Будь моим смыслом..

***

Влад проснулся от сильного стука в дверь, чтобы сонно посмотреть на прикроватные часы, локтями опираясь на утопающие в мягкости белоснежные простыни на своей огромной до одиночества постели.
Он тут же рухнул обратно, обреченно вздыхая и приложив руку к теплому лбу.

А ведь такой хороший сон снился...

Стук не прекращался, все больше и больше накапливая внутри него алую злость, так что Влад резко недовольно встал с кровати, ступая по холодному кафелю по направлению к коридору в полной готовности откусить голову этому наглому и назойливому нарушителю столь чудесной и прежде до краев заполняющей эту холодную ночь тишины.

- Эй, чувак, четыре грёбаных часа ут... - раздраженно распахнул Влад дверь, но не успел договорить, ибо ему по лицу сразу же прилетел кулак.

Из полутемного сумрачного подъезда выступил незнакомец в черной кепке, закрывающей глаза и криво улыбнулся, пока из-за его спины бесшумно выступили ещё три парня в масках.

- Вы ещё кто, блять, такие? - Влад закашлялся, сразу же пытаясь встать, однако ему тут-же больно прилетело чьё-то колено в живот, чтобы сделать это снова.
И снова.

- Да я вас всех уничтожу к чертовой матери, - яростно процедил Влад, ощущая жгучую боль в животе и резко вставая, моментально размахиваясь, чтобы с силой ударить одного из парней по лицу, однако тут же получает удар в грудь, чувствуя на себе твердую тяжесть и грязь от отпечатка чужой подошве на бархатной футболке.

Он по инерции отшатывается, получая очередной кулачный удар лицо, за которым молниеносно последовал ещё один и чувствуя солёный привкус собственной алой крови, стекающей по подбородку.

Влад озлобленно оголяет зубы - в расширившихся зрачках светилась ярость, и он ударил парня в кепке головой о стену, пришпиливая к ней, чтобы четко, по каждой букве процедить, несмотря на пульсирующую боль в конечностях:

- Что вам нужно?

Парень гортанно засмеялся несмотря на тупую боль, скося на него черные как мгла глаза.

- Чтобы ты исчез.

Влад отшатнулся от него, расширив веки и порывисто разворачиваясь к голодным лицам остальных парней, тут же получая шквал ударов в ребра сразу от двух человек, чтобы потом к ним присоединился третий.
И четвертый.

Он не прекращал отбиваться, пока у него были силы.
Не прекращал бороться.
Через сорок минут подъездную площадку заполняли лишь глухие, трескучие звуки ударов и кровавый кашель Влада, что снова и снова пытался встать на ноги несмотря на кровоподтеки, синяки и увечья, в то время как его продолжала избивать группа парней, пока тонкая как бумага кожа реальности не сомкнула свои веки.

Пока не наступил рассвет.

Когда шайка поняла, что пора уходить, а для Влада каждый вдох воздуха казался невыносимой в своей боли пыткой, его голову за слипшееся и запутавшиеся от пота и драки волосы подняли, открывая окровавленное лицо и заплывший глаз, пока рот жадно ловил колючий воздух, а слюна смешивалась с невольными слезами и кровью, ужаснейшей из смесей растекаясь по прежде идеальному алебастровому лицу юноши.

Кепка на парне отблеснула косой луч света, открывая отвратительную улыбку с кровавыми от нескольких ударов зубами.

- Передавай Неките привет, уёбок.

Влад сплюнул кровь.
- Как тебя зовут?

Парень удивленно поднял брови, крутя из стороны в сторону голову блондина, подобно тому, как это делают с игрушками и животными, схватив его за нижнюю челюсть.
Тот с отвращением вырвался, несмотря на боль, чтобы услышать тихое фырканье.

- Меня зовут Ян, - гордо поднял голову он, как бы транслируя «лучше бы тебе запомнить это имя».
Влад криво улыбнулся, обнажая кровавые зубы.

- Пошёл нахуй, Ян.

С размаху ударив Влада ещё раз по лицу, Ян оскорблено посмотрел на него сверху-вниз, с отвращением отряхивая руки, пока парни сзади него безмолвно удивленно переглянулись между собой.

