Освобождение

Обычно в странных ситуациях нам кажется, что мы находимся во сне, но сейчас я чувствовала, что попала в кино: режиссер резко крикнет: «Снято», декорации рухнут, и я пойму, что всё это было лишь сьемкой приключенческого фильма, а вовсе не моей реальной жизнью.

— Все готовы? Отрицательный ответ не принимается, — вместо режиссера я услышала Костю и кивнула не из-за того, что он запретил свободу выбора, а потому что знала, что он прав. Раз мне хотелось решить все свои проблемы за два оставшихся часа до полуночи, то мне нужно было принять действительность и подстроиться под нее. А для этого я должна была стать одной из тех, кого вчера утром назвала ублюдками, пока сжимала руку раненой женщины в магазине.

Возле казино «Smeraldo», недалеко от входа, на углу соседнего здания, нас стояло шестеро. Костя возглавлял наше спонтанное ограбление, Саша по привычке взял на себя роль его правой руки, Марина оправдывалась тем, что просто хочет выпить среди богатых людей и немного развлечься, Сильвию к нам присоединил сам Фабио из-за того, что он моментально сообразил, кто украл пакет из подвала, и теперь хотел наказать воровку. Последним неожиданным участником оказался Джованни, который возник у нас на пороге, чтобы пригласить меня в кино, но, узнав про наши намерения, вызвался в помощники. То ли он хотел послужить защитником Сильвии, если, точнее, когда всё пойдет не по плану, то ли он хотел провести больше времени со мной, то ли у них в семье жажда адреналина текла в крови, хоть он и пытался это скрыть.

Меня участвовать в ограблении не приглашали и не заставляли. Костя просто сказал, что казино нужно покинуть не позже половины двенадцатого, если я хочу вовремя прийти на встречу с художницей. Я тогда ещё не знала своей роли, но мне казалось, что я соглашусь на всё.

План Фабио никому не понравился сразу. Тот, по словам Сильвии, предлагал ворваться с пистолетами наготове, обчистить кассу за минуту и так же быстро исчезнуть в ночи. Проблема заключалась в том, что в кассе любого казино денег хранится не так много как раз из-за того, чтобы не попасть в подобную ситуацию. Почти все деньги держат в сейфе в неизведанной глубине здания и выносят счастливчикам только тогда, когда убеждаются, что не вышло никакой ошибки, игрок заслужил свой выигрыш, ему протягивают документы на подпись и подтверждают его личность.

В итоге идеей решили воспользоваться, но при этом добавить вторую часть. Пистолеты Фабио были всё ещё нужны, поэтому Сильвия привезла их в квартиру вместе с синяком под глазом и новостью, что она теперь тоже участвует. Ради того, чтобы она смогла пройти в казино, Фабио даже дал ей поддельный паспорт, который недавно сделал для неё на особый случай. И вот случай оказался вполне подходящий.

Пока мы ждали её возвращения, Костя позвонил Марине, объяснил всё, приготовился к скандалу, но та, ко всеобщему удивлению, согласилась присоединиться и через полчаса уже сидела рядом со мной на диване, как всегда роскошная и уверенная, чего мне катастрофически не хватало. Как потом оказалось, не только Костя любил играть в покер в их несчастной семье.

Когда почти перед самым выходом появился Джованни, мы смогли пристроить его в команду с такой лёгкостью, будто готовили не преступление, а собирали футболистов на соревнование.

— Надеюсь, водишь ты, как Гослинг в «Драйве», — Саша мечтал о невозможном, но то, как резво Джованни увёз нас с утра из заброшенного дома, убедило меня, что он не подведёт и в этот раз.

— Уверен, жаловаться вы не будете, — ответил итальянец и пригладил свои чёрные кудряшки. Мне захотелось дотронуться до них, но момент был не слишком удачным. К тому же я встретилась взглядом с Сашей, который подозрительно быстро уловил изменения в моем поведении с приходом моего нового знакомого.

— Странный ты, Джулиан, сам нарываешься на проблемы, когда мог сидеть дома перед компом и играть в игрушки, — Костя прохаживался по гостиной и докуривал вторую пачку за день. Он выглядел одновременно встревоженным и совершенно спокойным.

