- XXXVII -

Исчезновение Аривии не прошло бесследно для Джина. Он почти сразу поднялся за ней следом, но его задержали соплеменники, пытаясь о чем-то спросить у него, но он был так обеспокоен поведением девушки, что не видел и не слышал никого. Парень почти чувствовал перемену настроения своей спутницы. Что-то было не так, и он это ощущал с того момента, как Аривия наконец рассказала свою историю. Недосказанность сквозила из всех щелей, но Джин хорошо знал, какого это — хранить темные уголки своего прошлого, чтобы лезть туда.

И все же, несмотря на это, он не собирался оставлять девушку одну.

Джин нашел свою спутницу на подходе к опустевшему поселению. Она просто шла вперед, закрывая рукой лицо. Парень осторожно приблизился к ней и услышал всхлипы. Аривия плакала. Беспокойство путешественника разрасталось в груди хлеще лесного пожара. Он коснулся плеча девушки и та резко дернулась в сторону, развернувшись к нему. В тусклом свете уличных огней Джин не мог разглядеть ее лицо, но ему это было и не нужно для того, чтобы понять, что она явно не в порядке.

— Аривия, что случилось? Почему... почему ты плачешь? — спросил он.

— Пожалуйста, оставь меня, — хрипло отозвалась Аривия. — Я хочу побыть одна.

— Хорошо, но сначала объясни, что происходит. — Джин попытался приблизиться, но она отступила назад. — Я не могу оставить тебя так.

— Ты только все усложняешь! — в отчаянии крикнула девушка и бросилась, что есть силы, в сторону деревни.

Джин не стал бежать за ней следом. Здесь он был бессилен.

При всем желании Аривия не могла рассказать ему то, что переживала сейчас. Раньше ей не приходилось задумываться о том, сколько она живет. Все это время с ней была Эмельда, она была единственным близким для нее человеком.

Однако с появлением Джина все изменилось. Аривии пришлось вспомнить, что она отличается от обычных людей не только глазом, но и количеством времени, которое она пережила. Множество поколений сменилось, пока она пыталась разобраться со своей проблемой, и это казалось чем-то естественным. Но теперь... Теперь девушка чувствовала привязанность к тем, кто жил намного меньше, чем она. Это осознание болью отдалось в сердце, напоминая о суровой реальности. Мысль о том, что она переживет и Джина, и Эву, казалась невыносимой. Пусть это произойдет через пятьдесят лет, да даже через сто, это было сродни пытки. Только сейчас она в полной мере осознала, стоило вспомнить свое прошлое. И свое проклятие.

Аривия добралась до дома Ивир почти вслепую. Перед глазами все плыло, тело сотрясало мелкой дрожью, ноги сами собой принесли девушку на порог. Больше ей все равно деваться было некуда. Оставалось лишь надеяться, что никого в доме не появится раньше, чем Аривия сможет прийти в себя.

Она зашла в дом, скинула обувь и скрылась в комнате, закрывшись на замок. Девушка обессиленно рухнула на кровать, и второй поток слез хлынул из нее с новой силой. В голове то и дело прокручивались одни и те же мысли, от которых становилось только хуже. Аривия снова и снова представляла, что будет дальше, в будущем, где Джина и Эвы больше нет, и поняла для себя: проклятие оставалось проклятием даже тогда, когда для него нашлось временное решение. Если раньше ее личность просто должна была исчезнуть под натиском чужого вмешательства, то теперь она была вынуждена существовать в мире, где человеческая жизнь ничтожна мала.

Аривия не могла перестать плакать. Необъятная тоска, всегда маячившая на фоне, в полной мере заявила о себе сейчас. Она накрыла девушку, как волна в бушующем море, в попытке потопить ее в своих водах.

Но вот все утихло. Сил больше не осталось и Аривия уснула беспокойным сном в надежде, что завтра весь этот кошмар закончится.

***

Сон в экипаже не отличался особым комфортом. Вверх по ногам пульсировала усталость от долгой поездки в сидячем положении, в боку что-то неприятно ныло, шея затекла. Весь спектр не самых приятных ощущений от поездки Эмельда ощутила только тогда, когда стала просыпаться. Она не сразу сообразила, что происходит и где она находится, но воспоминания не заставили себя долго ждать. Аривия, заточение в темнице, сговор с принцем, поездка в столицу... Последние несколько дней разом пронеслись у ведьмы перед глазами, смешиваясь в мутное разноцветное пятно. От этого разболелась голова. Эмельда со стоном подняла ее и обнаружила, что оказывается покоилась она на плече будущего монарха. Тот мирно спал, словно и не заметив этого.

Ну и хорошо, подумалось ведьме.

