Выбор

Приехав на сессию в июне, Лиза поселилась в той же самой комнате со своими подругами. Единственным недостатком была необходимость делить ее еще и с Юлей, которая к лету распространила свою токсичную власть на их жизнь еще больше. Например, открывала окно в то время, когда все спали и впускала в комнату шум и ночную прохладу, лишь потому, что только ей было жарко. Или наоборот. Лиза же надеялась, что после тяжелой ночи в душном и вонючем поезде она сможет хорошенько отоспаться.

И, к ее счастью, спалось ей действительно хорошо. Проснулось не очень: внизу кто-то шуршал пакетами и хлопал дверцей шкафа. Приоткрыв заспанные глаза, Лиза попыталась обнаружить источник шума. Им оказалась Юля, которая распихивала какие-то вещи по большим мусорным пакетам и составляла их возле входа. Делала она это активно, иногда даже остервенело, и ни на что вокруг внимания не обращала.

Лиза взглянула на телефон. Часы показывали 7:15. Она обреченно опустила руку со смартфоном на одеяло и прикрыла глаза, продолжая слушать неприятные звуки, доносящиеся снизу. Кира с Алисой тоже скорее всего уже не спали, и она слегка перегнулась через край кровати, чтобы проверить.

Так и было: обе подруги точно также обреченно слушали шелест и хлопки. Заметив ее, Алиса скорчила страдальческую гримасу, и Лиза согласилась с ней, закатив глаза.

- Вы уже проснулись? Хорошо.

Юля заметила, что все трое лежат с открытыми глазами и, по ее мнению, перестала любезничать с вещами и передвижениями, громко затопав по комнате босыми ногами.

- В такой обстановке не поспать, - буркнула Лиза и откинулась обратно на подушку.

- А нечего спать. Я собираю вещи на благотворительность. Их сегодня от нас в 8 с первого этажа заберут. Надо успеть. Вы бы тоже не разлеживались, а сделали доброе дело!

Объявление о сборе вещей в прицерковный детский дом висело с конца прошлого месяца. Там же были проставлены даты и время, когда наступает крайний срок сдачи вещей.

- Мы это еще в понедельник сделали, - ответила Кира, не смотря в ее сторону.

Лиза была раздражена до предела. И хотя ни она, ни Кира с Алисой предпочитали с Юлей не связываться, то есть по большей части молчаливо соглашаться с ее требованиями, чтобы не провоцировать еще большие разборки, она чувствовала, что в этот раз вряд ли сможет смолчать. Это же разъедающее чувство было у нее все последние месяцы.

- Хм, что-то не очень заметно. Шкаф так и ломится от ваших вещей, свои убрать даже некуда. Или вы шарфик да шапку туда отнесли. Этим людям нужна существенная помощь, так что попробуйте проверить ваши залежи еще раз.

- После того, как я съехала ты забрала себе мой шкаф, и сейчас мы делим два на троих, в то время как у тебя по-прежнему два полноценных шкафа. Так что ты по-лучше свои вещи разбери и побольше на благотворительность отдай, а не нас учи.

В комнате повисло молчание. Были слышны только крики, долетающие до них сквозь открытую форточку. Лиза почувствовала, как внизу зашуршало одеяло Киры. А еще она ощущала ошарашенный взгляд Алисы на себе.

- Спасибо за совет, - холодно, чеканя каждое слово, проговорила Юля, принимаясь снова шуршать пакетами.

- Всегда, пожалуйста! Обращайся, - бесцеремонно ответила Лиза и залезла в телефон.

На несколько секунд все шумы снова стихли, а потом к счастью, для всех, Юля закончила сборы вещей и собрав набранные пакеты, вышла из комнаты, хлопнув дверью.

- Однажды я хлопну тебе этой дверью по лицу, - крикнула Лиза вслед соседке, продолжая смотреть в экран.

Убрав телефон, она закрыла лицо руками, стараясь удержать раздражение: стукнуть кого-нибудь по лицу и правда очень сильно хотелось.

Полежав так пару секунд, она резко села: день начинался не так, как хотелось, но с этим уже ничего нельзя было сделать.

- Ты в порядке? – Спросила Кира, когда Лиза спустилась по лесенке со второго яруса и, сцепив пальцы, вытянула руки к потолку.

