Между вокзалом и морем
Марина вышла с поезда на рассвете. В Ялте было свежее, чем она ожидала. Воздух пах не только морем, но и чем-то древним — как будто город знал секреты тех, кто тоже когда-то бежал от всего… ради кого-то одного.
Она держала в руках рюкзак, чемодан, и распечатанное письмо. То самое.
«Я строю не дом, а начало».
Ты и есть начало, думала она.
---
Он не встречал её на вокзале.
И она не ждала.
Он был из тех, кто верил в свободу. Не ставил границы, не диктовал условий.
Поэтому она сама дошла до его дома. Он писал адрес в письме, аккуратным мужским почерком, почти чернильным.
Небольшой домик. Белая штукатурка. Виноград на веранде. И — открытая дверь.
Марина постучала всё равно. Один раз. Потом ещё. Сердце билось — громче, чем пальцы.
— Заходи, если не боишься, — прозвучал его голос из глубины дома.
Он знал, что это она.
Она вошла. В нос ударил запах кофе и… дыма от камина. Он стоял у окна в том самом пиджаке, что носил раньше в университете. Только теперь — без галстука. С расстёгнутой рубашкой. И взглядом, который был нестрогим, а открытым до боли.
Они молчали. Несколько секунд.
А потом она просто сказала:
— Я приехала. Не чтобы спастись. А чтобы быть.
Он подошёл к ней. Осторожно. Медленно. Как будто боялся спугнуть.
— Я не верил, что ты приедешь, — признался он.
— А я — не верила, что ты будешь ждать.
И тогда он взял её за руку. По-настоящему. Тепло, намеренно. Как будто каждый сантиметр кожи — был обет: не уйду больше.
Она провела рукой по его рукаву, как когда-то на парах, украдкой. Теперь — без страха.
— Ты всё ещё любишь закатывать их, — усмехнулась она.
— Особенно когда ты рядом. Чтобы ты смотрела.
— Я всё ещё смотрю.
Он прижал её к себе. Не с жаждой. С доверием. И она обняла его — как обнимают не мужчину, а свою правду.
---
Они сидели у камина, и он рассказывал ей, как пишет. Как гуляет у моря. Как пил в одиночестве горький кофе, пока в голове звучал её голос.
— Я боялся, что ты не простишь меня за уход, — сказал он.
— Я не прощала. Первую неделю. Потом поняла: ты сделал это ради меня. А я теперь — ради себя иду к тебе.
Он посмотрел на неё:
— Тогда, Марина, мне нужно знать: ты здесь на сколько?
Она не ответила. Просто подошла к окну и открыла его настежь.
Морской ветер влетел в комнату. Волосы растрепались. Бумаги на столе взлетели.
— Я здесь — навсегда, если ты не закроешь окно.
Он подошёл. Закрыл за ней окно. И медленно… поцеловал.
Это не был первый поцелуй. Это был ответ.