Принцип становления

Чуть позже к нам подошла наша тренерша. Она была настроена более чем серьёзно, а у меня из головы не выходили мысли о том, что же будет через пять дней. Этот день обещал быть одновременно и плохим, и хорошим. Я не знала, чего от него ждать. Мне было страшно. Этот страх пробирал меня до костей. Он убивал меня и не давал сосредоточиться на катании. Мне хотелось рыдать, кричать, биться головой о лёд и падать на колени, истерически крича. Но я каталась. Каталась, сдерживая в себе то, чего не могла сдержать во время буллинга. Я была камнем. Прочным камнем. Казалось, что я уже была сломлена, что хуже точно не стало бы.

Моё ужасное состояние первым заметил Димка. Он остановился, и я тоже прекратила движение. Когда наши взгляды встретились, парень сначала крепко обнял меня, а затем произнёс:

- Всё будет хорошо. Я тебе обещаю, а если я сделаю что- то не так – умру. На месте. В школе. Не хочешь – можешь не идти со мной. Только тогда в школу не приходи.

- Я готова делать то, что ты предложил. – сказала я.

- Я предложил, да. Но очень волнуюсь за тебя, Раечка. Я так боюсь! Может, не надо? Да, сам предложил, дурак, но не хочу подвергать тебя опасности. Томпева, ты не знаешь и не представляешь даже, насколько это опасно!

- Дим, ты же знаешь – я не откажусь. Мы должны отомстить. Не только ведь тебя унижали одиннадцать лет!

- Я не знаю, смогу ли я защитить тебя.

Я усмехнулась:

- Меня не нужно защищать – я сама со всем справлюсь. И не отступлю.

- Только пообещай, что с тобой всё будет нормально. Пообещай, что не будешь пытаться причинить себе вред!

- Обещаю.

И добавила:

- Я так волнуюсь за нас обоих. В любом случае, скоро всё закончится.

Тренерша наорала на нас, и мы продолжили кататься.

Сегодня коньки меня раздражали. Хотелось разбить этот лёд на тысячи мелких кусочков, смотреть, как охают и ахают тренера, но не могла. Я продолжала делать то, что должна. Нет, я никогда не смогла бы стать полноценным человеком. Моя душа уже была мертва. Я похоронила её тогда, когда меня впервые заперли на чердаке.

Какая мне разница, что я сделаю через пять дней? «Я лучше умру в тюрьме, чем буду продолжать жить вот так». – возникла странная мысль.

- Рая, медленнее! Ты не понимаешь, как всё это важно! Ты же так хорошо каталась, что же с тобой случилось теперь? – услышала я чёткий и жёсткий голос своей тренерши.

Я больше её не слушала.

Я представляла, как кидаю эту женщину на пол, что стала раздирать ногтями её горло. Видела кровь, но не останавливалась. Я свирепо улыбалась и начинала душить самого близкого на этот момент мне человека!

Мне вдруг стало страшно от собственных мыслей.

- Дима! – я взяла парня за талию, сжав его в объятиях. – Мне дискомфортно, страшно! Я боюсь всего, что тут происходит.

- Эй! – произнёс Димка. – Ты чего? Тебе просто нужно ехать медленнее, слышишь?

- Я не об этом. Сейчас я представила, как душу свою тренершу.

Я заплакала, уткнувшись носом в плечо Димы.

- А у меня перед глазами постоянно мелькают картинки, как я убиваю своих одноклассников. Это трудно видеть, но я уже привык. Кажется, что это – часть моей жизни. То, что помогает мне не умереть. – произнёс Дима.

- Я не хочу быть такой, как ты.

- Ты и не такая! Ты – замечательная, прекрасная девушка! Лучше тебя, мне кажется, я ещё не встречал никого.

Парень приподнял мой подбородок, и я увидела на его лице улыбку. Мне почему- то вдруг стало хорошо на душе, так, словно я почувствовала себя счастливейшим человеком на земле. Мне бы не хотелось говорить о том дне, когда мы совершим преступление. Хотелось болтать про сегодняшний. Да, я была проблемным подростком. Жертвой травли. Человеком, который потерял себя в жизни. Той, которая стала сходить с ума ещё с первого класса – с этого времени и начались унижения одноклассников. Да, я не была идеальной, но я тоже хотела быть счастливой. И не могла упрекать себя за это.

И я исполнила один из трюков. Я хотела отточить каждое движение. Мне казалось, что лёд снимал грусть и усталость. Я, кажется, приняла обезболивающее. Даже раны на ногах не болели. Я словно впервые за осознанную жизнь смогла вдохнуть нужное количество воздуха.

- Ты молодец! – поддерживала меня Ленка, завязывающая коньки.

