глава 4.
Время словно растягивалось в этом мире, где каждая минута могла быть решающей. Лив начала осознавать, что теперь её жизнь не была такой, как раньше. Она не могла вернуться в мир, который был для неё безопасным и привычным. Она стала частью чего-то гораздо большего, чем её собственное понимание, и эта реальность теперь диктовала ей свои правила.
С каждым днём напряжение росло, и Лив чувствовала, как мир Банчана всё сильнее проникает в её душу. Её жизнь теперь была полной противоречий: с одной стороны, она была готова стоять рядом с ним, несмотря на опасности и угрозы, а с другой — она не могла полностью понять, что на самом деле происходит в этом мире, и что он от неё скрывает.
Однажды, через несколько дней после их разговора, когда всё казалось на грани взрыва, Лив и Банчан снова встретились в том самом заброшенном здании. Этот раз был особенным. В его глазах уже не было той решимости, с которой он всегда скрывал от неё правду. В его взгляде была боль и усталость, и Лив поняла, что наступил момент, когда он должен был рассказать ей всё.
— Лив, я не могу больше скрывать от тебя, — начал Банчан, его голос был напряжённым, но всё-таки сдержанным. — Я обещал тебе, что ты не будешь в этом одинока, но… Ты должна понять, что нас окружает враг. Не те люди, которых ты видела раньше, не те, с которыми мы сталкивались на улицах. Это те, с кем ты даже не представляешь, что нам предстоит столкнуться.
Лив почувствовала, как её сердце сжалось. Это был тот момент, когда всё становилось более серьёзным, чем она когда-либо могла представить.
— Кто эти люди? — спросила она, не скрывая своей тревоги. — И почему ты так боишься, что я узнаю правду?
Банчан выдохнул, как будто обдумывая, с чего начать. Он никогда не был готов рассказать ей всё, но сейчас не было выбора.
— Это не просто местные мафиози или уличные банды. Это люди, которые находятся в самых высоких сферах власти, в политике, в бизнесе. Они контролируют города, государства. Они могут легко уничтожить кого угодно. И ты, Лив, можешь стать их целью, если ты будешь продолжать быть рядом со мной.
Он замолчал на несколько секунд, будто пытаясь понять, как её слова отразятся на её восприятии.
— Ты говоришь, как будто я не знаю, что будет дальше, — сказала Лив, её голос был холодным, но в нём чувствовалась решимость. — Я знала, что это опасно. Я знала, что ты не просто так оказался в этом. Я выбрала быть с тобой, несмотря на всё. Так что говори, что нужно делать, и я буду рядом.
Банчан замер, его взгляд на мгновение стал почти растерянным. Он не мог понять, как она всё это воспринимает. Он не мог поверить, что она не боится того, что ему приходилось пережить. Это было так сложно, потому что он не хотел, чтобы она страдала.
— Ты не понимаешь, — сказал он, теперь с глубоким сожалением в голосе. — Это не просто выбор, это может стать твоей погибелью. Я не хочу, чтобы ты была частью этого мира, чтобы ты стала пешкой в этой игре.
Лив сделала шаг вперёд и положила руку на его грудь, прямо на место, где билось его сердце.
— Я не могу просто уйти, Банчан, — произнесла она, глядя ему в глаза. — Я не могу покинуть тебя, потому что ты — это не просто опасность. Ты для меня — больше, чем этот мир. Я выбрала быть с тобой, и я не могу отступить.
Тишина, которая повисла между ними, была напряжённой, как натянутая струна. Банчан стоял, не двигаясь, и казалось, что всё вокруг замерло. Он чувствовал её уверенность, её решимость. И это было одновременно его слабостью и силой. Он не мог позволить ей быть в этом. Но теперь он знал, что с каждым днём всё больше привязывается к ней.
— Хорошо, — наконец сказал он, его голос стал тихим, почти безэмоциональным. — Но если ты будешь со мной, ты должна быть готова к последствиям. Ты готова к тому, что может случиться?
Лив не колебалась. Она знала, что если она хочет быть с ним, то ей придётся пройти через всё. Но её сердце было уверено. Она не могла позволить себе уйти, не смогла бы жить с этим выбором.
