Выходной
- Вы, правда, собираетесь это сделать? – спросила Ангелина, положив принесенные листы с отчетами на рабочий стол.
- Ну, как по мне, это любопытно. Должен получиться неплохой эксперимент – нехотя, ответил Евгений.
Он сложил руки в замок, подперев ими подбородок, искоса посмотрев на ворох упорядоченных цифр. Ровные и изогнутые лини перемешивались, словно нарочно мешали скорейшему завершению работы. Бумагу стоило бы сжечь, но не сейчас.
- Вам не страшно? – нежность ее голоса успокаивала, обмотавшись шерстяным шарфом на шее, отгоняя любые мысли.
- Ты ведь, как-то сама об этом говорила, к тому же, я буду не один.
Его взор устремился к телефону, экран которого еще не погас. В диалоговом окне читались следующие строки: «Завтра в 16. На остановке возле рабочего здания». Сергей принял его предложение об условном месте встречи, хоть ему хотелось возмутиться, что он не сиделка или гид. Но, раз это его идея, то стоило ненадолго отпихнуть все это в дальний угол и принять новую роль.
- Может мне сопроводить вас? – предложила Ангелина, обойдя стол и остановившись по правую сторону кресла начальства.
- В этом нет нужды. Да к тому же, если наш зайка тебя увидит, то не отпустит возможности и тебя выманить – уголки его губ дрогнули.
Ангелина накрыла его пальцы своею ладонью. Он оторвал голову, от рук, озираясь на нее с непониманием. Она лишь мягко улыбнулась и прижала чужую голову к груди. Ритм сердца, что так отчетливо слышался через тонкие ткани, вызывал трепет. Евгений не отстранился, а сильнее вжал ухо. Наслаждался песней сердца, что заменяло колыбельную.
- Вы волнуетесь? – она коснулась уложенных волос, невесомо пройдясь ногтями по коже головы.
- Я вернусь – он отпрянул от столь приятного тепла – Не нужно волноваться.
- Я... - она открыла рот, но остановилась, не позволив словам вылететь – Хорошо, я буду вас ждать.
- Я вернусь вместе с Сергеем.
- Может, лучше было бы, если вы пригласили его в свою комнату?
Бухгалтерша цеплялась за любую возможность. Она беспокоилась о нем. Ею овладевало волнение, тревога и облегчение. Они не перемешивались, а сталкивались друг с другом, выталкивая предыдущего. Все это превращалось в неразрывный круговорот.
- Это можно сделать в любой момент – ответил Евгений.
- Но тогда почему еще не сделали?
- А ты бы этого хотела?
Евгений встал с места, не оторвав глаз, от взволнованного лица собеседницы. Ангелина отвернулась и тогда он продолжил:
– Знаешь, тебе стоит пригласить его, куда-нибудь. Не сомневаюсь, он на все согласится и побежит, веля хвостом.
- Пригласить? – озадаченно спросила Ангелина.
- Да. Сдам тебе его в аренду – он усмехнулся.
Мимо него не могло пройти то, что в последнее время бухгалтерша вела себя не естественно. Обычные похождения по офисам, стали прерываться, а некоторых отчетах он находил не состыковки с тем, что было прописано в базе, которую Евгений всегда проверял на соответствие. В один из дней она выглядела запуганной, словно ее преследовал монстр. Проверка того этажа ничего не дала. Ни в одном из офисов не было сбоя. Вопрос напрямую, так же не помог. «Ничего не страшного» - вот и весь ответ. Усталость такое поведение не оправдывала, но иного вывода не выходило. Камеры слежения не показывали ничего странного, сколько бы начальник не смотрел. Помимо этого, заметна ее задумчивость, что стала заводить Ангелину в другие места, на другие этажи, из-за чего ей приходилось заново ступать на лестницу.
- Скажи - внезапно произнес Евгений - Тебя что-то беспокоит?
- Это не связано с вами или работой – спокойный уверенный тон подкреплялся сталью в карих глазах – Есть нечто, что меня беспокоит – рука сжала ворот рубашки – Думаю, вы правы. Я подумаю над вашей идеей.
- Вот и хорошо – он поправил очки - Сделаешь то, что делала раньше? – последняя фраза была сказана с долей неловкости, что скрывалась за холлом стального безразличия.
Ангелина расцвела, услышав предложение, что уже давно не получала, от него. Тонкие руки протиснулись под подмышками, затянув в объятие. Правая рука потянулась чуть выше, коснувшись затылка. Она начала поглаживать, стараясь успокоить. Заботливые жесты приносили облегчение обоим.
- И кому из нас это теперь нужно? – с незлой насмешкой, сказал Евгений и в ответ получил только глубокий выдох.
Некоторое время они простояли, прижавшись телами руг к другу, пока звук оповещения не вернул их в реальность. Евгений отпустил ее и посмотрев на время, направился к выходу. Слова прощания излишни, ведь расставание продлиться не долго. Протянув дрожащую руку к дверной ручке, он сильно встряхнул запястьем и резко обхватил ее, надавив вниз. Обычно, новизна привлекала, но внешний мир нельзя назвать чем-то новым, но и привычным тоже. Парадокс двух мнений в одном сознании, вызывал смешанные ощущения.
- Я не боюсь открывать двери офисов, а тут пугаюсь главного входа. Если бы Сергей об этом узнал, то на смех бы поднял - пробормотал Евгений. встав перед главным выходом из здания. Пластик на дверях, размыто показывали вид на пустующую проезжую дорогу. Машины проезжали, слишком медленно, словно в замедленной съемке, от чего он видел только кончики передних фар. Это привлекло его внимание, но легкий тремор отвлекал. Оставалось сделать всего один шаг.
* * *
Сергей выходит из подъезда, слыша противное пиликанье домофона. Темно-синяя джинсовка скрывает голые руки, что не может укрыть черная футболка. Белая химическая формула на ней, сразу бросается в глаза. Он убирает небольшую связку ключей в передний карман джинсов. Кроссовок ступает в лужу, заставляя одинокий пожелтевший листик, подплыть к самому краю. Его собратья все еще остаются на пожелтевшей кроне деревьев, но их судьба неизбежна. В моменты, когда поднимается ветер, хочется застегнуться, но стоит сесть в маршрутку, как желание меняется на противоположное.
Минуя пробки, он добрался до нужной остановки, где должна состояться встреча. Сергей недовольно смотрит по сторонам, выискивая знакомый силуэт. Условленное время, подходит к концу. Он не может назвать себя пунктуальным человеком, но не любит опаздывать, а особенно, когда опаздывают другие. Сейчас у них простая встреча, а не официальная, но это не означает, что на нее стоит опаздывать.
Проходит минут десять. Терпение лопнуло. Сергей готов за шкирку вытащить начальника из, привычной среды. Ему интересно посмотреть на то, как тот поведет себя в социуме; как поведет себя, общаясь с другими людьми, что живут обычной жизнью.
Евгений стоит у входа, оглядываясь. Это кажется странным, но тот наконец-то обращает внимание на спутника и машет рукой, в приветственном жесте. Он бодро спускается по лестнице и подходит к Сергею.
- Ты опоздал – сообщает Евгений.
- Я?! Это вы не вышли в нужное время – возмущается Сергей – Вам нужно пройти лишь пару метров.
- Нет, просто...
- Просто, что? Ай, ладно, не важно – Сергей сует руки в карманы джинсовки – Не уже ли вы и правда родились в этом костюме? – он проходит взглядом по строгому наряду начальства – Или он к вам прилип? Или в кожу въелся? Боди арт? – его предположения прерываются, когда Евгений демонстративно снимает голубой галстук, аккуратно складывает и убирает в карман пиджака.
- Так лучше? – он расстегивает пару верхних пуговиц.
- Да не в этом дело – улавливая не понимание со стороны собеседника, он продолжает, заранее задушившая возможность съязвить – Вы все время в одном и том же костюме. Даже в выходной день надели. Не уже ли и по дому в нем ходите? Фетиш такой? – все же спрашивает Сергей.
- Допустим – размеренно отвечает Евгений, ступая вперед на несколько шагов, а потом останавливается.
- Серьезно?
Сергей пытается поймать ту грань между шуткой и искренним ответом. За все то проведенное время с начальством, становиться все труднее ее найти.
- Некоторым девушкам такое нравиться – говорит Евгений, припоминая фразу собеседника, которую тот произносит, оправдывая свою длину волос.
- Вот как, тогда я выбрал правильное место – Сергей направляется к остановке.
- Кстати об этом, куда именно мы идем? Что это за «интересное» место?
В переписке место не обозначено. Сергей хорошо знает это место, но конкретику не вносит. «Я часто бывал там, в студенческие годы» - единственные слова в сообщениях, которые хоть как то описывают таинственное заведение. Это разжигает интерес, и дает повод для беспокойства. Евгений помнит те фильмы про подростков и студентов – такая перспектива, кажется ему примитивной и не привлекательной. Он надеется, что их конечная точка иная.
- Когда придем, тогда увидишь – бодро шагая, произносит Сергей.
- Нарушение авторских прав.
- Что? Ты эту фразу, что ли запатентовал? – перешагивая бордюр, спрашивает Сергей.
- Нужно это сделать, если такое вообще возможно – последнюю фразу он проговаривает шепотом.
- Звучит, как бред.
Они подходят к остановке. Машины проезжают быстро. Глаза едва поспевают за ними. Некоторые прохожие, одетые в легкие ветровки, с мимолетным интересом поглядывают на стоявшую парочку.
