Притворись

Дженни

Это была чертова катастрофа колоссальных масштабов.

Я смахнула зеленую иконку и сказала:

- Привет, малыш. - Звук на ее конце провода был искаженным и громким. Должно быть, она находилась в каком-нибудь клубе, потому что музыка долбила по ушам. - Эф?

- Дженнифер Чек!* - И… она была пьяна. - Дженни..ф..ер.. Давай встретимся в “Пьюр”.

Дерьмо, если она была там, то, наверно, наглоталась таблеток, а не залилась пивом.

- Я не могу, Файе.

- Нет, можешь. Боже, Джен, это потрясающая хрень. Ты должна попробовать.

Так я и думала. Я ее не осуждала. Многие годы я совершала множество безумных поступков, но для таких вещей теперь нет места в моей жизни. Если я буду справляться со своей болью таким образом, то не будет причины вкладывать ее в свою музыку, и тогда я останусь ни с чем.

- Послушай, Эф. У меня, правда, был очень трудный день на работе.

- Я избавлю тебя от этих мыслей. - У нее был невнятный скрипучий голос.

Обычно от ее голоса у меня подкашивались ноги. Но не сегодня вечером. Я не была согласна на все ее решения, что бы она ни предложила.

- Нет, Файе. Я просто лягу спать.

- Черт, Дженни. Ты итак кинула меня утром.

- Мои родители в городе, и это ты бросила меня, Селин.*

Она меня не слушала, поэтому даже не заметила как я назвала ее ненавистным именем, и просто продолжала говорить:

- А теперь ты даже не хочешь встретиться со мной, когда я не увижу тебя завтра целый день.

Я не могла сейчас с этим разбираться. Мне пришлось взять себя в руки, чтобы не повесить трубку.

- Я не могу, понятно? Поговорим, когда ты протрезвеешь. Спокойной ночи.

Я отключила телефон и опустилась на диван. Я прижалась пылающей щекой к прохладному экрану телефона, а другой рукой оперлась на подушку позади себя. У меня в голове проносилось так много мыслей - мыслей о Файе и Лисе. Но это был длинный эмоциональный день. Я была не настолько глупа, чтобы позволить себе принять решение в запале. Несмотря на то, что, когда я закрыла глаза, я до сих пор чувствовала ладони Лисы у себя на спине, а ее лицо под кончиками своих пальцев.

Чертова катастрофа. Определенно.

Все, чего мне хотелось, - это принять душ, но тогда я испорчу повязку на спине. Вместо этого я сбросила с себя одежду и упала в забвении на кровать.

Она потянула меня за волосы, и я почувствовала, как влечение растеклось по всему моему позвоночнику до самых кончиков пальцев. Она оттянула мою голову назад, и ее губы опустились на мою шею. Она нежно вела губами вниз по моему горлу, а потом ее зубы коснулись моей ключицы.

Я простонала ошеломляюще громко.

Она наградила место укуса поцелуем.
Я нырнула руками под ее одежду и впилась пальцами в поясницу. Ее бедра прижались к моим, и я ощутила, как под моими ладонями напряглось ее тело.

Она оставила мою ключицу и отодвинула носом в сторону мою рубашку, покрывая поцелуями грудную кость. Ее язык двигался по одной из веток моей татуировки, и мне казалось, будто я заживо горю. Она укусила мою грудь, очень чувствительную грудь, и у меня подкосились ноги.

- Пожалуйста, - умоляла я.

- Мы не должны, - прошептала она.

Я притянула ее губы к своим, намереваясь убедить ее. Рукой я обхватила ее за шею, ногой - за бедра, и прижала к себе. Она уперлась рукой в стену, а другую положила мне на попу.

- Да, - между поцелуями прошипела я.

Ее поцелуи опьяняли. Медленно и быстро. Нежно и жестко. Я растворялась в ней, счастливо следуя ее примеру.

Она снова отстранилась.

- Ты уверена?

Боже правый, да!

Я кивнула, и она развернула меня от стены к кровати. Ее руки поднялись по моим ногам, вызвав мурашки и заставив меня выгибаться. Пальцы уцепились за ткань моих трусиков и нежно стянули их вниз. Рубашка тоже исчезла, растворившись в каком-то безумии. Она провела легко пальцами, и у меня закатились глаза. А потом весь мир перевернулся, и я оказалась верхом на ней. Ее растрепанные волосы так красиво рассыпались на моей подушке, а карие глаза были такими темными, что казались почти черными.