— Я готова, — сказала она, её голос был твёрдым и решительным.
Он посмотрел на неё ещё несколько секунд, а затем взял её за руку и повёл за собой. Он знал, что теперь её жизнь уже не будет прежней. Он знал, что она вошла в этот мир, и ей придётся справляться с тем, что она теперь знала.
Но в его глазах была не только боль. Там была и благодарность, и в каком-то смысле — надежда. Надежда на то, что вместе они смогут справиться с тем, что предстоит.
— Пойдем, — сказал он. — Ты не одна, Лив. Мы будем вместе. И вместе мы справимся.
С того момента, как Лив согласилась быть с ним, как будто всё вокруг изменилось. Они больше не могли скрываться в тени. Даже простые шаги по улице стали чем-то опасным, будто каждое движение могло привлечь внимание тех, с кем они связаны.
После разговора в заброшенном здании Банчан стал ещё более насторожённым. Он возил её через тёмные переулки, увозя от мест, которые могли бы выдать их присутствие. Он научил её быть скрытной, всегда смотреть по сторонам и избегать лишнего внимания. Но каждый раз, когда они оказывались в безопасном месте, она замечала, как он расслабляется, как будто страх и тревога уходят, оставляя место для чувства… чего-то тёплого, чего она не могла точно описать.
Сегодня ночью было особенно тяжело. В воздухе висела угроза, и Лив чувствовала её. Банчан был молчалив, его лицо всё время закрывалось, но она знала, что его мысли где-то далеко, что он уже планирует следующий ход. Всё, что он делал, было ради их выживания, но чем больше она с ним была, тем больше понимала, что он скрывает не только свою боль, но и свои глубокие страхи.
Они снова оказались в одном из старых убежищ, но на этот раз атмосфера была иной. Банчан, казалось, был на грани. Он стоял у окна, внимательно осматривая улицу, и Лив видела, как напряжение скручивает его тело, как пальцы, сжимающиеся в кулаки.
— Что происходит? — спросила она, вглядываясь в его лицо, на котором не было привычной решительности. Она чувствовала, что что-то не так, что он скрывает от неё важное.
Банчан повернулся к ней, его глаза тёмные и усталые, но в них снова было что-то, что заставляло её сердце сжиматься.
— Это они, — сказал он тихо, как будто боясь произнести эти слова вслух. — Они знают о тебе, Лив.
Словно груз падал на её плечи. Всё это время она пыталась оставаться спокойной, пыталась держаться, но теперь, услышав его слова, она почувствовала, как всё внутри неё дрогнуло.
— Кто? — спросила она, хотя, зная его, уже догадывалась.
— Те, кто стоит за всем этим, — ответил он. — Люди, которых ты не видела, но которые следят за каждым твоим шагом. Ты стала для них целью.
Лив поняла, что всё, что казалось ей опасным раньше, теперь стало не просто угрозой. Это было реальной угрозой её жизни.
— Мы не можем быть безопасны, да? — сказала она, пытаясь принять всё, что только что узнала. — Ты пытался скрыть меня, чтобы я не пострадала. Но теперь они знают.
Банчан подошёл к ней, взяв её за плечи, заставив смотреть прямо в его глаза. Он был сильным и решительным, но Лив ощущала, что даже он уже устал бороться.
— Они сильнее, чем я думал, Лив. Я не думал, что они настолько близки. Они могут уничтожить всё, что у нас есть.
Её сердце сжалось от страха, но она не могла позволить себе паниковать. Теперь ей нужно было быть сильной.
— Мы не можем просто сидеть и ждать, — сказала она, решительно сжав губы. — Нам нужно действовать. Мы не можем просто позволить им взять нас.
Банчан смотрел на неё с уважением, но и с беспокойством. Он знал, что Лив готова к борьбе, но он также понимал, что война, в которую они ввязались, не давала места для ошибок.
— Ты не понимаешь, — сказал он тихо, как будто боится, что она всё ещё не осознала всю серьёзность ситуации. — Это не просто игра. Они не остановятся. Они уничтожат всех, кто окажется на их пути.
— Я не боюсь, — произнесла Лив, не отводя взгляда. — Я выбрала этот путь. И я буду идти до конца. С тобой.
