По ту сторону

Огромное множество демонов скопилось возле столицы. Они рычали и свистели, предвкушая кровь и веселье. Звонко хлопали расправленные крылья, звенел металл и лязгали массивные челюсти. Легион герцога Баала рвался вперёд. Им не терпелось уже вступить в бой, пусть они и хорошо помнили прошлое сражение с титанами. Только вот в легионе Баала никто никогда не слышал слова «страх». Они не боялись. По большей части им было плевать умрут они или нет.

За полчищами Баала рычали и скалились шавки Бельфегора. Легион был так же жаден до крови и разрухи, как и их герцог. Они выкрикивали имя своего предводителя, а тот лишь ухмылялся в ответ, явно довольный тем, что за ним готовы идти даже на смерть. Остальные герцоги смеряли того недовольными взглядами, потому что многие из них не любили излишнюю показуху. Им предпочтительнее было просто закончить всё это по быстрее и вернуться на отведённые им территории Тартара.

А вот Белиалу было глубоко насрать на происходящее. Он продумывал, как будет убивать Шилова, если тот покажет нос из нижнего Тартара. Мальчишка всегда бесил герцога, но сейчас он просто превзошёл сам себя. Если бы Шилов сам полез в нижний Тартар, Белиалу было бы плевать – пусть бы там и помер, - но этот мелкий крысёныш умудрился потащить с собой Мишу. Этого герцог так просто не спустит Шилову с рук, пусть тот и находится под покровительством Повелителя. Своё парень всё равно получит.

Нервно дёрнув плечом, Белиал бросил взгляд в сторону Люцифера, стоящего позади всех легионов и всматривающегося куда-то вдаль. Он был облачён в лёгкие доспехи, которых герцог не видел на нём уже несколько сотен лет. Масштабные войны случались не так уж и часто в последнее время. Рядом с ним возвышался Азазель, его жёлтые глаза заинтересованно сверкали. Змееносцу было интересно дальнейшее развитие событий. Он о чём-то спорил с Асмодеем.

Демон похоти был одет с иголочки, словно впереди его ждал не бой, а выход на подиум. Доспехов на нём не было, потому что он их не признавал. Лишь обычные, на первый взгляд, чёрные потёртые джинсы и кожаная куртка – Асмодей любил прикарманивать себе брендовые шмотки из мира людей. Они с Лилит были в этом похожи, потому что та тоже была одета в длинное вечернее платье цвета вишни, которое украла у одной богатой барышни во время своей последней вылазки в верхний мир. Однако, любой из герцогов был уверен, что эта тряпка защитит Лилит лучше, чем любой доспех. Уж что-что, а заботиться о себе любимой демоница умела.

Когда раскатистый рёв сотряс весь Ад, Люцифер подозвал к себе огневолосого Аббадона, напряжённо следящего за происходящим. Тот кивнул и, встряхнув густой шевелюрой, от цвета которой почти всегда резало глаза, оказался рядом с повелителем. Тот что-то тихо и быстро ему сказал, после чего Аббадон удивлённо вскинул брови.

- Вы в этом уверены, господин? – вкрадчиво спросил герцог, пряча за пояс два коротких и массивных кинжала с гравировкой на рукоятках. – Может, мне лучше остаться и помочь?

Люцифер посмотрел на него устало, как смотрят родители на слишком приставучих маленьких детей. Аббадон пристыженно склонил голову и коротко извинился.

Расправив крылья, он широко ими взмахнул, зачерпывая воздух, и рванул прочь от столицы. Остальные проводили его не особо заинтересованными взглядами. Никто никогда не собирался вмешиваться в дела Люцифера. Никто бы просто не рискнул. Не после Астарота. Быть изгнанниками никому не хотелось. Тому просто повезло, что Агарес решился взять его в свой легион. А так бы у него был шанс либо жить среди монстров в Нижнем Тартаре, либо попрощаться с сущностью, выйдя в человеческий мир.

Когда Дьявол коротко взмахнул рукой, давая сигнал к атаке, самые горячие головы в лицах Баала и Бельфегора со своими легионами бросились в бой первыми. Они непрерывно атаковали неповоротливых и рычащих титанов. Те медленно поворачивали головы, их маленькие красные глаза быстро вращались в разные стороны.