- В полном, - ответила она и пошла к шкафу.

Спиной она чувствовала, как подруги переглядываются и стараются шушакаться, не издавая никаких звуков.

С момента ее отъезда она им так и не рассказала о том, что рассталась с Наоки. Точнее о том, что он ее бросил без нормального объяснения причины, и она просто с этим смирилась, написала ему короткое «Понятно» и сразу же везде заблокировала. А спустя неделю перечитывания их переписок и постоянных слез, удалила все, что они друг другу написали. Она пыталась выбросить сережки и кольцо, которые он ей подарил, но не смогла этого сделать и убрала их глубоко в шкаф, спрятав в коробку со старыми дневниками, которые сохранил папа в память о том, какая умная и талантливая у него была дочь. Когда-то.

Сегодня ей наверняка придется обо всем рассказать. Лиза понимала это задолго до своего приезда, пыталась подобрать слова, но часто испытывала грусть, на глаза наворачивались слезы, а через несколько секунд она начинала злиться и на себя, и на подруг. И вот именно в этот день, когда Юля устроила им неприятный подъем в выходной день, ей еще придется делиться этой отвратительной историей, выворачивать душу и заново проживать самое болезненное событие в своей жизни.

Юля вернулась, когда они уже все встали, и Лиза накрывала на стол, быстро сделанный завтрак. Они посмотрели друг на друга, но Лиза не задержала на соседке взгляд, делая вид, что ей совершенно на нее все равно, и та, проходя мимо, задела ее плечом.

- Внимательнее! – Окликнула ее Лиза.

Юля на секунду замешкалась, но отвечать ничего не стала, только хмыкнула себе под нос. Кира и Алиса, которые ждали момента, чтобы подойти к столу, переглянулись, а потом посмотрели на Лизу. На их лицах она отчетливо увидела тревогу, поэтому улыбнулась, давая понять, что все в порядке.

Они быстро позавтракали, обсуждая приближающиеся экзамены и испортившуюся погоду: на небо набежали тучи, вот-вот должен был начаться дождь. Вероятность того, что все еще наладится, была, но они не питали особо надежд и планы строить не стали, намереваясь остаться в комнате на весь день.

Юля ушла через час, демонстративно хлопнув дверью в очередной раз и ни с кем не попрощавшись. Лиза видела, что Кира и Алиса сгорают от любопытства и тревоги, но первой разговор о случившемся не завела. На самом деле она и сама не знала, как объяснить то, что произошло. Просто ее обычное терпение и мягкость куда-то испарились, оставив неприятное желание слать всех лесом в максимально грубой форме. Месяцы слез постепенно превращались в убежденность, что она еще всем покажет, и японец, который посмел разбить ей сердце еще пожалеет. Периодически это состояние сменялось жалящей жалостью к самой себе.

Эта черта характера была ей хорошо знакома. То же самое она чувствовала в школе, когда одноклассники смеялись над ней: сначала она загоняла себя в комплексы и расстройства, а потом начинала беситься и мысленно потрясая кулаками в воображаемом воздухе, обещать, что она еще всем покажет. А затем снова на какое-то время проваливалась в грусть.

Только вот если в школе это была последовательная реакция, то с момента расставания с Наоки, она стала волновой. Лизу то захлестывала боль и отчаяние. То она готова была крушить все вокруг. Сдерживаемый гнев, раздражение и все та же боль особенно явно напоминали о себе, когда она была дома и видела, как отец флиртует по телефону то с одной, то с другой женщиной. Тогда ей хотелось биться головой о стены, ломать мебель и кричать, кричать, кричать.

Конечно, она так не поступала, продолжая подавлять все негативные эмоции, играть роль примерной дочери и хорошей подруги. Чтобы хоть как-то сбросить негатив, она стала заниматься тем, что раньше ей не нравилось. Как будто то, что она пытала себя этим, помогало забыться, перекрывало истинную причину ее мучений.

- Она на три дня. К друзьям на дачу, - проинформировала подруг Алиса, выглядывая со своей кровати.

- Это хорошо, - ответила Лиза, не отвлекаясь от работы над курсовой.

Она была не в состоянии готовится к экзаменам в то время, как жила с отцом и работала. Денег у нее было достаточно, в Японию она так и не поехала, но учеба и работа заполняли ее будни.