Я, правда, знала, что у меня всё получалось. Я скользила по льду, смотря на то, как Димка, никогда не занимавшийся фигурным катанием, делал элементы. Они были похожи на те, что исполнял мой заболевший напарник. Раскрепощённый Димка – и таким же был Лёшка. Оба они безумно мне нравились. И я не могла отрицать в себе этого. Я видела в Димке Лёшку, и поэтому не могла оторвать взгляда от Димы.

- Чёрт!

Лезвие коньков в очередной раз разрезало гладь льда. В воздухе, замерев в прыжке, я слегка наклонилась вперёд и упала на пол – это словно вернуло меня «на землю».

- Ты в порядке? – произнёс Димка, подъехавший ко мне.

- В абсолютном. Можешь не волноваться. – отмахнулась я и быстро поднялась на ноги.

И мы продолжили тренироваться.

***

Школа. Хотелось бы, чтобы этот день я провела дома, но пришлось идти туда, где меня ждали меньше всего. Когда я вошла в класс, то с удивлением подметила тот факт, что атмосфера в этом буйном и на редкость жестоком 11 «А», была вполне спокойной. Все сидели на своих местах, и никто даже не собирался издеваться ни надо мной, ни над Димкой. Лишь перешёптывания девчонок нарушали тишину в кабинете. Мне было плевать, что они обсуждают. Главное, что сегодня был поистине счастливый день. Никто ещё не бросил ни ехидного смешка в мою сторону. Однако, было больно от мысли того, что ещё впереди было семь уроков.

В класс вошла учительница и начала писать что-то на доске. Теперь девчонки замолчали, и класс наполнился писклявым голосом учительницы. Физички. Я ненавидела её урок. Она была, к тому же, ещё и нашим классным руководителем. И почему мне так не повезло с одноклассниками и учителями? Я же не заслужила такого!

- Рая, реши нам восемьдесят четвёртую задачу. – услышала я голос учительницы.

Как же я ненавидела эту женщину!

Она всегда подгадывала нужный момент, чтобы опозорить меня. Однако, казалось, я уже достаточно была опозорена. Уже являлась жертвой буллинга, никто больше не мог усугубить эту ситуацию. Но ведь через пять дней всё решится! Просто нужно было немного подождать. Проявить терпимость к окружающим, ведь эти окружающие скоро рыдали бы от страха, моля меня о пощаде!

Я зажмурилась и помотала головой, отгоняя от себя мрачные мысли. Вскоре, открыв глаза и не чувствуя в классе ничего, кроме холода, который неприятными мурашками покрывал мою спину, быстро взяла со стола учительницы мел и сжала его в потной ладони.

- Восемьдесят четвёртую? – переспросила я.

Физичка лишь кивнула.

Наступила тишина, которую нарушал лишь ненавистный скрежет мела на доске. Уже даже сплетницы перестали передавать друг другу самые «важные» новости. Ошарашенно они глядели на меня. Я слышала, как колотится сердце и чувствовала, как где-то в груди появлялся ком страха. Он появился, когда я вышла к доске, теперь продолжал расти так, что вдох казался очень болезненным.

Решив задачу, я медленно направилась к своему месту. Колени дрожали, а руки, словно плети, были опущены. Я не могла ими пошевелить. Уже словно в трансе села за парту и уставилась в учебник, словно пыталась найти в нём то, что помогло бы мне избавиться от ужасного предчувствия. Моя голова была пуста от мыслей. Меня кидало то в жар, то в холод. Но больше всего сейчас мною овладевал страх. Такой липкий, странный и в то же самое время привычный ужас. Я не знаю, испытывала ли я его в моменты, когда моя жизнь была под угрозой, или когда- либо ещё – но сейчас этот страх ужасно, но в то же самое время и приятно холодил спину.

***

- ...это и называется социальными нормами.

Я, наконец, закончила читать свой доклад. Учитель по обществознанию не стал говорить мне оценку, играя на моих нервах. Когда я закончила, он лишь кивнул мне, мол, слушал то, что я прочитала.

Но зато своё мнение озвучили они – одноклассники, чьё мнение хотелось бы мне услышать в самую последнюю очередь:

- Эй, что это? Доклад? Похоже на какой- то бред сумасшедшего! – кричал один из моих одноклассников.

Я молчала, потупив взгляд. Я точно была сильнее их. Намного сильнее, раз терпела всё это.

- Заткнись и больше ничего не говори! – раздался уверенный голос Наи.

В этот проект было вложено гораздо больше, чем время. В него вложена была часть моей души. А они растоптали, сломали, разрушили эту часть, разрушили меня и мои старания. Я уже привыкла, но почему то именно сегодня стало невыносимо больно. Я не знала, как мне быть и что делать дальше.