Из-за неповоротливости их, казалось бы, не стоит бояться, но силы этим чудовищам было не занимать. Одного взмаха искрящейся чёрной материей конечности хватало, чтобы разом уничтожить половину несмышлёного легиона Баала. Кто-то из его молодняка совсем недавно стал полноправным членом легиона. Однако, их никто не жалел. Герцоги никогда не считали погибших. Они просто сражались. Жалость была не в их правилах.

Баал лишь окинул мимолётным взглядом поредевший легион и продолжил сражаться. Его огромная палица вращалась с такой скоростью, что практически потеряла очертания. Он наносил удары размашисто, практически постоянно оставаясь на одном месте. Баал никогда не был сторонником активного боя. Он что-то кричал, призывая свой легион поднять их ленивые задницы. По правой стороне его лица стекала густая кровь.

Легионы атаковали довольно успешно, пусть и теряли много мелких сошек. Почти все атаки достигали цели, только вот нанести серьёзного урона практически чистой энергии они не могли. Герцоги знали довольно хорошо, что это бой на выносливость. В прошлом он затянулся на довольно большой промежуток времени.

Молодняк стали отодвигать назад, от них всё равно не было особой пользы. Разве что, они изредка отвлекали на себя внимание, пока герцоги нападали. Большинство атаковало сухо и быстро, практически сразу отступая, чтобы не расплющило последующим мощным ударом, но были и такие, кто продолжал бросаться, словно голодная собака на кость. Пусть они и истекали кровью.

Асмодей, относящийся к более здравомыслящим, с некоторым презрением смотрел на сорвавшегося с цепи Бела с горящими чёрным глазами. Сам он был практически не ранен, и даже его одежда не пострадала, потому что демон похоти предприимчиво держался позади всех, нападая лишь тогда, когда это казалось ему выгодным. Он не любил понапрасну рисковать собственной тушкой.

Однако, пусть он и не признавал безмозглой атаки в лоб, все же посматривал с интересом на Бегемота, выделяющегося среди старших демонов огромными размерами. Его кожаные доспехи порвались в нескольких местах, их пропитала кровь, однако бывший герцог не обращал на это внимания. Он искусно управлялся со своим огромным двуручным мечом, нанося размашистые и неаккуратные рубящие удары, лезвие вспарывало оболочку титанов, словно масло. Те нечеловечески ревели и тут же атаковали в ответ, но Бегемот нырял вниз, не позволяя ранить себя, после чего снова взмывал вверх и продолжал наносить удары.

Асмодей пристально вглядывался в лицо бывшего герцога и впитывал его эмоции, словно губка. Для него, чья природа была связана с подобного рода чувствами, это было лучшим деликатесом. Он чувствовал боль, которую испытывал Бегемот, понимал, кто был тому причиной. Асмодей хорошо знал о том, что здоровяк не просто так едва ли не пылинки сдувал со строптивого Астарота. Он погряз в нём, как в трясине, много тысячелетий назад, и не знал, как выбраться. Асмодей редко видел, чтобы демоны были способны так мучительно любить и быть так к кому-то привязаны. Они давно забыли, каково это. А Бегемот помнил. Оттого был интересен.

Бывшему герцогу было плевать на то, умрёт он сегодня или нет. Асмодей видел это. И, почему-то, ему не хотелось смерти здоровяка. Если он умрёт, у Асмодея останется не так много того, что может разбавить его долгую, скучную жизнь. Герцог очень надеялся, что его ненаглядный Антон тоже останется жив. Ну, судя по реакции их дражайшего повелителя, парнишка ещё трепыхается. Это не могло не радовать.

Взмахнув крыльями и подняв клубы пыли с сухой земли, Асмодей решительно направился в сторону Бегемота. Тот появлению герцога удивился настолько, что пропустил довольно ощутимый удар и поспешил зажать рукой кровоточащий бок. Его тёмно-вишнёвые глаза злобно сверкнули с сторону герцога, расслабленно зависшего в воздухе.

- Что ты здесь делаешь? – прорычал взбешённый Бегемот.

- Тише, не перенапрягайся, - ласково посоветовал ему Асмодей, уходя в бок, чтобы уклониться от удара. – Я просто пришёл помочь.

- Убирайся, Асмодей! – Бегемот был совершенно не настроен на сотрудничество. Ему просто хотелось сдохнуть. Он слишком привык жить с Эреном, чтобы теперь пытаться без него. И бывшего герцога раздражало, что Асмодей читает его, как открытую книгу.

- Ой, да ладно тебе, - не унимался демон, кружа над головой Бегемота и гаденько хихикая.

