Красный Волк

После окончания турнира Герцогини, когда платформа унесла поверженного Кёрта в яму для побеждённых, профессор Харонс не стал медлить. Он, при помощи ассистентов, подобрал тело Кёрта в залог, ещё не зная, разрешат ли ему оставить тело поверженного кадета.

Когда Харонс осмотрел тело Кёрта, он пришел к неожиданному выводу, что он всё ещё жив – это была ещё одна особенность сыворотки. Когда тело носителя было критически повреждено, все процессы в теле замедлялись, дабы начать комплексное восстановление ран, из-за чего пуль попросту не прощупывался, а тело холодело.

Однако организм, и в полном покое, требующий в несколько раз больше ресурсов на поддержание жизнедеятельности, чем прежде, в столь критической ситуации точно просил бы уйму ресурсов на восстановление.

Харонс подготовил капсулу — стеклянный цилиндр, похожий на огромный гроб, заполненный вязкой, светящейся жидкостью, питаемой от сети труб и клапанов. Это была его разработка: регенерационная ванна, где тело погружалось в смесь сывороток, питательных веществ и паровых инъекций, ускоряющих заживление. Профессор аккуратно раздел Кёрта, очистил раны от грязи и крови, ввёл стабилизаторы через иглы в вены. Затем тело опустили в капсулу, жидкость сомкнулась над ним, как вода в колодце. Трубки подключили: одна — для кислорода, смешанного с регенераторами, вторая — для удаления токсинов, третья — для инъекций сыворотки, адаптированной под его уникальную резистентность.

Капсула загудела, паровые насосы заработали, качая элементы: белки для мышц, кальций для костей, нейростимуляторы для мозга. Харонс стоял у панели, регулируя потоки.

Когда процесс был завершён, Харонс вернулся к директору, и тот, хвала Герцогине, разрешил ему оставить тело Кёрта для проведения экспериментов, не учуяв подвоха.

Месяц в стеклянной капсуле сделал своё дело: раны затянулись, оставив лишь бледные шрамы, мышцы окрепли, а тело, пропитанное регенераторами, казалось даже сильнее, чем до турнира.

В один из дней, когда состояние Кёрта полностью пришло в норму, Харон прекратил подачу питательных веществ и отключил его от аппарата.

Кёрт поднял взгляд, его глаза горели решимостью, смешанной с гневом. Он оглядел лабораторию: стеллажи с колбами, паровые аппараты, столики с трубками.

— Харонс... — прохрипел он.

Когда он окончательно пришёл в себя, Харонс предоставил ему сменную одежду и усадил поесть. Кёрт быстро освоился, и уже через час после пробуждения, организм полностью подчинялся ему.

— Значит... Леонхардт стал Красным Волком... и вскоре он прибудет с Вольфом в академию... интересно.

— Я рассчитывал на то, что сыворотка поможет тебе, но он оказался проворнее. Единственный шанс реализовать наш план – доказать Вольфу, что на арене была совершена ошибка.

В голове Кёрта созрел план действий. Он получил от профессора закрытую информацию: через неделю Вольф прибудет в академию со своим защитником и Марвеллой, дабы поздравить с началом курса обучения новых кадетов. Теперь ему предстояло выжить на улицах оккупированного корпорацией города и добыть себе снаряжение с оружием, дабы при помощи его взять штурмом академию.

Он рыскал по свалкам, собирая то, что могло пригодиться. В одной из подворотен, заваленной мусором, он наткнулся на труп — безымянный мужчина в рваной одежде, вероятно, жертва карателей. Кёрт, подавив отвращение, снял с него потрёпанный плащ с капюшоном, пропитанный пылью, но ещё крепкий, и кожаные перчатки, чтобы скрыть шрамы на руках. Дальше, в помойной яме у стены разрушенного дома, лежал другой мертвец — подросток с простреленной грудью. С него Кёрт стянул ремень с пряжкой.

