- XLVII -

Ливень продлился всего десять минут, после чего все стихло. Джин взял накидку и ушел сообщить остальным готовится к возвращению в Аквамарин. По его соображениям им стоило как можно раньше отплыть, самое лучшее время — по утру. Парень был уверен, что завтра должна быть отличная погода для путешествия.

— Хуже того шторма все равно уже не будет, — отшутился он и скрылся за дверью, впустив немного воздуха, который пах мокрой землей и зеленью.

Аривия осталась одна. Она не знала, где Эва. Когда они с Джином пришли, девушки не было, поэтому гостье пришлось остаться одной в чужом доме. Для Аривии это было в самый раз. Последние пару дней выдались весьма насыщенными на эмоции и сейчас, как никогда, она могла нормально отдохнуть. Теперь на нее ничего не давило. Ощущение легкости окрыляло и вместе с тем напоминало, как было тяжело до этого.

В комнате Эвы, где временно проживала Аривия, царил беспорядок. Девушки так спешили, что не обратили внимание на то, какой кавардак они тут устроили. Однако Аривия заметила, что Эва была здесь еще раз. На это указывал открытый ящик внизу шкафа, который ни разу при гостье дома Ивир не открывался, и аккуратная стопка вещей на помятой кровати. Самая странная и негармоничная часть посреди этого хаоса. Аривия подошла и узнала в этой стопке свои вещи. Те самые, в которых она прибыла в деревню Ул. Девушка развернула верхний кусок ткани. Им оказалась свободная туника темного болотного цвета с коричневым ремешком. В нос ударил какой-то приятный запах. Он ассоциировался у Аривии с чистотой.

Носить красивые и немного непривычные для себя вещи было приятно, но надеть то, к чему давно привык, оказалось намного лучше. Изношенные туника и штаны после стирки стали выглядеть чуточку лучше, а плащ практически блестел в свете одинокой лампы, принесенной из кухни. Переодевшись в старую одежду, Аривия окончательно убедилась, что хочет домой. Розовое платье отправилось на вешалку в шкаф, как и остальные вещи, которые задел вихрь в лице маленькой Эвы, кровать была заново заправлена, а плащ — повешен на крючок в прихожей. Теперь комната выглядела точно также, как при заселений, и это заставило сердце Аривии сжаться. Пусть она очень хотела домой, этот дом, это место, а самое главное — люди, жившие здесь, все это было очень дорого девушке. Она сама была удивлена тому, как легко пустила их в свое сердце, как просто им было завоевать ее доверие, стоило лишь просто принять ее.

Впрочем, Аривия понимала, что все не так просто. Она стянула повязку с глаза и взглянула в свое отражение в зеркало. Зловещий глаз светился фиолетовым светом, напоминая о невозможности быть нормальной. В этой деревушке по-настоящему ее приняли только те, кто прибыл вместе с ней, и Эва, ведь больше никто не знал глазе, о проклятии и о сущности, сидевшей внутри и наблюдавшей за происходящим. Подумав об этом, девушка грустно вздохнула и отмахнулась от мрачных мыслей. Хватит с нее думать только о плохом, последние дни и так выдались нервными.

Аривия села на кровать, потом, чуть помедлив, легла. Она рассматривала браслет, подаренный ей Эвой. Больше всего девушке не хотелось думать о расставании с первой и единственной подругой, с той, кто называл ее своей сестрой, зная больше, чем кто-либо из других жителей. Безумно захотелось, чтобы она сейчас была рядом и рассказывала бы какую-нибудь историю из их совместного с Джином детства за ужином. Но ее не было, поэтому Аривии оставалось только перебирать бусины на браслете, снова и снова прокручивая радостные моменты, связанные с Эвой. За этим душещипательным занятием она погрузилась в легкую дрему.

Ее разбудил настойчивы стук в дверь и чей-то приглушенный голос. Аривия поднялась с места, придерживая голову рукой, потом потерла глаза, прогоняя остатки сна. В дверь снова постучали, снова приглушенный голос что-то сказал. Теперь девушка была уверена, что ей это не приснилось. Она нехотя поднялась с кровати, вышла в коридор и только тогда задумалась о том, кто бы это мог быть. Краем глаза Аривия заметила, что за окном уже господствовал вечер, но теплый свет явно от огня разливался прямо под окном. Девушка не стала заглядывать и просто открыла дверь на улицу.

Она столкнулась лицом к лицу с одним из тех, кто встречал их в тот день, когда они прибыли на берег недалеко от деревни. Он был самым молодым из встречающих мужчин. Высокий, по ощущениям выше Джина, с прямым длинным носом и темно-карими глазами, поблескивающих в свете огня каким-то, под густыми бровями они казались какими-то зловещими вместе с тем испуганными. Аривия видела его потом, у костра, но не знала его имени. Не то, чтобы она хотела быть знакома с этим человеком, просто было странно знать кого-то в лицо, но не иметь личного знакомства. Особенно сейчас.

— Ни Джина, ни Эвы дома нет, — немного растерянно произнесла девушка и невольно бросила взгляд за через плечо молодого мужчины. За его спиной оказалось по меньше мере еще человек семь-восемь, и все они были напряжены, словно ожидая чего-то. У Аривии засосало под ложечкой, тревожное чувство накатило на нее в предчувствии чего-то нехорошего.

Молодой незнакомец неожиданно поднес свой факел к ее лицу и в ужасе отпрянул. За его спиной послышались неразборчивые возгласы, в которых читался испуг и... злость?