Тот лишь обречённо вздохнул. Он понимал, что не сможет так просто избавиться от герцога, так что придётся просто продолжить сражаться. Может быть, Бегемоту повезёт, и он словит хороший удар.

***

Антон дёрнулся и болезненно застонал. Ему никогда не было настолько хреново. Казалось, словно с него заживо содрали кожу. Каждая мышца в теле болела нещадно. Было больно даже просто вздохнуть. Однако, Антон кое-как умудрился сесть, удерживая вес на правой руке. Она задрожала от напряжения.

Он лежал на твёрдой и горячей каменной поверхности. Жар неприятно жёг, мелкие камни впивались в кожу. Рядом никого не было, однако Антон заметил прислонённый к скале колчан со стрелами и чёрный лук. Миша.

Демон стал озираться в поисках друга, но того нигде не было видно. Антон испугался, что того сожрали здешние твари, потому он резко вскочил на ноги, закусывая от боли губу, и бросился на едва заметную тропу в скале.

В голове звенело, всплывали картинки произошедшего, он видел Эрена, пикирующего в серное озеро, видел, как падает туда сам. От соприкосновения с водой ему стало так больно, что хотелось кричать. Он не вовремя выставил защиту, слабую, потому что медленно терял сознание.

Шилов не имел понятия, как он выбрался из озера, но предположил, что его вытащил Миша. Значит, парень должен ему жизнь.

Каждый шаг отдавался в теле вспышкой резкой боли, однако Шилов не спешил останавливаться. Он знал, что, если остановится, больше не сможет сдвинуться с места.

Спустившись вниз на несколько метров, Антон оказался у огромного входа в пещеру. Оттуда веяло холодом и сыростью, что показалось Антону странным. Однако, он глубоко вдохнул и шагнул туда.

В пещере было темно, хоть глаз выколи, но Шилов мог различать очертания предметов. Он шёл медленно, выставив вперёд руку. Если на него нападут, он не знал, как будет защищаться. Призывать оружие он не умел, а свой клинок утопил в озере. Он безоружен.

Когда впереди показался странно дрожащий кусочек света, Антон напрягся. Это был огонь. Белое пламя бросало на стены причудливые тени. Шилов видел чьи-то силуэты: один из сидящих был невероятно высок, и ему приходилось склонять странной формы голову, чтобы она не упиралась в потолок, второй был по росту таким же, как и Шилов. И эти подозрительно знакомые белые волосы.

Испуганный, он бросился туда, на ходу выкрикивая ругательства. Силуэты обернулись к нему.

- Антон? – голос Миши резанул Шилова по барабанным перепонкам. Парень выглядел удивлённым. – Очнулся наконец? Ты в норме?

- К чёрту меня! – оборвал его тот и ткнул пальцем в треугольноголовое существо, острым концом своей головы показывающее на Шилова. Из овальных отверстий на ней выходил пар. По тому, как резко он вырывался и растекался где-то у потолка, можно было понять, что существо недовольно. – Что это?

Миша вытянул руку между ними, после чего чудовище издало странный звук и стало пыхтеть менее активно.

- Успокойся, придурок! – прошипел демон, плюхаясь на камень. – Он не враг. Пока ты валялся, я сумел его кое-как приручить, но он всё еще не совсем мне доверяет, так что не шуми и не делай резких движений.

Антон нервно сглотнул, не сводя взгляда со странного существа, после чего сел рядом с Мишей. Раны снова заныли. Антон прикусил губу до крови.

- Ты в норме? – поинтересовался Миша, хватая пальцами его подбородок и поворачивая к себе.

Антон всмотрелся в его уставшее лицо, пробежался взглядом по окровавленной одежде и слабым крыльям за спиной. Не одному ему досталось.

- Сам-то как? – спросил он в ответ, потому что не горел желанием распинаться на тему того, что ему пиздец как хреново.

Миша пожал плечами.

- Я пострадал не так сильно, как ты. Всё нормально. Я просто пуст.

- Не было нужды тратить на меня магию, - буркнул Шилов, отмечая след от свежей регенерации на ноге парня. Тот заметил, куда смотрит Шилов, и прикрыл след ладонью.

- Ну, оставить тебя подыхать для меня тоже не вариант. Хотя, честно признаюсь, соблазн был. Это из-за тебя я оказался в этой дыре.

В его голосе не было злости, только усталость. Антон фыркнул. Он чувствовал, что, если они выберутся отсюда живыми, он потом крупно получит от Белиала.