Он мастерил оружие на ходу: из обломка трубы и найденного ножа соорудил самодельный клинок, обмотав рукоять тряпками для хвата, а из куска цепи от разбитого шагохода — кастет, который надел на кулак.

Вдруг тишину разорвали выстрелы. Перестрелка разгорелась неподалёку, за углом заброшенной улицы: треск винтовок, крики и гул паровых гранат. Кёрт замер, прислушиваясь, — это могло быть ловушкой, но любопытство и надежда на союзников пересилили. Он крадучись двинулся на звук, прячась за баррикадами из мусора и обломков.

Выглянув из-за угла, он увидел человек десять, в потрёпанной одежде с самодельными масками и импровизированным оружием. Они отбивались от группы итальянской полиции-коллаборационистов. Полицейские, в униформе с эмблемами Сайрекс: чёрные мундиры с красными нашивками, наступали с винтовками и паровыми дубинками.

Повстанцы держали оборону у баррикады из перевернутых телег и ящиков: один стрелял из старого револьвера, другой швырнул самодельную бомбу, взорвавшуюся паром и осколками, отбрасывая двоих полицейских.

Полиция ответила огнём, но повстанцы были хитрее — они использовали укрытия, фланговые атаки и ловушки из проволоки, свалив ещё троих. Перестрелка длилась минуты, но закончилась внезапно: последний коллаборационист упал с простреленной головой, и повстанцы, тяжело дыша, отступили к стене дома.

Кёрт увидел, как они открыли тайный проход — потайную дверь в стене, замаскированную под обвалившуюся штукатурку, ведущую в подземный туннель.

«Повстанцы» — Подумал он.

Не раздумывая, он скользнул за ними. Внутри было сыро, стены из бетона и труб, освещённые редкими лампами на паровых батареях. Кёрт шёл осторожно, стараясь не шуметь, но вдруг из бокового ответвления, слепого угла, который он не заметил, вылетела нога.

Женщина, стройная, в потрёпанной куртке и с короткими тёмными волосами, ударила его с разворота, целя пяткой в живот. Удар пришёлся точно, выбивая воздух из лёгких Кёрта. Он согнулся, хватаясь за стену, но не упал.

— Стой! — Прохрипел Кёрт.

Но в следующий же миг она ударила его кулаком по челюсти, вырубив.

Кёрт очнулся связанным на стуле, в него бил холодный свет от лампы. Рядом стояла она, та, кто его вырубила. Он вспомнил, как её нога влетела в его живот, как она резко ударила его в лицо. Быстрые, отточенные движения. Она была явно не простой.

— Говори! — её голос звенел. — Кто ты такой?!

— Я... бывший кадет, — выдохнул Кёрт.

— Кадет? Значит, ты один из тех, кто учился убивать нас ради их «идеалов». — Она ударила его кулаком в живот, Кёрт согнулся, задыхаясь. — Думаешь, я пощажу тебя, щенок?

— Стой...

Не успел Кёрт продолжить, она схватила его за челюсть, сжимая губы, и приложила нож к щеке, пуская кровь на верхней губе.

— Ещё слово — и я отрежу тебе язык.

Его снова начали пытать. Кёрт облизывал пересохшие губы. Она достала раскалённый прут и стала прикладывать его к груди Кёрта. Она уже собиралась снова поднести раскалённый металл, как дверь скрипнула.

— Эй, Роза! — раздался грубый мужской голос.

Вошёл низкий мужчина в сварочных очках, заляпанных копотью.

— Микеле, тебе чего? — раздражённо бросила Роза, не оборачиваясь.

— Мне как раз нужен подопытный, — ухмыльнулся он, указывая пальцем на Кёрта. — У меня новый прототип. Не на крысах же его испытывать, да?

— Этот щенок? — она рыкнула, но после паузы ухмыльнулась. — Ладно. Пусть докажет, что он не кусок мусора. Если его разорвёт твоё ведро с гайками — значит, так тому и быть. Тем-более, я уже не плохо повеселилась.

