула руку, потянувшись за ним. — Мне грустно.

— Я знаю, — коснулась моего плеча Кьяра. — Но вино не решит твоих проблем.

Я кивнула, но в груди по-прежнему все гудело. Поездка тоже не решит моих проблем, но хотя бы даст шанс на то, чтобы вспомнить, как я жила раньше.

— Все будет хорошо, — притянула меня к себе подруга. — Ты не одна.

Прикрыла веки, прижавшись к ней. Нужно забыть обо всем. Хотя бы на миг.

— Отдохни, ладно? — провела ладонью по волосам Кьяра. — Завтра все решим.

Оставила след губ на щеке, а затем помахала на прощание, оставив меня одну. Тишина квартиры быстро окутала меня. Я встала с места, прошла в спальню, плюхаясь на белоснежные простыни.

Но мысли все равно вернулись к нему. Марко...

Этот взгляд, этого голос...

— Зачем я думаю о нем?! — выкрикнула в пустоту, вертясь из стороны в сторону. — Это какое-то проклятье?

Меня разрывало изнутри: желание и ненависть, тоска и страх. Я сжала подушку, будто могла заглушить в ней свои чувства. Но постепенно дыхание выровнялось, и усталость взяла верх. Я успокоилась и незаметно провалилась в сон.

Сон был сладким. Я шла по солнечной улице, вокруг цвели оливковые деревья, и все казалось легким, как в детстве. Я смеялась, чувствовала свободу, будто никакого Марко не существовало.

Но вдруг послышался стук. Сначала тихий, как издалека. Сразу подумала, что это часть сна, но стук повторился еще громче и настойчивее. Я подскочила с постели, а сердце забилось быстрее.

Выбежала в коридор, даже не поправив прическу. Все было на автомате: шаги, рука на дверной ручке, движение.

Я открыла дверь по инерции.

И замерла.

На пороге стоял Марко. Его лицо было напряженным, дыхание сбивчивым, будто он бежал сюда.

— Прости, что врываюсь к тебе, — прошептал он, переводя дыхание. — Но мне нужно кое-что проверить...

Прежде чем я успела что‑то сказать, он шагнул вперед, обхватил мое лицо обеими руками и притянул мои губы к своим.