Несколько минут они сидели в полной тишине. Был слышен только чей-то далекий рёв и мерное шипение магического огня. Пламя ровно колыхалось, от чего тени на стене тоже двигались, превращаясь в подобие чего-то необычного. Тартарианское существо спокойно выдыхало порции пара, опускающегося вниз и касающегося разгорячённой кожи Шилова. Он чувствовал лёгкое жжение, но понимал, что его тело остывает и немного приходит в норму. Видимо, этот странный монстр пытался помочь. Антон не думал, что здесь могут быть те, кто не жаждет кого-то сожрать.

Он довольно резко протянул руку и замер, потому что острый конец головы упёрся ему в ладонь, распарывая кожу. Кровь закапала на камень. Миша напрягся, а Антон не попытался отстраниться. Он медленно двинулся вперёд, ведя окровавленной рукой по массивной голове и ощущая прохладу толстой кожи, твёрдой, словно сталь. Пар в большом количестве вырвался из отверстий.

- Шилов, что ты делаешь? – прошипел Миша.

- Заткнись! – тот не повернул головы, продолжая вести рукой. Потом внезапно замер возле одного из отверстий. Там кожа была менее плотная и куда более тёплая. Монстр напрягся, его тонкая рука сильно сжала запястье Шилова. Тот зарычал от короткой вспышки боли, но не вырывался.

- Я не трону тебя, - пообещал он, примирительно поднимая вторую руку.

Он не был уверен, что его поняли, однако существо отпустило его руку. Пар успокоился, монстр расслабился. Антон победно улыбнулся, когда тот что-то нарисовал тонким пальцем на его предплечье.

- Есть контакт! – радостно сообщил он Мише.

Тот удивлённо приподнял брови.

- Только не говори мне, что ты решил попробовать свои навыки соблазнения на нём, - с подозрением в голосе сказал тот.

Антон сплюнул.

- Да ну тебя! Я просто старался подружиться. У тебя же получилось, так что я решил тоже попробовать.

- Ты псих, Шилов, - Миша хлопнул себя ладонью по лицу, смотря на широко улыбающегося парня. И как тот мог после всего случившегося хотя бы где-то найти позитив?

- Этого у меня не отнять, - тот откинулся спиной к стене, закинув назад руки. Вся его поза выдавала расслабленность. Он думал, что всё не так уж и плохо. Возможно, ему повезёт и в этот раз?

<center>***</center>

Шилов даже умудрился уснуть, вытянув вперёд ноги. Он едва не подскочил с места, когда его кто-то схватил за плечо. Открыв глаза, Антон увидел перед собой треугольную голову. Она постоянно показывала на выход. Пар из отверстий вырывался толчками, словно монстр нервничал.

- Что ты хочешь? – ничего не понимая, спросил Антон.

Существо резко поставило его на ноги и грубо подтолкнуло к выходу из пещеры.

- Ты хочешь, чтобы я вышел? – спросил Антон, смотря, как тот поднимает Мишу. – Зачем?

Монстр раздражённо выдохнул. Он всё продолжал кивать на выход и настойчиво толкать их к нему. Демоны решили, что лучше было бы не сопротивляться, потому позволили отбуксировать себя к выходу из пещеры. Они всё еще ничего не понимали, но стоило им глянуть вниз, как всё стало ясно.

По отвесной стене к пещере подбирались с десяток монстров. Крупнее, чем их треугольноголовый друг, и массивнее, с множеством ног, как у сороконожек, из белых, выгоревших костей, которые противно стучали по камню. Мышцы в длинном и гибком теле напрягались при каждом движении. Массивная грудная клетка тёрлась о каменные выступы. Монстр цеплялся за них двумя парами мощных рук, похожих на человеческие, только с крючковатыми пальцами. Голова, похожая на распустившийся цветок, с большим количеством глаз и широкой челюстью с рядом ровных зубов, держалась на мощной жилистой шее. Существо часто и хрипло дышало, длинный язык был высунут, словно у страдающей от жары собаки.

Треугольноголовый напрягся, стоило ему глянуть вниз, а ползущие к ним твари словно с цепи сорвались. Их движения ускорились.

Паровой монстр тронул Антона за плечо и указал тонким пальцем на крылья демона, а потом наверх.

- Хочешь, чтобы мы улетели? – спросил Антон, взмахивая крыльями.

Монстр кинул.

- А ты?