С этим решением она почувствовала, как внутри её растёт сила. Они не были обычными людьми, они были частью этой опасной игры, и если это их судьба, она была готова бороться.
Банчан молчал некоторое время, а затем снова посмотрел на неё. Его взгляд стал мягче, хотя в нём всё равно оставалась тревога.
— Ты права, — сказал он наконец. — Мы не можем ждать. Но ты должна быть готова к тому, что будет. Это будет опасно. Нам нужно уничтожить их изнутри.
Лив кивнула, и в её глазах появилось что-то новое — решимость, которой она ещё никогда не ощущала.
— Я готова, — сказала она. — Пусть они попробуют нас остановить.
Банчан усмехнулся, хотя его лицо всё ещё оставалось напряжённым.
— Ты удивляешь меня, Лив. Я думал, ты не будешь готова. Но если ты решилась, мы сделаем это.
Он подошёл к ней, и их взгляды встретились, как никогда прежде — полные решимости, полные страха и надежды. Она знала, что их мир изменится, но теперь у них был шанс изменить его по своему сценарию. Вместе.
— Нам нужно найти их слабое место, — продолжил Банчан. — Только так мы сможем выиграть.
Лив кивнула и прошептала:
— Мы вместе. И мы справимся.
Теперь, когда они оба были готовы идти до конца, Лив знала, что несмотря на всё, что ждало впереди, она не отпустит его. И этот путь, каким бы тяжёлым он ни был, они пройдут вместе.
С того дня, как Лив и Банчан стали более открытыми друг с другом, их отношения начали меняться. Но как бы сильно они ни стремились к тому, чтобы всё стало лучше, этот мир, в который они погружались, был полон опасностей и тёмных углов, которые не оставляли им шансов на счастье.
Прошло несколько недель, и Лив начала привыкать к новой реальности. Она и Банчан всё больше времени проводили вместе, но каждый день был как испытание. Каждое их действие было тщательно спланировано, и даже простое выходное на улицу могло закончиться проблемами. Но Лив чувствовала себя сильной. Она не боялась того, что они с Банчаном пережили, и её решимость поддерживала его. Она знала, что она должна быть рядом, что они должны пройти через всё вместе.
Однажды вечером, когда они снова сидели в укромном месте, планируя свой следующий шаг, Банчан резко встал с места и подошёл к окну.
— Мы находимся в ловушке, Лив, — сказал он, его голос был напряжённым, а взгляд — обеспокоенным. — Они знают о нас больше, чем я думал. Я не могу тебя защитить, если они начнут действовать.
Лив почувствовала, как страх, который она пыталась подавить, снова пробудился. Она знала, что их противники были слишком сильными, и Банчан был прав — их время истекало.
— Что мы будем делать? — спросила она тихо, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
Он повернулся к ней, его глаза темнели от боли и усталости.
— Мы должны сделать последний ход, Лив. Но это будет опасно. Если мы не успеем… если я не смогу вовремя всё завершить, они тебя найдут.
В этот момент Лив поняла, что он уже принял решение. Он был готов рискнуть всем ради неё, ради их общей цели. И она тоже была готова. Если нужно, она пойдёт с ним до конца. Но внутри её растало чувство тревоги. Она не могла представить, что произойдёт, если они проиграют. Это было слишком страшно.
— Я с тобой, Банчан, — сказала она, подходя к нему и беря его за руку. — Мы это сделаем вместе.
Его взгляд немного смягчился, и на его лице мелькнула слабая улыбка. Но Лив заметила, что за этой улыбкой скрывается беспокойство. Он знал, что их план был рискован, и последствия могли быть катастрофическими.
— Ты не должна быть здесь, Лив, — сказал он тихо, вздыхая. — Ты не должна всё это переживать.
Но Лив не могла отступить. Всё, что она пережила, всё, что они пережили вместе, не могло быть напрасным.
— Я не оставлю тебя. Я здесь, и я не уйду, — ответила она, крепко сжимая его руку.
Они продолжили подготовку, и время текло быстро. С каждым днём напряжение нарастало. Их противники приближались, и Лив чувствовала, как растёт страх за него. Но она продолжала верить, что они смогут справиться. Она не могла позволить себе сомневаться, особенно сейчас.