— Я не могу бросить дорогих моему сердцу людей. И зовут меня, кстати, Джованни.

— Можешь не пытаться. Он специально называет всех неправильными именами, как в «Безумном Пьеро», — шепнула я на ухо парню.

Костя всё равно меня услышал и сказал:

— Правильное имя ещё надо заслужить. Так что, Дашуль, не упусти шанс. Помни, что всё происходит именно из-за тебя.

И я помнила об этом. Помнила каждую минуту.

Улица, где мы набирались смелости и молились об успехе, шумела так, словно переживала огромной праздник, горожане и туристы заполняли террасы всех кафе и ресторанов, автомобили сигналили друг другу, велосипедисты объезжали пешеходов, центр города даже не думал погружаться в сон перед новой неделей. Здесь жизнь кипела постоянно.

Наручные часы показывали десять минут одиннадцатого, пора было начинать, если мы не хотели опоздать в клуб. Мы ещё раз обсудили план. С каждым разом он выглядел всё глупее, но ни у кого не хватало смелости в этом признаться. У нас не было ни времени, ни сил, ни ресурсов достать необходимую сумму другим способом. Сначала надо было рассчитаться с Ирой и Фабио, а потом уже сосредоточиться на украшениях и попытках выгодно продать их.

— Боюсь гадать, какие у нас шансы... — начал произносить финальную речь Костя, но Саша не стал его слушать и перебил.

— Значит, никто гадать не будет. Мы просто сделаем это.

Саша не стал больше тянуть времени и направился ко входу в казино. Его лицо, как и лицо Кости, скрывалось под маской волка, которые Сильвия давно стащила из реквизита актерского школьного кружка и использовала, как она туманно призналась, в очень интересных целях. Бросать Сашу на пожирающем решимость пути к казино не хотелось, поэтому я и Костя скорее последовали за ним. Остальные отправились по своим местам и в игру должны были вступить позже, если, конечно, удастся первая часть.

Мы выяснили благодаря Фабио подробности о работе «Smeraldo» и надеялись, что информация нам досталась правдивая. Мы знали, что там, как и везде, проверяют паспорта на входе, и без документов пройти мимо двух охранников практически невозможно. Конечно же, никто не должен был видеть паспорта грабителей, поэтому Костя и Саша собирались разыграть небольшой боевик по всем законам жанра.

В нескольких метрах от освещённого яркими огнями входа, там, где до нас ещё не доставали камеры видеонаблюдения, я взяла обоих мужчин за руки, развернула к себе и сказала:

— Обычно в фильмах грабителей убивают либо арестовывают, но...

— Помолчи лучше, — выдохнул Саша. Мои слова его больно ранили, будто до этого он ничего не знал о своих перспективах.

— Но, — всё равно продолжила я, — иногда концовки получаются счастливыми. «Ограбление на Бейкер-стрит» и «Паркер» мои любимые. И я буду верить, что наша история послужит сценарием для фильма, концовка которого понравится зрителям.

— Если по нашей истории снимут фильм, то, надеюсь, нам достанутся какие-нибудь проценты, — усмехнулся Костя, а потом вдруг одной рукой притянул к себе меня, второй махнул Саше, и через мгновение мы крепко обнимались посреди оживленной улицы. Со стороны могло показаться, будто лучшие друзья прощаются навсегда, но я постаралась отогнать от себя настолько темные мысли.

— Хватит, становится слишком неловко, — промычал в Костино плечо Саша, но из объятий не вырвался.

— Никто не знает, что там произойдёт, поэтому скажу на всякий случай сразу. Мы уже долго бежим от справедливости навстречу богатству, и сдаваться, не добравшись до цели, я никому не позволю. Нам нужно пробежать ещё немного, конец уже совсем близок, и я должен знать, что вы со мной. Что вы оба со мной.

— Костя, что за сантименты, — начал Саша и всё-таки отлепился от друга. Люди начинали смотреть косо. Двое мужчин с волчьими головами обжимаются с девушкой, похожей своими встревоженными глазами на зайчика. Такое зрелище могло привести к вопросам.

Я вдруг протянула руку и громко сказала:

— Один за всех...

И им обоим сквозь усмешку пришлось повторить мой жест и завершить фразу:

— И все за одного!

