Под маской лжи

Когда объявили танец со свечами, Астрид уже устала. Когда она отвыкла носить свою маску беззаботности и веселости? Саэрлиг определенно не пошел ей на пользу, она растеряла все свои актерские навыки, почувствовав себя комфортно среди новых друзей. И с каждым часом улыбаться и шутить становилось все сложнее.

Напугавший ее Алан уже напился и теперь превратился в обычного себя — шумного, разгульного и развязанного. Он больше не заводил разговоры о предсказании и не похоже, что был теперь обеспокоен им. Но его серьезный вид стоял перед глазами, и тихие слова все еще звучали в голове. «Я никогда не предсказывал ничего хорошего». Вездесущая Каф, неужели это правда? И каждый раз, когда Алан с улыбкой на губах рассказывал о своем даре, на самом деле он всегда был подавлен? Поэтому ему так жизненно необходимо было научиться помнить свои сны? Чтобы предотвращать плохое?

— Астрид, соберись, — шепнул ей Мартин, когда они встали в пару, зажав между своими ладонями горящую свечу.

Она встряхнула головой и натянуто улыбнулась. Мысли об Алане не шли из головы. А тот в свою очередь стоял через несколько пар впереди вместе с ДиМари, шутливо подпихивая серьезную ведьму плечом. Студенты встали парами в круг, друг за дружкой. Представители рода Лучезарного Реша, среди которых были Бригитта, иересс Фраунгофер и еще пара старшекурсников, заняли свое место в центре круга, взявшись за руки. У них свечей не было. Разговоры постепенно стихали. Музыка замолкла. Повисла торжественная тишина. И когда Астрид уже было настроилась на танец, ее вытянула из круга чья-то сильная рука. На пальцы капнул воск от дрогнувшей свечи, заставив ее болезненно ойкнуть. Ее место в паре с Мартином заняла иересс Хаависто, одетая в элегантное белое платье с высоким воротом под самое горло, которое по цвету почти сливалось с ее кожей. Мартин растерянно проводил ее взглядом, не рискуя спорить с преподавательницей.

Астрид хотела возмутиться, когда ее оттащили в сторону, но завидев за своей спиной директора в белой широкой рубашке с глубоким разрезом, тут же осадила себя. Оказавшись дальше от круга, почти в самом конце зала, Ландер Вальверди, наконец, отпустил ее локоть и виновато развел руками.

— Прости, но во время танца Вознесения Реша все участники должны быть в белом.

Оглянувшись, она заметила, что Норберт тоже не участвует — подпирает собой колонну, о чем-то негромко разговаривая с Жасмин Тесскрет. Заметив ее взгляд, он хитро подмигнул ей и тут же забыл про ее существование. Каков хитрец! Так вот почему он пришел в черном — чтобы не участвовать в танце. Что ж, раз так, придется ей наблюдать со стороны. По крайней мере, теперь она видела еще стоявших в стороне Айю Мотидзуки и старшекурсницу, которую видела с Аланом чуть раньше. Они спокойно держали в руках фужеры, явно знавшие об этом правиле. А вот Астрид снова облажалась...

— Поучаствуешь в танце на следующий год, — сочувствующе произнес Ландер.

Астрид едва удержалась от нервного смешка.

Но вот часы на главной башне пробили двенадцать, возвещая начало самой долгой ночи. Послышались грустные первые ноты Вознесенского вальса — тягучий плач скрипки, к которому присоединилась надрывная мелодия виолончели. Медленно пары двинулись по кругу, приводя в движение это своеобразное колесо, которое они образовывали. У Астрид захватило дух. Какими бы разными не были люди в кругу — от шутника Алана с яркими волосами до сурового Сверрира, который, оказывается, тоже был в кругу вместе с пожилой иересс Монтанари — все они сейчас хранили благоговейное молчание, двигаясь до того синхронно, словно были одним организмом.

Свечи в руках мерцали, но не гасли — настолько плавными были движения. Даже когда танцующие ускорились и, завертевшись, распались на пары, огоньки все равно оставались сиять. К музыке, уже более торжествующей, добавился звук фортепиано.