- Как и то, что изображено у тебя на футболке – запоздало говорит Евгений, указывая на футболку – Вот здесь ошибка, так экзотермическую реакцию не получить.
Сергей прикрывает обзор на изображение плотной тканью верхней одежды. Ответить он не может, только молча согласиться, ведь сам в этом ничего не понимает. Замечая некоторое волнение во взгляде Евгения в сторону прохожих, вопрос напрашивается сам собой:
- Что-то не так?
- Почему они так на нас смотрят?
- Ну, хоть сейчас и бабье лето, но даже для него, вы одеты слишком легко.
- Бабье лето? – Евгений по привычке поправляет очки, но быстро одергивает руку.
- Ага, я тоже удивился, что оно так быстро наступило.
- Кстати, ты проштрафился – отвлекаясь, подмечает Евгений, вызывая раздражение у собеседника.
- Мы не на работе, так что это не в счет. Сегодня это правило не работает, как и мы.
- А его можно, как-то продлить? – ненавязчиво интересуется Евгений.
- Я тебе не стриминговая платформа, чтобы продлевать просмотр моих мучений.
- Тогда, если позволишь, то я оплачу все сегодняшние покупки.
Заманчивое предложение, слишком сильно давит на честь Сергея, но и отказываться не хочется. Лишними сэкономленные деньги никогда не будут. Не стоит долго думать, но уточнить не помешает:
- Прямо все?
- Все, что закажешь, оплачу – Евгений улыбался, давя еще сильнее, пока не получит верный ответ.
- Ладно – сдается Сергей, глубоко вздыхая и осознавая собственную слабость – Продажная моя душонка, любительница халявы.
Вдалеке, видно подъедающую маршрутку. Ее номер на лобовом окне, говорит о том, что транспорт довезет их до более оживленного места, в этом городе. Автоматическая дверь открывается, пропуская в полупустой салон. Несмотря на свободные места Евгений садиться рядом со спутником. Сергей оплачивает проезд, и они усаживаются в самый конец. Здания быстро сменяются, гипнотизируя. Невозможно оторваться, от образов старых домов, что перемешиваются с пестрыми новостройками. Пешеходы безмятежно шагают по тротуару. Среди них можно разглядеть школьников, что околачиваются возле учебного заведения с рюкзаками на плечах. Маршрутка остановилась, открывая двери для новых пассажиров и, словно позволяя, получше рассмотреть школу.
- О! – Евгений вздрогнул, слыша голос Сергея – Моя школа.
- Ты учился здесь?
Евгений осматривает белые стены двухэтажного здания, огороженного железным зеленым забором с тонкими прутьями и изогнутыми дугами, плетеными поверху. Через нее легко перепрыгнуть и для этого не нужно иметь высокий рост.
- С пятого или шестого класса, точно не скажу. Не помню – Сергей наклонился вперед, от резкого старта машины, не позволившей ему проводить знакомое строение взглядом.
- Дай догадаюсь, ты был мишенью для издевок? – Евгений опирается локтем о выемку между перепачканным грязными разводами стеклом и серым пластиком.
- С чего это?
- Ну, ты такой, гаденький – насмешливо проговаривает он, наблюдая за подергивающимся веком собеседника – Думаю, они наслаждались, когда дразнили и спорили, кто быстрее выведет тебя из себя.
- Я же сейчас ударю – процеживает Сергей, сжимая зубы.
- Насилие это плохо, тебе ли не знать – в этот момент Евгений ощущает, как чужой кулак пихает его в бок.
- Не говорите глупостей.
Машина вновь остановилась. Прохладный осенний ветер проникает внутрь, касаясь оголенных участков кожи, вызывая легкую дрожь. Евгений незаметно вжимается в угол, словно прячась от холода.
- Но ты не отрицаешь этого – произносит он, поправляя волосы.
- Прошлое остается в прошлом – Сергей не отрицает слова собеседника, ведь тот может продолжить настаивать на своем и ненароком, заставит вспомнить былое.
- Думаю, я был бы тем самым учеником, что вечно прогуливал или хулиганил, но оставался отличником и любимцем учителей.
- Скорее тем, кто сидит на задних партах и передразнивает остальных учеников или учителей - Сергей скрещивает руки на груди.
- И швырял бы за шиворот или в трусы всякий бумажный мусор, таким как ты – Евгений прищуривается, словно довольный кот, предвкушая очередную нелепую ассоциацию спутника.
Очередная остановка и в маршрутку заходит девушка. Она садиться напротив беседующих парней. Носы ее ботинок практически коснулись Евгения. Он поджимает ноги, пытаясь ограничить лишние соприкосновения. Слышится хруст, и Сергей не сдерживает сдавленного смешка.
- Стесняетесь?
Искоса смотря на соседа, Евгений постепенно наваливается на чужое плечо. Сопротивления со стороны спутника не помогало, и он почти ложится на него, но резко отстраняется, и еще сильнее вжимается в чужое плечо, вдавливая в соседнее место.
- Как же заносит – не отлипая, говорит Евгений, слушая недовольства лежащего под ним тела, что пытается устроиться поудобнее, упираясь локтями в черную сетчатую обивку сиденья.
- Да конечно – говорит Сергей.
Он пытается удержаться на месте и не съехать вниз, когда машина разворачивается на очередном повороте. Сила притяжения едва не знакомит его с пропитанным грязью полом. Тяжесть чужого тела отчетливо ощущается и спина прогибается, уменьшая давление. Сама ситуация смущала не меньше, ведь сейчас на них смотрит незнакомка. Он ловит ее задорный взгляд, который моментально отводится в сторону. Хочется взвыть, но слабый хруст суставов ознаменует конец. Евгений слыша заветное, отстраняется. Выпрямляя осанку, он самодовольно спрашивает:
- Стесняешься?
- Только ради этого? – почти скуля, спрашивает Сергей.
Принимая прежнее положение, он отодвигается от Евгения, но тот сразу же придвигается, зажимая Сергея между собой и спинкой пассажирского стула. Новое недовольство застревает в горле, когда в окне напротив, виднеются знакомые рекламные вывески, что кричат о том, что пора выходить.
- На остановке! – кричит Сергей, и маршрутка тормозит – Спасибо – выйдя из транспорта, благодарит он водителя.
- Зачем кричать? – спрашивает Евгений, провожая уехавшую маршрутку взглядом – И зачем его благодарить?
- М? Он явно собирался проехать мимо. Люде здесь нет, а значит и останавливаться не стал бы – отвечает Сергей,
- За такое стоит увольнять. У водителей должен быть свой график, которому те должны следовать, разве не так?
- Вероятно, именно из-за него он и не хотел останавливаться – взгляд цепляется за желтую таблицу, прикрепленную к остановке, на которой прописан график приезжающего сюда общественного транспорта – Это привычное дело. Это нам еще повезло, что не пришлось долго стоять... Вы чего? – он чувствует, как хватаются за его рукав, но все быстро прекращается.
Евгений стоит позади. Его плечи напряжены, а голова, старается вжаться в приподнятые плечи. Глаза хаотично перебегают см одного прохожего на другого. Неожиданно, им овладевает страх и руа сама хватается за плотную серую ткань, как за спасательный круг. Миг, и пальцы разжимают ее.
- Ничего.
Он не может придумать оправдание столь странному поведению. Сложно объяснить то, что сам не до конца понимаешь. Стоит перевести внимание на что-то иное. Отвлечь, как собеседника, так и себя.
- Не совершенная система.
- Вы о чем?
- О транспорте.
- Ну, пока люди не научаться телепортироваться, ничего не измениться.
- Расщеплять людей на атомы, а после, переноса собирать их на другом месте - задумываясь, говорит Евгений.
- Звучит не очень.
Осматриваясь, Евгений начинает предполагать, что они находятся в студенческом районе, где сосредоточены все учебные заведения: университеты, колледжи и сопутствующие им заведения. Помимо них, здесь сосредоточено много увеселительных мест: кафе, клубы и магазины.
– Ты хочешь отвести меня в пекарню, где местные пытался заработать гастрит?
- Вообще-то студент не может многого себе позволить – Сергей ступает по тропе, проходя в проем между зданиями, ведя собеседника за собой – Вы попробуйте прожить на стипендию. Это невозможно. В нашем городе так точно.
- Но ты ведь ее не получал? – предполагает Евгений, идя практически в притык к спутнику.
- Те кто на платном, не получают, как бы ты из кожи вон не лез.
- Так не каждому понравиться такое шоу, только изучая анатомию – он оглядывает Сергея – Покажешь?
- Да, не буквально же!
Они ступают по спуску, углубляясь в уличную жизнь города. Яркие зазывающие вывески исчезают. Их сменили листовками возле или на самих дверях. Теплые лучи солнца не трогали эти переулки, словно обходя стороной.
- Сменная человеческая кожа, как оболочка – Евгений сбавляет шаг, продолжая предложенную тему.
- Не нужно. Это жутко – фантазия ярко воспроизводит кровавую картину – Это, как скальпелем.
- Скорее, как скафандр – упрощенный пример собеседника, смягчает представление о бесчеловечном методе.
- Давайте не будем портить аппетит – облегченно выдыхая, говорит Сергей, высматривая подходящую вывеску.
Они выходят на соседнюю улицу, по которой ходит больше народу. По заполненным окурками и пустыми бутылкам мусоркам, становится понятно, что это за район. Даже воздух кажется прокуренным, хоть рядом никто не стоит, покуривая сигарету. Сильнее всего запах разносится из приоткрытых дверей забегаловок.