Она грубо схватила Кёрта за плечо, сорвала ремни и подтолкнула к выходу.

— Посмотрим, как ты выстоишь против настоящей твари.

Его вывели на импровизированную арену — заброшенный цех, освещённый лишь несколькими лампами, питаемыми от самодельного генератора. Пол был заляпан маслом. В центре стояло нечто огромное: грубая паровая конструкция, собранная из старых котлов, труб и шестерней. Внутри шипел пар, вырываясь свистом из клапанов.

— Моя «Bella Macchina», — с гордостью сказал Микеле, включая рубильник. — Она сожрала весь мой месяц работы. Давай, ragazzo, покажи, чему тебя учили.

Машина ожила. Громадные лапы, окованные железными пластинами, ударили по полу. В груди зажглись красные линзы.

Кёрт поднял ржавую железяку — единственное, что дали вместо оружия. Он сжал её в руке, напрягая мышцы.

— Начнём, — прошептал он.

Паровая тварь рванула вперёд. Первым ударом она обрушила стальную лапу туда, где только что стоял Кёрт. Пол треснул, искры разлетелись.

Он перекатился вбок, поднялся и метнул железяку в шестерни. Удар был метким — кусок железа заклинил одну из лап. Машина завыла, но другой рукой попыталась схватить его.

Кёрт увернулся, поднырнув под массивную конечность, и с силой ударил по паропроводу на боку машины. Пар взорвался наружу, обдав его лицо и плечо ожогами. Но машина пошатнулась.

— Bravissimo! — крикнул Микеле, хлопая в ладони. — Но это ещё не всё!

Машина, сбросив пар, развернулась и выпустила из груди струю раскалённого воздуха. Кёрт упал на живот, перекатился к ящику с инструментами. Там он схватил тяжёлый молот.

Встав, он, задыхаясь, побежал к машине и в прыжке обрушил молот прямо на её «глаз». Линза разлетелась вдребезги, корпус заискрил. Машина взвыла, дико размахивая лапами.

Кёрт успел поднырнуть и, схватив сломанную трубу, вогнал её прямо в центральный котёл. Гулкий треск, вспышка пара, и конструкция рухнула на бок, взрываясь внутренними клапанами.

Цех заполнился шипением и дымом. Кёрт, тяжело дыша, стоял среди развалин, едва удерживаясь на ногах.

Повстанцы, собравшиеся вокруг, молчали. Потом кто-то свистнул. Роза шагнула вперёд.

— Живучий ублюдок, — прошипела она. — Ладно. Пусть поживёт пока.

А Микеле, сияя как ребёнок, хлопнул Кёрта по плечу:

— Ragazzo, ты красавец! Раз такой юнец как ты смог её одолеть, то в стычках с корпоратами она и в подмётки не годится.

После боя с машиной Кёрта грубо отвели прочь. Но в этот раз не в темницу, а в большую комнату наверху заброшенного здания. Там стоял стол, уставленный картами, схемами, оружием. У стены висели знамёна старой Италии, а на полке потрёпанная Библия.

У окна сидел мужчина с длинными седыми волосами. Он повернулся, сказав:

— Оставьте нас.

Роза и двое бойцов вышли, оставив Кёрта наедине с этим человеком.

— Садись, ragazzo, — произнёс он, указывая на стул.

Кёрт осторожно сел, напряжённый, словно готовый к новому допросу. Но мужчина не спешил. Он налил вина в две глиняные чаши, подвинул одну Кёрту.

— Моё имя Алессандро Витали. Люди здесь зовут меня Capo Vecchio — Старый начальник. А ты кто?

— Кёрт. Кёрт Касл.

Алессандро кивнул, пригубив вино.

— Я видел, как ты бился с машиной Микеле. Ты мог погибнуть. Но не сдался. Это хорошо. Упрямство — лучшее оружие против Сайрекс. Но скажи мне, мальчик... ты ведь не простой.

Кёрт отвёл взгляд.

