Я читаю твои мысли.

Сегодня у Дениса якобы выходной. На самом деле, у него не предвидятся выходные в ближайшие пять месяцев, ведь он следит «за нашей успешной социализацией». Так или иначе, после завтрака домой мы идем вместе. Я думаю, что, если расскажу ему о некоторых подробностях нашей «ссоры», он захочет примирить нас, что послужит хорошим поводом, чтобы вернуться в дом к ребятам. Так что морально готовлюсь к тяжелому разговору и неудобным вопросам.

Денис пропускает меня вперед, заходя в квартиру, и снимает с меня плащ – на улице дождь.

В общем-то, я решила не откладывать разговор, поэтому начала еще до того, как мы дошли до дивана.

- Они посчитали, что я предпочла тебя им. Я про Машу, Боба и... Аарона.

- У них были на это основания? – слегка сбитый с толку спросил парень.

- Не думаю, — мы присели на диван, — хотя с какой стороны смотреть.

Кончики пальцев коснулись друг друга, и мне вспомнилось, как мы проснулись этим утром: лежа на спине, и лишь кончики пальцев касались соседа. Было что-то в этой запредельной невинности даже опаснее самой темной порочности.

- И они посмотрели именно с той, которой не нужно? – улыбнулся парень. Он тоже заметил наши руки.

- Наверное. Но я не могу их винить: я и вправду вела себя странно. Хотя, возможно, для нас любое бы поведение было бы странным. Мы ведь росли вместе всегда. А тут я куда-то отдаляюсь, — я убираю руку от него.

- Боб тоже увлекся новой подругой. Хотя, насколько это было заметно, он был влюблен в тебя, — Денис сделал особое ударение на слово «влюблен».

- Да, но это другое. Он всем рассказывает, что с ним происходит. Конечно, он не делился всеми подробностями, но...

- А чего такого не рассказала ты? – улыбается Денис.

- Я ничего не рассказала им. Поэтому их обвинения, вроде как, и обоснованы. У меня было много времени, чтобы все обдумать и признать их правоту, — я прикусываю губу, надеясь, что Денис клюнет на наживку.

- Кэтрин, — наигранно удивленно начинает он, — а с какой же стороны смотрела ты?

Не знаю почему, но этот вопрос вгоняет меня в краску. Я непроизвольно поджимаю колени и обхватываю их своими руками, из-за чего Денис смеется.

- Я не буду тебя здесь держать насильно, — вздыхает он, и я на секунду замечаю, как заходили желваки у парня, — если готова, то можешь к ним идти.

- Серьезно? – недоверчиво уточняю.

- Почему ты спрашиваешь? – улыбается он, — ты полноценный житель нашей страны, делай все, что в рамках закона.

- Конечно, спасибо, — я неловко ударяю его кулаком по плечу, как будто он мой закадычный друг.

- Надеюсь только, что мы продолжим дружить.

- Я то-же, — мой голос слегка прерывается от неожиданности и его слов, и моего искреннего и незамедлительного ответа.

Я бы хотела уже сейчас бежать к ребятам, но на улице дождь, и как-то глупо уходить прямо сейчас. Мне кажется, в общем, нужно потерпеть хотя бы до конца дня. Провести последние часы с Денисом наедине. Как же это, наверное, глупо. Даже мои мысли путаются.

- Думаю, сейчас я бы не отказалась чего-нибудь почитать, — мурлычу.

Денис расплывается в улыбке и идет в свою комнату за книгой. Он всегда выбирает их, а читаем мы вместе. Потом можем часами обсуждать произошедшее и делиться впечатлениями. Раньше я не уделяла столько времени книгам, и уж тем более не относилась к ним так трепетно. Но сейчас мне хочется прочитать все книги мира, причем по ролям с Денисом.

Книга оказывается какой-то старинной пьесой о смысле жизни. Меня поглощает сюжет, размышления главного героя, его поступки и реакция окружающих. Денис тоже заинтересован в продолжении, я могу быть в этом уверена: когда он чем-то увлечен, он хрустит пальцами. Думаю, он и сам этого не замечает, но это факт.

Книгу примерно в пятьсот страниц мы заканчиваем за четыре с половиной часа, а потом спешим на обед. В столовой я надеюсь, что смогу переброситься парой слов с ребятами, предупредить о том, что собираюсь вернуться, а может и разыграть сцену «великого примирения» перед Денисом.

Когда они заходят, я уже ковыряюсь вилкой в пустой тарелке. Их четверо: Диарра идет рядом с Бобом и что-то робко ему рассказывает. Мостафа довольно слушает ее, ему по-настоящему нравиться ее компания, так что он не обращает внимания ни на что вокруг. Аарон и Маша идут позади и тоже чем-то увлечены.

- Они выглядят счастливыми без меня, — зачем-то говорю вслух.

- Не переживай, — Денис гладит меня по спине, — ты тоже не убита горем.

Да, он прав. Но почему я так не хочу к ним больше идти? Почему мне кажется, что мой приход только все испортит? Ведь я, в конце концов, виновата в том, что нас отправили сюда. Потому что я чуть не убила всех в Школе атакой головной боли. И, кто знает, наслаждались бы они сейчас жизнью в Школе, живя в абсолютном неведении, если бы не мои вылазки и постоянные чтения мыслей наших главных врачей и Адама.

Я вздыхаю, встаю из-за стола и спешу к ним.

- Привет! – я машу им рукой.

- Кэтрин? – удивляется Боб, — а разве Денис...?

- Замолчи, — шикаю на него, — все в порядке, скоро я к вам вернусь.

- А есть какая-то... - начинает Маша, но Аарон вовремя ее останавливает, дернув за русую косичку и покосившись на Диарру.

- Мы рады тебе, — говорит Аарон. - Когда все-таки тебя ждать?

- Думаю, сегодня вечером, — улыбаюсь, — я так рада с вами пообщаться.

- Мы тоже, — говорит Боб, протягивая руки для объятий. Я поддаюсь ему и тоже крепко обнимаю, вспоминая знакомую хватку.

- Так, ладно, держитесь ребята, — я отстраняюсь от парня, — еще чуть-чуть, — подмигиваю им и убегаю к Денису.

- Ну, как все прошло? – издевательски напугано он спрашивает.

- Прекрати, ты все видел! – я смеюсь, радуясь, что все налаживается.

- Конечно, видел. И я рад, что у вас все неплохо, — он заключает меня в объятия тоже.

От него приятно пахнет ореховым гелем для душа, а руки словно прячут от всего мира, зарываясь в моих кудрявых волосах. Мы стоим с ним: белоснежный ангел и темноволосая смуглая обманщица, притягивая взгляды людей вокруг. И их мысли по поводу происходящего. И недовольные догадки моих друзей.

Выпутываясь из хватки, я неловко смотрю на парня. Аарон уже снова приписал мне роль изменщицы, скорее всего. Меня это злит, но еще хуже мне от того, что я бы ни за что на свете не хотела бы освобождаться от его рук. А его грустный взгляд, рассеянный и немного испуганный, разбивают мне сердце. Мне даже страшно лезть к нему в голову. Впрочем, Денис быстро приходит в себя.

- Пошли домой, — прошу Мэтекова, и он, не говоря ни слова, идет за мной. Он, как всегда, все понимает.