- LVII -

Когда Меркурий открыл глаза, он чувствовал себя так, словно его побили. Тело ломило, голова раскалывалось, глаза болели, но, если убрать это все, то можно было сказать, что принц был отдохнувшим. Все равно хуже, чем было до принудительного сна, уже быть не может.

Он поднялся на кровати и огляделся по сторонам. В комнате стоял полумрак, разбавленный слабым огоньком догоравшей лампы, которая стояла на столике у кресла, служившего больше предметом интерьера, нежели по назначению. В нем, уместившись целиком и полностью, дремала Эмельда. Сейчас, когда она вот так спала, свернувшись калачиком, она была похожа на самую обычную женщину. Очень красивую и неожиданно милую. Кто бы мог, увидев ее сейчас, сказать, что она — ведьма? Да никто. Даже сам Меркурий. Он смотрел на Эмельду и понимал, что совершенно ничего не знает о ней. Как и ведьмах в целом. Они рождаются ими? Или становятся в следствие какого-то события?

Однажды, в детстве, Меркурий прочитал в одной потрепанной книжке, что ведьмы появляются, потому что у людей появлялись злые помыслы и нужен был кто-то, кто бы исполнял их темные желания. Но сколько бы парень не глядел на мирно сопящую женщину и не проматывал в голове все разговоры с ней, он никак не мог взять в толк: если ведьмы были даны для того, чтобы исполнять зло, разве стала бы одна из них так рьяно кого-то защищать, переживать и нервничать? Стала бы она беспокоится за чье-то состояние, отправлять того отдыхать, а потом караулить его всю ночь? Этого Меркурий не мог понять. Если ведьмы были созданы для злых дел, то Эмельда определенно была изгоем среди них за левые взгляды.

Словно почувствовав чужой взгляд, женщина нахмурилась и заворочалась. Меркурий замер на месте, даже задержал дыхание, но все обошлось, Эмельда перевернулась на другой бок, что-то невнятное пробурчала во сне и продолжила спать, как ни в чем не бывало. Принц выдохнул и усмехнулся своему поведению. Да уж, ну и что это за детский сад? Он взял покрывало со своей кровати и осторожно накрыл им спящую, обратив внимание на часы. Четыре часа утра. Время рассвета. Время вернуться к своим обязанностям. И обещаниям. Совесть скребла внутри своими коготками, намереваясь выцарапать себе путь наружу. Нужно было сделать обещанное до того, как это случится. Не хотелось признаваться Эмельде во лжи и при этом не выполнить сказанное. Принц обязан был доставить Аривию на завтрашний бал, а значит, нужно было в срочном порядке решить вопрос с перевозкой. Вчера он отправил приказ своим людям, за это время они должны были уже прислать ответ.

Меркурий тихо, почти бесшумно вышел из комнаты. Он дернулся, заметив по двум сторонам от двери двух бодрствующих стражников. Сам принц был категорически против того, чтобы его покои охранялись, так почему они сейчас стояли здесь, против его воли?

— Почему вы здесь? — строго спросил парень. — Я же просил не ставить к моим дверям охрану.

Стражники как будто не отреагировали на него, просто ответили безучастными голосами:

— Приказ его величества, ваше высочество!

Отец. Король. Ну конечно, куда без него? Если в дело вмешивается его величество, то принц автоматически становится пустым местом за неимением власти монарха. Это раздражало, но вместе с тем научило Меркурия: если у тебя недостаточно полномочий, то с тобой считаться не будут. Даже будучи принцем, он все еще ограничен, а значит, не нужно полагаться на свой титул, полученный только за то, что родился у влиятельного человека. Благо Меркурий усвоил это еще тогда, когда проходил обучение у капитана Ороса в военной академии.

Меркурий направился в свой кабинет. Он находился за углом длинного коридора, отделанного в красных тонах. Эта часть замка, где проживала королевская семья, была самой охраняемой и попасть сюда кому-то стороннему было невозможно. Так как это удалось Эмельде? Она ведь не прибегала ни к каким своим примочкам и уловкам? Очень хотелось надеяться на это. В конце концов куда проще объяснить появление женщины, выбранной быть дамой принцу на балу, в покоях этого самого принца, нежели попробовать разобраться, почему у кого-то из стражников провалы в памяти. Король и без того уже в чем-то подозревает Эмельду. Достаточно вспомнить его вчерашний визит. Но в чем прокололся Меркурий? Этот вопрос мучил его снова и снова. Он прокручивал в голове диалог с королем и не смог ни к чему прицепиться. Может, он на самом деле знает про королевство Шевон? Да нет, не может того быть. Люди с тех земель ведут закрытый образ жизни. Хотя откуда ему, парню, прослужившему всю жизнь на Кристаллите, знать, как на самом деле там, за океаном? Правильно, неоткуда.

Парень запустил руку в свои растрепанные волосы, когда зашел в кабинет. Пусть сон и позволил думать чуточку яснее, от этого количество вопросов и проблем не уменьшилось. Надо было этому поспособствовать.

