- LXXIII -

Быть чужим среди чужих — нормально. Жизнь частенько кидает людей за пределы зоны комфорта и рано или поздно они оказываются чужими в новом месте.

Быть своим среди чужих — новая стадия, когда в новой обстановке человек способен стать своим. У кого-то этот процесс занимал немало времени, а кому-то не нужно было прилагать никаких усилий.

Джин относился к тем людям, которые легко вливается в любой коллектив. За время своих странствий он повидал множество самых разнообразных людей и пришел к одному простому выводу: даже если тебя посчитают странным, делай так, как посчитаешь нужным. Этим молодой путешественник и цеплял многих. Его искренность и открытость играли легко как в шайке диковатых моряков, так и в более образованном обществе.

Вот только сейчас, оказавшись среди гостей бала, Джин не стремился к привычному образу молодого дружелюбного парня, способного найти общий язык, с кем угодно. Он мог бы с легкостью завоевать внимание господ, которые соревновались между собой в размерах состояния, и очаровать их своим природным обаянием, но ему было совершенно не до этого. Игнорируя пытливые и откровенно презрительные взгляды со стороны «высшего» общества, Джин ходил по залу и высматривал девушку с ярко-рыжими волосами. Пару раз он замечал кого-то с похожим цветом волос, но наткнулся на неестественно бледную даму с нарисованным лицом и еще одну, от которой веяло удушливым запахом роз.

Очень скоро путешественник понял: Аривии здесь нет.

Тревога, подобно снежному кому, становилась все больше и больше. Вариация произошедшего с девушкой была так разнообразна, что Джину поплохело. Живот с силой скрутило, перед глазами все слилось в одно цветное пятно, но парень держался стойко, не подав и виду, что что-то идет не так.

— Она принцесса, — напомнил себе он. — Никого из королевской семьи еще нет, а значит, они и она появятся позже. Самые знатные особы появляются в конце.

И все же, сколько бы Джин себя не успокаивал, внутри был неспокойно. То, что рассказали ведьмы, приводило к определенным мыслям, в которых не было ничего хорошего. А еще обещание...

Обещание, который он вынуждено дал Эмельде, висело над ним дамокловым мечом — еще немного и оно сорвется. Самое страшное заключалось в том, что у него правда не было выбора. Никакого. Технически он был, но думать о нем Джин себе не позволял ни в каком ключе.

Парень неосознанно потянулся рукой к груди, где когда-то, под рубашкой, была печать. Больше ее не было.

— Внимание! — громоподобный голос распорядителя бала — весьма высокого и худощавого мужчины средних лет с непримечательной внешностью — привлек внимание гостей. Потребовалось всего несколько мгновений, чтобы добиться тишины в бальном зале. — Его величество король Салмат Второй и его супруга королева Лиот.

Высокие резные двери отворились и на пороге показалась королевская чета: грузный мужчина в безукоризненном красном костюме с золотыми вставками и молодая — даже слишком молодая — девушка в великолепном пышном платье со шлейфом, вторящему расцветке костюма короля. Ей пытались всячески прибавить возраста, но ни сдержанный макияж, ни строгая прическа с этим не справились. Наряды короля и королевы гармонировали между собой также, как нелепо выглядели те, кто их надел, рядом друг с другом. Казалось, об этом подумал каждый, но ни у кого бы здесь не хватило духу сказать об этом королю лично.

Королевская чета ступила на ковровую дорожку и все, не сговариваясь, расступились, сопровождая эту странную пару громкими аплодисментами, натянутыми до ушей улыбками и мимолетными фразами, восхваляющих монарха и его спутницу. Они прошествовали до самого конца ковровой дорожку и со всеми величием, на какое были способны, заняли свои почетные места в конце зала.

«Бал лицемеров» — пронеслось в голове у Джина. Он поспешно отдернул себя. В конце концов мысли имели свойство отражаться на лице, а этого ему совершенно не хотелось. Не хватало попасть в немилость к власть имущим.

Словно дождавшись последних аплодисментов, распорядитель бала снова привлек к себе внимание своим громким голосом. На этот раз тишины удалось добиться не сразу. Гости принялись активно переговариваться друг с другом вполголоса от нетерпения. Только ленивый не догадался о том, кого сейчас объявят. Принц был обсуждаемой фигурой последнего десятилетия и узнать его личность было чуть ли не обязательным пунктом в жизни если не каждого гражданина Алмаза, то тех, кто крутился в высших кругах. Столько теорий и идей обсуждалось за званными ужинами в крупных домах, самое время наконец развеять все и узнать, кто же был прав.

Распорядитель бала попросил тишины. Нетерпеливые гости нехотя смолкли.

Наступил самый напряженный момент бала. Распорядитель прочистил горло, набрал полную грудь воздуха и объявил:

— Его высочество, принц Меркурий!

Джин видел, как многие из присутствующих вытянули шеи, чтобы хотя бы краем зацепить взглядом принц. Он сам не особо интересовался наследником престола, но, под общим настроением, тоже принялся посматривать на ковровую дорожку.