– Только не говорил, что заведешь меня в какое-то кафе и начнешь пичкать пирожными – Евгений высовывает кончик языка и морщиться, уже ощущая приторность во рту.
- Только в ваших мечтах. Мне проще накупить сладостей в магазине, которые вы оплатите, а потом в одиночестве съесть их дома.
- Какой же ты жестокий человек – Евгений прижимает ладонь к груди, практически касаясь распахнутого ворота.
- Ой, не вам об этом говорить.
Он останавливается, видя заветную вывеску «Светофор», с мигающими огнями, подстать цветам одноименного регулировщика движения. По сравнению с остальными вывесками, она практически не выделяется, но в ночное время суток, эти слабые огни становятся крошечными маяками для всех желающих. Шаг спутника ускоряется и Евгений следует за ним, стараясь не отставать, продолжая оглядываться, изучая прохожих. Некоторые из них искоса оглядываются на проходящую мимо парочку.
- Нам сюда – тожественно говорит Сергей, жестом пропуская собеседника внутрь.
Бетонная лестница ведет вниз, к деревянной темно-коричневой двери с вывеской работы: «С 16:00 до 06:00». Не стоит подходить еще ближе, чтобы услышать незнакомые песни, гуляющими по заведению. Композиции перемешиваются с разговорами посетителей.
- Это бар? - рассматривая вывеску, предполагает Евгений.
- Ну, да – Сергей засовывает руки в карманы джинсовки и спускается на одну ступень, ощущая на себе колющий взгляд – Боитесь? – крючок брошен.
- Нет – короткий ответ собеседника, не удовлетворяет.
- Тогда почему стоите на месте? – он делает еще один шаг, словно заманивая зверя в ловушку.
- Мне вывеска не нравиться – Евгений принимает позицию защиты, пока мимо него не проходит человек, от чего ноги ступают на первую ступень, увеличивая расстояние между ним и тротуаром.
- Украшение на двери, в ваш кабинет не лучше – еще один шаг.
- Вроде дизайнера не нанимал - очередной шаг.
- А стоило бы. Может, из-за скудного дизайна, вас и клонит в скуку? – остается еще пара ступенек и они спустятся к входа.
- Никто не запрещает мне делать, что хочу. Нанимать такого человека не практично, или желаешь, чтобы кто-то занял твое место?
Евгений, останавливается и отскакивает в сторону, слыша позади себя кашель. Незнакомец проходит мимо них, недоверчиво смиряя взглядом. Он заходит внутрь, придавая разговору интимности. Вжимаясь в железную перекладину, Евгений говорит:
- И ты хочешь, чтобы мы туда пошли?
- Я то думал, что вы до этого додумаетесь, когда мы уже войдем внутрь – Сергей пару раз, нарочито медленно, хлопает в ладоши.
- Мне это не нравиться. Может, иное место выберешь? – ступая на ступень выше, предлагает Евгений.
Его посещает странно чувство, словно они поменялись местами – теперь Сергей, хочет отыграться за все рабочие дни. Он как-будто на подкорке знает, что именно пугало собеседника. Хотя тот старается не показывать это, надеясь на несообразительность спутника. Глупостью это не назвать. Лучший вариант - переключить внимание на нечто другое. Особенно когда это заденет что-то личное, пробуждая язву, что вылезает на поверхность, стоит только вздохнуть.
- Я пошел.
Произнося это, Сергей перепрыгивает последнюю ступень. Рука сжимает ручку дверь. Шум бара становиться в разы громче. Нога переступает порог.
- Чтоб тебя – ворча, Евгений следует за ним, даже не видя лица, знал, что тот улыбается.
Небольшое заведение с приглушенным теплым освещением, встречает отчетливым запахом сигарет, перемешанных с сладким ароматом, что доносится из ула, где стоит пара кальянов. К ним подходит молодая официантка,, предлагая присесть за один из свободных столиков. Евгений молчит, прислушиваясь к короткому диалогу межу спутником и работнице бара, что перебивается громким смехом посетителя. Мужчина громко разговаривает с соседом, повествуя о, своей поездки заграницу. Остается лишь пара свободных мест, что находятся по правую сторону, у стены. Ее обои имитируют дерево. Пол скрепит, при ходьбе. Глаза подмечают пепел, оставленный возле некоторых стульев, несмотря на пепельницы, что находятся рядом, стоит только руку протянуть. Главной достопримечательностью является барная стойка, которую облюбовали небольшая группа молодых гостей, некоторые из которых, пытаются донести до бармена свою историю. Речь бессвязная, а иногда и вовсе превращается в мычание.
Официантка отдает меню и покидает их общество, подойдя к стойке в ожидании готового заказа. Они сидят между двумя весьма шумными столами. Компании из молодых посетителей, бурно обсуждают повседневные проблемы, иногда вставая с места, но буйных быстро усаживают обратно.
- Так, посмотрим, что тут у нас.
Сергей раскрывает меню, в основном состоящее из алкогольных напитков. Съестное же, состоит из закусок или мяса. Его удивляет наличие пары салатов, которых до этого не было.
– Так, вы ведь не любите сладкое? – он проговаривает это скорее для себя, но получает положительный ответ – Вы тоже посмотрите или мне сделать заказ за вас? – оторвавшись от просмотра напитков, говорит Сергей.
- Если... Да, мне ведь платить – осекается Евгений, насупившись, от нового клуба дыма.
Сергей хочет поиздеваться над собеседником, но чувствует себя неудобно, глядя на то, как тот неуверенно ведет себя на людях. Возможно, если бы не его инициатива, то Евгений, наверное, никогда не решиться покинуть свою крепость. Именно так офисное здание теперь предстает перед ним: не пропускает и не выпускает никого по собственной воле.
- Хорошо – говорит Сергей, подзывая официантку – Мы готовы сделать заказ.
Она проговаривает заказ и уходит. Мужчина, что сидит на против них протягивает руку в ее сторону, когда девушка отвернулась. Сергей перехватывает толстое запястье, останавливая. Ее владелец поворачивает лицо к тому, кто прерывает его шалость.
- Э?! – грозно мычит незнакомец, садясь полубоком, чтобы видеть преграду – Тебе че надо? – грубый голос смешивается с отчетливым запахом алкоголя, что впитывается в одежду.
- От тебя ничего – отпуская руку, говорит Сергей и отворачивает голову.
- Тогда и не лезь, - мужчина поворачивается обратно – Молокосос. Женскую солидарность проявляй в другом месте – с желчью произносит он.
- Хочешь, я тебе белое пальто подарю? – спрашивает Евгений, пока спутник поправляет рукав джинсовки.
- Зачем? – уже вытирая ладонь о джинсы, спрашивает Сергей.
- Сам слюни на мою сотрудницу пускаешь, а другим запрещаешь, благородный рыцарь.
- Смотреть это одно, а это приставание. До такого я никогда не опущусь.
- Все можно, если не трогать руками?
- Что? Нет! Не надо перевирать мои слова.
- А ты, – Евгений пододвигается ближе к соседу, отодвигаясь от соседнего стула, до которого нечаянно дотрагивается посетитель – Начни внятно изъясняться.
Разговор прерывает официантка, что ставит на стол две бутылки пива. По темному стеклу скатываются капли воды. Евгений смотрит на них, а потом на спутника, что берет свой напиток.
- Это пиво. Вы ведь говорили, что не пробовали алкоголь. Вроде, Борис, никогда вам его не давал – Сергей отпивает, поморщившись.
- До сих пор – поправляет его Евгений, - Но я поражен – он прикасается прохладному стеклу, ставя ближе.
- Тем, что запомнил это или чем?
- Тем, что помнишь его имя.
Его пальцы поочередно стучат по бутылке, не решаясь сделать первый глоток. Желание не разжигается, припоминая реакцию собеседника.
- Это не сложно. Скорее поражает, тот факт, что вы знаете, где и кто находиться, в том или ином офисе – он делает новый глоток и ставит напиток.
- Оу, ты восхищен этим? – спрашивает Евгений, все же решаясь немного отпить, но жалеет об этом – Гадость.
- Вы прямо, как младшеклашка – посмеивается Сергей – Хотя, в первый раз всегда так. Может, после второго станет лучше.
Евгений послушно пьет еще и все та же реакция и смех. Он отодвигает пиво, бурча:
- Не помогло.
- Вы ведь знаете, какой оно имеет цвет? – Сергей попытается создать нечто на подобии интриги.
- Хочешь сравнить его с жидким золотом?
- Нет, но близко. Я вспомнил, как во дворе гулял с местными парнями и один из них был немного старше нас, на года два-три. Ему спокойно продавали алкоголь в одном из ларьков. Он был местным Дед Морозом для нас, хотя нет. Если взглянуть на это сейчас, то скорее барыгой. Он покупал нам это золото, беря небольшую плату.
- Перекупщик – влезает в рассказ Евгений.
- Ну, можно и так сказать. Так вот, однажды один парень решил, что он самый умный и сможет обдурить «перекупщика». Ему хватило смелости отдать ему фальшивую купюру. Думал, что сработает. Старший, явно понял, что она не настоящая. Как не понять, если на ней написано: «Билет банка приколов». Но он принес ему двух литровую бутылку. Хитрец радостно прибежал к нам хвастаться, что смог обвести вокруг носа «перекупщика», но делиться ни с кем не собирался, Пил прямо при всех, и только после нескольких глотков, его лицо так искривилось. До сих пор помню это отвращение и осознание провала великой хитрости – Сергей смотрит на свою бутылку – Он бросил свое сокровище, заплакал и убежал домой. Оказывается «перекупщик» заполнил его мочой и отдал ему. Это можно было понять по неполной и открытой бутылке.
