Песня Моря

Утро выдалось тяжёлым, ведь глаза никак не хотели открываться, а тело покидать источник тепла, но все же, прогнав из своего сознания сладкий сон, Чимин открыл глаза. Зевнув, младший повернулся в кольце тёплых рук и увидел спящего мужа. Чёрные волосы были в беспорядке разбросаны по подушке, длинные ресницы немного подрагивали, губы были приоткрыты, а кожа была неестественно белой для их места проживания. Пытаясь высвободиться из хватки, омега не заметил, что тёмные глаза смотрят на него уже несколько минут. Подняв взгляд на лицо старшего, Чимин вздрогнул.
— Что ты делаешь? — хриплым от сна голосом спросил Ким.
— Пытаюсь встать, — ответил младший, продолжая попытки выбраться.
— Сегодня можешь пойти, — неожиданно сказал альфа, выпуская мужа из объятий.
— Что? — не понял Чимин.
— Сегодня можешь пойти на праздник, но только не долго, — объяснил Юнги.
— Ура! Спасибо, — поблагодарил омега, вскакивая с кровати и неожиданно схватился за голову.
— Осторожно, — вождь подлетел к мужу, удерживая на ногах.
— Голова закружилась от резкого подъёма, — оправдался младший.
Старший посмотрел на Кима с волнением и недоверием.
"У меня плохое предчувствие", — подумал альфа, выпуская Чимина из рук.

~

После обеда пара начала собираться на праздник. Присутствие вождя было обязательным, поэтому у Юнги не было выбора. Он, конечно, хотел оставить омегу дома от греха подальше, но, получив обещание от Чимина, что он будет осторожен, разрешил. И вот одевшись, старший задумчиво смотрит на мужа, размышляя.
— Может, останешься все же дома? — озвучил Ким.
— Нет, я ждал этот праздник целый год, — помотал головой младший.
— Но ведь Сухо прописал тебе постельный режим, — аргументирует вождь.
— Прошло уже две недели и я хорошо себя чувствую, — пожал плечами Чимин, — Тем более ты сам разрешил.
— Помню, — возвел очи горе Юнги. — И уже жалею, — пробормотал он.

Выйдя из хижины, они увидели Кимов и Чонов. Джин удивился, увидев «невестку».
— Чимин~а, ты тоже идёшь? — удивлённо похлопал глазами старший, младший кивнул. — А как же постельный режим? — продолжил Сокджин.
— Я хорошо себя чувствую, — улыбнулся Чимин.
— Ох, ну ладно. Пойдёмте.

На поляне все было красиво украшено. Люди веселились, забывая обо всем и ни о чём не думали. Барабанщики отбивали ритм, флейтисты играли приятную мелодию, а играющие на цитре — комбинировались с ними, создавая красивую музыку. Жители острова беззаботно плясали, смеялись и говорили.
Увидев все это, глаза Чимина загорелись, но рука мужа удерживала его от желания тоже пойти в пляс. Вспомнив о своем положении, омега немного взгруснул, понимая, что в этом году он не сможет в полной мере насладиться праздником.

Они сели на ресстеленный ковёр, для них приготовленный. Рядом стоял небольшой стол с различными видами еды. Беременным омегам помогли аккуратно сесть, а затем примостились и остальные. Чимин с детским восторгом в глазах наблюдал за всем, что происходит на поляне, будто первый раз видит.
Затем младший подключился к разговору омег.
— Чимин~а, пойдём со мной, — попросил Тэхён. — Я хочу попросить сыграть на цитре, — улыбнулся омега.
— Конечно, пойдём, — кивнул блондин.