— Это она... Это она! — вскрикнул мужчина и резко схватил за Аривию за локоть, с силой сжимая свою руку и причиняя девушке боль. Она вскрикнула. — Святая Дева опять пришла по наши души!

Лица пришедших к дому Ивир исказились, на них отобразился страх вперемешку с ужасом. Очень знакомое выражение для Аривии. Именно его она видела на лицах людей в Аквамарине, именно оно приходило к ней в кошмарах и так долго терзало ее сердце. Сейчас она отчетливо видела искаженные гримасами лица и чувствовала, как сжимается, становится меньше под взглядами и вместе с тем просыпается похороненная ярость и обида... Святая Дева? Почему они принимают Аривию за нее? Она снова вгляделась в толпу и поняла, что видит их слишком четко. Повязки не было, а значит, ее глаз был у всех на виду, именно на него эти знакомые и не очень люди смотрели с такой злостью и страхом.

Воздуха в груди стало мало, слезы подступили к горлу, но в этот раз Аривия сдерживала их, она не собиралась плакать, не сейчас. Она снова и снова смотрела в лица окружающих ее людей. В ее голове никак не укладывалось, что это были те же люди, что сидели с ней у костра, приняли ее, как гостя, и дружелюбно приветствовали в церкви. Сейчас они разительно отличались. Точнее, нет, отличалось их отношение к ней.

— Хватит! Перестаньте! — в отчаянии и злости закричала Аривия. Она выдернула руку из цепкой хватки молодого мужчины и отшатнулась от него, выставив руки перед собой как бы защищаясь. — Я не она! Не она! Не она!

Нервы не выдержали, мозг давал сбой, накопившееся полезло наружу. У Аривии случилась истерика. Она стала задыхаться, слова застревали в горле, вместо них вырывались тихие скрипы. Лица перед глазами заплыли, смешались в одно грязное пятно. Она больше не видела их, она больше не хотела видеть их. Звуки стали отдаленными, словно были где-то там, далеко-далеко отсюда. Мир замедлился, все перестало иметь хоть какой-то смысл.

— Аривия!

Сквозь всю эту суматоху, сквозь купол, в котором пыталась спрятаться девушка, прорвался знакомый голос. Аривия подняла взгляд и в смазанном пятне появилось четкое лицо. Джин. Он стоял позади толпы и пытался протиснуться вперед, к ней, но его сдерживали размытые лица. Хватали его за руки, пытались оттащить в сторону и внушить, что он под чарами и не понимает, что делает. Но Джин не слушал их, не оставляя попытки добраться до Аривии...

А потом кто-то замахнулся на парня, и все в миг застыло. Только путешественник и девушка продолжали переглядываться между собой. Джин уже видел такое раньше. В порту Аквамарина.

Он поспешил вперед, не беспокоясь о застывших людях вокруг. Пусть они и были частью его дома, теперь это не имело значения. Джин оказался возле Аривии в два прыжка, взял ее за руку и заглянул в глаза.

— Ты в порядке? Ты сможешь идти сама? — Вопросы сыпались один за другим, но девушка как будто их не слышала. В ее взгляде не читалось ничего, кроме тумана, застилавшего глаза. Джин осторожно потряс ее за плечо и, когда совсем уже отчаялся достучаться до нее, увидел проблеск разума. Аривия кивнула, как бы отвечая на предыдущий вопросы, и парень выдохнул. Он заглянул в дом, захватил плащ и понял, что дома больше никого нет.

— Эва так и не появилась? — спросил путешественник и тут же получил отрицательный ответ. Это заставило его испугаться. Его сестра... если она останется здесь, то...

— Джин, — слабый голос Аривии отвлек его от размышлений о будущем Эвы. — Нужно идти.

Парень обернулся и увидел, что магия прекращает свое действие. Люди, его соплеменники, начали потихоньку приходить в себя. Он крепче перехватил руку своей спутницы, и они побежали.

На берегу стоял готовый к отплытию корабль с потрепанным временем названием «Мириам». Команда, как муравьи, бегали по корпусу и готовились к отплытию. Где-то с полчаса назад пришел Фениз и сказал, что им срочно нужно убираться из деревни, иначе они могут встрять. Никто не стал уточнять у молодого матроса, откуда такая информация, просто взялись за дело. Фениз на борту считался что-то вроде талисмана с хорошей интуицией и чуйкой на опасности. За три года службы на этом корабле он заслужил себе хорошую репутацию.

Джин и Аривия забежали по трапу, и это напомнило девушке, как они в спешке покидали Аквамарин. Теперь точно такая же ситуация была с деревней Ул, и это совсем не нравилось Аривии. Перед глазами все еще стояла картина: лица, перекошенные от страха и ужаса, крики и обвинения. Все, как всегда. От этого девушке стало нестерпимо больно. Она оглянулась на берег в попытке увидеть маленькие домики ее временного пристанища, но увидела только лес, в котором, как светлячки, загорались огоньки. Где-то там, среди всех этих людей была Эва, и она снова оставалась одна. От этого было больнее всего.

Подул холодный ночной ветер, Аривия поежилась и обняла себя руками. Судно, под руководством капитана Ларгоса, резко двинулось с места, застыло на пару секунд, а потом вышло в море. Корабль мягко покачивался на волнах, уходя все дальше от берега. Вскоре на берег высыпалось множество людей с факелами, они что-то кричали, но Аривия не разбирала слов. Она лишь с тоской оглядела последний раз этот кусочек суши и отвернулась к еле проглядывающей полоске горизонта.

Самое время возвращаться домой