После этого Костя растолкал подвыпивших людей у казино и исчез внутри.

Саша зашел следующим.

Я поколебалась пару секунд, а потом тоже толкнула дверь.

На удивление, меня не бросило в транс, как это случилось вчера, когда я услышала первый крик. Мне нужно было оставаться максимально внимательной, чтобы выловить подходящий момент и проникнуть в игровой зал мимо охраны. А охрана отвлеклась лучше некуда, когда Костя вытащил пистолет и первым делом ударил им по голове двух мужчин в форме, чтобы вырубить их на пару минут и забрать их оружие. Саша тем временем подлетел к окошку кассы, просунул туда свой знаменитый рюкзак и попросил сложить все деньги и фишки. Всё произошло настолько быстро, что мужчина по ту сторону стекла не успел вызвать подмогу и теперь нервно опустошал кассу под прицелом, надеясь, что видеокамеры сделают свое дело.

— Если дернешься, сразу пристрелю, — пообещал Саша, и я намного позже поняла, что он произнёс это на русском, и вряд ли кассир его понял. Однако пистолет сам по себе выглядел очень убедительным.

Люди, что толпились в холле и ещё минуту назад стояли в красивой очереди, теперь жались к стенам и не спускали взгляда с грабителей. Я, притворяясь такой же ошеломлённой и испуганной, тоже держалась стены, но не забывала маленькими шажочками в очаровательных чёрных туфлях Сильвии, гармонично сочетавшихся с чёрным платьем из её гардероба, прокрадываться к основному игорному залу. Даже если бы у меня и был с собой паспорт, я с недавних времен тоже относилась к той категории, которая не может им свободно пользоваться.

Когда послышался топот, я поняла, что к нам спускается дополнительная охрана, а я знала, что им, как правило, нужно не более пятнадцати секунд, чтобы собраться на месте происшествия. Мне хотелось крикнуть, чтобы Костя и Саша поскорее сматывались, но я не могла выдать свою связь с ними и вместо этого пробралась к залу и мышкой юркнула в него. Когда я закрывала за собой дверь, стараясь вернуть в норму сбившееся от волнения дыхание, послышался выстрел, крики свидетелей, затем еще один выстрел, и мое сердце сжалось от ужаса. Я боролась с желанием выглянуть обратно в холл и узнать, кто стрелял, а кто жертва, но несколько отважных и любопытных посетителей казино сделали выбор вместо меня и распахнули дверь.

— Только бы не их, только бы не их, — шептала себе под нос я.

К двум очнувшимся охранникам присоединились еще пятеро, и они все вместе восстанавливали порядок, успокаивали потрясенных представлением посетителей и выясняли подробности у кассира. Кости и Саши в казино я не увидела. Лужа крови тоже нигде не разрасталась. Однако спокойнее мне от этого не стало. Я отчаянно хотела броситься на улицу, побежать по задуманному маршруту и проверить, везёт ли Джованни наших героев в своей машине в нужный парк. Я хотела убедиться, что с ними всё в порядке.

Однако наш план не включал этот пункт. Наш план говорил мне проникнуть в зал и изучить обстановку, найти наиболее подходящий стол, оценить игроков.

И я заставила себя вернуться внутрь, к свисающим с потолка хрустальным люстрам, бордовым коврам на паркете, огромным столам из дорогого дерева, длинноногим улыбчивым официанткам, деловым крупье в костюмах, к фишкам, кубикам, картам. К тому, что называется приятным воскресным вечером.

Через десять минут, пока возня в холле продолжалась, но уже пошла на спад, в игровом зале появилась Марина и сразу же приковала к себе взгляды. В красном сверкающем платье до пола, с уложенными волосами, аккуратным макияжем, шикарной кожаной сумкой в руке она выглядела самой настоящей богиней, и через минуту один резвый итальянец уже звал её к бару. Марина вежливо, как я поняла по её улыбке, отказалась от приглашения. Она тоже придерживалась плана.

Встретились мы в уборной. Лучшее место для всевозможных махинаций. Марина раскрыла свою сумку и переложила мне часть украденных фишек, которые она получила от Саши в парке.

— Сто тысяч наличными. И фишек на тысяч двести. Негусто, в общем.

