глава 3.
С каждым днём Лив всё больше ощущала, как её жизнь меняется, как она становится частью мира, который когда-то казался ей далеким и страшным. Она привыкала к его правилам, но всё равно не могла забыть о той тени опасности, которая висела над каждым её шагом. Мафия была не просто понятием, это было реальное присутствие, с его людьми, правилами, выборами и жертвами. И теперь, когда она была глубже вплетена в эту ткань, Лив не могла уже выбраться.
Банчан всё чаще пропадал на работе, а Лив оставалась одна, иногда в его квартире, иногда в другом месте, наблюдая, как его жизнь поглощает её. Он был рядом, но всё равно всегда как будто в другом мире. Его взгляды стали более тяжелыми, его молчание — ещё более долгим. Он как будто пытался защитить её от чего-то, что Лив всё равно ощущала — опасности, которая не исчезала.
Однажды вечером, когда она вернулась в квартиру, Банчан уже был там. Его поза была напряжённой, он стоял у окна, глядя в темноту. Лив остановилась на пороге, чувствуя, как воздух в комнате стал плотным, как будто она вошла в какое-то секретное пространство, которое она не должна была обнаружить.
— Ты не сказал мне, что это будет так, — сказала она, прерывая молчание. — Ты не сказал, как много всего мы теряем.
Банчан не сразу ответил. Он продолжал смотреть в окно, его плечи были напряжены, как будто он был на грани решения чего-то важного.
— Ты не понимаешь, — его голос был тихим, но твёрдым. — Ты видишь только внешнюю сторону, только то, что я позволяю тебе видеть. Но ты не видишь, что я теряю каждый день, каждый час. Всё, что я делаю — я делаю для того, чтобы защитить тех, кто мне важен. Для того, чтобы никто не пострадал. А ты, Лив… ты стала частью этого. И я не могу позволить, чтобы ты пострадала.
Лив почувствовала, как её сердце сжалось. Эти слова звучали так, как будто он действительно переживал за неё. Но она знала, что это не просто защита. Это было гораздо глубже. Он не хотел показывать свою слабость, не хотел показывать ей, что на самом деле он был не так уверен в своём выборе, как казался.
— Я не хочу быть твоей слабостью, — сказала она, стараясь держать голос спокойным, но в её глазах была решимость. — Я выбрала быть с тобой. И я не собираюсь отступать. Ты думаешь, что я не понимаю, что происходит? Но я чувствую, что ты мне важен. И я не буду уходить.
Его взгляд стал мягче, но всё равно в его глазах оставалась какая-то тень. Он повернулся к ней, делая шаг вперёд.
— Ты не понимаешь, насколько это опасно, — произнёс он, его голос почти шепотом, как будто он боялся, что кто-то может услышать. — Этот мир не прощает ошибок. Я не могу позволить тебе быть частью этого. Потому что если ты останешься рядом, ты тоже станешь мишенью.
Лив шагнула к нему, решимость в её глазах была очевидна.
— Я не боюсь быть мишенью, — ответила она, её голос был твёрдым и спокойным. — Я не боюсь потерять себя. Но я не могу уйти. Ты должен понять, что я выбрала быть здесь. И мне не важно, что будет дальше. Я останусь.
Он молчал, его глаза всё ещё изучали её, и Лив чувствовала, как его взгляд проникает в неё. Но, наконец, он чуть вздохнул и подошёл ближе. Его лицо было близким, и она почувствовала его дыхание.
— Ты — невероятная, Лив, — сказал он тихо, и в его голосе не было уже той холодной дистанции, которая была раньше. — Я не знаю, почему ты остаёшься. Но, если уж ты выбрала этот путь, я буду рядом. Но помни: в этом мире нет пути назад.
Лив посмотрела ему в глаза и кивнула. Она понимала, что его слова были предупреждением, но в её сердце не было страха, только готовность встретиться с тем, что ждало её впереди.