Друзья пошли к музыкантам и Тэ попросил поиграть. Они не отказали и вот Чон сидит и перебирает струны.
— Это так завораживает, — улыбнулся старший, поднимая глаза на Чимина. — Только нужно научиться играть и это будет еще и красиво.
— Согласен, — кивнул омега в подтверждение своих слов. — Ты хочешь научиться? — заинтересовано спросил Ким.
— Не знаю, — пожал плечами Тэхён. — Мне не так много осталось до родов, а потом, думаю, у меня не будет времени.
— Ты очень упорный, Тэ. Думаю, если ты захочешь, сможешь, — подбодрил друга Чимин. — Пошли обратно? — блондин помог Чону встать и они направились к остальным.
Когда омеги подошли к семье, младший неожиданно остановился, почувствовала, как в животе что-то кольнуло. Приложив руку, Ким судорожно выдохнул и опустил голову вниз. Альфа посмотрел на мужа и быстро поднялся, подходя к нему.
— Что такое? — обеспокоено спросил вождь.
Чимин поднял взгляд на старшего, не убирая руки от живота.
— Я н..не знаю, — запнулся омега, а затем согнулся пополам от боли, вцепившись в руку Кима. Его одежда окрасилась в красный. И это дрожащее «Юнги», выбило землю у альфы из-под ног.
— Чимин! — взвизнул Сокджин, увидев расплывающиеся красное пятно на штанах «невестки».
Голубоглазый вздрогну, увидев кровь, а затем потерял сознание, падая в крепкие руки мужа. Поднялась настоящая суматоха. Вождь поднял бессознательного омегу на руки и, приказав позвать Сухо, понёс его домой. Он шёл быстро, практически бежал, боясь не успеть, а красное пятно на белых штанах становилось все больше.

Когда пришёл бета, буквально насильно вытолкал Юнги за дверь. Вождь ходил из стороны в сторону, зарывшись пальцами в свои волосы, оттягивая. Он винил себя и только, ведь чувствовал, что не нужно никуда пускать Чимина, но не послушал внутренний голос и разрешил. Сзади послышались шаги и уже через секунду на плечо альфы легла большая ладонь. Ким поднял голову и увидел отца, который смотрел на него нахмурив брови.
— Что там? — разорвал тишину старший.
— Я... я не знаю, — помотал головой Юнги. — Сухо выставил меня за дверь.
— Чёрт, — пришипел Намджун. — У Джина и Тэхёна истерика. Хосок и Чонгук пытаются их успокоить.
— Ещё немного и меня накроет от незнания и безысходности.
— Надеюсь, все обойдётся, — Джун похлопал сына по спине.
— Надеюсь, — прошептал младший, смотря на свет из окна хижины.

Приблизительно через два часа вышел Сухо. Он шёл опустив голову и, встав перед альфами, поднял голову, заглядывая в чёрные глаза вождя. В глазах беты отчётливо было видно сожаление, но Юнги не мог его разглядеть в свое состоянии.
— Он жив? — тихо спросил Ким, затаив дыхание. Он чувствовал, как сердце перестало биться, надеясь услышать утвердительный ответ, но глаза понимали.
— Мне жаль, — выдохнул бета. — Я сделал все, что мог, но шансов практически не было.
В глазах вождя отображалась вся боль потери. Он глубоко вдохнул, но это не помогло. Юнги направился к хижине. Войдя внутрь, альфа увидел Чимина. Младший сидел с непониманием, а когда старший вошёл, посмотрел на него. Омега молчала наблюдал за подошедшым мужем. Ким остановился возле кровати и посмотрел на мужа сверху вниз.
— Помнишь ты говорил, что не хочешь ребёнка? — спросил альфа. — Так вот, не хотеть больше некого...
Сапфировые глаза расширились, а в следующую секунду наполнились слезами. Чимин шмыгнул носиком, продолжая смотреть в черные глаза.
— Юнги... — обессилено прошептал он.
Слезы хлынули из глаз, стекая по щекам, а руки беспомощно сжали одеяло. Юнги тяжело сел на кровать, опираясь локтями о ноги и закрывая ладонями лицо. Рядом слышались всхипы, а дрожащие губы продолжали шептать «Юнги». Вождь потёр руками лицо, но услышав обессиленый зов мужа, поднял голову. Лицо младшего было все в слезах, нос начал краснеть, а губы дрожали. Альфа вдруг осознал, что не только ему больно, не только он страдает, поэтому он протянул руки к Чимину. Омега быстро прильнул к тёплой груди мужа, сжимая в кулачках рубашку Кима. Старший уткнулся блондину в шею, вдыхая аромат жасмина.
— П..прости, прости м..меня, — как в бреду шептал младший. — Я хотел, что бы он родился...
— И ты меня прости, — прошептал вождь, погладив спину мужа.