Она сунула руки под оборки моей юбки, схватив меня за бедра, и сказала:

- Сядь мне на лицо.

И почему эти грязные вещи в устах милой девушки звучат так чертовски сексуально?

Я откинула голову назад и застонала.

- Джен.

- О, Боже, - заскулила я.

Ее ладони скользнули по моим бёдрам и крепко схватили за ягодицы.

- Джен, ты в порядке?

Боже, да.

Мне было настолько хорошо, что я даже не могла составить слова в предложение.

Руки схватили меня за плечи, и мир перевернулся. Я открыла глаза и осознала, что больше не нахожусь на ней. Надо мной нависала Лиса, слишком далеко и слишком одетая. Я протянула руку к ее подбородку. Потом обхватила ее рукой за шею и притянула к себе.

Всего секунду она сопротивлялась, и этого было достаточно, чтобы прийти в себя. Во рту все пересохло, а в голове - туман.

Ее взгляд остановился на моих губах, а на лице читалась боль.

- Джен…

Она отстранилась от меня, а я продолжала обнимать ее за шею. Поэтому ее движение привело меня в положение сидя.

Она оглядела меня, и ее глаза потемнели. Она резко выдохнула.

- Что б меня.

Таков и был план, но ее голос звучал напряженно, а не соблазнительно.

Она отвела глаза к потолку и убрала мою руку со своей шеи. Я высвободила руку и скользнула ею по ее груди.

На этот раз руку она не убрала, но низким и хриплым голосом произнесла:

- К черту прозвище Правильной Девочки, я не святая, Джен.

Ее тело напряглось рядом со мной. Я потерла глаза, и медленно мир снова стал принимать свои очертания. Я находилась в своей постели. В своей квартире. Через окно пробивался свет, и Лиса сидела на моей кровати, полностью одетая, глядя на стену, будто я - Гитлер.

Черт возьми, мне снился сон. Я пыталась соблазнить ее во сне! Я закрыла рот ладонью и напрягла мозги, чтобы вспомнить, не сказала ли я чего-то, что могло меня выдать.

Когда шок прошел, я опустила руку на грудь, где кончики моих пальцев коснулись голой кожи.

Я посмотрела вниз и подавила желание закричать.

Я БЫЛА ГОЛОЙ.

Так сказать, показала ей полностью свою татуировку в виде дерева. Голая.

Мне хотелось свернуться клубочком и умереть от унижения. Голой.

Я резко натянула одеяло с талии к подбородку. Лиса рядом со мной глубоко вздохнула, и ее плечи расслабились.

Как можно спокойнее я сказала:

- Что происходит?

Но внутри я была абсолютно не спокойна. Только одеяло и несколько ничтожных предметов одежды на ней отделяли меня от нее, а мой разум все еще был затуманен вызванным сном желанием. И честно говоря, мне было обидно, что ей удалось отвести глаза.

Небольшая обезумевшая часть меня снова хотела откинуть одеяло и посмотреть, насколько хватит ее решимости. Лиса поднялась на ноги и прошлась по всей комнате.

- Я постучала в дверь, но ты не открыла, - сказала она. - Я находилась снаружи и слышала твой стон. Звучало так, будто тебе больно или ты заболела. - Она снова посмотрела на меня, и теперь я поняла, как ей удалось отвести глаза… вина. Она даже не сделала ничего плохого! Это именно мне снились извращённые сны о ней, но даже я чувствовала себя меньше виноватой. - Дверь была не заперта, поэтому я вошла, чтобы проверить. Клянусь, я ничего не пыталась сделать. Прости.

Я задавалась вопросом, что если сейчас я скину одеяло, попытается ли она что-то сделать. У меня так сильно ныло тело, будто я несколько часов болталась на краю обрыва. И мне хотелось, чтобы она попыталась. Я покачала головой. Я была настолько возбуждена, что от прикосновения одеяла к моей груди у меня перехватило дыхание.

Нет. Плохая Дженни. Ты же с Файе. Соберись. Должно быть, я забыла поставить будильник перед сном.