— Половина от того, что мы могли получить сегодня у Мартино, — отметила я с какой-то внезапной грустью в голосе. Наверно, я считала, что если крадёшь, то красть нужно по-крупному.

— Ну, знаешь, надо было тогда выбирать казино посерьезнее, где в кассе лежат миллионы. Пошли к столу, поиграем немного, может, что-нибудь и выиграем, — Марина уже хотела выйти обратно к людям, ей не терпелось взять карты в руки и испытывать не столько свою удачу, сколько свое очарование. Но я её задержала.

— Ты не сказала, как они. Тут стреляли. С ними всё хорошо?

Марина опустила взгляд. Казалось, она не хотела отвечать на мой вопрос.

— Сашу не задело, он оказался проворнее. Но Косте повезло меньше.

— Что с ним? Он жив? — моё сердце полетело камнем вниз.

— Да, конечно, если бы его застрелили, я бы не пришла сюда. Я бы, наверно, уже глотала таблетки, или что там Джульетта делает, когда находит мёртвым своего любимого, — Марина по-прежнему избегала моего взгляда.

Я не сразу придумала ответ, Марина воспользовалась паузой и добавила:

— Только я тебе этого не говорила.

Мне пришлось затолкать улыбку обратно.

— Он сильно ранен? — спросила я.

— В плечо и в бок. Вроде не смертельно, но сама понимаешь, его надо везти в больницу, а преступников...

— Туда не возят. Преступники лечатся сами, — закончила фразу я и схватилась за стену, чтобы не упасть от головокружения. Я не знала, стало мне плохо от того, что моё волнение вновь перешло границы, или от того, какая чудовищная параллель произошла.

Плечо и живот.

Охранник и продавщица в ювелирном.

Ему бумерангом вернулись его же выстрелы.

И как же сильно мне хотелось ему помочь сейчас. Отобрать боль. Обсыпать деньгами. Обнять и шепнуть, что всё будет хорошо.

— Куда в итоге поехал Джованни? — спросила я.

— К Фабио.

— К Фабио? — не поверила я. — А к нему зачем?

— Джованни думает, что у главарей криминальных банд должны быть способы получать медицинскую помощь. Он надеется убедить его помочь Косте, ведь мы в некоторой степени одна команда теперь.

Вряд ли Фабио после всего считал нас своими ребятами, но я не могла не согласиться, что это единственный вариант. Если отвезти Костю к законному врачу, то через пять минут возле него уже будет стоять полиция, а я знала, что на такое Костя никогда не согласится.

— У нас ещё час, и мы сделаем всё возможное, чтобы увеличить сумму, — сказала Марина и отправилась к одному из покерных столов, где мы собирались устроить шоу.

Мне нужно было дождаться Сильвию, передать ей некоторую часть фишек, а потом мы присоединимся к Марине и будем блефовать вдвойне, чтобы другие игроки думали, что мы блефуем, делали самые высокие ставки и проигрывали своё состояние.

В покер до этого дня я играла лишь на конфеты в компании знакомых и всегда мечтала попробовать настоящую игру. Наконец мне выпал такой шанс, и я должна была выжать из него все соки.

Сильвия пришла через десять минут и принесла с собой не самые приятные новости.

— Фабио согласился отвезти Костю к своему знакомому врачу за сто тысяч. Первоначально он согласился на пятьдесят тысяч, ровно столько, сколько я должна ему за кокаин, но раз ситуация несколько изменилась, здоровье Кости вышло на первый план, то Фабио решил воспользоваться этим.

Я молча выслушала её и быстро сообразила, что у нас самих оставалось тогда лишь двести тысяч фишками, которые мы рисковали проиграть, если все наши уловки будут раскрыты.

Совершенно лишившись боевого духа, я присоединилась к Марине за столом, куда вскоре подошла и Сильвия, и мы окунулись в игру, как в тёплое море, кишащее акулами.