- Рано узнал, что такое уринотерапия. А ведь кто-то ее по собственной воле практикует.
- Вот это настоящая гадость.
- Правда что ли так и было? – внезапно спрашивает незнакомый мужской голос.
Разговор прерывается и собеседники озираются на подошедших посетителей, что так бесцеремонно врываются в беседу. Высокий мужчина имеет весьма крупную комплекцию: широкие плечи, крепкие руки, плечи которых обтягивала черная футболка и короткие волосы, подстриженные практически под корень. Второй же, на его фоне, кажется щуплым. Они стают рядом, не обращая внимания на, приветствующую их, сотрудницу заведения.
- Максим?! – удивленно восклицает Сергей, чуть ли не вставая с места.
Рука протягивается, в качестве приветствия. Секундного зрительного контакта хватило, чтобы понять настойчивое «дружелюбие», которое стоит показать подошедшим.
- Я тоже рад тебя видеть – крепкое рукопожатие, сопровождается вопросом – Мы присядем? – ладонь сжимает сильнее.
- А, ну – Сергей смотрит на Евгения – Это мой старый знакомый, Максим.
- Не нужно говорить о друзьях, так холодно. Так давно не виделись, что ты забыл, что я просил называть меня Макс, как в старые добрые. Не стоит о таком забывать – перебивает Максим, все еще сжимая чужую ладонь – Я не один. С коллегой по работе пришел.
- И правда, не помню такого – с нервным смешком, отвечает Сергей.
- Даниил – представляется второй, собираясь сесть за стол.
- Я тоже с коллегой – выдавливает доброжелательную улыбку Сергей, и тогда его руку отпускают.
- Какое совпадение – Макс садиться на стул и только после этого, его старый друг расслабляется.
- Я твой начальник – холодным тоном запоздало поправляет Евгений, рассматривая новоприбывших гостей.
- Ух ты, подмазываешься? По карьерной лестнице решил сразу подняться, да? – насмехается Макс – Ты, кстати, теперь кем работаешь? – он оценивает наряд, в котором сидит незнакомец – Может, агент представиться? Память можно, и потом стереть.
- Евгений – нехотя отвечает тот.
- Женька значит – упираясь спиной в спинку стула, сокращает чужое имя Макс.
- Не надо так – мягко возражает Сергей.
- А что не так? Мы сейчас не на работе, или он слишком жеманный?
Дмитрий потирает напряженные виски, в очередной раз слыша, как, коллега не правильно орудует терминологией. Возражать нет смысла, поэтому он берет меню и читает содержимое, абстрагируясь от происходящего.
- Может мы и не на работе, но правила приличия никто не отменял.
Строгий голос Евгения, удивляет Сергея. Он холодный и подавляющий. Это что-то новое. Вся та скрытая неуверенность, что проявляет себя на людях, попросту исчезает – тает на глазах.
- Ну ладно, как скажите, Евгений – Макс по щелчку пальцев переключается на старого друга – Кстати, на счет той истории, не припомню, чтобы ты нам рассказывал о ней – он нагло хватает чужую бутылку пива – Не против?
- Разве не рассказывал?
Сергей не забирает напиток, решая опустить своевольное поведения, старого знакомого, что не изменился спустя года. Если это так, то отказ приведет к более, проблемной ситуации, чем она есть сейчас. Рядом с ним сидит пороховая бочка, которую можно поджечь одним неправильным взглядом.
- Ну, наверное, потому, что этим парнишкой был ты – отхлебывая хмельного напитка, говорит Макс.
- Смысл мне врать?
- Мне откуда знать, зачем ты пытаешься прикрыться обосранными трусами – странная метафора неприятно отдается в ушах, что сравнимо с телефонным червем, ползущему по хрящу, проникая в мозг.
- Значит, ты его старый друг? – спрашивает Евгений, скрещивая руки не отрывая локти, от стола.
- Конечно, я даже оставил роспись на его теле – это заявление привлекает всеобщее внимание.
- Там такая история. Она не интересная, не стоит ее вспоминать – нервный смех Сергея не может сгладить острые углы.
- Ой, да, он так здорово полетел по лестнице тогда. Прям кубарем, как в мультиках. Не когда не забуду – Макс хлопает светловолосого соседа по плечу – Ты вроде тогда даже не за плакал. Ну, сразу. На миг, но я тебя зауважал тогда.
- Я осознать ничего не успел – бормочет Сергей, касаясь правой руки и сжимая ткань.
- Ты спустил его с лестницы? – все с тем же ледяным тоном, спрашивает Евгений.
- Нет, я ему шнурки после физры, завязал, а этот балбес не смог их развязать и прямо так пошел. Так ведь?
- Вроде бы, это было так давно – уворачиваясь, от прямого ответа, говорит Сергей.
- После этого остался шрам? – интересуется Даниил.
- Как после такого, он мог не остаться. Кровищи было, вроде уборщицы оттереть не смогли и пятно так до сих пор и красуется у лестницы – Макс хватает Сергея за правую руку, выставляя ее на показ – Вот здесь вроде – палец указывает пальцем на предплечье – Кость торчала, прямо тут. Покажи-ка – с задором приказывает он, словно собирается похвастаться самой ценной вещью, что имеет.
- Этим не стоит гордиться – укоризненно говорит Даниил, не отвлекаясь, от меню.
- Это вечная память и знак нашей дружбы – Макс опускает чужую руку и сразу закидывает свою на шею старого друга, прижимая ближе – Ты, кстати, че это решил волосню отрастить? Еще в косичку заплети, чтоб легче дергать было или баба заставила? Хотя, скорее метеорит упадет, прежде чем она у тебя появится – насмешка соответствует грубым прикосновениям к макушке, давая на нее, имитируя поглаживания – Эй. Начальник хочешь послушать историй о своем сотрудники. Распишу, как алфавит. Станете ближе, так сказать.
- Только тридцать три буквы и знаешь – говорит Даниил, получая цоканье как аргумент.
- А других-то и нет – Макс снова обратился к Евгению – У него столько кличек было, пальцев не хватит, чтобы перечислить.
- Может, не надо – просит Сергей, вцепившись в мощную руку, постепенно сдавливающую шею.
- Так – не слушая просьбу, начинает вспоминать Макс – Жиро-Гей. Однорукий дрочер. Хм, а ведь это было достаточно неплохая кличка – задумывается Макс, останавливая перечисление.
-Сергей, скажи нам принесли напитки открытыми? - Евгений берет свою бутылку, приподнимая ее к свету, рассматривая темную жидкость, просвечивающуюся через плотное стекло с этикеткой.
- Ну да, я попросил открыть – с недоумением отвечает тот, забывая о том, что пытается вырваться из «дружеского» захвата.
- Хорошо, а то я не могу поверить, что ты растерял все яйца без внешнего воздействия. Наверное, в алкоголь что-то подмешали, иначе, почему ты стал такой мямлей? Не думал, что снаружи придумали нечто, способное, по настоящему, облачить тебя в заячью шкуру – он протягивает свою порцию Максу – Вам это не помешает, можете забрать.
- Снаружи? – тихо проговаривает Макс.
- Ты о чем? – выползая из-под чужой руки, спрашивает Сергей.
- Значит, как пререкаться с начальством на заданиях, так на это у нас воля есть, но ты испугался какого-то бугая! – взрывается Евгений, ощущая учащающийся пульс, бьющий по вискам – Вести беседы с живым скелетом, это тоже нормально? Это тебя не напугало.
- Да, когда он не пытается найти повод запихнуть в меня непонятно что – он подхватывает настрой собеседника, вставая следом за ним.
Они не обращают внимания, на затихающую толпу и тех, кто сидит рядом. Посетители, сидевшие рядом, перестают вести беседы, замечая, как двое гостей встают и начинают ругаться. Некоторые предвкушают развитие, рассчитывая на драку, а кто-то готовится разнимать разгоряченных мужчин. Официантка прижимает поднос, подбегая к барной стойке, для обсуждения дальнейших действий.
- Да ну, и парнишка, что пытался выколоть тебе глаза? Да ты для него книгу написал – упоминание Серого ощутимо ударяет по собеседнику.
- Да вы сами мне помогли с этим, и явно наслаждались процессом, управляя роботом из букв.
- Ого, ребята – вслушиваясь в ругань, встревает Макс.
- Заткнись! - хором говорят спорящие, чем вызывают очередную волну смеха.
- Вот это да. Мне даже интересно стало, Давно хотел попробовать нечто подобное.
- Ты о чем? – все же отвлекаясь от перепалки, но в том же тоне, спрашивает Сергей.
- У вас же явно специфичная профессия, о которой не стоит говорить, даже здесь – Макс прищурился – Есть визитка?
- Ничем подобным мы не занимаемся, а если бы была визитка, то я запихнул бы ее так глубоко, что оставил бы вековую роспись в твоем теле - угроза не вызывает нужного отклика, но Евгений и не ожидает иного.
- Ууу, как страшно.
Макс разом осушает остатки пива. Его глаза следят за тем, как Евгений подходит к официантке за чеком. Легкое покалывание появляется на потрескавшихся губах. Пара капель хмеля попала на свежие ранки.
– Бесплатная выпивка, это хорошо, да? – он обращается к Сергею.
- Лучше бы там оказалось «жидкое золото» - на прощание говорит старый друг.