Вознесенский вальс торжественно ускорялся, и в один момент все руки вскинулись вверх, и легкий порыв ветра загасил свечи все одновременно. Звук оборвался, снова на секунду образовалась тишина. И тут же все рассыпались в аплодисментах и смехе. Вновь поднялся привычный бальный гомон, заиграла музыка, и все разошлись по залу. Это краткое единение пропало, растворившись в темноте самой длинной ночи, как некогда пропал и сам Лучезарный Реш, пораженный предательским ударом Хитрого Айна.

— Астрид? — ее руку робко тронули пальцы Лауры. Она взглянула на свою соседку, явно расстроенную чем-то. — Офиц-льная часть же з-кончена? Я м-гу уйти?

— Что такое, Лаура? Тебя кто-то обидел?

От Астрид не укрылось, что та посматривает в сторону выхода. Она мотнула головой в ответ и спрятала руки в складках платья.

— Мне пр-сто некомф-ртно тут... Столько л-дей. И я хотела п-плавать еще п-ред сном.

Заметив удивленный взгляд Астрид, не понимающей ее внезапного желания, Лаура улыбнулась, из-за чего светлое пятно на ее щеке забавно расплылось.

— У нас в Геб-ре в ночь п-дения Реша принято окунаться в воду, п-мнишь, я рассказывала? Это прид-ст защиты от коварства Айна. Пусть зд-сь нет озера или моря, я бы хотела поп-сть в бассейн.

Мимолетом Астрид вспомнила, что Лаура уже рассказывала про эту традицию. Но она была так погружена в собственные переживания и мысли в последние дни, что не запоминала почти ничего из того, что ей говорили окружающие. Ободряюще пожав Лауре руку и заверив, что обязательно выгородит ее перед преподавателями, Астрид проводила ее теплым взглядом. Сразу же после решения о побеге, она намеренно старалась ускользать от своей новой соседки, чтобы не привязываться самой и не привязывать ее к себе. Но похоже первое впечатление было самым сильным — Лаура так и льнула к ней в поисках одобрения и защиты. И Астрид не могла грубо оттолкнуть ее в моменте, оставалось лишь избегать... Будет ли Лаура ненавидеть ее, когда узнает про побег?

На сердце вновь лег тяжелый противно скрипящий камень. Полночь уже миновала. А значит, уже через час ей она начнет превращать свой план в жизнь. Нервно Астрид теребила браслет на запястье, каждую секунду ожидая, что он может завибрировать. Но взгляд тут же выловил Норберта среди толпы — он все еще был здесь, усиленно сливался со стеной. Ей хотелось бы подойти и уточнить, точно ли все в порядке, не передумал ли он. Но пересекшийся с ней взгляд серых глаз явно предостерегал ее от этого. Будет лучше, если их не увидят даже рядом в этот вечер. Тогда на него точно не падут подозрения.

Сорок минут. Астрид пила безалкогольное шампанское и смеялась над шутками Алана. На душе тревожно скреблись кошки, раздирая и без того кровоточащее сердце.

Полчаса. Скулы сводило от натянутой улыбки. Толпа потихоньку начинала редеть — кто-то выходил подышать воздухом и покурить втайне от преподавателей, кто-то уходил спать.

Двадцать минут. Астрид заметила, как Норберт и Жасмин скользнули к выходу. На секунду обернувшись, он кивнул ей. Сердце замерло. И вновь застучало как бешеное, оглушая шумом крови в висках.

Пятнадцать минут. Сославшись на мигрень, Астрид выскользнула из зала и поспешила на улицу, якобы подышать. Отослав Мартина за своей меховой накидкой, она выбежала из здания, чуть не поскользнувшись на обледеневших ступеньках.

Десять минут. Или больше? Сколько времени нужно Норберту? Быть может, еще полчаса? Но лучше быть наготове заранее. Мороз щипал оголенную кожу плеч, кусал за щиколотки. Изо рта вырвалось облачко пара.

Астрид уже приготовилась телепортироваться, когда вдруг заметила бегущую со стороны бассейна фигуру. В животе неприятным комом повисло предчувствие чего-то плохого. Она сделала шаг вперед, вглядываясь в человека.