Стол я выбрала преимущественно мужской, потому что знала, что они думают, когда видят за игрой женщин. Они мысленно смеются с выдуманной женской глупости, пытаются флиртовать, расслабляются, убеждённые в своем превосходстве. Красота Марины помогала нам лучше некуда, мужчины боролись за её внимание вместо того, чтобы полностью сосредоточиться на игре, и совершали ошибки. Они проигрывали деньги, но ухмылялись, показывали, что это не проблема, что у них есть ещё. Марина им молча улыбалась, подвигала к себе фишки, а мы с Сильвией разыгрывали наивных дурочек, тех самых, которых мужчинам так хотелось видеть. Вскоре все наши фишки оказались у Марины, и мы с печальным вздохом вышли из-за стола и направились к бару, чтобы дождаться, когда Марина закончит игру.

Мне нравилось, как она играет, её лицо никогда ничего не выдавало, и я вспомнила, что она рассталась с Костей после того, как он проиграл всё свое состояние в покер. Возможно, если бы она поддерживала его азарт и ходила в казино вместе с ним, сводила с ума их соперников, то они бы вместе стали некой версией Бонни и Клайда, но уже было поздно об этом размышлять.

— Двести тысяч превратились в триста, — шепнула Марина, когда подошла к бару за виски. — Уже ровно половина двенадцатого, пора уходить. Хотя, дай мне больше времени, можно было бы ещё сотню содрать с этих олухов. Пойду обменяю фишки на деньги, встретимся там, где договорились.

Грациозной походкой Марина направилась из зала к кассе, и вновь её провожали завороженные взгляды.

Сильвия потянула меня за руку, но я осталась сидеть на стуле.

— Ты чего? — не поняла она.

— Наша честно заработанная сотня ушла Фабио. Считаешь это нормальным?

— Выбора нет, если хочешь спасти своего друга.

Впервые Костю назвали моим другом, и это вызвало во мне совершенно неожиданную реакцию. В этот момент слово «друг» не просто привязало меня к нему, а даже объединило с ним. А когда одно объединяется с другим, это означает, что всё смешивается, частицы одного проникают в другое и наоборот, они становятся похожими, почти неотличимыми. Если два человека превращаются в друзей, то они делятся своими личностями, и так каждый дополняет себя новыми качествами, принадлежащими другу.

Всё это крутилось у меня в голове, пока я вытаскивала из сумки ручку, просила у бармена салфетку и писала на ней записку, а Сильвия без остановки спрашивала, что я делаю.

— Слушай, кассир тот явно нас обманул. Не могло в кассе лежать только сто тысяч. Да, заведение среднего уровня, но даже столько обменяли бы ну максимум за человек десять. Вряд ли менеджер бегает каждые пять минут и подкладывает деньги в кассу. Всё-таки я думаю, что там лежит куда больше.

Сильвия посмотрела на меня так, словно видела перед собой кого-то другого, потом залпом допила свой коктейль из водки и спросила:

— К чему ты клонишь?

— Нам нужно взять ещё денег.

— В смысле украсть? Второй раз ограбить «Smeraldo»? Скажи, что ты шутишь.

— По логике, это будет первый раз, потому что я казино ещё не грабила.

Сильвия улыбнулась. Больше мне ничего и не нужно было.

— Позвони Джованни. Пусть снова подъедет, чтобы забрать нас. Моя кокаиновая тысяча у меня в сумке. Ты обменяешь её на фишки, передашь их мне по традиции в туалете, потом мы пойдем вместе к кассе, — я говорила скороговоркой, будто план родился не минуту назад, а вынашивался долгие годы. — Ты отвлекаешь охранников на входе, сама решай, как это сделать, уверена, приёмчики у тебя имеются, я тем временем просовываю кассиру записку вместе с фишками, чтобы на камере всё выглядело естественно и не сбежались другие охранники.

— Что в записке?

— Типичная записка, — я развернула салфетку и прочитала английские слова вслух: — «У меня пистолет, выложи на этот раз ВСЕ деньги».

— Аж до слез, — прокомментировала Сильвия и осушила заодно и мой стакан. — Думаешь, получится?

— Я хочу рискнуть. Мы заслужили большего.

— Дария, ты просто очаровашка, — ответила Сильвия и метнулась к кассе с моими последними деньгами.

В голову сразу же полезли вредные мысли. Я испугалась, что Сильвия меня бросит и убежит, что мне не дадут денег, а рассмеются в лицо, что нас самих застрелят сразу же, как только записка окажется у кассира. А ещё я испугалась, что уже слишком поздно. И об этом думать хотелось меньше всего.