И вот, наступил тот момент. Всё было готово. План был в действии. Лив и Банчан стояли на пороге судьбы, и они знали, что могут не вернуться.
— Лив, — сказал Банчан, глядя на неё с серьёзным выражением лица. — Если что-то случится, если я не успею, я хочу, чтобы ты знала одно… Я не жалею. Ты для меня… ты всё.
Лив почувствовала, как её сердце сжалось. Она не могла слушать его так, она не могла представить себе жизнь без него.
— Не говори так. Ты не оставишь меня, не сейчас. Мы справимся, — сказала она, но её голос дрожал.
Он прикоснулся к её лицу, его глаза наполнились болью.
— Я люблю тебя, Лив. Я всегда буду любить тебя, даже если нас разлучат, — сказал он, его голос почти шёпотом, как если бы это было последним, что он мог сказать.
Слёзы наворачивались на глаза Лив, но она не позволила им упасть. Она крепко сжала его руку и кивнула.
— Я тоже тебя люблю, Банчан. Ты не один. Мы вместе. Всегда.
Но этого не хватило.
В тот день, когда они встретились с врагами, всё пошло не так, как они планировали. В какой-то момент всё стало хаосом — пули, крики, взрывы. Лив бегала, пытаясь найти Банчана, но среди всего этого она потеряла его из виду. В какой-то момент она услышала выстрел и почувствовала, как её сердце остановилось. Она бросилась к источнику звука, её ноги подкашивались от страха.
И тогда она его увидела.
Он лежал на земле, его тело было изранено. Его лицо было бледным, а глаза тусклыми. Лив подбежала к нему, её руки тряслись, когда она пыталась прижать его к себе.
— Банчан! — закричала она, не в силах сдержать слёзы.
Он открыл глаза и посмотрел на неё, его губы едва шевелились.
— Лив… — прошептал он, слабо улыбаясь. — Ты… ты здесь… я… не могу… больше.
Лив не могла поверить. Её мир рушился на её глазах, и она не знала, как остановить это.
— Нет! Ты не можешь… ты не можешь уйти! — кричала она, прижимая его к себе, чувствуя, как его жизнь уходит.
Его рука слабо сжала её руку, и на его лице снова появилась слабая улыбка.
— Ты сильная, Лив, — сказал он. — Ты переживёшь это. И ты… будешь счастлива. Помни… я всегда буду с тобой.
И с этим его дыхание стало тише, его тело расслабилось, и он ушёл. Лив осталась одна, с его холодным телом на руках, и её слёзы были единственным, что оставалось в этом мире.
Она не могла поверить в то, что потеряла его. Всё, что они строили, всё, ради чего они боролись, теперь исчезло. И в этот момент, в её сердце, она поняла, что она потеряла не просто любовь — она потеряла часть себя.
Лив сидела на холодной земле, её глаза были заплаканы, но слёзы больше не приходили. Она чувствовала пустоту, которую невозможно было заполнить ничем. Весь мир казался серым и безжизненным. Банчан ушёл. И с ним ушла часть её самого важного мира.
Она не помнила, как она оставила его тело на земле, как забрала его пистолет и вернулась в безопасное место, где они планировали скрыться. Все её движения были механическими, словно она не осознавала, что происходит. Когда она вернулась в укрытие, то обнаружила, что окружающие её люди смотрят на неё, как на чудо, которое выжило, но они не знали, что именно она потеряла. Это было не просто его жизнь, это было её будущее, её надежды, её любовь.
Она встала, чтобы выйти, но кто-то преградил ей путь. Это был один из тех, кто помогал Банчану. Он заметил, что Лив была не в себе, и, несмотря на все её переживания, всё равно спросил:
— Ты в порядке? Ты… как ты себя чувствуешь?
Лив не ответила, не смогла. Она даже не чувствовала, что она может что-то сказать. Всё, что она знала, это то, что её жизнь больше не будет прежней. Она потеряла не просто человека. Она потеряла саму себя.