- Хорошее пожелание, дружище – Макс пододвигает вторую бутылку, провожая взглядом, уходящие фигуры – Эй! Агент Евгений, не советую снимать эти очки – его палец указывает на переносицу – А то, это мамино «солнышко» ослепит тебя.
Сергей застывает на месте. Евгений сжимает дверную ручку, собираясь ее потянуть, но отвлекается на спутника, что вернулся к столу. Его движения резкие, а шаг быстрый. Он хватает футболку Макса, поворачивая того к себе лицом.
- Не смей меня так называть! Ты понял?!
Макс встает, от чего футболка натягивается в том месте, где ее сжимают чужие пальцы. Он смотрит на Сергея сверху вниз, не видя никакой угрозы. Скорее находя это забавным.
- Или что?
- Прекратите, иначе я буду вынуждена вызвать полицию – испуганно предупреждает официантка.
Сергей отпускает черную ткань, продолжая сверлить Макса взглядом. На этом они и расходятся. Дверь бара хлопает, оповещая об уходе посетителей.
- Знаешь, насчет того пожелания, он намекал на ту историю с мочой, назвав ее «жидким золотом» - невзначай объясняет Даниил.
- Да плевать – Макс сморит на на выход, крутя в оуке, уже на половину опустошенную, бутылку – Все же, интересно, о чем они говорили.
- Это не важно, скоро придет наш клиент – напомнил коллега.
- Да знаю. Надеюсь, что Серега тоже, когда-нибудь, возьмет пару долгов. Мне было бы веселее.
Покидая вечернее заведение, Сергей нервно теребит внутреннюю сторону кармана, выискивая крошечную дырку, возникшую на шве. Не лучший исход ситуации, да и выпить, нормально, не выходит. Платит Евгений, но обидно, что приходиться тратиться на такого, как Макс.
- Старый друг, да? – спрашивает Евгений, ступая на тротуар.
- Нет. Просто жили на одной улице, ходили в одну школу, учились в одном классе.
- Ты до сих пор его боишься?
- Он кошмарил меня до девятого класса, когда выпустился. Честно, я надеялся никогда его больше не увидеть. Думал, что может, он сгнил где-то в канаве. Узнать об этом было бы не странно.
Евгений присвистнул н ожидая от спутника такого признания. Он снимает очки, убирая их в карман, и говорит:
- А ты не такой белый и пушистый.
- Может, пойдем в другое место, раз нам не дали сделать этого тут? – скомкано предлагает Сергей, натягивая улыбку, скорее для того чтобы успокоить самого себя, нежели не тревожить собеседника.
- И с такими же друзьями ты ходишь в такие места – спрашивает Евгений, словно прямо, не замечая, того к кому обращался.
- Вовсе нет – резко отвечает Сергей, ступив выше – Я, с такими людьми никогда не пришел бы сюда. Слишком много чести.
- Правда? Это место подходит именно для таких людей. Темное прошлое? – в голосе звучит издевка.
- Может и так. Это первое место, куда меня потащили на первом курсе. Здешний владелец делает неплохие скидки для студентов.
- Хочешь продолжить свидание? – Евгений встает на бордюр, пропуская прохожего.
Он смотрит по сторонам, продолжая анализировать местность, что начинает украшаться светом разгорающихся фонарей и заполняться людьми, прибывающими, словно вода в полную луну. Возле соседнего здания стоит компания молодых людей, полностью одетых в черные кожанки. Один из них посматривает на вышедших. В компании возобновляется разговор, и так раз за разом.
- Свидание? - небрежно переспрашивает Сергей.
- Ну, разве поход в такие места не называются свиданиями? – Евгений пожимает плечами, не отрываясь от малой группы – Много раз об этом в кино слышал.
- Это встреча, а свидание иное, более интимное – начинает объяснять спутник.
- Рассказы из детства, это разве не личное?
- Нет, это не то. К тому же, свидание не должно приводить к такому финалу, когда вас выдавливают из заведения.
- Как по мне все звучит, как стандарт.
- Не знаю, что вы там смотрели, но это не так! Помимо этого, девушку я бы не повел в такое место. Откуда у вас в голове такая мысль?
- Встреча имеет деловой контекст.
- Ладно, на свидание ходит мужчина и женщина, как вам такой аргумент?
Сергей не знает, как иначе прекратить этот бессмысленный спор. Они серьезно обсуждают понятие «свидание», которое собеседник воспринимает иначе. Возможно, даже прогулка с собакой, может оказаться им, но если в этот момент к выгулу присоединяется возлюбленная.
- Хотя скорее выгулом сейчас занимаюсь именно я – прошептал Сергей, глядя на «пса».
Евгений мотает в сторону, привлекая внимание собеседника. Молодые парни уверенно идут к ним,. Самый высокий, с напыщенной уверенностью громко произносит:
- Эй, дружки-петушки, чего стоим? Кого ждем?
- Местная шпана? – вопросительно шепчет Сергей.
- Никого – коротко отвечает Евгений, спускаясь на тротуар – Мы вам мешаем?
- Это точно они? – хрипит парень, стоя позади высокого.
- А ты видишь здесь других? – говорит второй, хрустя пальцами – Один выглядит, как пижон, а второй... - но его перебивают.
- Они или нет, плевать – хрустя шеей, угрожающе произносит высокий парень.
Сергей помнит, что в этот переулок захаживают всякие хулиганы, раньше так точно, но жителями часто вызывают полицию и те, действуют, как соль на нечисть, что выползает ближе к ночи.
- Тоже старые друзья? – спрашивает Евгений, скорее чтобы подразнить, а не получить предсказуемый ответ – Интересно – он снимает пиджак и кидает его спутнику.
Высокий парень наклоняет голову и поднимает кулак, собираясь ударить Евгения. Остальные ловят сигнал к наступлению и набегают на Сергея. Один пытается юркнуть под руку, перехватить ее и зажать сзади. Второй готовится ударить ногой в живот. Хаотичные, не согласованные действия, мешают совершить задуманное. Вместо жертвы, первый попадает под удар второго, отшатываясь в сторону. Увернуться от удара рослого не составляет больших проблем. Евгений нагибается, поддаваясь назад, и сразу выпрямился. Он перехватывает руку противника, собираясь ударить по ней локтем, намереваясь сломать, но передумывает и отпускает. Пара движений и тот находиться за спиной противника. Локоть вонзается между лопаток. Парень шипит, выгибаясь и в этот момент ощущает боль в области живота. Нога резко бьет по напряженному участку, выбивая новый звук. Он хочет согнуться пополам, а желудок сжимается, как и все внутри. Следующий удар в бок, валит его на землю, вместе с той самонадеянностью. Жертва оказывается сильнее. Его выбор становиться фатальным, руша все и сводя наслаждение на нет. Его запал иссекает слишком быстро. Напарники не успевают заметить, как их главарь валяется на асфальте. Они продолжают совместные выпады. Каждый по-своему хочет схватить или ударить цель, но Сергей уворачивается, не ударяя в ответ. Их удивляет, что он может так спокойно это делать. Хулиганы кажутся такими медлительными и бестолковыми, словно NPS, повторяющие свои действия из раза в раз по одной и той же схеме. Уворот. Он выставляет ногу, и нападавший запинается, пропахивая подбородком асфальт.
- Гайдай какой-то – шутит Сергей, и оборачивается, готовясь к скрипту второго, но этого не происходит.
Евгений отходит от валяющегося в пыли тела, пиная напоследок. Парень пытается встать, но плоский каблук упирается в спину, надавливая, говоря: «Не вставай». Победитель направляется прямиком к оставшемуся парню, что готовиться к атаке. Он сует руку в карман джинс и достает складной нож. Удивленный вскрик разносится по улице. Зеваки, что стоят и наблюдают за потасовкой, наконец-то приходят в себя и решились сделать вызов в нужные органы, надеясь, что на сей раз скорая не понадобиться.
Нож выбивают тонным ударом по сжатой ладони. Холодное оружие падает рядом, пока владелец отскакивает в сторону, потирая ушибленное место. Он дрожит, а на глазах начинают слезиться. Падая на колени, хулиган принялся молить о пощаде, обещая, что-то. Товарищи его кряхтя встают на ноги, но не спешат приступить к новому раунду.
- И что вам было нужно? – требовательно спрашивает Евгений – смотря сверху вниз на нападавшего, что шмыгает носом.
Сергей собирается присоединиться к допросу, но слыша знакомый голос, доносящийся из бара. Бритая макушка начинает появляться из-под бетонного блока, зазывая коллегу:
- Иди сюда! Они наверняка здесь поджидают!
- Пойдем – тараторит Сергей, хватая Евгения за предплечье, таща за собой.
- Кула? А как же узнать, планы злодеев? – по детски возмущается Евгений, следуя за спутником.
- Сейчас главный босс появиться, а мы к нему не готовы – шаг перерастает в бег.
- Говори за себя – и шепотом добавляет – Все еще боится.
Перебегая с улицы на улицу, они останавливаются во внутреннем дворе. Салясь на лавочку с отсутствующей спинкой, Сергей выдыхает. Местные дети резвятся, бегая по шинам, что заменяют украшения. Резина проминается под крохотными ступнями, бодро прыгающими с одного на другое.
- И все таки, зачем мы убежали? – восстанавливая дыхание, спрашивает Евгений.
- Да нас бы в новую драку затащили, да а в десяти минутах езды, находиться отделение полиции. Не хочу с ними возиться.
- Милиции – поправляет его собеседник.
- Полиции.
- Милиции.