Однако, когда Сильвия вернулась с фишками, у меня не осталось другого выхода, как идти и добиваться желаемого, по собственному решению превращаться в ту, о ком я привыкла смотреть фильмы. Я ждала, когда же хлынет из носа или скрутит живот, но каждый мой шаг был твёрдым, какая-то неведомая сила несла меня навстречу опасности, а я не сопротивлялась.

Когда мы вышли в холл, то увидели, как довольная Марина выходит на улицу. Они недолго провозились, чтобы выплатить её выигрыш, что служило знаком высокого качества. А если у них тут высокое качество обслуживания, то и денег у них гораздо больше.

Сильвия подлетела к охранникам и затараторила на итальянском, и голос её звучал звонко и весело, словно она рассказывала им анекдоты. Мне показалось, что один из охранников даже усмехнулся.

— Здравствуйте, вот хочу обменять, — сказала я на английском мужчине за окошком и протянула фишки с запиской.

Кассир, явно уже уставший, лениво развернул записку, будто знал заранее, что там написано, и пробежался взглядом по тексту. Потом он с всё тем же спокойствием пробежался взглядом по мне, тяжело выдохнул, словно подумал, как долго будет продолжаться этот абсурд, и мельком посмотрел куда-то сторону. Я подозревала, что там находилась кнопка вызова дополнительной охраны, и покачала головой:

— Не стоит. Больше мы тебе не простим.

Кассир догадался, что я принадлежу к первой группе грабителей, и, быстро рассчитав все вероятности в голове, решил, что я вряд ли шучу, потому что передо мной начали появляться кипы купюр.

И я, и кассир знали, что в какой-то момент охрана в комнате видеонаблюдения поймёт, что денег становится больше, чем отданных фишек, и начнёт действовать. Уже скоро я могла снова услышать приближающийся топот и получить пулю. Мне нужно было понять, в какой момент сбросить деньги в сумку, не дожидаясь остатка, и пуститься наутёк.

Сильвия позади меня смеялась, и это успокаивало. Лучше, чем если бы она кричала.

Кассир снова посмотрел в сторону, и я поняла, что моё время вышло. Пора было сваливать.

За три секунды я наполнила сумку украденными евро, поблагодарила мужчину за окошком за хорошее поведение и пошла к выходу.

Позади меня послышался несущий смерть топот, и я молниеносно выскользнула в ночную темноту города. Сильвия выбежала за мной, и мы влетели в открытые дверцы дожидавшегося нас автомобиля. Джованни сразу же нажал на газ, и машина сорвалась с места. Я взвыла то ли от ударившего мне в голову адреналина, то ли от неожиданных объятий Сильвии, и мы все втроём рассмеялись.

— Сколько? Сколько там? — торопила меня подруга.

— Сейчас посчитаем, не торопись.

Я вытряхнула деньги на сиденье и погрузилась в счет. Цифры не такие противные, когда считать приходится богатство.

— Ты же понимаешь, что твоё лицо через десять минут будет в новостях? — спросил Джованни и ловко обогнал грузовик перед нами.

— Мы изменим её внешность, а имени они не знают. Дария проникла в казино без паспорта, так что пусть кусают локти.

— Вы сумасшедшие!

— Мы интересные, — исправила его Сильвия. — Ну? Посчитала?

— Тихо, иначе я собьюсь, — денег было очень много, столько, сколько я никогда не видела даже в самых смелых снах, и перед моим взглядом начинало всё плыть.

Джованни включил на небольшую громкость радио, и мы мчались под популярные танцевальные треки. Когда я досчитала, то первым делом мне захотелось вылезти из окна и прокричать, как в фильме «Хорошо быть тихоней», что мы были частью вечности, а потом залезть обратно и пересчитать снова, потому что я не могла просто взять и поверить, что сделала это.

Я не могла поверить, что сама ограбила казино на двести пятьдесят тысяч евро.

И больше всего мне не терпелось обрадовать этим Костю и Сашу, показать, что в конце концов я заслужила их уважение и принесла какую-то пользу.

А ещё объяснить в последний раз, что меня зовут Дария.