И они оставили его одного.

Влад закашлялся, выхаркивая кровь и хватаясь за живот.
Он сжал веки, в полубреду и боли вспоминая момент из юности.
Перед ним всплыл лик Милы, и они вновь сидели на тех самых качелях.
Шёл проливной ливень, и она приложила свою обжигающую ладонь к его щеке, не отрывая глаз, и только им слышным хрупким шепотом говоря:
- Никогда не отводи взгляд, никогда не позволяй жизни тебя сломать и никогда, никогда не переставай бороться.

Влад расслабил трепещущие веки, позволяя дождю и обжигающему теплу нежных рук унести себя от этой ужасающей реальности к мерцающему миру грез.

***

Я стоял на кассе круглосуточного супермаркета, негромко отбивая конверсом ритм любимой песни, доносящийся из наушников, и лишь беспокойная складочка между аккуратных бровей могла свидетельствовать о на цыпочках крадущейся к ясному сознанию волне тревожности и чувства небезопасности от того, что прямо сейчас я довольно поздно находится один вне дома, но я тщетно старался не думать об этом.

Впереди меня в очереди покачиваясь стоял грузный мужчина, явно нетрезвый, что выложил на кассу несколько ящиков с алкоголем, из-за чего я ждал его уже около восьми минут, стараясь сохранять терпение и по инерции держась от него на расстоянии - это уже вошло в привычку. Лучше всегда быть настороже.
Он рвано дышал и покачивался, источая неприятный запах.

Я насторожился, но просто надеялся, что он, как и все ранее впереди меня стоящие люди в очереди, просто пробьёт свои продукты, оплатит их и удалится. Мало ли странных типов в Москве.

Но нет.

Одна бутылка не пробивалась уже около минуты, и тут ему это осточертело, из-за чего он вдруг резко неряшливо навалился на кассу своим упитанным телом, грозной тучей нависая над миловидной кассиршей, что тут же подняла на него испуганные глаза.

- Вы что, издеваетесь?! - пьяно повысил голос он, показывая зловонный оскал со вставками из золотых зубов.

Девушка за кассой перепугалась до чертиков, пуще прежнего округлив глаза в ужасе и начала было бешено пытаться пропикать товар, но это устройство сегодня почему-то не поддавалось её рукам.
Он ударил по кассе кулаком, и я вздрогнул, беспокойно вытаскивая наушники из ушей и по инерции отстраняясь назад.

- Пробивай я сказал, ты, безмозглая женщина! - он брызнул слюной, переходя на крик, в то время как по его красному виску медленно начала стекать загнанная капля пота.

Алкоголь, пульсирующий в его крови съедал окончания слов и туманил разум пьяной, душной пеленой. Заставлял кожу потеть и краснеть, затуплял движения, делая их нелепыми и неряшливыми.

Молодая кассирша что-то невнятно проговорила, заикаясь. Её руки затряслись, а во мне поселилась жгучая ярость от всего происходящего.

«Ну уж нет, я не позволю безмозглым мужланам испортить жизнь кому-то ещё»

Преодолевая иглы страха, больно впивающиеся мне под ногти, я сделал шаг вперед.

«Он не Ян, и вреда мне больше, чем он, точно не причинит»

Злость, боль, обида, несправедливость, страх - ужаснейшие из чувств.
Но они не обязательно должны вырываться, причиняя боль самому тебе и другим и сея хаос внутри и вокруг тебя.
Они не обязательно должны лишь разрушать, оставляя после себя незаживающие шрамы на душе.
Всё это - это кипучая внутри тебя энергия.
Это сила, и только тебе решать, куда ты хочешь её направить.

Что выберешь ты?
Разрушение или созидание?
Свет или тьму?

Многим людям проще потянуться ко тьме, но это лишь потому, что в них больше темноты, чем света.
И нет, это не из разряда «благослови врага своего», как написано в библии - мне всегда говорил так отец, но я не совсем согласен. Ну, пóлно, а может ему ещё и член отсосать, ха-ха? Что это ещё за установки такие...
Отставив шутки и религию, я думаю, что нам, людям, достаточно просто быть чуточку добрее к себе и миру и не отвечать насилием на насилие.

