8 глава
Эндрю долго стоял посреди кухни, пока не ощутил, что больше не может дышать. Не от боли. Не от злости. От пустоты.
Он сделал пару шагов, замер, провёл ладонями по лицу. Всё было правильно. Всё было так, как должно. Он снова поставил между собой и Нилом стену. Всё под контролем.
Только вот пустота не уходила.
Он выключил свет и пошёл в спальню.
Нил уже был там.
Лёжа на своём месте, спиной к Эндрю, он казался спокойным, но Эндрю знал, что это обман. Он знал, что если подойдёт ближе, увидит напряжённые плечи, услышит слишком ровное дыхание.
Эндрю медлил. Он хотел сказать что-то — неважно что, любую ерунду, лишь бы заполнить эту тишину, которая давила ему на грудь. Но он не сказал.
Просто лёг рядом.
Не прикоснулся. Не посмотрел.
Но и не отодвинулся.
Он слышал, как Нил делает медленный вдох, будто собираясь что-то сказать, но в итоге просто выдыхает и остаётся молчать.
И это лучше.
Так будет проще.
Так должно быть.
Это правильно.
Следующее утро
Эндрю проснулся от того, что кровать была пустой.
Он даже не понял, почему это его задело. Просто ощутил раздражение — на себя, на Нила, на эту ситуацию.
Перекинув ноги через край кровати, он прошёл на кухню.
Нил был там.
Он сидел за столом с крушкой кофе, он сидел опершись локтями, крутя в руках отвертку. Перед ним лежал его ключ. Тот самый, что Эндрю каждый раз ломал.
Нил возился с ним, склонив голову, сосредоточенный и упрямый.
Эндрю не сразу понял, что именно его бесит.
То, что Нил снова тратит силы на что-то бессмысленное? Или то, что он делает это спокойно, без упрёков, без злости — просто потому, что считает нужным?
— Зачем? — глухо спросил Эндрю.
Нил поднял на него взгляд
— Потому что ты всё время его ломаешь.
Эндрю стиснул зубы.
— Я ломаю его, потому что так проще.
— Проще — не значит лучше.
— Для меня — значит.
Твердо ответил эндрю. Нил посмотрел на него чуть дольше, чем следовало, затем снова занялся ключом.
— Всё равно починю.
Эндрю сжал пальцы в кулаки.
— Зачем ты это делаешь?
Нил пожал плечами.
— Потому что хочу.
Потому что хочу починить не только этот грёбаный ключ.
Он не сказал этого вслух. Но Эндрю это услышал.
Он резко отвернулся, подошёл к кофеварке, включил её, просто чтобы чем-то заняться.
Нил ждал.
Не давил.
Просто ждал.
— Ты идиот, — наконец выдохнул Эндрю.
— Ага, — легко согласился Нил.
Эндрю стиснул зубы, сжал пальцы на чашке так, что костяшки побелели.
Это неправильно.
Это раздражает.
Это бесит.
Это...
Он закрыл глаза.
— Я...
Слова застряли в горле, но он заставил себя сказать:
— Я не знаю, как это делать.
Он слышал, как Нил отложил отвертку.
— Это нормально.
Эндрю резко развернулся, взглянул прямо в глаза Нилу.
— Нет, не нормально. Я снова всё испорчу.
Нил молча смотрел на него.
Затем легко пожал плечами.
— Ну, значит, я снова починю.
Эндрю замер.
Нил не требовал ничего взамен. Не просил изменить его, не хотел заставить быть кем-то другим. Он просто принимал его таким, какой он есть.
И это пугало Эндрю сильнее, чем что-либо ещё.
Он стиснул зубы, опустил взгляд.
— Ты раздражаешь меня.
— Ты уже говорил.
– Тогда заткнись.
— Хорошо.
Тишина.
Эндрю не знал, что делать с этим.
Но Нил знал.
Он просто пододвинул к нему его чашку с кофе и спокойно сказал:
— Я здесь.
Эндрю взял чашку.
И не оттолкнул.
День продолжался, как будто ничего не произошло.
Нил делал вид, что всё нормально. Эндрю делал вид, что ему всё равно. Они оба были хороши в этом.
Эндрю просидел на диване почти час, листая телефон, но не читая ни одной строчки. Нил, как ни в чём не бывало, занимался своими делами, но Эндрю чувствовал его присутствие в комнате.
И это раздражало.
Не так, как обычно.
Не так, как должно было бы.
Это было…
Неудобно.
Не правильно.
Как будто Эндрю сделал шаг за границу, которой никогда не пересекал, и теперь не знал, как вернуться обратно.
А главное — хотел ли он этого.
— Ты собираешься молчать весь день? — неожиданно спросил Нил.
Эндрю даже не сразу понял, что это обращено к нему. Он поднял голову и увидел, что Нил смотрит прямо на него, прищурившись.
— Разве тебе не всё равно?
— Нет.
Эндрю стиснул зубы.
Нил не смотрел на него с укором. Не требовал разговора. Он просто ждал.
Как и всегда.
— Что ты хочешь услышать? — спросил Эндрю.
— Ничего, — пожал плечами Нил. — Просто не хочу, чтобы ты снова залез в свою голову и решил, что я тебя ненавижу.
— Я так не думаю.
Нил усмехнулся.
— Правда?
Эндрю скрестил руки на груди.
— Да.
Нил наклонил голову.
— Тогда почему смотришь так, будто ожидаешь, что я уйду?
Эндрю молчал.
Он действительно этого ждал.
Потому что так было бы проще.
Если бы Нил разозлился. Если бы психанул, хлопнул дверью, сказал: «Знаешь что, Эндрю, ты невыносим».
Но Нил этого не делал.
Он только смотрел на него, терпеливо и спокойно, как будто знал, что всё равно останется.
– Я не умею… — начал Эндрю, но оборвался.
Нил наклонился вперёд.
— Не умеешь что?
Эндрю сжал пальцы на коленях.
Не умею делать так, чтобы не ломать.
Но сказать это вслух — значит признать, что ему вообще есть что ломать.
И это уже было слишком.
— Забудь, — буркнул он, отводя взгляд.
Нил медленно кивнул.
— Хорошо.
Но Эндрю знал, что тот ничего не забудет.
И знал, что завтра, послезавтра или через неделю Нил снова попробует.
Снова будет чинить то, что Эндрю сломает.
И самое худшее было в том, что часть его…
Часть его хотела, чтобы он не останавливался