— Да, — сказал он хрипло. — Я был кадетом. Нас растили, как собак для бойни. Я проиграл. Меня посчитали мёртвым. Но я выжил, и теперь я хочу пойти на штурм академии, доказать им...

— Хо-хо, да ты глупец.

— Вы не знаете всей истории.

— Не знаю, да и знать не хочу, у меня и без этого обязанностей по горло. Мы здесь не на диване сидим. Ситуация в городе ухудшается, Das Richteramt усилили патрули. Судьи и их псы прочёсывают кварталы один за другим. Уже три дня подряд кого-то уводят прямо с улицы и никто не возвращается.

— С помогу вам по мере возможностей. У меня тоже с ними счёты. Только дайте оружие.

— Оружие? Понимаешь, ragazzo... здесь каждое оружие — на вес золота. Мы живём под землёй, а стреляем тем, что удаётся украсть или снять с мёртвых. Хорошее, трофейное? Его всего пара штук на весь лагерь. У Розы винтовка с заводским затвором, у меня старый «Маузер», вот и всё. Остальное — ржавое железо, которое заедает в самый нужный момент.

— Так давайте устроим налёт на какой-нибудь склад, обзаведёмся оружием. Не ждать же, пока вас по одному перебьют.

Алессандро тяжело выдохнул.

— Касл... а теперь посмотри на ситуацию со стороны — группа повстанцев, научившихся выживать, сидели и ждали, пока у них появится такой герой как ты и укажет что им делать. Каждая вылазка — шанс быть обнаруженными, каждая вылазка — это погибшие парни. Но со складом идея хорошая. Мы не первый месяц наводим справки об одном таком месте.

— Я готов помочь взамен на оружие и снаряжение. Хотите — верьте, хотите — нет, но мне терять уже нечего.

Он поднял чашу и легко стукнул её о стол.

— В таком случае, добро пожаловать, Кёрт Касл.

Вместе они направились в центр лагеря, параллельно с тем, как Витали показывал ему их обиталище.

— С Розой, ты уже познакомился, и даже остался жив. Что-ж, тебе повезло, что она захотела снять стресс, так бы — пуля в лоб без вопросов.

— У неё хорошие навыки, кем она была?

— До войны была крестьянкой и жила в центральной Европе, но после засухи переехала с семьёй сюда, ближе к воде и теплу. Наступили тяжелые времена, а она к ним приспособилась, вот и всего-то.

Когда они пришли, главарь разложил карты по делу о штурме склада. В комнате сидели Роза, Микеле, ещё двое молодых повстанцев.

Роза скрестила руки на груди, нахмурившись, когда говорила с одним из парней:

— Вчера забрали мальчишку из лавки булочника. Говорят, он что-то украл. Я видела, как его выволокли Blutknechte. А мать пыталась броситься за ними... — она сплюнула в угол. — Теперь и её нет.

Алессандро вздохнул, провёл пальцами по седой бороде.

— Вот и наш склад. Посты, турель, Химера. Дело сложное.

Кёрт внимательно изучил карты.

— Этот канал. — Указал он пальцем на карту.

— Да, мы уже прорабатываем план, где это — ключ к победе.

— Кёрт Касл! — Позвал его какой-то парнишка. — Микеле зовет!

Он перевел взгляд обратно на командира.

— Иди. Значит, что-то важное.

Микеле возился в своём тесном подвале-«лаборатории», где вместо стен были навалены друг на друга старые медные трубы, разобранные котлы, провода, шестерни, покорёженные детали от паровых автоматов.

Кёрт вошёл внутрь, склонив голову, чтобы не задеть низкие балки потолка.

— Ты вовремя, ragazzo, — буркнул Микеле, не поднимая головы. Он сидел за столом, склонившись над небольшой сферой с вживлёнными в неё проводами и стеклянными капсулами. — Если ты действительно собираешься идти с нами на склад, тебе нужно не только мечом махать.

Он осторожно взял сферу, обмотанную латунными ободами, и протянул её Кёрту. Она была тяжёлая, холодная и будто вибрировала в ладонях.