Её взгляд был холодным, и мир, как никогда, казался бесконечно далеким. Она выходила из укрытия, не думая ни о чём, только ощущая, как её сердце сжимается от боли. Шаги становились всё более тяжёлыми, а воздух вокруг неё стал холодным, будто сам мир отвернулся от неё.
Она дошла до одного из пустых переулков и остановилась. Лив не могла больше держать себя в руках. Боль охватила её целиком, и в тот момент, когда её слёзы начали литься свободно, она поняла, что всё было зря. Их любовь, их борьба — всё не имело значения, если в конце концов её оставили одну. Один человек, который был ей всем, ушёл. И теперь она стояла здесь, среди теней, без цели и без силы.
Она опустилась на колени, её грудь поднималась с трудом, и боль, которая сжимала её сердце, казалась невозможной для выживания. Внутри неё не было места ни для надежды, ни для света. Только бесконечная тьма, которая поглощала всё.
Именно в этот момент её лицо коснулся чей-то мягкий рукав. Она подняла голову и увидела его.
Его глаза были полны решимости, несмотря на все страдания, которые оставались позади. Он был как призрак из её прошлого, человек, который всё равно вернулся к ней, даже если она не просила. Он был тем, кто когда-то был частью её мира.
— Мы всё равно можем победить, — сказал он, не отходя от неё, его голос был тихим, но уверенным. — Ты не одна, Лив. Я здесь. Мы можем пройти через это.
Лив не понимала, что происходило. Почему он был здесь? Почему он вернулся, когда её мир рухнул?
Она подняла глаза к его лицу, и хотя её сердце было наполнено болью, она снова почувствовала, как внутри неё появляется что-то — слабая, но живая искра надежды. Он был с ней, и, может быть, всё ещё не было потеряно.
Но она не могла забыть Банчана. Он ушёл. И с ним ушла часть её, которая больше никогда не вернётся.
— Я не могу забыть его, — сказала Лив, её голос едва слышен, но в нём было столько боли, что это звучало как крик.
Человек рядом с ней сжал её руку, но его глаза не выражали жалости. Он знал, что она переживает утрату, и всё равно был готов поддержать её.
— Ты не должна забывать, — ответил он. — Но ты должна жить дальше. Для него, для себя. Ты не можешь оставить всё позади. Ты сильная, Лив. Ты сможешь.
Слёзы снова потекли по её щекам, и в этот момент она поняла: её жизнь не закончена. Даже если в её сердце оставался огромный разрыв, даже если она чувствовала, что больше не сможет любить, она не могла стоять на месте. Она должна была идти вперёд.
Она посмотрела на его лицо и увидела в его глазах то, что давно не видела — твердость, которая напоминала ей о Банчане. Возможно, не всё было потеряно. Может быть, было ещё что-то, ради чего она могла жить. Что-то, что её в какой-то момент могло вернуть к жизни.
И так, шаг за шагом, Лив встала на ноги. Хотя её боль была глубокой и необъяснимой, она решила не сдаваться. Она шла вперёд, несмотря на всё, что потеряла, несмотря на ту пустоту, которая оставалась после ухода Банчана. Она поняла, что, возможно, не сможет забыть его, но она всё ещё могла найти силы для того, чтобы жить.
Для себя. Для него.
Лив сидела на земле, её руки всё ещё сжали тело Банчана. Вокруг неё мир продолжал существовать, но она не ощущала его. В её голове не было мыслей, только пустота. Она не могла поверить, что всё закончилось так внезапно, что её мир рухнул за несколько мгновений. Он был её опорой, её силой, и теперь его не было.
Лив знала, что её время с ним закончилось, что теперь она должна продолжать жить. Но как? Как можно продолжить жить в мире, где её единственная опора исчезла? Как дальше смотреть в будущее, если оно уже не имело смысла?
Вокруг неё всё продолжалось. Вскоре прибыли их союзники — те, кто знал о Банчане и его борьбе. Они начали эвакуировать её и остальных выживших, но Лив не могла двинуться с места. Она сидела, прижимая его мёрт cuerpo к себе, и больше не могла почувствовать ни боли, ни страха. Было только пустое, бездонное пространство, в котором не было места для неё.