Тот пожал плечами и подтолкнул парней к концу небольшой площадки.

Антон расправил крылья и кивнул Мише, чтобы тот цеплялся за него, потому что тот всё ещё был не способен летать. Парень обвил Шилова, словно обезьяна, и повернулся в сторону выдыхающего пар монстра. Тот смотрел им вслед, сделав жест, похожий на тот, когда люди машут рукой на прощание.

- Чёрт! – выругался Миша, не в силах оторвать взгляд.

Шилов поднимался всё выше, умело махая крыльями и зачерпывая воздух. Похожие на гусениц монстры уже добрались до пещеры. Один из них напал на треугольноголового, хватая его за шею мощными руками. Тот сопротивлялся в ответ, но только до тех пор, пока его не схватили за ноги и не потянули в противоположные стороны, отрывая массивную голову. Она с глухим звуком рухнула на каменную поверхность, кровь из шеи хлынула в морду одного из монстров. Тот набросился на хлещущую жидкость, жадно глотая её, в то время, как оставшиеся члены стаи пожирали тело.

Мише было противно смотреть на то, как они дерутся за мясо. Его мутило. Он отвернулся, утыкаясь носом Антону в грудь.

- Не отворачивайся, - приказал ему Антон, опуская голову и следя за тварями, рыскающими по песку прямо под ними. Одна из них неожиданно сложила лепестки на голове, закрываясь, после чего чем-то метко плюнула в Шилова. Тот уклонился от прямого попадания, но тонкая игла задела его по руке. Та мгновенно безвольно повисла, полностью парализованная. Антон смачно выругался.

- Твою мать! Миша, следи за ними! – выкрикнул Шилов, здоровой рукой встряхивая парня.

Тот нехотя оторвался от рубашки Антона и встряхнул головой. Падающая голова всё еще стояла перед глазами.

- Не дёргайся, ладно, - попросил он друга, неуклюже подтягиваясь, отчего Антона повело вниз. Ему было трудно держать Мишу и уворачиваться от тонких игл, множеством летящих в них. Его качало из стороны в сторону, он не мог взлететь выше. Приходилось напрягаться, из-за чего открывались некоторые его раны.

- Быстрее давай! – прорычал он, когда Миша оказался на уровне его лица и обвил ногами за талию, сжимая так крепко, что Антон закашлялся.

- Прости, - мгновенно извинился тот. – Потерпи немного.

- Да делай ты уже хотя бы что-нибудь!

Миша неожиданно резко прогнулся назад, повисая головой вниз. В его руках возник лук. Демон быстро натянул пустую тетиву и отпустил, прицелившись. За секунду до выстрела там появилась стрела. Одна из тварей заревела, когда стрела угодила ей в глаз. Громадные руки неуклюже захлопали по морде, вгоняя стрелу глубже. Тварь зарычала ещё громче. Сквозь крючковатые пальцы просачивалась зеленоватая кровь.

Миша не остановился, продолжая выпускать стрелы. Он делал это автоматически, практически не целясь. Антон понимал, что он просто срывал злость. Он не спешил ему мешать. Просто про себя удивлялся запасу стрел где-то там, откуда Миша их призывает.

Они довольно долго летели над территорией этих тварей, скопившихся внизу небольшими группками и пытающихся их достать. Шилов ловко уклонялся от парализующих игл. Миша стал стрелять реже и точнее. Он по-прежнему висел головой вниз и размеренно дышал, замирая в мгновения, когда выпускал стрелу.

Когда они покинули территорию тварей, те больше их не преследовали. Стало тихо, словно в этой части Тартара все резко вымерли. И жарко было так, что, казалось, плавилась кожа. Антон уже скучал по их странному другу из нижнего Тартара. Что-то глухо отдавалось внутри, когда он вспоминал странное существо. Шилов посмотрел на незажившую дыру в ладони.

- Ты как? – решился спросить он у Миши.

Тот промолчал, неожиданно резко поднимаясь и сухо целуя Шилова в губы. Они у них обоих были обветренными и потрескавшимися.

Антон удивлённо захлопал глазами, когда Миша снова рухнул вниз, вытянув руки. Лук исчез.

- И что это было?

- Заткнись! – прорычал Миша, показывая, что ничего он объяснять не намерен. Ну, если так, то Шилов и не будет требовать.