Будильник был важен, но хоть убейте, я не могла вспомнить, почему. Я посмотрела на Лису, а ее глаза остановились на одеяле, которое я сжимала в руках и держала на уровне груди. По спине у меня пробежал холодок, вызвав мурашки. Я шевельнулась и, возможно, слегка повернулась к ней голой спиной. Я увидела, как ее взгляд скользнул по изгибу моего позвоночника, и она сглотнула.

Черт меня дернул это сделать.

А под чертом я имею в виду свою матку.

Она шагнула ко мне, и несколько секунд я радостно улыбалась.

А потом я вспомнила, почему будильник был так важен… и почему она вообще здесь находится.

День благодарения.

День благодарения плюс мои родители.

День благодарения плюс мои родители и плюс обнаженная я в комнате с Лисой.

И все это равнялось катастрофе.

Забыв о своем плане обольщения, я соскользнула с кровати, осторожно придерживая одеяло вокруг себя.

- Бля. Сколько сейчас времени?

Она вытащила из кармана телефон.

- Почти девять.

БЛЯДЬ.

И в этот момент в квартиру позвонили. Сквозь дверь я услышала мамин голос:

- Руби, милая!

И тогда, потому что я такая тупица, что забыла запереть квартиру, я услышала, как дверь открылась, а за этим последовало:

- Дорогая?

Как в каком-то отвратительном фильме ужасов про зомби, когда ты слышишь, что они приближаются, но тебе некуда спрятаться. И ты должен просто смириться с тем, что они сожрут твои мозги.

Мама была зомби, и если она войдет сюда и обнаружит меня голой с Лисой, пусть и с Правильной Девочкой, то устроит из наших мозгов барбекю.

- Э-э, мам, подожди минуточку!

Чёрт. Я собралась провести руками по волосам, но забыла, что держала одеяло, которое тут же соскользнуло вниз.

Лиса подавила возглас и отвернулась.

Моему пронизанному гормонами телу действительно понравился этот звук, но сейчас было не время!

Блядь. Бляль. Блядь. Блядь.

Должно быть, что-то я все-таки произнесла вслух, потому что Лиса сказала:

- Все хорошо. Я выйду и поговорю с ними, пока ты приводишь себя в порядок.

- Ты не понимаешь! Если ты выйдешь из моей комнаты, а я пойду принимать душ, то мои родители решат, что мы вместе спим.

- Так не принимай душ. Ты и так красивая.

Ее глаза скользнули вниз к моему одеялу, и она даже не выглядела огорченной. И куда делась вся вина?

Спокойнее, девочка. Еще не время.

- От меня пахнет дымом, алкоголем и потом, что очень плохо. Кроме того, после сна мои волосы выглядят как после секса.

Она подошла и положила руки мне на плечи. Этот жест должен быть обнадеживающим, но прикосновение голой кожи к другой голой коже совсем меня не расслабило. Как бы это ни было извращенно, но вся эта ситуация по-прежнему меня заводила. Какой-то части меня нравилось, что нас могут застукать, несмотря на то, что по сути “нас” и настоящего секса не было.

- Я скажу им правду, - сказала она. - Что ты проспала. Я только пришла.

- Ага. Как будто они поверят.

Ее большие пальцы нежно погладили мои плечи, и мое тело обмякло.

- Я сделаю так, что они поверят. Обещаю.

Она отошла, будто только что не ласкала мою голую кожу, а я не стояла обнаженная под одеялом. Ее выражение лица было спокойным и непроницаемым. Как будто ее это вообще никак не затронуло.

Я с трудом подавила желание снова скинуть одеяло, чтобы вызвать у нее реакцию. Я закрыла глаза и кивнула. Я держала их закрытыми, пока она не выскользнула из комнаты, чтобы я не совершила никакую глупость. Я стояла, застыв от возбуждения, несмотря на то, что слышала, как она приветствовала моих родителей.

Это будет долгий день.

~~~

прим. Дженнифер Чек* – главная героиня фильма «Тело Дженнифер». Роль исполняет Меган Фокс.

бля, короче, посмотрите на нее сами и поймете почему Файе зовет Дженни так:

прим. Селин*. Возможно вы в замешательстве, почему вдруг Файе назвали Селин. На самом деле ее зовут Селин Файерман и она наполовину француженка, наполовину американка. Она просит называть ее Файе, т.к она ненавидит свою мать-француженку и это как раз-таки она дала ей это имя. Ну и еще потому что это не совсем подходит ее стилю.