- Тебе помочь с английским? – Поинтересовалась Кира, которая свою курсовую уже сдала и теперь только перечитывала некоторые параграфы.

- Нет. Я за эти месяцы подкачалась в нем, так что сама справлюсь.

- Да? Понятно.

Лиза не обратила внимания на фразу подруги, и следующие несколько часов провела, отключившись от окружения. Этому способствовала и погода. По окну стучал косой дождь, в щели задувал ветер, а из-за туч в комнате было настолько темно, что казалось, будто уже наступил вечер, хотя было еще обеденное время.

- Лиза, пошли есть, - позвала ее Алиса, и только тогда она поняла, что действительно пора прерваться и перекусить.

Подруги, как обычно, уже обо всем позаботились: накрыли на стол и ждали, когда она к ним присоединиться. Увидев, как они сидят по краям, а ее, как обычно ждет место по центру, она поняла, что настало время того самого разговора. Она замешкалась всего на секунду, ей хотелось сбежать, но почти сразу взяла себя в руки и села, стараясь сделать беззаботный вид.

Сегодня готовила Кира, и их ждала гречка с подливом и овощной салат, залитый пряным маслом. Лиза начала есть, не смотря на подруг.

- Очень вкушно, - прошамкала она, отправляя в рот очередную ложку гречки.

- Спасибо, - ответила Кира, нервно улыбаясь. – Так что с тобой такое?

Вот так просто. Вопрос практически в лоб.

Лиза закашлялась и прикрыла рот ладошкой, боясь, как бы у нее все не вылетело из него.

- Ты же понимаешь, что после такой реакции точно не сможешь отвертеться, - быстро вставила свое слово Алиса, тоже начиная есть. – Колись, в чем дело?

Лиза поставила свою тарелку на стол и подобрала под себя ноги. Она знала, что этот разговор будет, но все равно старалась оттянуть момент.

- Я рассталась с Наоки. Точнее он бросил меня, - когда она сказала это вслух, ей показалось, что мир сузился до одной их комнаты, и больше ничего не существовало. Вероятно, она не признавалась подругам, потому что пока об этом знала только она сама и не произносила эти слова вслух, то была вероятность, что это всего лишь странный сон, не ее реальность.

- И... Давно? – Поинтересовалась Кира после долгой паузы.

- В тот день, когда я отсюда уехала.

- Что??? – Выкрикнула Алиса, хлопнув рукой по столу. – Когда?

- Когда я уехала.

- И ты все это время, все эти месяцы ни слова нам не сказала?

- Вопрос риторический.

- Да плевать, какой он! Почему ты не сказала? – Алиса не могла усидеть на месте, и почти каждое ее слово сопровождалось подпрыгиваниями на месте, и активно жестикулировала. Лизе даже показалось, что подруга ее вот-вот ударит.

- Не хотела, - вздохнув, ответила она и поерзала на стуле.

- Что, значит, не хотела? Как это не хотела? Он тебя бросил, и ты молчишь!

- Не кричи! – Повысила голос Кира. Она настолько редко это делала, что Алиса сразу притихла и перестала подскакивать, а Лиза вздрогнула. Ей сейчас точно устроят взбучку. – А ты рассказывай. И все с самого начала.

- Да, рассказывай, - поддакнула Алиса, но тут же закрыла себе рот куском хлеба.

- Да нечего тут рассказывать, - вздохнув, ответила Лиза, чтобы дать себе небольшую паузу, и подруги ей это позволили: Кира, потому что понимала многое, а Алиса, потому что жевала. – У нас пару месяцев все было как-то странно. Он редко отвечал на сообщения, сначала вполне нормально, с чувствами. А потом односложно, как будто отмахивался или писал одну из многочисленных ответок в куче других сообщений. И я перед отъездом, в последнем сообщении спросила все ли в порядке. – У Лизы защипало глаза. Отчего-то ей было стыдно признаться, как парень ее бросил, что именно ей сказал. Точнее даже не сказал, а написал в одном единственном предложении и даже не попробовал с ней после этого еще раз связаться, понимая, что она его заблокировала. Для него это было совершенно обычным делом, ничего не значащим для него поступком, и осознание этого еще сильнее ранило. – Он ответил тогда, что у него нет времени думать обо мне. И все. Я просто заблокировала его везде, потом и переписку удалила. Больше мы не общались.