Айя Мотидзуки? Последняя, кого Астрид ожидала увидеть бегущей в одном тонком платье через снежный двор. Подбирая пальцами длинный подол, спотыкаясь в узкой юбке, Айя устремилась к ближайшему входу. Побледневшая, растрепанная, с заплаканными глазами — на ее щеках отпечаталась потекшая тушь, но острые стрелки по-прежнему были идеальными. Завидев Астрид, она с рыданиями чуть не упала в ее руки, несвязно что-то бормоча и цепляясь длинными ногтями за нее. Силясь разобрать хоть слово, Астрид запаниковала, понимая, что теряет здесь время. Но и просто оставить Ледяную Королеву в таком ужасном состоянии она не могла.

— Айя! — Астрид с силой ее встряхнула, сжимая заледеневшими пальцами плечи Мотидзуки. — Что стряслось?

В поднятых на нее искрящихся карих глазах, где слезы застыли льдинками, Астрид увидела отчаянный ужас и неподдельный страх. Ее взгляд метнулся к бассейну, где была настежь распахнута дверца.

«Я хотела п-плавать еще п-ред сном.»

В горле у Астрид пересохло, язык прилип к небу от пронзившей ее мысли. Среди рыданий Айи она смогла разобрать лишь пару слов, заставивших кровь в ее жилах застыть.

— Я... Кажется... Ее убила...

***

Едва только Астрид телепортировалась в бассейн, она тут же поскользнулась на льду и шлепнулась на пол. По коже пробежал мороз. В бассейне было еще холоднее, чем на улице, но ужасало совсем не это. Всё вокруг было покрыто мерцающей коркой толстого льда: вода в бассейне, и без того скользкий кафель, даже стены и окна были подернуты морозной коркой изнутри, а не снаружи. Мельком оглянувшись, Астрид заметила, что он начинается из одной точки около коридора с раздевалками. Там словно взорвали ледяную бомбу, которая по мере удаления наносила всё меньше повреждений. У Астрид перехватило дыхание от этой жуткой картины.

С трудом поднявшись на каблуках, на полусогнутых ногах Астрид подобралась к краю бассейна, с трудом унимая дрожь в посиневших пальцах. Она коснулась льда, проверяя его на прочность, затем ударила его в отчаянии, и еще раз, и снова. Нет! Как могла быть Лаура там?!

— Астрид!

Запыхавшийся Мартин, которому пришлось добираться до бассейна на своих двоих, упал на колени рядом с ней, хватая за руки и останавливая ее. По ее замерзшему телу пробежалась дрожь от его теплых пальцев. Астрид умоляюще заглянула ему в глаза, пытаясь сдержать набегающие слезы.

— Ты сможешь разрушить лед?

Звуковые волны Мартина расщепляли на осколки даже твердые породы камня. Что ему какой-то лед! Но вместо того, чтобы сделать это, Мартин встал, поднимая за собой Астрид, и оглядел бассейн. Краем глаза она заметила, что в помещение начинают заглядывать встревоженные перешептывающиеся студенты. Айя, отправленная Астрид, искать иера Торгильссона, явно заинтриговала всех встреченных на пути.

— Это опасно, — выдохнул, наконец, Мартин. — Я могу случайно зацепить ее.

Одним ловким движением он накинул меховую накидку Астрид на плечи, и пошел вдоль бортиков, пытаясь найти Лауру во льдах. Судорожно выругавшись, Астрид бросила быстрый взгляд на браслет, который пока молчал. Ну почему! Почему сейчас? Разве она сможет спать спокойно, если бросит Лауру сейчас? Но время шло уже не то, что на минуты — на секунды. Лаура была там слишком долго, и у нее наверняка закончился воздух. Она же просто задохнется там! Если не замерзнет насмерть... А Айя так и не вернулась с иером Торгильссоном, директором или хотя бы гребаным Уэлсом, который мог хотя бы растопить лед. Редкие прибывшие студенты тоже не решались подступиться ко льду, не понимая, где там затерялся человек и как ему можно помочь.