— Я не жалею, Банчан, — сказала она, её глаза светились решимостью. — Я сделала свой выбор. И я не стану отступать.
Он стоял рядом с ней, и в этот момент, несмотря на всю опасность, которую несёт его мир, Лив ощущала, что её жизнь стала частью чего-то важного, чего-то неизбежного. И, возможно, именно это было тем, что привело её сюда.
В следующий момент он тихо прошептал:
— Я буду с тобой, сколько бы ты ни шла этим путём, но помни — этот мир не прощает. Никогда.
Лив снова кивнула, её сердце готово было к любым последствиям.
Время шло, и Лив всё больше ощущала, как её жизнь переплетается с жизнью Банчана, его миром, его правилами. Каждое новое знакомство, каждый новый шаг был всё более опасным. Она начала замечать странных людей, которые иногда появлялись в его окружении, разговаривая с ним на языке, который ей был незнаком. Тайны, о которых она не знала, начали открываться, и она всё чаще задавалась вопросом, насколько глубоко она готова зайти.
Однажды, когда они сидели в его квартире, она заметила, как Банчан стал задумчивым, как будто что-то беспокоило его. Он перестал быть тем человеком, которого она знала несколько недель назад — всё больше он становился человеком, окружённым мраком и тайнами.
— Банчан, — тихо сказала она, приглядевшись к его лицу. — Ты что-то скрываешь от меня.
Он вздохнул, и его глаза на мгновение потемнели, как будто он пытался скрыть что-то важное. Он снова был тем человеком, который прятал свои чувства, не позволяя им выйти наружу. Но теперь, в этой тишине, Лив почувствовала, как её слова пробивают его защиту.
— Лив, ты не готова узнать всё, — его голос был тихим, но твёрдым. — Этот мир, в котором я живу, опасен. Я не могу позволить тебе погружаться в него глубже. Ты не знаешь, на что способна эта тьма.
Лив почувствовала, как её сердце сжалось. Он был прав. Она действительно не знала, на что может её потянуть эта игра. Но в то же время она чувствовала, что её место здесь. Она не могла оставить его, не могла просто отступить. Она выбрала быть с ним, и этот выбор был уже неотвратим.
— Я не боюсь этого, — сказала она, сжимая кулаки. — Я не собираюсь уходить. Если это твоя жизнь, значит, это и моя жизнь.
Он посмотрел на неё с какой-то невидимой борьбой в глазах, как будто искал в её взгляде хоть малейший след сомнения. Но Лив не отвела взгляда. Она была решительна.
— Ты даже не знаешь, что за вами стоит, — продолжил он, его слова стали жесткими, как будто он пытался защитить её от всего, что могло произойти. — Эти люди, они не будут щадить тебя, если они решат, что ты слишком близка.
Лив почувствовала, как её решимость начинает слабеть, но она стиснула зубы и в ответ сказала:
— Я не могу просто убежать. Если я останусь, значит, я готова к последствиям. Ты не можешь меня держать подальше от всего этого.
В его глазах мелькнуло что-то — может быть, признание, может быть, удивление, а может, даже какое-то уважение. Но он не сказал ничего. Вместо этого, он подошёл к ней и, как обычно, коснулся её плеча, его прикосновение было неожиданно мягким.
— Ты удивляешь меня, Лив, — тихо сказал он. — Я думал, что ты отступишь. Но ты остаёшься.
Она встретилась с ним взглядом, не отводя глаз. Всё, что она чувствовала, было ясно. Это был её путь. Она сделала выбор, и теперь нужно было пройти его до конца.
Вечером того же дня они отправились на одно из важных собраний, которое снова открывало перед Лив эту тёмную сторону мира, в котором они жили. Это было не просто собрание — это была встреча с людьми, с которыми они вели дела, с людьми, которые не знали пощады. Она чувствовала, как напряжение нарастает, когда они въезжали в один из старых зданий, где бизнес и жизнь переплетались в одном потоке.