Вроде, несложно, верно?

Однако люди почему-то всегда выбирают сеять гниль...

Чтобы со мной ужасного не случалось, я четко знал - испытываешь боль? А может, гнев или предательство? Страх?

Так используй это как ресурс и мотивацию.

Я сжал кулаки и несильно рукой развернул мужчину к себе - его неряшливое тело легко поддалось, и он устремил свои пожелтевшие белки покрасневших глаз на меня, столкнувшись зрачками с моими, казавшимися сейчас глубинно-синими глазами.
Словно бездонное ледяное дно Северного-Ледовитого океана, источавшее безмолвное величие и мглу. Место, куда даже самые тусклые лучи света не попадают. Смертельное в своем мраке, в коем водятся самые ужасающие чудовища.

Мужчина тяжело проморгался, с гримасой ярости на красном лице оборачиваясь на меня.

- А ты ещё кто такой, сосунок?! - он угрожабще оскалился, тут же занося было надо мной руку и окончательно озверевая.

Я расширил глаза и уже собирался что-то предпринять, как меня бережно, но быстро отодвинула назад чья-то сухая ладонь, в защищающем жесте заслоняя меня за спину.
Передо мной словно из ниоткуда вырос высокий силуэт парня, что мигом приблизился к пыхтящему мужчине, с силой беря его за ворот слишком тонкой для прохладной ночной погоды кофты и притягивая к своему лицу.

Он приблизился к его липкой коже, чуть ли не касаясь колючей небритой щетины на чужих жирных щеках, четко очерчивая каждое произнесенное слово своим ледяным голосом, чей тембр был схож стали:
- Убрал свои грязные руки. И выметайся отсюда. Сейчас же.
В загнанных глазах мужчины мигом вспыхнул страх, и он отпрянул, но не переставал упираться, оставаясь верным своей свинской натуре.

Такие люди не меняются. Даже если их избить - они не поймут за что. Они просто следуют инстинктам. Подобно диким животным.

- Да я вас всех... - начал было опасливо плеваться ядом он, но резко замолчал.

Парень достал руку из под черного пальто в пол и прошептал что-то, что было за гранью слышимости всех, кроме того мужчины.
Его аккуратные белые пальцы же обрамлял резной железный кастет с острыми выемками.
Почти искусство.

Он улыбнулся.

Мужчина в страхе округлил глаза, опуская их на кастет, а потом, услышав шелестящий шепот, казалось, что даже его мыльный от количества всего выпитого алкоголя взгляд немного прояснился, а красное потное лицо побледнело, когда он инстинктивно попятился назад, идя спиной вперед, чтобы вскоре и вовсе начать неряшливо спешно удаляться из магазина, спотыкаясь, тяжело дыша и смотря на брюнета с животным ужасом в глазах.

Он перешел на бег и через некоторое время двери супермаркета с глухим звуком захлопнулись за ним.
Парень повернулся к нам с невозмутимым лицом, зачесывая чернильные волосы назад и устремляя на меня холодный взгляд тёмных глаз.

Секунду спустя мы друг другу кивнули, чтобы он тут же смог подойти к девушке за кассой, спросив, всё ли у неё в порядке и что он может сделать, и, убедившись, что все нормально, он сдержанно кивнул и они продолжили о чем-то негромко переговариваться, пока я прошел на другую кассу.

Я наконец-то оплатил свои продукты - лапша быстрого приготовления для себя, корм для котов и кое-что для Влада.
Я намеревался поехать к нему на первой электричке - чувство стыда съедало меня изнутри, кусая рёбра, а телефон как назло глючил.

Я собрал покупки в шоппер и оглянулся на того парня, который так и не представился, наклонив голову в сторону.

«Красивый»

Черные волосы ниспадали на слишком бледное лицо, но оно не выглядело болезненным.
Над правой бровью ближе к середине лба у него рисовалась родинка в виде звезды - необычная и запоминающаяся деталь, которую я почему-то сразу же заметил.