Она приоткрыла шторку окна со своей стороны. По ту сторону смеркалось. Оранжевый закат нехотя переходил в темно-синее небо, только белые облака остались на месте. Деревьев в этой местности почти не было, они проезжали по обширным полям. Чуть поодаль Эмельда заметила яркие огни. Город. Они приближались к очередному городу. Женщина не знала, сколько точно они были в пути, и понятия не имела, через какие города им предстояло проехать, поэтому оставалось только дождаться, когда очнется ее спутник.

— Мы подъезжаем к Алмазу, — неожиданно заявил о себе Меркурий. Ведьма вздрогнула от звука его голоса. Он звучал также, как и прежде, будто бы принц вовсе не спал. Эмельда повернулась к нему и обнаружила его очень сосредоточенным.

— Вы жути нагоняете, — проговорила она.

— Мне так часто говорят.

Чем ближе они подбирались к столице Кристаллита, тем ярче горели огни. Алмаз оправдывал свое название. Даже в сгущающейся темноте он сиял, как драгоценный камень на свету. Казалось, город вовсе не собирался спать, а даже наоборот, только начал жить с приближением ночи.

Эмельда смотрела в окно, всматриваясь в очертания Алмаза, пробивающийся сквозь яркий белый свет. Столица разительно отличалась от таких простых городов как Аквамарин или Изумруд. Могло даже сложиться впечатление, что эти поселения вообще из другого места. Ведьма и раньше слышала, что Алмаз на ином уровне по сравнению с другими поселениями Кристаллита, но и представить не могла, что настолько.

«Как сильно все-таки все поменялось», — пронеслось у нее в голове. Кристаллит за последние пять сотен лет действительно преобразился, стал совершенно другим. Картинка прошлого на фоне нынешней становилась тусклой, серой, почти безжизненной, но воспоминания, связывающие Эмельду с этим местом, крепко держали образ прошедших дней.

— О чем вы думаете? — спросил вдруг Меркурий.

— Хотите залезть ко мне в голову, ваше высочество? — язвительно отозвалась женщина.

— Честно говоря, да, мне бы хотелось многое узнать о вас, о том, какая у вас мотивация и цель, что вы вообще хотите сделать и еще масса самых разнообразных вопросов, которые я задаю себе каждый раз, когда смотрю на вас. Я бы мог спрашивать вас, но полагаю, что вы не ответите, поэтому предпочитаю просто наблюдать со стороны и надеяться, что ваши тайны однажды откроются мне. — Принц нервно улыбнулся в ожидании реакции Эмельды.

Та выдержала паузу и молча всматривалась в лицо своего спутника.

Все-таки он не похож на него.

— Звучит так, будто я для вас забавная головоломка, которую вы бы хотели разгадать, — заметила ведьма. Она провела рукой по своим каштановым волосам и заправила прядь за ухо.

— В каком-то смысле вы правы. — Меркурий отвел взгляд в сторону и неловко потер шею.

— А какие вы тайны скрываете, принц?

— Боюсь, я открытая книга, нет у меня ни тайн, ни темного прошлого, ни чего-нибудь, что могло бы заинтересовать других.

— Тем не менее вы скрывались от других людей и играли роль обычного члена королевской стражи, а через несколько дней вас представят, как наследника престола. — Янтарные глаза Эмельды внимательно изучали парня рядом, словно это могло дать что-то помимо того, что женщина и так уже знала. — Вы действительно думаете, что у вас нет никаких тайн?

— Более чем, — уверенно ответил Меркурий.

Между ними снова повисла тишина. В этот раз до самого конца путешествия, пока экипаж не остановился и кучер не сообщил о приезде. После этого дверца открылась и двое пассажиров увидели стражника.

— Добро пожаловать домой, ваше высочество! — отсалютовал мужчина и поклонился, когда Меркурий вышел наружу. Принц подал руку Эмельде. Она осторожно соскользнула на каменную дорожку и встряхнула ногами, скидывая с них усталость. Женщина оглянулась по сторонам и увидела множество самых разных башен из неизвестного для нее камня. Весь свет города остался за высокими стенами. Не стоило труда догадаться, что они были во внутреннем дворе королевского дворца, которые, на удивление ведьмы, выглядел менее помпезно, чем она ожидала.

— Благодарю вас, сэр Фитц, — сказал будущий монарх, а потом указал на свою спутницу. — Это моя гостья — леди Эмельда. Пожалуйста, попросите подготовить для нее одну из гостевых комнат.

Стражник снова поклонился и отправился выполнять приказ.

Меркурий обернулся к своей спутнице.

— Вас здесь никто не знает, поэтому вы будете в безопасности, пока обитаете во дворце, как моя гостья. — Он отпустил ее руку. — Сегодня вам стоит хорошенько отдохнуть после дороги, а завтра мы займемся расследованием.

Эмельда ничего на это не сказала, только кивнула в знак того, что поняла. Спорить с принцем она не собиралась, ей действительно нужно было отдохнуть.

Когда они зашли во дворец, появились две служанки, которые увели Эмельду в ее комнату.