Он просто сосредоточился на мониторинге местности. У него это получалось, правда, не так хорошо и не так далеко, как ему показывал Люцифер. Ну конечно, если учесть их уровни. Однако, это помогло ему почувствовать приближающуюся к ним новую тварь. Еще более крупную и с запасом сил хоть отбавляй. Судя по хлопанью крыльев, это была птица.

Первое, что пришло в голову Антону, это отцепить от себя ноги Миши и швырнуть того вниз. После изогнутые и острые когти заключили его словно в клетку, распоров парализованную руку. Шилов успел рассмотреть грязно-коричневые перья птицы, стальной клюв и красную грудину, располосованную чьими-то зубами.

Миша, которого внезапно отцепило от Шилова, рухнул вниз. Сухой воздух бил в лицо, бросая в глаза клубы пыли с песком. Демон закашлялся и попытался раскрыть крылья, при этом поливая Шилова тоннами грязи. У него ничего не получилось. Крылья всё еще были слабы и отказывались работать. А земля всё приближалась. И Миша не был уверен, что его не сожрут, стоит ему только коснуться раскалённого песка.

Демон закрыл глаза, ожидая падения, но его внезапно словили чьи-то сильные руки. Парень сжался, думая, что его сейчас сожрут, однако ничего не произошло.

Миша удивлённо заморгал и посмотрел в лицо незнакомца. Он сразу узнал его, так как видел на картинках в манускриптах. Аббадон. Герцог Ада. Практически такой же, как на рисунках: ярко-рыжие волосы, привлекательное лицо с выделяющимися скулами, пронзительно-голубые глаза и несколько нелепых веснушек возле переносицы. На нём прочные доспехи из кожи со множеством шнуровок. На поясе ножны для коротких кинжалов. На виске Миша замечает едва заметный бледный шрам.

Герцог очень странно смотрит на парня. В его голубых глазах вспыхивает огонёк интереса. Миша почти смущается, потому что так на него до этого смотрел только Белиал.

- Так вот ты такой, знаменитый демонёнок, - улыбается герцог, приобнимая Мишу одной рукой за талию, чтобы достать из ножен кинжал. Парень даже не успевает понять, что произошло, когда монстр, внезапно оказавшийся позади герцога, падает на песок, разрубленный точно пополам. Кровь брызгает на огромные крылья. Миша вздрагивает от понимания, насколько же у них разный уровень. Его прямо трясёт от силы, исходящей от герцога.

- П... простите, но я не Шилов, - Мише едва удаётся извиниться.

Аббадон удивлённо приподнимает бровь.

- Тогда ты собачонка Белиала? – спрашивает он, а Миша давится оскорблением. Герцог замечает, как изменяется его лицо, и виновато поправляет упавшую на лицо парня прядь волос.

- Прости, не хотел, - он пожимает плечами. Вместо того, чтобы сказать что-то еще, герцог берет его за подбородок и целует. Миша давится воздухом и не может разорвать поцелуй, только бессильно упирает руки в чужую грудь. Он ранен и почти без сил, а ещё ему до ужаса паршиво от всего происходящего, так что он позволяет себе эту слабость, а про себя думает, что начинает приобретать популярность, как и Шилов. Правда, до него Мише всё равно далеко.

Когда герцог решает отпустить парня, тот безвольно утыкается Аббадону в плечо и указывает пальцем куда-то вверх, куда птица унесла Шилова. Герцог понимает его без слов и взмывает довольно высоко, замечая в одном из гнёзд алые волосы Антона. Тот мужественно отбивается от птенца и часто ругается, зажатый в угол, если у гнезда они вообще есть.

Аббадон хмыкает и пикирует туда. Птица замечает его и враждебно вскрикивает, расправляя крылья. Герцог делает движение кистью, немного поворачивая в руке кинжал. От лезвия отделяется нитка алого пламени и мгновенно обвивается вокруг шеи птицы. Та вскрикивает прежде, чем загореться. Миша поражённо ахает. Раскалённый воздух опаляет кожу.

Герцог возвращает кинжал в ножны. Для птенцов ему хватает всего одного щелчка. Они противно пищат. Пахнет горелой плотью. Миша глубоко вдыхает этот запах и зажимает рот ладонью. Ему кажется, что его сейчас мучительно вырвет.

Аббадон протягивает Шилову руку.

- И что в тебе нашёл Повелитель? – спрашивает он презрительно, забрасывая ничего не понимающего Антона себе на плечо. Миша же фыркает и думает, что все, кому он становится симпатичен, почему-то автоматически начинают недолюбливать Антона. Странная закономерность.