Из-за всех этих волнений Джин был уверен, что покажется какое-нибудь чудо-юдо, но вместо него показался вполне обычный молодой человек. Его золотистые волосы, уложенные причудливым образом, резко контрастировали с черным офицерским мундиром. В этом водовороте пестрых цветов он явно выделялся. Да что там! Принц умудрился выделиться из королевской четы, будто заявив, что он не с ними.

То, какую реакцию вызвало его появление у дам, сложно описать. Это был восторг вперемешку с каким-то нездоровым его проявлением. Кто-то излишне смелый порывался на дорожку, чтобы коснуться наследника, кто-то просто кричал что-то нечленораздельное, а кто-то и вовсе потерял сознание от чувств. Во мгновение ока будущий монарх разрушил идиллию высшего сословия и стал объектом женского внимания. Не пройдет и пары дней, как он станет мечтой каждой незамужней девушки в королевстве.

«Ага, как же», — саркастично про себя заметил Джин, но толика беспокойства добавилась к его тревогам.

Принц Меркурий прошел по ковровой дорожке со сдержанной улыбкой. Он приветливо махал рукой, взорвавшейся аплодисментами и радостными криками толпе, что-то отвечал. Когда он прошел мимо Джина, их взгляды пересеклись. На очень короткий миг, но этого хватило им обоим, чтобы узнать друг друга. Джин узнал в принце одного из солдатиков капитана Ороса, и ему стало совсем не по себе.

На лице Меркурия на секунду отразилось недоумение, но оно быстро сменилось знакомой фальшивой улыбкой. Он прошел дальше, к тронам, и обнаружил несостыковку. Вместо трех привычных возвышений, было на одно больше. Оно было явно сделано на скорую руку и поставлено рядом с тем троном, которое было предназначено для наследника. Уже вторая вещь выбило его из колеи, а прошло всего каких-то пять минут с момента его прибытия в бальный зал. Так дело не пойдет. Меркурий решил, что больше не позволит себе оплошать. Хватит с него. На этот раз он возьмет верх над ситуацией.

Когда он, поклонившись королю и его супруге, сел на свое законное место, шум и гвалт никак не мог прекратиться. Попытки распорядителя бала призвать гостей к порядку ни к чему не привели, и пришлось вмешаться тому, кто наверняка точно мог повлиять на ситуацию.

— Уважаемые дамы и господа, — голос короля Салмата и близко не стоял с громоподобным голосом распорядителя, но его хватило, чтобы привлечь внимание толпы. Это был какой-то особый вид магии, доступный только тем, у кого было достаточно власти, чтобы держать на коротком поводке самых опасных и величавых собак. — Прошу, успокойтесь. У нас есть особый гость, которого бы мы хотели вам представить. Окажите ему честь, как нам.

Новый поток волнений и переговоров пронесся по толпе. Особый гость, достойный королевской четы? Это было что-то совсем из ряда вон. Но против короля не попрешь. Дамы и господа обратились к дверям.

Джин напрягся. Особый гость. Это точно должна была быть она. Но почему она — «особый гость»? Что-то неприятно заскребло внутри.

Распорядитель снова откашлялся и произнес:

— Особый гость его величества — принцесса Аривия Аргонская!

В зал робко зашла она. Если бы ее не представили, то Джин бы не сразу узнал в этой прекрасной девушке Аривию. Красно-рыжие волосы были собраны в простую, но элегантную прическу, оставив только пару прядей у лица. Удивительно величественно на ней выглядело простое платье предгрозового неба с открытыми ключицами и рукавами до пальцев. На лице виднелся легкий след макияжа в виде небольшого румянца, теней в цвет платью на глазах и помады. Проблемный глаз не был скрыт или замаскирован, наоборот, он был у всех на виду, но самое странное было то, что никто его не пугался. На него просто не обращали внимания. Куда больше интересовала окружающих личность этой незнакомки названной принцессой.

Джин смотрел на нее, не отрывая взгляда. Сердце неожиданно зашлось в каком-то неясном для него забеге, дыхание сбилось, в рту резко пересохло. Парню потребовались все усилия, чтобы вернуть себе обладание. Он неосознанно шагнул ближе к дорожке в надежде, что она его заметит.

И Аривия его заметила. Она замерла на месте с неприкрытым удивлением и радостью — первыми настоящими эмоциями на этом балу. Еще бы немного и девушка бросилась прямо к путешественнику, но, вдруг что-то вспомнив, она выпрямилась и продолжила свое шествие до короля и его родных. Тревога снова вышла на передний план.

Джин проводил девушку взглядом. Он видел, как она присела в неловком реверансе, как король приветствовал ее и как он, поднявшись со своего места, пригласил ее занять место рядом с принцем.

До Джина вдруг дошло. Аривия здесь непросто гостья. Совсем далеко не гостья.

Шестеренки зашевелились, механизм пришел в движение.