- Вы просто позлить меня хотите?! – Сергей упирается локтями о колени, склоняя голову – Ладно, без разницы. Они точно испортили этот день.
- Было бы веселее, если бы мы остались.
- Хочешь, что бы я остался без последних нервных клеток, на которых ты и так прекрасно отплясываешь?! – едва не взрывается Сергей, оборачиваясь к собеседнику.
- У тебя так вена вздулась – Евгений тыкает в правую часть чужого лба – На этом все?
-Нет! Пока я не увижу тебя пьяного, мы не разойдемся – уверенно заявляет Сергей.
- Так вот в чем дело.
- Ну, так вы же сами хотите? Это просто жест доброй воли.
- Да-да - Евгений наблюдает за резвящимися детьми – А пойдем тоже – он встает с места, уже собираясь пойти на детскую площадку.
- Куда? Нас бабки заклюют, к тому же в вашем возрасте – ехидно проговаривает Сергей, сминая черный пиджак – Кстати, забери – он протягивая отданную на хранение верхнюю одежду.
- Почему нет? Вон те качели должна выдержать, если ты волнуешься об этом – рука указывает на двухместные качели.
- Да не в этом дело. Представляете, как это выглядит со стороны? Словно мы оккупировали территорию, и... Вы меня слушаете? - интересуется Сергей, смотря, как неугомонный собеседник уже перешагивает не высокий забор – Чтоб его!
Они подходят к качели, что находился в отдалении от остальных - возле проржавевшей горки. Тонкие прутья скрипят, стоит их коснуться. Конструкция не вызывает доверия. Дети тоже обходят ее стороной. Евгений усаживается на место чего-то, ожидая.
- Вас покачать? – обреченно спрашивает Сергей.
- Смотри! Взрослый дядька! – выкрикивает ребенок, решившийся подойти поближе вместе со своей подружкой.
- Не волнуйтесь, дяденька скоро уйдет – как можно ласковее говорит Сергей.
- Почему оно само не качается? – Евгений двигает тазом, заставляя качели зашевелиться.
Дети засмеялись. Успокаиваясь, с широкой улыбкой мальчик говорит:
- Дяденька странный. Почему она должна сама качаться?
- Может, ему нужно помочь? – предлагает девочка, склоняя голову.
- У него проблемы вот тут – Сергей показывает на голову и дети кивают – Не мучайте его, я сейчас все сделаю. – он сжимает прутья – Ребята, отойдите.
Под давлением, железо болезненно скрипит, режа слух, но оно двигается. Слабое покачивание из стороны в сторону, не устраивает Евгения, но спутник не решается увеличить качку. Скрежет не внушает доверия, но привлекает внимание активной части населения.
- Вы что творите, наглецы?! – слышится голос бабушки, что медленно, но агрессивно шагает к ним из дальнего подъезда – Лбы бессовестные!
- Вот и главные войска подоспели – Сергей на лету схватывает прутья, останавливая качели – Пойдемте.
- Не сможешь выдержать напора? – вставая с нагретого места, спрашивает Евгений.
Пожилая женщина идет вперевалочку. Морщинистое лицо обрамляет пожелтевший, когда-то белый, платок, а одежда висела на ней, как пустой мешок картошки. Подол юбки касается земли, скрывая дряблые ноги, шаркающие по земле. Медленно, но верно она приближается, угрожающе ворча.
Ее образ: обвисшая кожа и горькая хрипота – все это вызывает незнакомое ранее отвращение. Евгений смотрит на нее и не понимает, что именно служит этому. Кинокартины и фотографии, картины старины – ничто из этого не отвращало так сильно. Поведение старушки не имеет к этому отношения. Он понимает, почему та ведет себя именно так карикатурно. Нечто в глубине трясется от неприглядности постаревшего человека.
- Мы уже уходим. Прошу вас не ругайтесь – пытается успокоить старушку Сергей и оборачивается к Евгению, но слова меняются ту же секунду,, видя его лицо – Сейчас глаза вывалятся – испуганный вид собеседника, удивляет не меньше.
- Да, пойдем – спокойно проговаривает Евгений.
Он спустился и, как загипнотизированный, шагает в противоположную сторону. Дети убегают, перешептываясь о чем-то. Бабушка останавливается, понимая, что добилась своего, разворачивается и возвращается обратно.
- Погодите – Сергей поспешно следует за поникшим собеседником – У вас что, какая-то бабкофобия?
- Не говори глупости – Евгений ступает размашисто. достигая поворота, разделяющего две улицы.
- Когда мы убегали, у вас не было такого рвения – спутник, еле успевает поспевать, стараясь не переходить на бег.
- Мне тогда не хотелось бежать – отговорки звучат глупо, но он не может объяснить то, что сам не понимает – Куда мы вообще бежали?
- Ну, раз вы не хотите в бар, то пойдем в другое место.
Они останавливаются возле дерева, со срезанной кроной. Обрезанные ветки лежат подле нее, преграждая проход.
- Предлагай.
- Кофе? – отрицание – Ресторан? – тот же ответ – Боулинг?
- Шары ты и без меня хорошо катаешь – язвит Евгений – Дальше.
- Кино? – предложение вновь отвергается – Караоке? – Сергей старается подобрать хоть что-то, но итог один.
- Нет – Евгений раздраженно стучит ногой, отбивая ритм и ожидая нового предложения.
- Мы словно в шарады играем! – Сергей немного повышает тон – Отвергаешь, предлагай.
- Туда где нет людей – вполне серьезно говорит собеседник.
- Тогда любое подойдет, нужно только забронировать места, хотя сейчас, наверное, все занято – рассуждает Сергей, доставая телефон.
Цифры на экране подтверждают его слова, показывая: «17:59».
- Я хочу посмотреть на твой дом – понимая, что спутника не предложит того, что он хочет, Евгений решает сказать напрямую.
- Напрашиваетесь в гости? – спрашивает Сергей, отрываясь от телефона с открытыми вкладками графика заведений.
- Именно, а раз в том месте, которое ты выбрал, мы уже были.
- Нас от туда выгнали. Ну, почти – возражает спутник.
- Не важно, это тоже засчитывается, поэтому моя очередь, и я выбираю место – объявляет Евгений, не давая и шанса на пререкания.
- Как покемона? – первая ассоциация вырывается сама собой – Типа, «Домашние посиделки», я выбираю вас?
- Защитанно – Евгений разворачивается и собирается перешагнуть ветви, но останавливается – А где он находиться?
- Сейчас сориентируюсь, где мы находимся – глаза выискивают на домах вывеску с наименованием улицы – А потом мы пойдем, но перед этим зайдем в магазин. У меня почти все продукты, почему-то испортились.
Заворачивая на нужную улицу, они заходят в продуктовый магазин и закупаются необходимым. Двери бывшего общежития с радушием их встречают. Облупленные стены освещаются тускнеющей лампой, реагирующей на движения проходящих мимо жителей. Длинный коридор постепенно меняет градиент, становясь темнее к самому концу. Входная дверь, что должна ограждать лестничную площадку и квартиры – выбита, о ней напоминают поломанные петли. Линолеум скрипит, а из соседних жилищ слышится грохот.
Доходя до самого конца, Сергей достает ключи. Они проникают в замочную скважину, и рука проворачивает их, открывая засов. Шагая вперед и нащупывая переключатель, он позволяет гостю войти. Крохотная прихожая выходит в зал и кухню, что занимает чуть больше пространства, чем первая локация. На вешалках висят куртки, большая часть которых, женские. Пыль охотно оседает на пушистом воротнике.
- Тапочки, тапочки – напевает Сергей.
Он на ходу разувается и отбрасывает обувь в дальний угол. Обои там перепачканы старыми пятнами грязи. Надевая выцветшие тапки, что не подходят ему по размеру, хозяин квартиры кладет перед Евгением сланцы, произнося:
- Другого нет.
Евгений переобувается и осторожно ставит туфли рядом с другой обувью. Сергей тем временем заносит пакеты, один из которых слабо звонил, от соприкосновения стекла друг с другом. Блеклые обои, обшарканные в местах, где стоит стол, порваны у самого пола. Поднимаясь выше виднеются художества, что сохраняются спустя года.
- А ты, видимо, был еще тем шкодником – предполагает Евгений, заходя на кухню.
- Это еще до меня было. Ну, почти..
Сергей разбирает пакет, выкладывая продукты. Заканчивая, он скомкивает его, убирая к остальным, что хранятся в почтовой коробке. Она прячется под столом, храня будущие пакеты под мусор.
- Это для чего? – интересуется Евгений.
- Вместо мусорных мешков – Сергей кивает в сторону ведра, что стоит под пустой раковиной – Экономнее. Вот, давай помогай.
Евгений берет протянутую коробку яиц и открывает, с некой растерянностью, спрашивает:
- Ты, что собрался их высиживать?
- Что?! – Сергей не воспринимает вопрос в серьез, ведь подобную глупость ему приходиться слышать впервые.
- Это же, яйца кроликов.
- Нет. Кролики не несут яйца. Это куриные, на упаковке же написано - Сергей забирает упаковку, держа подмышкой все то, что хочет положить в холодильник – Я сам. Возьми сидр и иди в зал.
- Но тогда почему они столько стоят?