— Что это? — спросил Кёрт, разглядывая странное устройство.

Микеле ухмыльнулся, наконец отрываясь от своей работы. Его лицо было всё в пятнах копоти, волосы торчали дыбом.
— Моя последняя работа. Назвал её «Occhio Nero» — «Чёрный глаз». Внутри — химический заряд, магнетит и мои секреты. Когда его активируешь и бросаешь — он выбивает паровые котлы и электроприводы на несколько минут. Машины глохнут, свет тухнет, механизмы задыхаются.

Кёрт покрутил шар в руках, чувствуя, как тот чуть звенит внутри.
— И ты хочешь, чтобы я это испытал?

— Именно, — кивнул Микеле. — Прежде чем лезть в логово Сайрекс, нужно проверить, что «Occhio Nero» не взорвёт нам всем головы. Это будет твоё первое задание — найди какой-нибудь патруль на улице, главное, чтобы машина была на боевом дежурстве, в полностью рабочем состоянии. Я жду отчёт.

***

Улица была почти пуста, лишь ветер гонял клочья бумаги и сухую пыль между каменными домами. Кёрт, скрывшись в тени старой арки, держал руку на мешке, где звякали три «Чёрных глаза» Микеле.

На перекрёстке впереди стоял отряд Richteramt. Пятеро судей в чёрных мундирах. Рядом стояли двое Blutknechte в кроваво-красных доспехах. Они окружили дом, чьи ставни были забиты изнутри, а за ними слышались крики женщин и детей.

Но главным ужасом был не они. Перед входом, словно страж, стояла Chimären-Wächter: парово-железная тварь, напоминающая смесь волка и медведя. Её глаза-светильники светились мертвенным жёлтым светом, из пасти с металлическими клыками валил пар.

Кёрт затаил дыхание. Вот оно — испытание. Если «Occhio Nero» подействует на Химеру, они смогут валить такие машины. Если нет — он труп.

Он выхватил из мешка сферу, поднёс к груди, сжал и услышал лёгкое шипение — механизм активации. Сердце бешено колотилось. Секунда... и он метнул гранату прямо под брюхо Chimären.

Сфера покатилась по булыжникам, ударилась о лапу твари... и замерла. Ни шипения, ни искры. Только глухой звон.

— Scheiße... — выдохнул Кёрт.

В тот же миг глаза Chimären повернулись прямо на него. Машина завыла, низко, гулко, как живой зверь, и сделала шаг вперёд. Судьи, занятые штурмом дома, резко обернулись, один поднял руку, указывая в сторону тени арки.

Кёрт не стал ждать. Рванул прочь, спотыкаясь о камни мостовой, мешок гремел о бок. Сзади раздались тяжёлые удары лап и лязг металла, улица наполнилась рёвом машины и криками на немецком. Пули зацокали по стенам рядом, посыпалась штукатурка.

Он нырнул в переулок, проскочил через тёмный двор, где сохло бельё, и перемахнул через невысокий забор. Позади всё ближе становился звук тяжёлого дыхания Chimären, смешанный с ритмом её котла.

Кёрт вылетел на другую улицу, петляя, как загнанный зверь. С каждым шагом мысли жгли голову:

— Не сработала... проклятый «Чёрный глаз» не сработал! Если догонят — всё кончено!

Он в последний момент свернул в полуобвалившийся подвал, юркнув в щель между досками. Сердце гремело в груди, дыхание рвалось. Снаружи прошли тяжёлые шаги. Судьи кричали приказы, а Chimären рыкнула и двинулась дальше, прочёсывая улицу.

Кёрт остался в темноте подвала, прижимая к себе оставшиеся две сферы.

***

Вернувшись в логово, он швырнул холщовый мешок на верстак, и в нём глухо звякнули оставшиеся две сферы.

— Твоё дерьмо не работает, Микеле! — выдохнул он, ударив кулаком по столу. — Я чуть не сдох из-за твоих игрушек! Chimären едва не разорвала меня на куски!