Её затуманенный взгляд не видел ничего, кроме Банчана, его лица, его улыбки, его слов. В её ушах до сих пор звучал его последний шёпот, и она не могла избавиться от ощущения, что он был где-то рядом, что если она повернётся, то всё будет как раньше. Но каждый раз, когда она смотрела в его лицо, понимала, что этого уже не будет.
Она почувствовала чью-то руку на своём плече. Это был один из выживших. Он подошёл и тихо сказал:
— Мы должны уходить, Лив. Мы не можем задерживаться здесь. Это опасно.
Но её взгляд не оторвался от Банчана. В её сердце была бездна, и ни одна внешняя угроза не могла быть столь страшной, как эта пустота внутри неё.
— Он не мог бы этого хотеть, — сказала Лив, её голос был тихим и дрожащим, но она говорила это, как будто сама себя убеждала. — Он не мог бы оставить меня. Он сказал, что всегда будет со мной.
Её слова были полны боли, но в них был и глухой протест. Она не могла принять, что его больше нет. Она не могла представить себе жизнь без него. Она не знала, как быть. Как двигаться дальше, когда в её душе осталась лишь тень его жизни, его любви.
С каждой минутой, проведённой в этом месте, её мир продолжал разрушаться, и каждый шаг, который она делала, казался шагом в пустоту. И в этот момент Лив поняла — она не может позволить ему уйти просто так. Она не может позволить его жертве остаться бесследной. Он боролся за них, и она не имела права оставить его смерть без смысла.
Она встала, медленно отпустив его тело. Тело Банчана оставалось лежать там, где она его оставила, но её взгляд был решительным. В её душе горел огонь. Он был её вдохновением, её светом, и теперь она должна была быть его голосом.
— Мы уйдём, — сказала Лив, глядя в глаза своему спутнику, который всё ещё стоял рядом, наблюдая за ней с тревогой. — Мы уйдём, но не просто так. Мы продолжим борьбу. Я не оставлю всё, что он сделал, просто так.
Выжившие переглянулись, и хотя в их глазах был страх, они увидели что-то в Лив. Они увидели ту силу, которой она была полна. Даже если она теряла всё, она не теряла самого важного — своей решимости. И они знали, что, возможно, с её помощью они смогут сделать то, что было нужно.
Лив встала, обернулась, сделав последний взгляд на Банчана. Её сердце разрывалось, но в её глазах горел новый огонь. Она не знала, сколько времени ей потребуется, чтобы оправиться от утраты, но она точно знала, что её путь только начинается.
— Мы пойдём, — сказала она. — За него. И за тех, кого мы потеряли.
Она сделала шаг вперёд. В её душе было столько боли, что, казалось, она не выдержит, но она не остановилась. Она шла, потому что знала, что она обязана идти. В памяти звучали слова Банчана: «Ты сильная, Лив. Ты переживёшь это». И несмотря на всю свою боль, она чувствовала, что он всё ещё с ней — в каждом её шаге, в каждом её решении.
Теперь её задача была ясна. Она должна была сделать всё, что было в её силах, чтобы победить. Чтобы его смерть не была напрасной. Чтобы всё, что они построили вместе, не исчезло в тени её утраты.
И хотя её путь был неясен, Лив шла с гордо поднятой головой, готовая встретиться с любыми трудностями, которые ей подкинет этот жестокий мир.
Глава 17
Время шло, и Лив продолжала двигаться вперёд, несмотря на огромную боль, что сжигала её изнутри. Она не могла позволить себе остановиться. Она знала, что если остановится хотя бы на мгновение, её мир снова поглотит пустота. Всё, что было связано с Банчана, теперь стало её топливом для борьбы.
Она собирала людей, которые оставались верными делу, и вместе они начали строить сопротивление. Постепенно Лив становилась не только лидером, но и символом того, что борьба не заканчивается с потерей. Это было нелегко. Каждый день приносил новые проблемы, новые враги, но Лив не отступала. Она всё больше осознавала, что теперь она должна делать всё за двоих — за себя и за Банчана.
Прошло несколько месяцев. Она стала более решительной, сильной, но её душа всё так же оставалась в тени, где царила тишина. В ночные часы, когда никто не видел её, Лив часто сидела одна, думая о нём. Она не могла забыть его лицо, его слова, его любовь. В её сердце всё ещё была надежда, что однажды, где-то в другом мире, они смогут быть вместе. Но она понимала, что её жизнь теперь была другой. И эта новая жизнь требовала от неё больше, чем она могла когда-либо представить.
