- CII -

По мере того, как неясный силуэт становился все ярче и четче, Эмельда, наоборот, становилась прозрачной. Она больше не походила на себя прежнюю: волосы, глаза и кожа посветлели, вся она как-то уменьшилась и стала выглядеть, как ровесница Аривии. Так девушка узнала Сциллу.

Но больше это знакомство не имело значение. Сцилла, она же Эмельда, исчезала, и не успела Аривия сделать хоть что-нибудь, как этот образ растворился в воздухе, ни сказав и слова. Так они и расстались.

Это вызвало в Аривии бурю негодования. Она обернулась к незваному гостю, который к этому моменту уже стал приобретать видные очертания. Очень скоро девушка различила в этом существе девочку с длинными черными, как ночь, волосами, достающими до самых щиколоток. Аривия не могла разглядеть ни глаз, ни лица, но отчего-то они показались ей знакомыми. В груди, в самой глубине сердца, что-то защемило, и это чувство было похоже на что-то хорошее и в то же время отзывалось чем-то неприятным.

Принцесса выпрямилась и сделала шаг навстречу незнакомке. Та последовала ее примеру и тоже шагнула в ее сторону. Так они и дошли, пока между ними расстояние не сократилось до пары метров.

Сейчас Аривия смогла разглядеть лицо девочки, и оно поразило ее. Она совершенно точно могла сказать, что не видела эту девочку. Даже мельком она не встречалась ей. Откуда у нее была такая уверенность? Этого Аривия не знала, но точно знала: раньше они не встречались. Не лицом к лицу. Они были знакомы как-то иначе.

— Кто ты такая? И почему ты здесь? — Девушка хотела задать этот вопрос более сурово, но вышло совершенно иначе, будто она интересовалась погодой.

Только сейчас незнакомая девочка подняла на нее взгляд, и Аривия все поняла. На нее смотрели два аметистовых огонька. Точно такой же, какой она наблюдала все пять веков в своем отражении и тихо ненавидела его и того, кто скрывается за сущностью этого фиолетового глаза.

Но если сейчас на нее смотрели сразу оба глаза, то это значит только одно:

— Ди'Вэль?! — в изумлении воскликнула Аривия, отшатнувшись от девочки. На вид ей было на пару лет меньше, чем самой Аривии, если не брать в расчет ее особенности. Это девушка никак не могла понять. Вспоминая каждый разговор с этим существом, она представляла кого угодном, но точно не девочку-подростка, с еще детскими, несформировавшимися до конца чертами и невероятно длинными волосами.

— Да, это я, — отозвалась девочка и улыбнулась милейшей улыбкой.

От этого по спине Аривии пробежали мурашки. Она не ожидала, что тот, кто сидел в ее голове, выглядел именно так. Ей совершенно не хотелось с этим соглашаться. Но вот, эта девочка, которая подтвердила, что она и есть Ди'Вэль перед глазами, стоит в своем простом бежевом платьице и смотрит на принцессу большими аметистовыми глазами.

Нет, нет и нет! Не может это быть реальностью. Наверное, у Аривии просто разыгралось воображение.

Девушка закрыла глаза руками и попробовала подумать о чем-то другом, отвлечься, стереть образ девочки из головы, из этого пространства.

Вдох. Выдох.

Она снова открыла глаза.

Но девочка никуда не делась. Она стояла на том же месте и со снисходительностью смотрела на Аривию, словно ждала именно такой реакции и никакой больше. Ну да, если кто-то и знал девушку, как облупленную, со всеми ее привычками, повадками и реакциями, то это был никто иной, как Ди'Вэль.

— Не могу в это поверить... — прошептала Аривия, сделав еще один шаг назад.

— Знаю, — с какой-то грустью ответила девочка, и ее голос, на который принцесса не обращала никакого внимания до этого, сосредоточившись на внешнем облике, окончательно убедил ее в личности той, кто был перед ней. — Мы ведь никогда не виделись.

— Это какая-то уловка? — Аривия вся собралась. Она знала, кто такая Ди'Вэль. Та, кто собиралась отобрать ее тело. И наверняка уже отобрала. Так что же она делает здесь? Очередная уловка? Но для чего? Девушка уже сдалась. Неужели этого недостаточно?

На губах девочки мелькнула грустная улыбка.

— Нет, — ответила она. — Однажды я забыла, кто я такая, и потерялась. А когда очнулась, оказалась уже в твоем теле с единственным желанием: выбраться наружу, стать цельной.

Она вздохнула, да так, что у Аривии сжалось сердце. Она слишком поздно осознала, что печаль и грусть этой девочки отзывается где-то внутри нее, словно эти чувства изначально принадлежали ей самой, были частью ее.