Черное объемное пальто окутывало высокую фигуру, оседая на широких плечах.
Его правая рука была убрана в карман, а левая невесомо повисла в воздухе.
На среднем пальце было серебряное кольцо с вороном - его острый клюв доходил аж до второй фаланги пальца.

Я с забавой отметил, что этот незнакомец во всем черном напоминал мне жнеца смерти, или может, вампира, но да - было в нём что-то особенное.

Только я собрал продукты в шоппер и развернулся к выходу, он оказался прямо передо мной, как и в тот раз вырастая словно из под земли.
- Черт, - чертыхнулся я, отскакивая назад.

Казалось, что ещё секунду назад его тут не было и должно было быть.

- Я не черт, - на отточенном лице появилась усмешка.
- Прости, не хотел тебя пугать. Ты в порядке? - сразу же парировал он.

Я взглянул в его бездонные льдинки глаз.
- Ничего. Да, всё... нормально. Спасибо, - смягчившись добавил я, выдыхая.

С ним будто бы было безопасно - его поступок меня впечатлил.
Что бы там ни было, казалось, что этот человек - тот, кто никогда не даст в обиду тех, кто его окружает.

Сильные должны помогать слабым.
У света должна быть своя тень.

Я улыбнулся, и на веснушчатых щеках проступили ямочки.
- Ты поступил смело. Спасибо тебе, - молодой человек сканировал каждый мускул на моём лице, подмечая мельчайшие детали.

Что ж, у меня тоже была привычка всех «сканировать», анализивать, пристально изучая каждую мелочь.
Тревожность, что тут сказать.
А какие были мотивы у него - я не знал, но навряд ли они были такими же трусливыми в своих началах, как у меня.

- Кто-то должен был. Ненавижу людей, которые не знают своё место, - он раздраженно заломал себе пальцы на костяшках.

Ещё одна схожая привычка.

Я понимающе кивнул.
- Особенно пьяные люди... Да, слушай, спасибо тебе ещё раз большое, эм?... - я искренне был исполнен благодарности - тот тип получил то, чего заслуживает, но я просто не знал, как обращаться к стоящему передо мной брюнету.

- Ким и всегда пожалуйста, - он наконец лучезарно улыбнулся, и его маска холодного безразличия дала трещину, а глаза превратились в мягкие полумесяцы.

Мы поклонились друг другу, мягко улыбаясь.

Я был очень рад, что эта ночь обошлась для всех именно таким образом.
Безопасно и справедливо - самый лучший из всех наборов.

- Можешь отблагодарить меня, угостив хорошим кофе, - парень весело подмигнул мне.

Я немного насторожился, опуская глаза - семена прежней боли всё ещё были во мне, и я сомневался, недоверял.

Влад, Пыль, сейчас и Ким - кажется, что жизнь наконец пытается жаль мне что-то хорошее и глупо было бы отказываться, верно?

«Что ж, кто не рискует, тот не пьёт шампанское?»

Его брови дернулись к переносице в непонятном жесте.
- Прости, я не требую ничего, если ты не...
Я поднял на него исполненный энтузиазмом взгляд и он замолчал, озадаченно склоняя голову вбок.

- Сынмин, я обязательно угощу тебя самым вкусным кофе в нашем городе, - на моем лице появилась спокойная улыбка, что распространилась и на него и мы просто молча стояли так, не разрывая зрительного контакта.

***

Я в одиночестве шёл домой, прокручивая в голове все произошедшие за сегодня события, и лишь жужжащие фонари были этому свидетелями.

День был довольно неплохим даже несмотря на то, что половина его составляющего прошла для меня удушающей вечностью в ночном кошмаре, а утром я сбежал от Влада, оставив пустоту внутри себя и в его светлой студии.

Плюс инцидент в магазине тоже стал не очень приятным сюрпризом для меня, но всё закончилось благополучно и даже лучше благодаря парню, которого я кстати записал в контакты как «Добрый жнец смерти Ким ».

Несмотря на сумбурность, сегодня у меня, похоже, появилось сразу два новых друга - Пыль и Ким, и я был благодарен миру за это.