Однажды, когда они с группой отправились на разведку в одну из старых складских территорий, Лив почувствовала, что что-то не так. Она почувствовала эту тёмную, подавляющую атмосферу ещё до того, как они вошли на территорию. Всё было слишком тихо.
— Будь настороже, — сказала Лив своим товарищам, её голос был твёрд, но в глазах скрывался страх. — Я чувствую, что нас подставляют.
Но было уже поздно. Как только они прошли через ворота, со всех сторон на них обрушился шквал огня. Лив и её люди были окружены. Ухода не было. Враги знали их стратегию, знали каждый шаг. Кто-то из старых союзников их предал.
Сердце Лив сжалось. Она вглядывалась в лицо одного из их врагов, и её взгляд был полон ярости. Она не могла поверить, что это происходит, что всё снова рушится. Она помнила те тёмные глаза, которые однажды увидела в прошлом. Это был тот человек, с которым они когда-то делили доверие, но он оказался лишь пешкой в этой жестокой игре.
Всё стало хаосом. Взрывы, крики, пули. Лив металась по территории, стараясь спасти своих людей. Она чувствовала, как всё вокруг начинает рушиться, как надежда тает, но она не могла позволить себе сдаться. Она сражалась как никогда, её каждый шаг был уверен и решителен. Она не могла позволить себе больше терять.
И вот, в самый момент, когда казалось, что они проиграли, Лив увидела среди врагов фигуру, которая привлекла её внимание. Это был тот самый человек, который предал их, но за его спиной стоял другой силуэт. Тень, которую она так хорошо знала. Это был он.
Банчан. Но это не могло быть правдой. Лив застыла на месте, не в силах поверить своим глазам. Это был он, или… его копия? Лицо Банчана было скрыто тенью, но её сердце было переполнено болью и счастьем, потому что она почувствовала его присутствие — его дух. Он был там, в каком-то смысле.
— Лив, — прозвучал голос, и она узнала его, хоть и глухо и с эхом. Он был всё тем же, но и не совсем. — Я всегда был с тобой.
Её глаза наполнились слезами. Это не было возможно. Она была готова поверить, что он умер, что её больше не будет. Но в этот момент, в этой жестокой реальности, она не могла понять, что происходит.
— Нет! Ты не можешь быть здесь! Ты умер! Ты… — её голос был срывающимся, переполненным эмоциями.
Но перед ней стоял не просто призрак. Это был кто-то, кто знал всё о Банчане, его прошлое, его секреты. Это был человек, который, возможно, был его братом, или кто-то, кто носил его личину. И она понимала, что это ещё один предатель.
В этот момент она поняла, что всё это было частью плана, части той игры, в которой она теперь участвовала, и что всё, что казалось правдой, могло быть ложью.
Её сердце билось в бешеном ритме. Лив не могла смириться с тем, что произошло. Всё, что она знала о Банчане, оказалось под вопросом. Она не могла поверить в то, что стоял перед ней человек, который утверждал, что был с ним всё это время.
Он подошёл к ней, и она почувствовала его запах — тот же, что она когда-то чувствовала, когда он был рядом. Это было невозможно. Это был Банчана, но не тот, кого она знала. Его лицо было искажено болью, и её сердце разрывалось, понимая, что он, возможно, был частью тёмных дел, от которых она пыталась избавиться.
— Ты не понимаешь, — сказал он, с тревогой в голосе, как будто пытаясь оправдаться. — Я был вынужден. Всё это… было нужно.
Лив не могла слушать его больше. Это было слишком больно. Он не мог быть живым, если его жизнь была так запрограммирована. И если он был жив, то какой ценой?
Она взяла оружие, который всё это время держала в руке, и прицелилась. Но её руки тряслись. Её сердце билось в таком бешеном ритме, что она не могла сосредоточиться. Всё, что ей нужно было сейчас — это понять правду, и она готова была заплатить любую цену.
Но она не стреляла.
