5
Следующий день в колледже был похож на размытую акварель: серое небо за окнами, блёклые краски стен, приглушённый гул голосов в коридорах. Лекса шла на пару, чувствуя лёгкое беспокойство, как перед экзаменом, к которому не уверена, что готова.
Дверь в кабинет была приоткрыта. Она вошла первой. В комнате пахло старой древесиной, мелом и едва уловимой, горьковатой нотой мужского одеколона — его запахом. Он уже был здесь. Сидел за своим учительским столом, погружённый в чтение какой-то толстой папки. На нём был тёмно-серый костюм-двойка, идеально сидящий на его широких плечах. Бирюзовая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей оттеняла загар его шеи, а серебряные часы холодно поблёскивали при каждом его движении. Он не поднял головы на её приход.
Студенты потихоньку заполнили кабинет, зашумели, передвигая стулья. Лекса поймала себя на том, что разглядывает его руки. Широкие ладони, длинные пальцы с аккуратными, но не идеально обработанными ногтями — руки человека, который много работает, а не просто делает вид. На среднем пальце правой руки темнел след от ручки.
Урок покатился по рельсам его безупречного плана. Он спрашивал, объяснял, писал на доске.
Его почерк был таким же резким и неуступчивым, как и он сам сегодня. Он вызвал к доске Лию — та смутилась и сбилась, но он лишь кивнул и мягко поправил её. Спросил Джека — тот ответил с вызовом, и в углу губ Тома дрогнуло нечто, почти похожее на улыбку. Он обменялся парой реплик с парнем с задней парты, и в классе на секунду повис лёгкий смех.
Взгляд, этот пронзительный, холодный взгляд, упорно скользил мимо Лексы. Он смотрел поверх её головы, в окно за её спиной, на стену рядом. Он не видел её. Словно на её месте сидел не человек, а призрак, пугающе его
Столовая колледжа оглушала шумом голодных студентов. Пахло подгоревшей котлетой, сладким кетчупом и дешёвым освежителем воздуха. Пластиковые стулья скрипели по линолеуму, а с потолка лился жёлтый, неестественный свет, делающий всех немного болезненно-бледными. Местами почти не было, но Лекса заняла последний столик, стоящий у самого окна и хоть туда не хотел садиться никто, ей было все равно куда
Лекса ковыряла ложкой в тарелке безвкусное пюре, чувствуя, как комок непроглоченной обиды стоит у неё в горле. Лия что-то болтала рядом, но слова доносились будто сквозь вату.
Внезапно к их столику подошла тень. Это был Джек. Он был одет в мятый красной футболке, всегда немного взъерошенные рыжие кудрявые волосы. В руках он держал странную ручку, мастерски переворачивая с пальца.
Ну что, Блэйк, — начал он, плюхнувшись на стул рядом без приглашения. — Я смотрю, наш новенький и тебя под раздачу пустил. Ледяной человек, а?-он глупо усмехнулся, что его лицо выдало необычную гримасу, похоже на больного человека.
Зелёные глаза и слегка кривые зубы, обнажив свои зубы, он был похож на что-то мрачное из книг про вампиров. Особенно подходила его бледная кожа.
Он пытался уловить хоть какую-то реакцию Лексы, чтоб продолжить разговор.
Не переживай, — он быстро махнул рукой. — С Линдой Лойс было то же самое. Помню, сначала он к ней придирался по любому поводу. То конспект не так оформлен, то вопрос не по теме задала. Будто специально выискивал, к чему бы прицепиться. А потом... бац! — Джек щёлкнул пальцами прямо перед её носом. — И они уже лучшие друзья. Шепчутся о чём-то на переменах в пустом кабинете, смеются, кофе вместе пьют. А потом она и вовсе взяла и исчезла. Спиритический сеанс, что ли, неудачный провели?
Он сделал многозначительную паузу, наслаждаясь эффектом. Лия замерла с открытым ртом, её вилка с куском хлеба застыла на полпути ко рту. Лекса почувствовала, как по её спине пробежали мурашки. Столовая вдруг показалась ей душной и тесной.
О чём ты? — выдавила она, и её собственный голос показался ей чужим и хриплым. —Да ни о чём, — Джек невинно пожал плечами, но его глаза кричали об обратном, сверкая язвительным любопытством. — Просто интересно, чем закончится твоя история с ним. Может, тоже возьмёшь и свалишь в неизвестном направлении? Пора бы уже и очередь за тобой.
Лекса отодвинула тарелку. Есть она больше не могла. Слова Джека, как ядовитые иголки, впивались в сознание. Она не могла найти нить связи, почему учительница Линда Лойс исчезла и джек связывает это с учителем Хардином, точно ли есть связь между этими людьми или это обычное совпадение, что произошло с ней и знает ли наш новый учитель!?
Воспользовавшись тем, что все ещё не разошлись, она встала и вышла из шумной столовой, не слушая призывов Лии. Её шаги сами понесли её не на пару, а в самое тихое и забытое место колледжа — в старую библиотеку.
. Библиотека встретила её гробовой тишиной, нарушаемой лишь мерным тиканьем старых часов на стене. Воздух здесь был другим — спёртым, пропитанным сладковатым запахом старой бумаги и пыли. От чего Лекса тут же почувствовала щекотание в носу и вскоре чихнула. Высокие стеллажи, подпирающие потолок, были заставлены книгами в потёртых переплётах, корешки которых поблёкли от времени. Свет старой люстры был тусклым и желтоватым, отбрасывая длинные тени в дальние углы, где, казалось, время остановилось сотню лет назад
проходя по рядам , она вовсе не знала что искать, лишь одно, что-то связанное с именем Линда Лойс. Книги, блокноты, любые заметки, абсолютно все что угодно. Ее внимание привлекла старая коробка, стоявшая над книгами, авторы которые совсем неизвестны. Рассмотрев со всех сторон, красным маркером было написано: Л. Л. Личные вещи.
Сердце Лексы ёкнуло. Она оглянулась — в библиотеке, кроме неё, никого не было, лишь пыльные лучи света медленно плыли сквозь нее.Она присела на корточки перед коробкой, смахнула с крышки слой пыли и открыла её.
Внутри лежал хаос из учительских мелочей: пачка разноцветных ручек, брелок с символом бесконечности, несколько закладок с цитатами, блокнот в твёрдом переплёте с потрёпанными уголками. Лекса осторожно перебирала вещи, и каждый предмет казался ей частичкой пазла, который ей так отчаянно хотелось сложить. И тогда, под слоем старых конспектов, её пальцы наткнулись на что-то маленькое и твёрдое.
Это была обычная синяя флешка. На ней было аккуратно выведено: «Мои заметки. Л.Л.»
Лекса сжала флешку в ладони, чувствуя, как холодный пластик постепенно согревается от тепла её кожи. Это был голос Линды Лойс. Возможно, ключ к тому, что связывало её с Томом Харди. И к тому, почему он теперь так странно себя ведёт.
Она не знала, что найдёт там. Но она была готова узнать.