Кира и Алиса молчали.

Проглотив еду, Алиса все же заговорила:

- То есть ты у него ничего не уточнила? И вообще не поговорила?

- Угу. Если бы заговорила, мне было бы только хуже. К тому же он крайне редко отвечал на сообщения. Еще непонятно было, сколько пришлось бы ждать.

- Это да, но... Я бы из него всю душу вытряхнула, - нервно хохотнула Алиса, щелкая выключателем чайника, который стоял на базе с ее стороны стола. Комната наполнилась шумом.

- И он не пытался с тобой потом связаться? – Уточнила Кира.

Лиза отрицательно помотала головой и встала за кружками.

- Я и не уверена, что смогла бы с ним говорить.

Лиза думала, что она расплачется, когда будет рассказывать, но сдержалась. Она проглотила толстый ком в горле, и горячий чай – это было именно то, что ей нужно.

- А нам-то ты почему об этом не рассказала?

- Не знаю. Я вообще не хотела об этом говорить.

Кипяток с характерным плюхонием полился в кружку, чайный пакетик подпрыгнул вверх и раздулся, вода медленно стала приобретать коричневый оттенок.

- И как ты себя чувствуешь? В смысле я бы была ужасно зла и расстроена, и...

- Да, наверное, все вместе, - перебила ее Лиза, отвечая на вопрос. – Если честно, то я не знаю. Мне, наверное, просто плохо. Я чувствую только раздражение и... - Она хотела сказать «боль», но не смогла произнести это слово. – Я просто не понимаю почему. Я не делала ничего, что могло бы его разозлить или расстроить. Всегда была этой его застенчивой девочкой. Он сам говорил, что я воплощение его идеала. Так почему? – Лизу как будто наконец прорвало, и она начала говорить безостановочно. – Я даже подавляла желание высказать свое мнение, поговорить о каких-либо проблемах, обсудить важные вещи. Просто потому что хорошие девушки о таком не говорят. И вот к чему мы пришли! Я все равно оказалась не нужна, времени на меня нет. Как будто я просто приложением временным оказалась.

Хотя чего я ожидала. Я ведь с самого начала знала, что так и будет, что он меня бросит. Я знала, знала, что не нужно начинать эти отношения, но ходила, как будто меня по голове шандарахнуло. Вся в каких-то мечтах и фантазиях. Думала, какой же он у меня классный, как мне повезло. Даже Эри и Кирилл... - И тут она расплакалась, закрывая лицо руками, и сдерживая первый всхлип. Ее плечи содрогнулись, и Кира положила руку ей на спину, стараясь поддержать хотя бы так, а Алиса придвинулась и погладила ее по колену.

- Ты просто хотела, чтобы вы были вместе, и все. Это вовсе не плохо, - проговорила Кира тихо.

- Хотела, - согласилась Лиза, отнимая руки от лица, и вытирая слезы тыльной стороной ладони. – Но знала, что не будем. Он все время говорил, что отношения Эри и Кирилла не продлятся долго, потому что инициатором была Эри. Девчонка. А в итоге сам меня и бросил! Хотя и инициатором наших отношений был он! Я же его отвергла. Отвергла ведь!

- Тебе следовало бы все это ему сказать, наверное, - осторожно высказала свое мнение Алиса.

- А смысл? Это конец. Я бы просто попыталась его оскорбить, не более. Как будто для него это имело бы значение.

Алиса хотела что-то ответить, но промолчала и вместо этого обняла Лизу, роняя ее на себя. Та не сопротивлялась, и позволила себе расплакаться от всего сердца. Хотя делала это уже много раз. Но сейчас все было по-другому. Все, что произошло, она произнесла вслух, высказала и свои чувства относительного этого.

Только вот говорить об этом ей предстояло еще не раз. Ее уже звал поесть вместе Витя, которому тоже потребуются ответы. И их разговор состоялся быстрее, чем она хотела бы, потому что он написал ей в этот же вечер, и на следующий день она уже спешила на встречу с ним.