— И вот, я стала, но, оказалось, что мое стремление было ложным. То, к чему я стремилась, на самом деле было не тело, в котором я оказалась заперта, а моя истинная сущность, мое прошлое и моя история, которые никому неизвестны, кроме меня.

Снова пауза, снова блеск аметистовых огоньков. В этот момент Аривия заметила разницу между этими двумя глазами, полными света, и того темного ока, который смотрел на нее из отражения.

— Теперь я достигла своей цели, и мне ничего не остается, как встретиться с Создателем и ответить за все то, что сделала я и та часть меня, отделившаяся и посеявшая столько бед этой земле.

Аривия в недоумении уставилась на девочку:

— Что это значит?

На этот раз улыбка на губах Ди'Вэль была какой-то по-детски озорной, будто она задумала что-то, но в этом не было ничего плохого, скорее, наоборот, что-то очень хорошее. Это ощущение растеклось теплом по Аривии и задержалось в ней, окончательно развеяв все сомнения.

— Ты узнаешь обо всем немного позже.

Тепло, охватившее принцессу, убедило ее, что дальше ей не стоит ничего узнавать. Поэтому следующий вопрос она задала на совершенно иную тему:

— Почему ты теперь... такая?

— Какая такая? — Ди'Вэль склонила голову набок.

— Мы всегда с тобой ругались. Ты не упускала момента, чтобы задеть меня, пыталась заставить отдать тебе тело, мы только и делали, что обменивались грубостями, но сейчас... Сейчас я не узнаю ту, что сидела в моей голове и мешала ходу мыслей.

— Это достаточно сложно объяснить, — уклончиво ответила Ди'Вэль. — Ты знаешь меня до того, как я все вспомнила. Я уже говорила, что, пока я была внутри тебя, у меня была только одна цель: выбраться наружу. И единственный вариант, который мне представлялся возможным, был в том, чтобы занять твое тело. К тому же...

Она вдруг запнулась, отвела взгляд. Аривия заметила, как ее щеки покрылись румянцем.

— К тому же я не всегда была против тебя. Чаще всего было на твоей стороне. Да, мне хотелось сместить тебя, но были так крепко связаны между собой... Я знала твою боль, как свою. Все эти пять сотен лет мы провели бок о бок, и я знаю о тебе все. Что тебя расстраивает, какие у тебя мысли и куда они повернут, кого ты любишь и чего боишься больше всего на свете. Капля за каплей я узнавала тебя все больше, твои чувства неизменно отражались на мне, и, признаться, мне не доставляло это никакого удовольствия, но, чем дольше мы были сплетены, тем сильнее я привязывалась к твоей душе. Мне было не совладать с мои рвением к свободе, но, как только пришло время, и ты отступила, отдав мне свое тело, я поняла: на самом деле я не хотела этого. А потом я вспомнила, и вот мы здесь, разговариваем с тобой.

Она хмыкнула.

— Наверное, это странно. Я знаю тебя так, как должна знать себя, а ты, в свою очередь, совершенно не знаешь, кто я такая. Это даже печально.

Ее глаза вдруг заслезились, и Аривия заметила, что и у нее наворачиваются слезы. Нет, она не знала эту девочку, но нельзя было сомневаться в том, что они были тесно связаны друг с другом.

— Ну так... кто же ты? — спросила девушка, сморгнув слезы.

— Заблудшая душа, которая слишком долго была далеко от своего Создателя. Он, наверное, очень скучал по мне.

— Тогда почему же он тебя не забрал?

— Потому что не в его правилах идти наперекор выбору своих детей. Сколь могущественным не был Создатель, свобода, которую Он нам дал, слишком сильно ограничивает его.

Аривия задумалась. Слова Ди'Вэль навели ее на определенные мысли, которые ей показались неуместными, но, прежде чем успела об этом подумать, она спросила:

— Неужели ты говоришь о... Боге?

Загадочная улыбка была единственным ответом, а потом Ди'Вэль, как и Эмельда, стала растворяться в воздухе. Она протянула руку Аривии и та, немного помедлив, ответила ей легким рукопожатием.

— Прощай, Аривия. Мне бы хотелось, чтобы мы родились в одно время и смогли узнать друг друга как... друзья? Не знаю, как бы тогда сложились наши судьбы, но, мне кажется, все было бы в разы лучше.

— Может быть, — ответила Аривия, чувствуя, как все у нее внутри содрогается и сотрясается от необъяснимой грусти, накрывшей ее с головой. И даже так, тепло, навеянное этой незнакомой девочкой, так и продолжало держать ее в своих объятиях. — Прощай, Ди'Вэль.

Девочка с длинными-предлинными волосами и аметистовыми глазами исчезла, оставив после себя пустоту, светлую печаль и тепло, которое теперь разрасталось и хватывало с новой силой, пока Аривия не очнулась.