Банчан молчал, как всегда, но Лив чувствовала, что его глаза следят за каждым её движением. Она была не просто спутником. Сегодня она была частью чего-то большего. И в этот момент она поняла, что никогда не будет прежней.
Когда они вошли в тёмный зал, заполненный незнакомыми людьми, Лив почувствовала, как её грудь сжимается от волнения. Всё здесь было чуждым и опасным, но она не могла отступить. Она уже не была просто студенткой, она была частью этой игры, частью его мира. И, несмотря на страх, она ощущала, что, возможно, это был её выбор — быть рядом с ним, несмотря на то, что она могла потерять.
Банчан остановился перед одним из мужчин, и Лив почувствовала, как напряжение усиливается. Всё было в воздухе — деловые переговоры, угроза, невидимые связи. Она стояла рядом, наблюдая за каждым движением, за каждым взглядом, пытаясь не показывать, что внутри неё бушует страх.
Но она не ушла. Не отступила. И в этот момент Лив почувствовала, как её жизнь стала частью этого мира. Тёмного, опасного, но её собственного.
Время шло, и Лив всё больше становилась частью этой опасной реальности. Каждая встреча, каждый разговор с людьми, с которыми ей приходилось сталкиваться, оставлял в её душе след. Они были насторожены, холодны, а иногда даже открыто враждебны. Но самое странное — всё это начинало восприниматься как привычка, как неотъемлемая часть её новой жизни. Вечерние встречи с Банчаном становились всё более напряжёнными, и каждый раз, когда она смотрела в его глаза, чувствовала, как между ними растёт пропасть, которую они оба пытались не замечать.
Однажды вечером, когда они возвращались домой, Лив снова заметила, как его поведение изменилось. Он был молчалив, напряжён. Даже их обычные разговоры стали короче, а её присутствие рядом с ним словно беспокоило его. Это не было обычным молчанием — это было молчание, наполненное чем-то тяжёлым, что он не хотел или не мог объяснить.
— Что происходит? — спросила Лив, сжимая его руку, когда они оказались в лифте. — Ты всё чаще становишься таким... закрытым. Ты отдаляешься от меня.
Банчан едва ли повернулся к ней, его взгляд был пустым и холодным, как обычно, но в этот раз Лив почувствовала, что за этим скрывается нечто большее.
— Я защищаю тебя, Лив, — произнёс он, его голос был почти безэмоциональным. — Ты не понимаешь, как много ты ставишь на карту, когда ты здесь. Я не могу позволить тебе быть слабыми звеном в этом мире.
Лив почувствовала, как её сердце сжалось. Она знала, что мир, в который её втянул Банчан, был опасен. Но она также знала, что она не может жить, скрываясь в тени. Она не была слабой, она была готова бороться.
— Я не слаба, Банчан, — сказала она, её голос был твёрдым, хотя внутри неё бушевали эмоции. — И я не хочу прятаться. Я хочу быть рядом с тобой. В этом мире, да, но рядом.
Он посмотрел на неё с каким-то удивлением, но в его глазах всё же была та же бездушная решимость, которая заставляла её чувствовать себя незначительной.
— Ты не понимаешь, — снова сказал он, и теперь в его голосе было что-то новое, что-то, что Лив не могла расшифровать. — Я не могу позволить тебе быть частью этого. Ты хочешь быть рядом со мной, но ты не готова потерять всё, что я потерял. И я не могу позволить тебе пройти этот путь.
Лив почувствовала, как её грудь сдавливает боль. Он не верил в её силы. Он думал, что она слишком хрупка, чтобы справиться с тем, что ему пришлось пережить. И это было больно, потому что она знала, что он прав в одном — его мир не был для неё, не был для людей, таких как она.
Но несмотря на эти слова, Лив не собиралась отступать. Она уже сделала свой выбор, и не могла теперь изменить его.