Витя сидел напротив и с задумчивыми видом курил в сторону тротуара. Они зашли в небольшое кафе посреди города с открытой верандой и сели подальше от входа. От палящего солнца их скрывала закругленная крыша, с которой свисали гирлянды. Сейчас они не горели. Была середина дня, и Лиза обмахивалась тонким барным меню. В голове звенело, и в висках пульсировала кровь.

Витя молчал последние пять минут. Лиза отсчитала это время с того момента, как призналась ему в расставании с Наоки. Сказать ему пришлось, скрывать это смысла не было. Хотя она очень боялась, что при таком раскладе он вновь заведет шарманку с тем, что любит, и готов с ней встречаться. Примерно что-то такое он писал ей раз в месяц, когда они обменивались новостями. Чаще всего он был пьян в эти моменты.

Докурив, Витя затушил сигарету о пепельницу и аккуратно положил окурок на ее край. Лиза увидела, что он, наконец, обратил на нее внимание, и опустила глаза в тарелку с греческим салатом: съела она совсем немного.

- Ну что? – Не выдержав его молчаливого взгляда, спросила она и подняла голову, стараясь смотреть решительно, а не испугано и жалко.

- Ничего, - холодно ответил он. – Я в афиге, что ты умудрилась никому об этом не рассказать.

Лиза закатила глаза.

- Но в еще большем шоке я из-за того, что ты с ним не поговорила.

- Он меня бросил. Мне не о чем было с ним говорить, - чтобы занять руки, Лиза начала есть, слегка постукивая вилкой о широкую белую тарелку в форме пятиугольника.

- Да ты что, - язвительно протянул Витя, наклоняясь к ней над столом. – Может у него что-то случилось, и надо было выяснить что, а не удалять переписки и сразу его блокировать. Ты чем вообще думала? Посоветовалась бы хоть с кем!

Лизе и правда даже в голову не пришло, что Наоки расстался с ней, поддавшись тяжелому моменту, а не потому что много месяцев об этом думал. Уязвленная этим замечанием, она ответила:

- Он едва ли отвечал на мои сообщения в последние месяцы. Это только все растянулось бы в драму, и я бы больше страдала.

- Ок, хорошо, допустим. Но можно же было посоветоваться с кем-то!

- Это с кем же?

- Да, блин, Лиза, с кем-то более опытным! Он же твой первый парень, любовь и вот это все. И ты вот так просто от этого отказалась!

- Я не отказывалась, - обиженно проговорила Лиза. – Не нужно говорить так, будто это было легко, и я во всем виновата. И вообще, какое тебе дело!

- Черт, - выдохнул Витя, но тон снизил. – Мне большое дело. Я вас обоих знаю, и от тебя отказался в его пользу! - Он запнулся, откашлялся и сделал глоток из своего стакана, где в прозрачной жидкости плавала мята и неровные льдинки. – Ты должна была разобраться. Вы, может, и не расстались бы.

- Может. Не может. Смысл сейчас-то об этом говорить? Все закончилось.

Витя закрыл лицо руками и потер его.

- Ты не нормальная.

- Нормальная я.

- Обычно девушки устраивают сцены и выясняют, что к чему, а не удаляют сразу же переписки.

- Я не из тех, кто устраивает сцены.

- Да, это я заметил. – Он сделал паузу и серьезно на нее посмотрел. – Какая же ты дура.

- Сам дурак! – Обижено ответила Лиза.

- Да, раз с тобой сейчас разговариваю.

Ему принесли пасту в глубокой тарелке с широкими краями. От нее исходил пар, тонкой струйкой поднимаясь вверх.

- Может, хватит меня гнобить? – Сказала Лиза, когда официант ушел.

- Я не гноблю.

- А что ты делаешь?

- Пытаюсь сделать так, чтобы ты в следующий раз сначала мозги включила, а потом делала.

- Все, не хочу с тобой разговаривать.

- Конечно, не хочешь. Я тебе правду говорю. А твои подружки наверняка сказали, что он козел, и ты радостно с ними согласилась.

Он был прав. Именно так все и было. Ни Кира, ни Алиса не стали давить на нее и выговаривать за ее, вероятно, необдуманные действия. Но она боялась услышать от Наоки объяснения. Он вполне мог найти другую девушку, лучше нее. А еще хуже разочароваться в Лизе и высказать ей это откровенно. Она бы такого не выдержала.