Вопрос остался без ответа. Разворачиваясь, хозяин квартиры подходит к белого короба, что гудит, подавая признаки жизни. Кисть всячески изгибается, пытаясь открыть дверцу, но не получается. Силы оттопыренного пальца, так же, не достаточно, чтобы это сделать. Недовольно рыча, Сергей отходит и поднимает ногу. Носок тапок поддевает ручку и успешно открывает главный отсек. Дампа озаряет пустые полки. Слегка запоздала доноситься неприятный запах, еще не выветрившийся после протухших продуктов. Сергей до сих пор не может понять, почему это произошло. Холодильник работает исправно, хоть возраст его переходит отметку в десять лет. В последние дни, приготовленные и оставленные блюда, начинают быстро портиться. Ему иногда кажется, словно он покупает просрочку, но даты на упаковках говорят об ином.
- Возможно, стоит поменять холодильник, а пока готовить и покупать все на один раз. На одного.
Продукты расставлены по местам. Сергей оставляет необходимое, что оставляет на кухне. Глаза касаются регулировщика температуры, что сияет посередине закрытой двери холодильника. Желтые цифры показывают неизменные: « -21».
- Нужно приготовить ужин – отрываясь от маленького экрана, проговаривает Сергей, выныривая из прострации.
Евгений не стоит, молча дожидаясь, когда хозяин квартиры закончит раскладывать продукты. Послушно беря алкоголь, он направляется в соседнюю комнату. Вечерние солнечные лучи проникает сквозь не зашторенные окна, открывающие вид на внутренний двор: пара скамеек, расположенные по бокам березы и песочница, с оставленными пластмассовыми игрушками Пожелтевшие листья лежат на земле, а ветер подхватывает их, кружа в танце, унося вдаль. Пара кактусов, мирно стоят на подоконнике, приковывая к себе взгляд, возвращая в квартиру. Круглые зеленые колючие шары, стоят радом , пытаясь оживить гнетущую атмосферу. В углу, рядом с окном, находится одноместная кровать, владелец которой не считает нужным ее заправлять. Евгений делает это сам. Это раздражает его. На противоположной стороне располагается двухместная постель, но укрытая мягким полосатым пледом. Под кроватью виднеется тазик, который задвинут как можно глубже. Приходиться присесть, что бы его увидеть. Гость дотрагивается до пола, скрытого под мебелью. На пальца остается толстый слой пыли. Старый деревянный шкаф стоит поперек, огораживая компьютерный стол, сто прячется в углу. Тыльная сторона заменяет доску для заметок. Стикеры в хаотичном порядке, облепляют лакированное дерево. Некоторые грозятся упасть, от лишнего дуновения. Разноцветные листки исписаны: именами врачей; временем, к которому нужно подходить в то или иное место; номерами и названиями больниц. Ставя бутылки на стол, Евгений разворачивается к старому телевизору. Мощное квадратное оборудование смотрит на спальные места, практически прижимаясь к сиене. Открывая тумбу, на которой тот восседает, любопытные лаза увидели стопки книг с пожелтевшими страницами. Они плотно прижимаются друг к другу, занимая все пространство. Вытащить хоть одну стоит усилий.
- Есть будете? – крикнул Сергей, не покидая кухни.
Евгений возвращается на кухню. Он наблюдает, как позвавший его, достает из ящика электронную плиту и ставит т на столешницу, прилегающую к раковине. На том, что находиться рядом с холодильником лежат ингредиенты будущего блюда: упаковка гречки, крупная морковь и луковица. Сергей не обращает внимания на вошедшего гостя и достает алюминиевую кастрюлю и чугунную сковороду. Закатывая рукава, он принимается наливать воду, готовясь поставить ее нагреваться для дальнейшей варки.
- И что ты собрался со всем этим делать? – спрашивает Евгений, подойдя ближе.
Сергей вздрагивает. Вода плещется, и пара капель впитываются в джинсы и футболку. Сергей ругнулся:
- Черт! Не подкрадывайся.
- Так что ты собрался делать? – Евгений смотрит в почерневшее от гари дно посуды – У тебя чайника нет?
- Есть. Гречку собрался отварить, что же еще.
Сергей вытирает дно кастрюли, убирая остатки влаги. Она ставиться на разгоряченную плиту, слегка шипя.
– Разве это не очевидно? – добавляет он.
- Нет. Я никогда такого не видел – искренне отвечает Евгений.
- Готовку-то? – Сергей изучает собеседника, выискивая фальшь, но ее нет.
- Я никогда не ел такое и не готовил. Я вообще не готовлю - не отрывая взгляда от процесса, готовки, проговаривает Евгений.
- Серьезно? – разрывая целлофановый пакет с крупой, удивленно спрашивает Сергей, получая в ответ кивок – Чем же вы питались все это время?Вы же что-то ели все те года проведенные там. Я думал, что есть что-то наподобие столовой, хотя. Мне и до этого, казалось странным то, что мы практически ни с кем из работников не пересекаемся, только с Ангелиной. Не имею ничего против, но все же – он поворачивается, и достает доску для нарезки – Мне представить страшно, как выглядит кафетерий в таком месте.
- Такого места нет, но, как-то, я предлагал тебе поесть – напоминает Евгений - Но ты отказался.
- И правильно сделал, раз вы говорите, что никогда такого не видели – Сергей высыпает гречку во вскипевшую воду.
- У нас нет кафетерия, так что ничего бы не случилось – повторяет Евгений, сев на табуретку – Еда у меня в кабинете.
- Пробирки?
- Нет, это персонально для тебя – Евгений улыбается – Я ем тюбики.
- С зубной пастой что ли? «Дракошу»?
- Нет, те которые готовят для полета в космос – объясняет собеседник.
- Вы точно старик – обмывая морковь, говорит Сергей - Хотя мне интересно, какова эта еда на вкус.
- Угостить в следующий раз?
- А там написано, что за блюдо преобразовали в пасту? – он ставит перед гостем терку и протягивает вымытый овощ – Помогайте.
- А что нужно делать? – забирая морковь, спрашивает Евгений, изучая прямоугольный предмет со множеством дырок разный форм и размеров.
- Делаете вот так – Сергей проводит рукой вверх-вниз по одной стороне – Только не рукой, а морковью.
Евгений снимает пиджак и протягивает руку, собираясь забрать верхнюю одежду хозяина квартиры. Вещи перемещаются в прихожую. Он возвращается на место и приступает к работе. Руки быстро уставали, а алюминиевая терка никак не хочет ровно стоять и постоянно пытается ускользнуть. Морковный сок, вперемешку с водой, падает на белую рубашку, оставляя мелкие пятна. Проглатывая недовольство, Евгений решает, что не сдастся. Сергей же приступает к нарезке лука. Глаза резко начинает щипать.
- Что это? – спрашивает Евгений, отвлекаясь от порученного задания.
- Лук – шмыгая носом, отвечает Сергей – С ним всегда так – не переставая часто моргать, он продолжает его резать – Ядовитый такой.
- Значит, вот какая реакция. Он заставляет оплакивать свою смерть.
- Он умирает для благого дела – добродушно посмеивается Сергей -Чтобы насытить нас.
- И где же здесь благо? – собеседник подхватывает настрой – Чиполлино на тебя нет.
- Только не рассказывайте ему – наигранно пугается Сергей – Забыл про сковородку – разрезая последнюю часть, он включает вторую конфорку и ставит на нее забытую посуду.
- И так каждый раз? – наконец-то завершая работу, спрашивает Евгений.
- Это еще быстрый и не замудренный ужин. Хотя на иное я и не способен – удрученно отвечает Сергей, убавляя кипящую воду.
- Не практично.
- Уж лучше, чем глотать непонятную пасту. Она наверняка напоминают паштет или что-то подобное.
- Паштет? – отдавая тарелку для пережарки, спрашивает Евгений.
- Это на хлеб намазывают.
Под градом простых вопросов. Сергей заканчивает готовку. Он распределяет порции по тарелкам и садится за стол. Незамысловатое блюдо быстро исчезает во рту. Евгений смотрит, как хозяин квартиры с энтузиазмом уплетает приготовленное, и подчерпывает первую ложку, но крупа сыпется, оставаясь на полу.
- Боже – вставая, проговаривает Сергей – Не надо так много и сразу, раз рот не широкий – он лезет за тряпкой.
- С твоим не сравнится – язвит Евгений, но следует совету.
- Ха-ха. Жевать-то хоть умеете или вам показать? – Сергей сгребает упавшую гречку в ладонь.
- Нет нужды.
Первая лодка самый сложный этап. Евгений прожевывает каждую частичку, каждую крупинку, ощущая не растворившиеся кристаллики соли. Это невозможно сравнить с тем, что он ел до этого. Непривычно, когда в зубах что-то застревает.
- Вкусно – дожевывая остатки, говорит Евгений, но замечая крошки оставшиеся на посуде, поднимает ее.
- Нет – Сергей оперативно забирает тарелку, которую явно хотят облизать - Надеюсь, вы тюбик вместе с содержимым не всасываете? Совсем, как маленький.
- Не так стоит реагировать на похвалу.
Грязная посуда ложиться в раковину. Они перемещаются во вторую комнату. Сергей подходит к компьютеру и включает музыку, после его запуска. Стоит разбавить тишину, но не слишком громко.
- Ты один живешь? – интересуется Евгений.
Они садятся на одноместную кровать, ведь на вторую хозяин квартиры не позволяет. С чем именно это связано, пока непонятно, но видно, что им давно не пользуются.
- Сейчас да.
Сергей подносит, горлышко к деревянной перегородке, и подцепив зубьями, надавливает на крышку. Хлопок. За ним следует второй. Откупоренная бутылка оказывается в руках гостя.