Микеле, стоявший у котла и возившийся с проводами, обернулся. Его ухмылка исчезла, лицо стало напряжённым, но он всё же попытался оправдаться:
— Aspetta, calma... ты точно активировал её? Шар должен был зашипеть, и—

— Я сделал всё, как ты сказал! — прервал его Кёрт, врезав ладонью по железной плите, от чего разлетелись инструменты. — А потом эта тварь уставилась на меня своими лампами и погналась! Я еле ушёл!

Кёрт шагнул к Микеле, схватив его за ворот.

— Если бы это была настоящая вылазка, из-за тебя мы бы все погибли!

Технарь, дрожа, пытался что-то сказать, но тут дверь скрипнула, и в помещение вошёл Алессандро. Его высокий силуэт заполнил проём, шаги были неторопливыми, но тяжёлыми, будто он заранее знал, что здесь будет шторм.

— Basta, ragazzi, — произнёс он спокойно, но в голосе звучала власть, которой невольно подчинялись.

Кёрт резко отпустил Микеле и обернулся.

— Твои люди меня подставили, — сказал он, сдерживая дрожь в голосе. — Ты сам видел, что эти «Чёрные глаза» — пустая надежда.

Алессандро молча прошёл вперёд, достал один из шаров из мешка, повертел в руках, словно оценивая его вес. Затем положил обратно и посмотрел прямо на Кёрта.

— Нет, ragazzo. Это была проверка.

Кёрт нахмурился.

— Проверка?

— Да, — кивнул лидер. — Подумай: если бы ты был шпионом Сайрекс, ты бы сбежал с этим. «Occhio Nero» — вещь, которая может перевернуть ход войны. Любой продал бы свою душу, чтобы передать его в руки корпорации. Поэтому Микеле подсунул тебе пустышку.

Он положил тяжёлую руку Кёрту на плечо, почти по-отечески.

— Значит, ты не предатель. Ты из нас. Теперь у меня нет сомнений.

Алессандро дождался, пока шум стихнет, и жестом позвал всех троих: Кёрта, Микеле и Розу, за длинный стол в каморке, заваленной картами и обрывками газет. На стенах висели красные метки, обозначавшие патрули Сайрекс, посты судей и маршруты снабжения. В центре стола лежала карта города, помеченная жирным крестом — склад корпорации.

Алессандро выпрямился и опёрся обеими руками о стол. Его лицо оставалось каменным, но глаза горели решимостью.

— Bene. Слушайте внимательно. У нас есть три задачи: проникнуть на склад, вынести оружие, боеприпасы и взрывчатку, и уйти живыми.

Он перевёл взгляд на Кёрта.

— Поэтому нам нужен человек, который поведёт штурм. И это будешь ты.

Кёрт не отвёл взгляда. В груди нарастало напряжение, но вместе с ним и холодное принятие.

Алессандро продолжил:

— План таков: Роза поведёт группу из восьми бойцов. Они нападут на патруль неподалёку от склада, чтобы поднять тревогу. Это заставит часть охраны покинуть посты. В это время Кёрт и ещё четверо подойдут к монастырю со стороны каналов. Там есть старый дренажный тоннель. Он узкий, затопленный наполовину, но ведёт прямо под стены. Внутри — два помещения: склад винтовок и бронированный отсек с трофейным оружием. Мы берём всё, что можем унести. В приоритете — автоматические винтовки и бомбы.

Роза, скрестив руки на груди, хмыкнула:

— В первый раз вижу, чтобы чужака сразу ставили во главе операции.

Алессандро бросил на неё жёсткий взгляд:

— Он доказал преданность. Ты видела. Он выжил там, где многие бы сгинули.

Роза не ответила, только стиснула челюсти и отвернулась.

— Есть ещё кое-что, ragazzi, — голос его стал глубже, в нём зазвучала особая тяжесть. — Сегодня мы получили весточку с фронта.