- Он бросил меня! И четко сказал почему, - отчеканила она.

- Он сказал, что у него нет времени думать о тебе. Это не причина.

– Причина.

– Нет! За этим обычно что-то стоит. И чтобы понять что, люди друг с другом разговаривают. Девчонки выносят нам мозг, чтобы получить ответ, каким бы дерьмовым он ни был.

- Да хватит уже! – Лиза стукнула кулаком, в котором сжимала вилку.

Капельки соуса с нее попали на стол и ее ярко-зеленую футболку, образуя темно жирные пятна. Она поморщилась, вытерев их салфеткой. Витя продолжал спокойно есть, накручивая спагетти в белом соусе на вилку.

- Значит, вы расстались, - проговорил Витя, спустя несколько минут, пока они тихо ели.

Это не был вопрос, он просто констатировал факт сам для себя, еще раз проговорив эту фразу вслух. Но Лиза все равно кивнула, как бы подтверждая его слова. Причем сделала она это скорее для себя, нежели для него. После того, как проревелась, она в полной мере осознала, что все кончено, и Наоки не появится, как принц в сказке из ниоткуда и не развеет ее печаль.

Но легче ей все равно не стало. Она по-прежнему злилась и чувствовала раздражение почти по любому поводу. Разница только в том, что теперь она не стеснялась показывать эти чувства другим людям. Если раньше она могла высказать что-то неприятное близким, а перед посторонними стелилась милой и доброй девочкой, застенчивой и воспитанной, то теперь словно училась заново ходить, когда с быстро бьющимся сердцем подбирала не самые приятные для других ответы.

- Понятно, - проговорил Витя и посмотрел на нее.

От его взгляда у нее по спине побежали мурашки, как от холода, хотя солнце палило ей прямо в спину. Лиза повела плечами, сбрасывая это ощущение, и отвела глаза в сторону. Она очень надеялась, что он не заведет речь о них. И ей повезло: он сделал вид, что всего это разговора не было, переводя диалог на нейтральные темы.

После обеда они решили не возвращаться сразу в общежития, а прогуляться, так как давно не виделись и еще не все обсудили. Лиза поняла, что живого общения с Витей ей тоже не хватало. Он мог говорить ей довольно грубые вещи, но он всегда был честен и поддерживал ее. Возможно, даже больше, чем Кира и Алиса за все время их дружбы.

К моменту, когда они пришли в парк Северный погода снова начала портиться, и по небу поплыли темные грозовые тучи. Но Лиза и Витя все же решили прогуляться, надеясь, что дождь не ливанет в неподходящий момент.

Они остановились в одной из многочисленных круглых беседок без лавочек, выполненных в колониальном стиле и покрытых белой краской. Во многих местах она уже слазила и осыпалась на асфальтированный пол точно маленькие редкие снежинки. Только они не таяли под солнечными лучами.

Лиза прислонилась к одной из колонн животом и посмотрела вдаль за тянущиеся к верху деревья, туда, где возвышались крыши серых новостроек. Витя был рядом, но был повернут к этому пейзажу спиной, разглядывая плотный строй деревьев, между плотными кронами которых гулял прохладный ветер.

- Ты мне, кстати, так ни разу на гитаре и не сыграл, хотя обещал.

Лиза не смотрела на Витю, но почувствовала в его голосе ухмылку:

- Случая никак не представлялось. Ты же ко мне не приходила никогда.

- Приходила! На твой День Рождения. – Она повернулась к нему, чтобы увидеть выражение его лица.

Он ухмылялся.

- Тогда куча народу была.

- Сыграл бы всем.

- Хотелось только тебе.

Витя тоже на нее посмотрел. И впервые за последние два года она снова почувствовала, что была бы не против с ним встречаться, хотя эти чувства не имели ничего общего с тем, что она испытывала к Наоки. С Витей было просто и комфортно. Как с родным человеком. У нее не билось быстро сердце, ей не хотелось к нему прикоснуться. А к Наоки хотелось. Очень хотелось.

Они смотрели друг на друга так несколько секунд, пока Лиза не дернулась, переводя взгляд на свою руку. На тонких пальцах красовалась маленькая прозрачная капелька. Рядом с ней приземлились еще несколько, а спустя мгновение по всему парку прокатился зловещий рокот, и вслед за ним верхушки деревьев раскачались, словно кто-то провел по ним раскрытой рукой.