— Ты ошибаешься, — сказала она, её голос был твёрдым и решительным. — Я готова. Я готова пройти этот путь, если ты будешь рядом.
Она могла видеть, как его взгляд на мгновение смягчился, как будто он пытался понять её, увидеть её с другой стороны. Но затем он снова отвернулся, и тень в его глазах стала ещё глубже.
— Это твой выбор, Лив. И я не могу изменить то, что уже происходит, — произнёс он, почти шепотом. — Но помни, что ты не сможешь вернуться назад.
Лив ничего не ответила. Она просто молча следовала за ним в их квартиру. Каждый шаг, который она делала, был шагом в неизвестность, но она не могла остановиться. Она чувствовала, как в её сердце разгорается огонь решимости, и как этот огонь с каждым днём становится сильнее.
Они оба знали, что всё изменилось. Она не была просто девушкой, которая случайно встретила опасного мужчину. Она была частью его мира, частью того, что грозило поглотить её, но она не боялась. Потому что это был её выбор. И в этом выборе было что-то, что Лив не могла назвать словами, но что было ей настолько важным.
Она почувствовала, что это только начало пути, и она не знала, к чему он приведёт. Но одно было ясно: ни она, ни Банчан не могли уже вернуться назад.
Всё, что было между ними, становилось более сложным и многозначным с каждым днём. Лив чувствовала, как мир Банчана всё глубже поглощает её, как тень его жизни растягивается на её собственную. Он старался защищать её, уводя в сторону от самых опасных моментов, но Лив не могла оставаться в стороне. Она уже была частью этого мира, и, несмотря на его попытки оградить её, она понимала: она сама выбирала этот путь.
Однажды ночью, когда Лив вернулась домой после одной из встреч, ей позвонил незнакомый номер. Она взяла трубку, ощущая, как что-то настораживающее передавалось в воздухе.
— Лив? Это Банчан, — его голос был напряжённым, в нём слышалась какая-то скрытая тревога. — Останься дома. Не выходи на улицу.
Она почувствовала, как её сердце сжалось. Это было не просто беспокойство, это было предчувствие чего-то плохого. Но она не могла понять, что именно происходит. Что-то не так.
— Почему? Что случилось? — спросила Лив, пытаясь не выдать тревогу в голосе.
— Не выходи, я скоро буду. Просто жди. — Его слова были короткими и резкими. Он не стал объяснять.
Лив опустила телефон, но оставалась в замешательстве. Её интуиция подсказывала, что происходящее было связано с теми самыми людьми, которых она всё больше начинала замечать в его жизни. Людьми, о которых Банчан старался не говорить, но чьё присутствие в их мире становилось всё более явным.
Вскоре дверь открылась, и перед ней стоял Банчан. Его лицо было холодным, его глаза блестели настороженностью.
— Что происходит? — спросила она, чувствуя, как его напряжение передаётся и ей.
— Мы в опасности, — сказал он, заходя внутрь и закрывая за собой дверь. Он не стал объяснять сразу, но Лив почувствовала, что что-то большое назревает.
Он не был обычным человеком, он не жил обычной жизнью. Но её любовь к нему, её желание быть рядом с ним, несмотря на всё, что происходило вокруг, не исчезали. Она верила в его слова, верила в его способности. Но сейчас, в этот момент, она чувствовала, как его мир становится темным и неопределённым. Всё, что они переживали, всё, что он скрывал, теперь выходило наружу.
— Ты говоришь о каких-то людях, не так ли? О тех, с кем ты связался. Они здесь? — спросила она, пытаясь понять, с чем они сталкиваются.
Банчан резко посмотрел на неё. Его взгляд был жестким, но в нём не было той прежней холодности. Вместо этого она увидела… сожаление.