В комнате было почти темно. Слабый свет первых солнечных лучей только слегка разбавлял темноту, делая ее не сплошной черной стеной, а темно-синей завесой. И все же, несмотря на это, почти сразу на глаза Меркурию попался белоснежный конверт, лежащий на его столе. Он в два шага оказался возле стала, зажег лампу и второпях стал открывать письмо. Пальцы тряслись, не слушались, а от того, что принц не мог открыть письмо сразу, он нервничал еще больше. Но вот, заветный лист бумаги был у него. Он развернул его и поспешно прочитал:

«Танагра и Воробей покинули город вместе с Ястребом. Дальнейшая слежка невозможна. Доставка птиц также не является возможной. Ждем дальнейших указаний»

Птицеловы

Меркурий с силой и досадой стукнул по столу. Он потерял Аривию. Потерял! Теперь оставалось только догадываться, куда Корниан Орос мог увезти девушку, за которой охотился. Ладно она, но что насчет второго заключенного — Джина Ивира? Неужели и его капитан королевской стражи решил приплести в дело, как сообщника? Впрочем, это уже не имело значение. Обоих увезли, а куда — это еще предстояло выяснить. Если Птицеловы не могут их выследить, самое время поднять своих людей в других городах. Но хватит ли на это времени? Не важно, важно было их отыскать.

Принц уже схватился за бумагу, когда в голове снова всплыло имя заключенной. Аривия. Эмельда не называла его, парень сам узнал это через своих информаторов. Надо сказать, это было весьма сложно — узнать настоящее имя легенды. Однако, когда Меркурий в первый его услышал, оно показалось ему смутно знакомым, но он быстро избавился от этой мысли. И вот сейчас это странное ощущение снова напомнило о себе. Будущий монарх определенно где-то сталкивался с этим именем, но где?

— Почему я вообще об этом думаю! — возмутился Меркурий и вернулся к написанию писем для своих людей в Изумруде, Опале и Аметисте, но имя никак не вылезало из головы.

Интересно, если он спросит у Эмельды, она ответит, почему ему оно так знакомо...

— Да что ж это такое! — выругался принц, заляпав лист бумаги чернилами. Пока он пытался избавиться от испорченного письма, перепачкал руки, немного лицо и волосы. Утро, которое еще толком не успело начаться, у него уже не задалось. Меркурий остановился, тряхнул головой, сделал глубокий вдох-выдох и благополучно избавился от злосчастного листа бумаги с размазанной кляксой на нем. Затем, освободив окончательно свою голову от лишних мыслей, он достал новый лист и начал сначала.

***

— Что?! — Эва подорвалась с кровати, но, не рассчитав силы, плюхнулась обратно. Она во все глаза смотрела на Фениза и Гранца, которые принесли не самые хорошие вести.

— Джина и Аривию вывезли из Аквамарина, — повторил Фениз, чувствуя, как внутри все холодеет. Он и подозревать не мог, что этих двоих вывезут из города. Ему казалось, что в таких делах должно быть следствие, расследование, суд и уже потом то, что следовало из решения суда. А это ведь еще при условии, что вина будет доказана! С другой стороны, Фениз понимал: он вообще мало что представляет о происходящем в Аквамарине. С чего он вообще взял, что будет какое-то расследование? К тому же обвиняемая обладает сверхспособностями, разве это можно как-то объяснить?

Страшная догадка промелькнула в голове, но парень оставил ее при себе. Он подумает о ней позже, когда останется один и будет способен здраво оценить ситуацию.

— Как это могло произойти? — голос Эвы дрожал, в нем чувствовались подступающие слезы, но девушка со всех сил их сдерживала. — Куда... их повезли?

На этот раз Фениз не решился ответить. Просто смотреть на то, как Эва пытается не заплакать, было тяжело, а давать ей еще один повод для того, чтобы расстраиваться, было выше всяких сил. Благо рядом был Гранц:

— Мы не знаем. Их увезли из города сегодня утром. Говорят, они уехали в королевской карете.

Со стороны могло показаться, что мужчина совсем не обеспокоен сложившейся ситуацией, но внутри Гранц паниковал. Может, Джин и его подружка были лишь временными людьми в его жизни, как и любой другой путешественник, попадающийся ему на пути, он не мог не переживать за этих двоих. Их связывала какая-то тайна, какая-то особенная история, и было в этой истории что-то такое, что могло бы раз и навсегда поменять не просто людей, но и весь мир поставит с ног на голову. Гранца беспокоило, что такая ноша свалилась на двух молодых, ведь на свете полно тех, кто не хотел бы перемен. Например, тот королевский стражник, который увел ребят.

— И что нам теперь делать? — Эва, казалось, отчаялась. Она резко поникла, краска отлила от лица, вся она стала какой-то блеклой, как потрепанная временем кукла. Жизнь в ней выдавали лишь дрожащие руки и редкие всхлипы.

— Искать, — сказал Фениз не в силах больше мириться с подавленным состоянием девушки. — Отправиться на поиски прямо сейчас! В Кристаллите мало городов, наверняка где-нибудь да найдем их и...

— Не торопись, — прервал его Гранц. Он понимал, что чувствует юноша, но не мог позволить такому здравому уму действовать весьма безрассудно. — Давай для начала соберем информацию. Наверняка же кто-то что-то видел или слышал.

Фениз кивнул, а Эва снова поднялась с кровати. На этот раз она твердо стояла на ногах.

— Я с вами! 

— Но ты же не знаешь города, — возразил парень.

— Мне все равно! Я пойду и все! — Эва сорвалась на крик, но тут же успокоилась, увидев замешательство Фениза. — Мне надоело сидеть в четырех стенах и ждать непонятно чего. Я тоже хочу искать брата и Аривию, хочу что-нибудь сделать... Фениз, не останавливай меня, пожалуйста.

Ему пришлось смириться. Он бы все равно не смог ей противостоять.

Было решено, что Гранц пойдет по местам, где больше всего разводится слухов, Эва вместе с ним, а Фениз пойдет к башне стражников и попробует выяснить что-то там. На том и порешили.