Витя и Лиза одновременно подняли глаза к затянутому плотными тучами небу, и в ту же секунду ливень встал вокруг их убежища стеной, оглушая дробью ударов о землю и листья.

- Не повезло, - проговорил Витя.

- Может, кончится еще.

Он поджал губы и проговорил:

- Вряд ли. Как будем домой возвращаться?

У Лизы не было на это ответа. Она пожала плечами, продолжая смотреть на серую стену из воды, но от края все же отошла.

- Давай подождем немного. Вдруг и правда закончится.

Но ливень продолжался и через 10 минут, и через 20 и через 30. Стало совсем темно, при этом невозможно было понять из-за туч или все же это было естественно для этого времени года. И дождь был столь же сильным и упругим: они видели, как капли отпрыгивают от тротуарной асфальтированной дороги, как баскетбольный мяч.

Но это совершенно не мешало им разговаривать и смеяться. Витя даже зачитал стихотворение про дождь.

Поддавшись странному для самой себя порыву, Лиза сделала несколько шагов вперед и оказалась под ливнем, поднимая голову к небу. Решение не краситься сегодня оказалось очень удачным. Дождь был холодным и сильным. Он хлестал ее по лицу, рукам, ногам... И она быстро промокла.

- Ты что делаешь? – Услышала Лиза сквозь шум воды голос Вити. Он подошел к краю пяточка, укрытого крышей, и испуганно смотрел на нее.

- Все равно домой надо возвращаться. И придется делать это под дождем.

Лиза протянула ему руку, приглашая присоединиться к ней. Он помедлил лишь мгновение, а потом подошел, схватившись за меленькую ладонь, которая, как чувствовала Лиза, была словно изо льда.

Ей хотелось отключить все эмоции и мысли, просто быть здесь и сейчас, раствориться в дожде, стать единым целым с этой яростной погодой.

Закрыв глаза, она подняла лицо к небу, а потом рассмеялась. Звонко, звонко, на ровне с новым раскатом грома. Она не знала, смотрел на нее Витя или нет, но если смотрел, то, наверное, испугался. А потом Лиза побежала, продолжая смеяться. Руку друга она отпустила, удаляясь все дальше и дальше. Вероятно, стена дождя быстро поглотила ее маленький серый силуэт.

Лиза остановилась через несколько шагов и посмотрела на Витю. Из-за серого дождя разглядеть его было практически невозможно, и она лишь догадывалась о его реакции на ее выходку.

Отступать все равно было поздно: они оба уже насквозь промокли, и Лиза махнула рукой, призывая его бежать за ней. По нервному движению, которое она заметила, было не понятно, что он собирался сделать, но спустя несколько секунд тоже побежал. Поняв, что она не одна будет таким вот способом добираться домой, Лиза тоже продолжила путь. И они бежали, хлюпая промокшими насквозь кроссовками по плясавшей на асфальте воде.

Людей на пути им практически не встречалось. Казалось, что в мире остались только они и бесконечный холодный дождь, окутавший все вокруг. А еще редкий, но густой туман, плавающий среди деревьев. Самым неприятным момент в путешествии под дождем, стал светофор, который им пришлось ждать продолжительные секунд 30, и за это время прилипшая к телу одежда, стала холодить кожу. Без движения становилось все зябче и зябче. Лиза поежилась, повела плечами, а уже в следующую секунду снова бежала, с усилием отрывая от земли потяжелевшие кроссовки.

Она пришла в комнату через 30 минут после того, как они с Витей начали пробежку. Насквозь промокшая, замерзшая, Лиза замерла на пороге. С нее капала вода. Она начинала дрожать.

- Лиза! – Крикнула Алиса, как только увидела ее на пороге.

- Привет.

Кира и Алиса кинулись к ней, помогая раздеться. Она уже едва могла двигаться, так как сильно замерзла, и ее зубы начинали отбивать бешеную дробь.

- Я же говорила утром, возьми зонтик, - постаралась отчитать ее Кира, выжимая футболку в ведро для мытья полов.

- Он бы там не помог, - ответила Лиза.

Несмотря на общее состояние, чувствовала она себя лучше, чем за последние шесть, а то и восемь месяцев.