Её слёзы капали на холодную землю, и сердце было настолько полно боли, что она не знала, что делать. Она не могла поверить, что мир вокруг неё снова стал коварным, снова стал обманом.
— Ты уйдёшь, — сказала она, её голос был твёрд, как никогда. — Ты уйдёшь, и больше не вернёшься.
Он медленно отошёл, зная, что теперь не имеет власти над ней. И Лив почувствовала, как внутри неё что-то меняется.
Она не была готова принять его смерть, но она была готова идти дальше. Даже если её жизнь становилась всё более пустой, она знала, что она не остановится.
Лив стояла, наблюдая, как его фигура растворяется в темноте. Её дыхание было тяжёлым, а сердце — разорванным на куски. Она не могла понять, что только что произошло. Этот человек, который называл себя Банчана, был не тем, кого она любила. Он был частью чего-то большего, тёмного и опасного. И она не могла позволить себе снова попасть в эту ловушку. Но теперь в её душе была не только пустота, но и ненависть.
Когда она оглянулась, её взгляд встретился с глазами людей, которых она привела сюда. Они ждали её приказа, ждали ответа. Лив почувствовала, как они смотрят на неё, но в этот момент всё было слишком тяжело, чтобы думать о других. Она была одна, несмотря на тех, кто был рядом.
— Мы ушли, — сказала она, её голос был холодным, твёрдым, словно она пыталась скрыть свои чувства, чтобы не дать слабину. — Мы возвращаемся домой.
Не было ни радости, ни облегчения. Всё, что она пережила за последние месяцы, теперь казалось пустой тратой времени. Всё, ради чего она сражалась, теперь было в руинах. Она потеряла не только Банчана, но и часть себя. Она была готова разорвать свою душу на куски, чтобы забыть о том, что происходило, но забыть было невозможно.
Весь путь назад был тягостным, наполненным молчанием. Лив шла вперед, почти не осознавая, что происходит вокруг неё. В голове крутились мысли о том, как могло бы быть, если бы всё сложилось по-другому. Если бы она успела защитить его, если бы они могли быть вместе. Но теперь всё было напрасно. И она знала, что ей предстоит пройти через это одна. Даже если она была окружена людьми, она была одинока.
Когда они вернулись на базу, Лив сразу же заперлась в своей комнате, отгородившись от всего мира. Она не могла позволить себе слабость, не могла позволить себе думать о нём. Впрочем, она не могла не думать. Его лицо, его слова — всё это вертелось в её голове, как невыносимая боль. Лив сидела в темноте, прислушиваясь к тишине, которая была вокруг, и ощущала, как растёт внутри неё не только горечь, но и желание мести. Это было похоже на яд, который медленно разъедал её изнутри.
Она стояла перед зеркалом, и её отражение было чуждым. Она не знала, кто она теперь, и что её ждёт впереди. Всё, что было раньше, исчезло. Она потеряла не только любовь, но и свою цель. Всё, что оставалось — это желание отомстить.
— Я найду их всех, — шептала она себе в лицо, пока слёзы катились по её щекам. — Я найду и сделаю так, чтобы они заплатили. Всё, что я сделала, не было напрасным. Я возьму своё обратно.
Её план стал ясным, и она знала, что идти назад не было смысла. Она не могла оставаться здесь. Она не могла сидеть в укрытии, прячась от того, что ждало её. Она должна была действовать, должна была найти тех, кто причинил ей боль.
На следующее утро, без лишних слов, Лив объявила всем, что она уходит. Вся её группа знала, что её решение было неизбежным. Она была решена закончить то, что началось. Она знала, что этот путь будет трудным, но она была готова к этому. Единственное, что теперь имело значение — это месть.
Тёмные улицы города стали её путеводителем. Она направлялась туда, где она была уверена, что найдёт ответы. Всё, что она пережила, привело её к этому моменту, и теперь, несмотря на страх и боль, она шла вперёд. Лив больше не боялась. Она стала тем, чего она когда-то боялась. Она стала охотницей.
Она чувствовала, как её сердце горит ярким пламенем. Никакие воспоминания о Банчане, никакие чувства больше не держали её. Всё, что оставалось, — это месть. И теперь она была готова заплатить любую цену.