— Это не твоя война, Лив, — сказал он тихо, с каким-то отчаянием в голосе. — Ты не знаешь, с кем ты имеешь дело. Они не дадут нам покоя. Но я не могу тебя защищать вечно.
Её сердце сжалось. Она не могла поверить, что он снова пытается отдалить её от себя. Как будто её присутствие могло быть помехой. Как будто её любовь была чем-то, что стояло между ним и его долгом.
— Я не боюсь, — сказала Лив, её голос стал твёрдым и решительным. — Я выбрала быть с тобой, Банчан. И я не собираюсь отступать.
Он снова посмотрел на неё, его взгляд был полон борьбы и скрытой боли. Но он не сказал ничего. Он просто подошёл ближе и, несмотря на свою внешнюю жесткость, обнял её. Это было странно — его руки обвили её, как будто он боялся потерять её.
— Ты не знаешь, что ты говоришь, Лив, — произнёс он с лёгким выражением боли в голосе. — Этот мир поглотит нас. И я не хочу, чтобы ты стала частью этого.
Но она была с ним. Она ощущала его жар, его тяжёлое дыхание, и её сердце сжималось от того, насколько он был подавлен. Она знала, что ему не легче. Он не был бездушным человеком, несмотря на всё, что он показывал миру. Он был мужчиной, который потерял гораздо больше, чем мог бы признать.
— Я буду с тобой, Банчан, — сказала она, её голос был твёрдым, но нежным. — Я буду с тобой, несмотря ни на что.
Его лицо всё больше расслаблялось, но в его глазах всё ещё было нечто, что Лив не могла понять. Может быть, это был страх, может быть, он был просто устал от этой жизни, от того, что она стала частью его.
— Ты не должна быть частью этого, — снова произнёс он, но в его голосе уже не было такой твёрдости.
Он не хотел, чтобы она страдала. Он хотел, чтобы она была в безопасности, но Лив не могла оставить его. Она не могла быть без него.
Через несколько минут они слышали звуки сирен, что-то происходило внизу, на улице. Шум и хаос начали нарастать, и Лив поняла, что ситуация становилась всё более опасной.
— Пойди спрячься, — сказал Банчан, его голос стал более решительным, почти командным. — Я всё улажу.
Но она не пошла. Она осталась с ним, готовая быть рядом, несмотря на всё. В её глазах был тот же огонь, который горел в нём, когда он выбирал её, когда он решил, что она будет частью его мира. Это было их общим выбором, и теперь они стояли на его пороге.
Лив не могла отступить. Это был её путь. И она не собиралась его покидать.
Когда они выбежали на улицу, Лив почувствовала, как вокруг всё бурлит. Весь этот мир, полный напряжения и опасности, внезапно стал более реальным, чем когда-либо. Вдалеке слышались сирены, и люди в темных костюмах суетились вокруг. Улицы были полны скрытых угроз, и Лив осознала, что она всё глубже погружается в этот мир, от которого она не могла отказаться.
Банчан держал её за руку, его лицо было решительным, но в его глазах скрывалась тревога. Он знал, что эта ночь может стать поворотной. Он знал, что их время на исходе.
— Ты должна уйти отсюда, — повторил он, останавливаясь возле одного из переулков и оглядываясь. — Я не могу позволить тебе быть здесь, не могу рисковать твоей безопасностью.
Но Лив не отступала. Она уже сделала свой выбор. Этот мир, возможно, был слишком опасным, но теперь он был её миром, и она не могла просто скрыться. Она смотрела в его глаза, чувствуя, как её сердце бьётся в унисон с его напряжённым дыханием.
— Я не уйду, — сказала она, твердо держась за его руку. — Я с тобой, Банчан. Мы вместе, помнишь?
Его взгляд стал мягче, но всё равно оставался насторожённым. Он не хотел, чтобы она была частью этого мира, но она не могла просто взять и уйти. Она верила, что в любой опасности они могли оставаться рядом. И несмотря на всё, что происходило вокруг, она не была готова терять его.