На глаза наворачивались слёзы. Инстинктивно отвернулась, чтобы никто не видел того, как я реву.

Но они увидели.

- Смотрите, плачет! – сказал Петя и зло расхохотался.

- Серьёзно? Бедная наша девочка, бедная Рая! – с иронией кричала Изабелла и аж взвизгивала от удовольствия.

Животные.

На секунду наступило затишье, а потом началось вновь.

Все они показывали на меня пальцем, словно доклад был единой шуткой.

- Лови!

Один из них кинул в меня учебник, а я смогла лишь схватить его рукой и крепко сжать в потной ладони.

Я ломалась под натиском всего этого безумия.

Всё покатилось в пропасть. Она казалась бесконечной. Стало ещё хуже, чем было до момента, когда я прочитала доклад.

Я ещё не сдалась, но и бороться уже не было сил.

***

Наконец- то началась перемена. Было ощущение, что её я уже точно не дождалась бы. Мне вдруг стало хорошо лишь от мысли, что сейчас я поговорю с Димкой и получу от него должную поддержку. Я подождала, пока учительница выйдет из класса, после чего подошла к Диме и приобняла его за плечи.

- Эй, ты чего?

Парень отпрянул от меня. В его глазах мельком я увидела страх, который вскоре сменился на радость и умиротворение.

- А, это всего лишь ты. Я думал, она снова приходила. – сказал Димка.

На лбу его выступили капли пота.

- Кто «она»? За тобой что, следят? – спросила я, удивлённо глядя на Диму.

- Не то, чтобы следят, но надо мной часто издеваются девчонки, но в большей степени, - парень вздохнул, а затем продолжил: - в большей степени – Лиза.

- Её вообще нет сегодня в школе, Дим. И...

Я не успела договорить, потому что почувствовала, как меня чем- то облили. Тело обдало жутким холодом. Я закричала. Это была всего лишь холодная вода, но она заставила всё тело задрожать, словно сейчас сидела на электрическом стуле. Я чувствовала, как тело пробило что-то, подобное электрическим разрядам. Ощущала, как они неприятно пронзают меня от затылка до ног, вдоль всего позвоночника. Казалось, что моё сердце остановится от такого холода, который внезапно окутал всё моё тело. А одноклассники, собравшиеся возле меня, смеялись. Им нравилось смотреть на то, как я мучаюсь! Я ненавидела их. Если бы все эти люди умерли, я бы не испытала ни капли сожаления.

- Знаете, что? – шёпотом проговорила я. – Скоро смеяться над вами буду я! И Димка! Мы покажем вам, что значит настоящая месть!

- О чём ты, подруга? – спросила меня сидящая за партой Неля.

- Ты не догадываешься? Ну, ничего, вы всё поймёте! Посмотрим, кто будет ещё смеяться, смотря на вас, бедных и несчастных!

Лицо Нели исказила гримаса удивления.

- Да о чём ты? – уже повысив голос, вопросила она.

- Узнаешь скоро. Через пять дней. Девятнадцатого декабря.

- Умойся только. У тебя всё лицо в краске. – Неля хихикнула.

Как же мне хотелось придушить её, и смеяться так же. Казалось, моё сердце стало огромным куском льда, и я больше не могла ощущать сострадания. Знала – нужно мстить. Я хотела, чтобы все эти люди ощутили, каково мне чувствовать всё то, что я ощущала долгие годы. Страх, переполнявший меня, заставлявший рыдать по ночам так, чтобы потом вся подушка была вся мокрая от слёз. Мне так хотелось, чтобы мои одноклассники почувствовали это. Когда эти люди скоро будут трястись от ужаса, я буду чувствовать только радость.

Я вытерла слёзы, текущие по щекам. Медленно стала умываться. Достав из косметички, которую я взяла с собой, тушь, румяны и тональный крем, я быстро начала делать макияж, пытаясь уложиться в жалкие десять минут, которые были предоставлены мне для этого занятия. Наконец, когда я вновь перестала быть похожей на жалкую букашку, я вышла из туалета.

- Привет, а я тебя ищу!

Я услышала голос Димки и повернулась в его сторону. Там действительно стоял Дима, рассматривающий меня, словно пытающийся что-то во мне найти.

Я подошла ближе к парню. Ещё никогда он не появлялся так вовремя!

- Ищешь? – спросила я Диму. – Теперь ты меня нашёл! Так что – ты готов к тому, что мы устроим через пять дней?

- Да.

- Я тоже.

- Тогда встретимся возле моего дома – я вызову такси. Нам нужно ещё потренироваться... – Дима понизил голос, – в стрельбе.

Я кивнула, после чего быстрым шагом направилась в класс вместе с Димой.