- Кто-то смог тебя вытерпеть? – присматриваясь к полупрозрачному стеклу, спрашивает Евгений и не дожидаясь ответа продолжает – Записи на стене как-то связаны с этим человеком?
- Читать чужое, как не культурно – с ударением говорит Сергей, но голос все равно звучит отягощено – Да, моя мама сейчас лежит в больнице. Как говорят врачи: «Мы делаем все возможное», - но я знаю, что они пытаются продлить ей жизнь, поддерживать ее жизнедеятельность – он делает глоток.
- Все плохо?
Сергей кажется Евгению уставшим, словно на него в один миг сваливается груз, что пытается придавить его к земле. Он, кажется привычным, раз глаза устремляются к пустующей кровати.
– Болезнь? – спрашивает Евгений.
- Мама. Она не так стара, но у нее начали проявляться признаки деменции. Все начиналось с простого, какие-то мелкие незначительные вещи пропадали из ее памяти. Ей это не казалось необычным. Фраза: «Старенькая уже» - стала главным аргументом. Но потом стало хуже. Инсульт. Он и вовсе подкосил маму, но нам удалось из этого выкарабкаться, но ...
- Где она сейчас?
- В один момент она перестала ходить Я... У меня больше не осталось сил ,за ней ухаживать, поэтому и пошел работать. Сразу. Мне хочется ее увидеть, но единственное, что я могу это присылать деньги на ее содержание. Она находиться в другом городе, и – слова застревают в глотке.
- Так вот почему ты пришел ко мне.
- Я смотрел любую должность, где много платят, так что меня не смутило ваше предложение. Даже приписка: «Гарантированная оплата, даже после смерти». Дурацкая фраза, как и само объявление – усмехается Сергей и вновь отпивает – Но теперь я понимаю, зачем она была нужна.
- Я старался – насупился Евгений и поглядывая на напиток, делает большой глоток – Сладко.
- Разве? Я вроде с вишней взял – Сергей по новой изучает этикетку – Ну наверное, надо было лимон взять.
- Хочешь взять отгул? – неожиданно предлагает Евгений, ощущая разливающееся по телу тепло.
- Пары дней не хватит. Я взял номер одной медсестры. Она отписывается мне о состоянии мамы. Вы чего?
Евгений сидит рядом с ним, от чего отчетливо виднеется румянец, расплывшийся по щекам. Взгляд слегка мутный, а тело расслабилось. Бутылка на половину пуста.
- Не уже ли опьянели?
- Нет.
Язык постепенно заплетается, но еще поддается контролю разума. Необычное состояние легкости сменяется тягостью, и так по кругу. Евгений касается лица, ощущая жар. Рука резко хватает чужую за кисть, притягивая поближе.
- Что?
- На этой руке. На ней шрам от перелома? – спрашивает Евгений.
Сергей расслабляется, позволяя гостю рассматривать свою правую руку. Большой палец проходиться по интересующему участку. Аккуратная, но все же не ровная полома, красуется на светлой коже. Если не рассматриваться так пристально, то ее можно и не заметить. С каждым годом она становиться в бледнее, но ей не суждено исчезнуть. Вечное напоминание.
- И ты помнишь, как это случилось? –Евгений не отрывает взгляда, от шрама, словно пытаясь в нем что-то найти.
- Даже если захочу, не забуду. Макс со своими друзьями, часто задирали свою жертву по поводу и без. В тот день, они завели меня в ту часть школы, где практически не проводили занятия. Классы уже не первый год нуждались в ремонте. Там так же находилась вторая лестница. Она выходила к комнате уборщицы и старой раздевалке, которую так же не использовали. Максу с его компанией захотелось провести исследование, и они принялись спускать меня по лестнице. Я был тогда пухловатым парнишкой, вот те и решили, что жир это подушка безопасности. Если она есть у человека, то с ним ничего не случится. Глупость. Это проходило в несколько этапов. Один толкал со второго этажа. Второй дежурил на лестничной площадке, возобновляя путь. Третий оглашал финиширование. На третий полет это и случилось. Все кто услышал крик, сбежались к нам, позвав учителей. Скорая приехала быстро, и после я больше месяца ничего не писал на уроках. Хоть какой-то плюс.
- Ты об этом помнишь – немного вяло, говорит Евгений.
- Ну да, Мама тогда очень переживала.
- А остальные родственники?
- Отец, умер, пять лет назад, а братьев или сестер у меня нет.
- Сергей – слышать полное имя, не привычно – Каково это, когда есть семья?
Сергей не может найти нужные слова. Их слишком много, как и вопросов. Хочется рассказать все от начала и до конца. Показать наглядно, что именно воплощают эти понятия. Неожиданное воодушевление стихает, когда до ушей доходит новый вопрос.
- Ты ведь знаешь, кто ты?
Его мысли роятся, словно муравьи. Они собирались в одном месте, опуская рычаг. Хотят надавить на него и выплеснуть все разом, но Евгений сдерживается. Пытается. Расслабленность все усложняет.
- Что вы имеете в виду? – Сергей ставит бутылку на пол, возле себя.
Выгибая спину Евгений ставит убирает напиток. Его пальцы прижимаются к пуговицам, начиная их расстегивать. Зеленый галстук давно отброшен, чтобы не мешать процессу.
- Эй! Не надо. Престаньте.
Сергея не слушают. Евгений заканчивает, отпихивая чужие руки, что пытаются его остановить. Он впивается ладонями в чужое бедра, удерживая на месте. Сергей собирается убрать их, но слышит:
- Смотри.
Евгений хватает собеседника за челюсть, подчиняя своей воле, и опускает ниже. Сергей противится, но боль усиливается. Поддаваясь, он видит, что на белой коже, практически посередине, находиться продольный шрам – там, где бьется сердце. Он не сильно выделялся, но на таком расстояние отчетливо виднеются его контуры. Пальцы разжимаются. Вторая рука цепляется за запястье Сергея, устремляя ее к голове. Второй шрам, словно обод, вырезан на затылке. Он чувствует его, проведя пальцами по коже, ероша темные локоны. Впервые раз это незаметно, но сейчас, когда его ладонь вдавливают в пряди, заставляя пробраться глубже – шрам не остается не замеченным.
- Что это? – шепчет Сергей, высвобождая руку.
Ответа нет, а вопросов много. Задавать сейчас нет смысла, ведь Евгений находиться не в лучшем состоянии. Он поник, а когда пальцы касаются гладкой кожи, его пальцы сжимали чужое бедро сильнее, борясь с волнением и страхом. Глаза не отрываются от одеяла, не пытаются подняться, боясь увидеть что-то в голубом омуте. Бодрая песня, разносящаяся по комнате, мешает думать.
- Чем для вас является место в котором ты работаешь? – осторожно спрашивает Сергей, боясь, лишний раз двинуться.
- Не знаю. Это то, то место, которое я должен сохранить – он начинает метаться – Мне. Я должен вернуться – Евгений пытается встать, но чуть не падает, если бы не помощь собеседника.
- Да куда, в таком состоянии – радуясь быстрой реакции, ругается Сергей, удерживая гостя на весу – Оно не развалиться без вас – в зеленых глазах бушует волнение, вызывая сомнения – Ведь так?
- Не знаю. Я ведь, никогда его не покидал.
Евгений предпринимает новую попытку, но ноги не слушаются, а гравитация противиться ему. Веки тяжелеют, а сознание продолжает метаться. Хочется покоя, а ритм композиции все продолжает надавливать.
- Давайте, вы немного придете в себя, и я помогу вернуться, хорошо? А пока, побудьте хорошим мальчиком и посидите спокойно – Сергей кое-как усаживает Евгения на место – Может, стоит посмотреть лекарство, хотя после такого не должно быть похмелья.
Он собирается пойти на кухню, но цепкая хватка меняет планы. Его прижимают ближе, чужая голова прижимается к груди. Евгений прислоняется ухом, прислушиваясь к сердечному ритму. Иному, не такому ровному, но приятному: не успокаивающему, но мелодичному – приносящему покой.
Сергей застывает, ощущая тепло чужого тела и наблюдая за тем, как чужие плечи вздымаются, а тяжелое дыхание оставляет невесомый след на футболке. Спустя время, он замечает, что Евгений успокаивается. Он расслабляется. Его руки ослабевают.
- Приехали. Заснул – обреченно произносит Сергей.
Он осторожно выбирается из объятий. Укладывая гостя на кровать, тот поправляет распахнутую рубашку.
– И что мне теперь делать? – он сел на пол, смотря на умиротворенное лицо – И что я узнал? Он боится людей. Он не ел нормальную еду. Он быстро пьянеет и, видимо, над ним ставили опыты или проводили сложные операции. Хотя этот шрам на голове, сделан ровно, но не до конца. Так до мозга не добраться, тогда зачем? – Сергей приставляет два пальца к шее, ощущая, как бьется артерия – Сердце тоже бьется. Думать над этим.... Должен ли я лезть в это?
Забирая не допитые бутылки, Сергей возвращается на кухню. Приведя все в порядок, он садиться за компьютер. Впереди целая ночь, а под боком недопитый сидр. Сахарок покидает укрытие. Оживший кубик сахара сидит на системном блоке, болтая ножками, приглядывая за хозяином. Он иногда потягивает ладошку с кусочком, оторванным от собственного тела. Сергей никогда не принимает подарка по-настоящему. Делал вид, что пробует сладкие кристаллики, радуя угостившего. Сон нахлынывает на него, но тот не решается лечь в свободную кровать. Она не принадлежит ему. Сергей решает дождаться утра. Дождаться нового рабочего дня.