***

Я сел на первую электричку, что была спустя пару часов после того, как я вернулся домой.

Рассветное солнце щекотало веснушки на моих щеках - я находился практически один в безмолвном вагоне.
Это и логично - ведь мало кто такой отчаянный как я, чтобы ехать куда-то в 5:15 в воскресное утро, но я надеялся прогуляться и собраться с мыслями, прежде чем идти к Владу.

Если честно - как я пришел домой, я совсем не знал, куда себя деть.
Мысли клубились у меня в голове, путаясь, словно наушники, а воздуха было слишком мало, чтобы оставаться в этом здании ещё на несколько часов, это просто душило меня, так что я тихо заварил ромашковый чай, сменил одежду, насыпал корма котам и, захватив любимые наушники и шоппер с продуктами выдвинулся к вокзалу уже в половину пятого утра, шагая по тусклым туманным улицам сумеречного города.

Я прикрыл глаза, невольно задремав, пока вагон начал ехать вперед, в своем спокойном ритме покачиваясь на рельсах.
Моя остановка была через пятнадцать минут, так что в нужное время я открыл веки, сонно потягиваясь.
Хотелось спать и крепких объятий.

Выйдя из электрички я направился к дому Влада, минуя парки и хрущевки, чтобы через некоторое время уже стоять около возвышающейся надо мной многоэтажки, задрав голову и сощурив от пекущего солнца глаза, смотря в окна заветного тринадцатого этажа.

Тишина.
Людей на улице не было, и лишь деревья шептали мне на ухо, пока вдалеке щебетали первые птицы.

Я выдохнул, проверяя содержимое своего бежевого эко-шоппера с надписью «Сейчас»: все продукты были на месте.
Я хотел поговорить с ним и приготовить ему свой любимый суп в качестве извинений надеясь, что он меня впустит.
Нет, если он меня не впустит, то я определенно не знаю, что мне делать.
Я чувствовал, что вот вот могу разбиться на тысячу осколков.

Я только прикрыл веки, как из подъезда Влада вышел какой-то дедушка, и я решил воспользоваться шансом, неглубоко поклонившись незнакомому статному ветерану в знак уважения в дверях и проскальзывая внутрь прохладного подъезда.

Я зашел в лифт, нажимая на кнопку нужного мне этажа - «13» и вставая напротив зеркала, осматривая себя.

Удивительно, сегодня я даже был почти не похож на труп, - я заправил отросшие локоны за ухо, ближе наклоняясь к зеркальной глади и поправляя неприятно колющее горлышко темно-серого однотонного свитера, пытаясь отрепетировать, что я собираюсь сказать Владу, как вдруг двери лифта начали открываться, и я в шоке застыл в дверях, обозревая избитого Влада собственной персоной, бездыханно лежащего на холодном подъездном кафеле.

Дверь в его квартиру, близь которой он лежал была немного приоткрыта, еле слышно скрипя от утреннего сквозняка.
Я тут же подбежал к нему, трясущимися руками пытаясь поднять с пола.

- Эй, эй, Влад, - тревожно звал его я, похлопывая его по щекам в попытках привести в чувства и тщетно стараясь затащить его руку себе на шею, но он просто невольно сполз, на секунду открыв мутные глаза и что-то тихо болезненно промычав, чтобы снова без сил захлопнуть веки.

Хотелось кричать, но из уст вырвался только рваный шепот.

- Что же они с тобой сделали?...

Я наконец с трудом взвалил его высокую тушку на себя, трясущимися ледяными пальцами быстро печатая в мобильном телефоне единственный номер на который, как мне казалось, я почему-то мог надеяться.

Да и в принципе, звонить больше мне было особо некому.

- Некит?.. - послышался хриплый сонный голос знакомого в трубке.

- Да. Ким, пожалуйста, прости, что звоню, извини, но это очень важно, - мой голос срывался на всхлипы, а слова звучали скорее как мольба:
- Ты мог бы привезти лекарства?

Его голос вдруг резко изменился, приобретая ясность и уверенность:

- Кидай адрес.