Быстрее. Нужно что-то решать быстрее. Внезапно Астрид осенило, и она бросила быстрый взгляд на вышку, с которой прыгали редкие смельчаки. Она в секунду телепортировалась туда, где к счастью не было льда. Но дрожащая под ногами доска покачнулась, и Астрид все равно пришлось опуститься на колени и схватиться за нее руками, чтобы не упасть. Судорожно она высматривала во льдах Лауру и вдруг заметила темное пятно прямо под собой, в самом глубоком месте бассейна, где было больше трех метров воды. И это пятно, которое явно было Лаурой... двигалось? Астрид не поверила своим глазам и тут же воспрянула духом. Она жива! Лаура еще жива! Но она погребена под толстым слоем льда в холодной воде. Так и обморожение подхватить можно.

Браслет завибрировал, и Астрид от неожиданности чуть не закричала. Ее нервы были напряжены до предела. Взгляд метнулся на вибрирующий браслет, потом вниз, на темное пятно в воде, переметнулся на Мартина, который все еще обходил бассейн. Нервный глоток холодного воздуха. «У тебя будет десять минут после сигнала, чтобы покинуть академию».

Астрид ненавидела выбирать, поэтому скинула меховую накидку и решила успеть все. В голове, внезапно ставшей ясной от перенапряжения, план выстроился очень четко: она телепортируется в воду, вытащит Лауру, затем отправится в комнату, где ее уже ждет под кроватью собранный чемодан, и телепортируется к Лине. Десять минут. Она успеет это все!

— Астрид! — послышался испуганный крик Мартина, когда она выпрямилась на доске. — Что бы ты ни задумала...

Дослушивать она не стала. Закрыв глаза, Астрид представила перед собой Лауру так отчетливо, как только могла. Смуглая кожа с желтоватым подтоном, белые неровные пятна витилиго на щеке, лбу и шее. Задорная улыбка, но грустные, слишком взрослые карие глаза, как у олененка. И представила воду — Астрид много раз ныряла в бассейне. И потому, сделав глубокий вдох, телепортировалась прямо в воду.

Упругим ударом в грудь приняла ее в себя ледяная вода, заставив на секунду растеряться. Тело, шокированное резкой сменой температур, прошлось судорогой, привыкая к холоду, но Астрид уже распахнула глаза под водой, ища Лауру. Она боялась найти ее на дне, бездыханную, ведь прошло уже так много времени. Но к ее величайшему удивлению Лаура подплыла к ней сама — так легко, словно только что нырнула, а не провела под водой больше десяти минут.

Не собираясь разбираться с этой загадкой сейчас, Астрид схватила Лауру за руку и мгновенно телепортировала ее на поверхность, на обледеневший кафель у раздевалок, дабы случайно не сбить человека. Воздух в легких заканчивался, холодная вода давила со всех сторон, а окоченевшие конечности отказывались слушаться. Астрид уже почувствовала зарождающуюся где-то в животе панику, но постаралась сосредоточиться. Она много тренировалась, и должна справиться сейчас. Но открыв глаза, Астрид вдруг обнаружила в толще воды плотный черный дым, который извиваясь поднимался со дна. Дым из ее ночных кошмаров. Дым, которого не должно существовать в реальности, ведь это был всего лишь сон... Но он коснулся ее ноги, обжигая, и мышцу свело судорогой. Астрид невольно вскрикнула.

Крик утонул, растворившись в толще воды, а дым тут же обжег горло, забиваясь в нос, рот и легкие, словно только этого и ждал. Она закричала снова, закашлялась, беспомощно барахтаясь. Все тело пошло судорогами, пытаясь телепортироваться в безопасность, но не имея для этого энергии — черный дым высасывал из нее силы, ослаблял, намокшая ткань платья облепила тело, потяжелела и нещадно потянула ко дну.

Из последних сил Астрид в панике попыталась телепортироваться снова — и, наконец, получилось. Но сильный удар выбил остатки воздуха из легких, и тело превратилось в тряпичную куклу, отказывающуюся подчиняться. Тьма с привкусом горького дыма поглотила ее сознание целиком.