— Ты не понимаешь, что происходит, — сказал он, его голос стал тише, почти шёпотом. — Это не просто уличные разборки. Это дело гораздо серьёзнее. Они не дадут нам покоя, если мы не прекратим эту игру.
Лив почувствовала, как в её груди всё сжимается от страха. Но в её глазах было нечто большее — решимость, которую она не могла скрыть.
— Я не могу просто отступить, Банчан. Я знаю, что будет тяжело, но если мы вместе, мы справимся, — произнесла она, несмотря на внутреннюю тревогу.
Он молчал несколько секунд, его взгляд словно пытался увидеть её слабые стороны, найти хоть малейшее сомнение. Но Лив оставалась твёрдой, и он это понял. Он вздохнул, как будто сдался.
— Хорошо, но ты остаёшься в тени, — сказал он, его голос был более мягким, но в нём всё равно оставалась угроза. — Я не могу рисковать твоей жизнью. Ты остаёшься позади меня, и ты не вмешиваешься, понялa?
Лив кивнула, понимая, что это не тот выбор, который она бы хотела, но другого выхода не было. Она знала, что её присутствие могло бы лишь усложнить ситуацию, но она не могла позволить себе скрываться. Она должна была быть рядом, с ним.
Они продолжали двигаться, укрываясь в тени, прячась от посторонних глаз, пока они не оказались в одном из старых, заброшенных зданий. Это место, кажется, было когда-то складом, а теперь оно стало укрытием, где они могли обсудить всё, что происходило. Тут было тихо, но напряжение висело в воздухе, как нечто неизбежное.
Банчан наконец-то остановился, обернувшись к Лив.
— Я не могу скрывать от тебя всю правду, — сказал он, его голос стал тяжёлым. — Я не хотел, чтобы ты была в этом, но ты уже стала частью этой игры. И теперь ты должна знать, с кем мы имеем дело.
Лив почувствовала, как её сердце сжимается. Он наконец-то открывает перед ней больше. Он был готов показать ей, что скрывал, и она почувствовала, что этот момент что-то изменит.
— Я слушаю, — сказала она, хотя внутри неё всё же оставалась боязнь того, что она может узнать. Но теперь она была готова встретиться с тем, что она боялась. Она выбрала быть здесь, и теперь она должна узнать правду.
Банчан медленно кивнул и начал рассказывать.
— Мы не просто играем с уличными бандами. То, с чем я связан, намного больше, чем ты могла представить. Это касается людей, которые контролируют города, влияют на политиков и ведут грязные дела на глобальном уровне. Ты думаешь, что всё это касается только нас, но на самом деле, за нами стоят люди, которые не остановятся перед ничем, чтобы достичь своих целей. Если ты хочешь быть рядом со мной, ты должна понять, что это будет не просто борьба за выживание. Это война, в которой нет победителей.
Лив молчала, её глаза широко раскрылись от его слов. Это было больше, чем она могла себе представить. Это было хуже, чем она думала.
— Я не боюсь, — сказала она, хотя голос дрожал от волнения. — Я не могу поверить, что ты думаешь, что я испугаюсь. Ты же знаешь, я выбрала быть с тобой.
Банчан стоял перед ней, его глаза стали мягче, но в них всё равно была скрытая тревога. Он не хотел, чтобы она оказалась в опасности, но теперь было ясно — они не могли скрыться. Война была уже не в теории. Она началась. И всё, что было между ними, теперь подвергалось опасности.
— Ты не понимаешь, Лив, — снова сказал он, его голос стал тише, почти шёпотом. — В этой игре, если ты хочешь выжить, ты должна быть готова к любому. Но я не могу потерять тебя.
Лив сделала шаг вперёд, взяв его за руку. Она знала, что это будет тяжело. Но она была готова.
— Мы вместе, — сказала она уверенно. — Ты не потеряешь меня.