Он поднял письмо и начал читать:

— «Здесь 9-я горная бригада, Brigata Alpina "Lupo Azzurro"». Наши братья с севера, из Доломит. Они держали перевалы, но давление Сайрекс слишком сильное. Паровые големы ломают линии обороны, а судьи зачищают деревни по пути. Люди бегут вглубь Италии, а бригада отступает, сохраняя боеспособность».

Алессандро отложил письмо и перевёл взгляд на Кёрта и остальных:

— Они просят нас задержать силы корпорации, которые идут через наш город. Дивизия Сайрекс движется по тракту, через пару дней они будут в городе. Если мы ударим по складу и возьмём оружие, мы сможем устроить диверсию, заминировать улицы и мосты. Тогда «Lupo Azzurro» получит время перегруппироваться.

Он провёл пальцем по карте, очерчивая путь колонны: от вокзала к южным воротам, через мост и к фронту.

— Видите? Всё проходит через нас. Если мы ударим вовремя, мы задержим их марш на день, может, на два. Этого хватит, чтобы наши братья отошли без катастрофы.

Роза усмехнулась хрипло, но её глаза горели:

— Значит, мы не только за себя дерёмся. Теперь у нас долг перед Alpini.

Микеле, всё ещё возившийся с одной из гранат, поднял голову:

— Но тогда ещё важнее, чтобы мои игрушки сработали. Без них нам не остановить Chimären.

***

Первыми выдвинулась группа Розы. Она стояла в тени полуразрушенной колокольни, проверяя ремень на плече, к которому был прикреплён старый револьвер. Её волосы были затянуты под кожаный шлем.

Перед ней стояли семеро бойцов, каждый с самодельным оружием. Их лица скрывали шарфы.

— Слушайте сюда, — её голос был низким, но таким, что пронзал даже шум ночи. — У нас одна задача: поднять шум так, чтобы псы Сайрекс сорвались с поводка.

Один из парней с бандольером спросил дрожащим голосом:

— А если нас окружат?

Роза скривилась в ухмылке, в которой не было ни капли тепла:

— Тогда дерёмся до последнего патрона. Но этого не случится.

Она подняла руку, и отряд двинулся по узкой улочке, вынырнув прямо к перекрёстку. Там как раз шёл патруль — восемь солдат Сайрекс в стальных шлемах и двое Blutknechte в красных доспехах.

— Adesso! — коротко бросила Роза.

В тот же миг грянули первые выстрелы. Пули выбили искры из мостовой, один из солдат упал. Роза, пригнувшись, выстрелила из револьвера, попав в фонарь, погрузив перекрёсток в полумрак.

— В стороны! — крикнула она, бросая бойцов по разным углам улицы.

Blutknechte зарычали и пошли вперёд, их шаги отдавались, как удары молота. Один вытащил длинный тесак, другой топор, и их силуэты, красные в отблесках огня, выглядели как демоны.

Роза сорвала с пояса бомбу из жестянки с порохом и фитилём, зажгла её спичкой о стену и метнула под ноги одному из них. Взрыв прогремел, солдат отбросило в сторону, и улицу накрыл дым.

— Назад! — скомандовала она.

Бойцы бросились по переулкам, стреляя на бегу. Роза бежала последней, прикрывая отход.

***

Кёрт склонился ниже, ощущая холодную влагу под ногами. Канал, ведущий к старому монастырю-складу, был узким, пах плесенью и ржавчиной. Вода доходила почти до колен, и каждый их шаг сопровождался хлюпаньем воды.

Позади шли ещё четверо бойцов вместе с Микеле, что тащил на спине мешок с гранатами «Occhio Nero».

Микеле кивнул, поправляя очки, которые постоянно сползали на нос.

— Мне нужен доступ к механизму. Башня с турелью питается паром от генератора. Если доберёмся до него — смогу заглушить. Но... — он похлопал по мешку, — если что-то пойдёт не так, придётся использовать гранаты.

Один из бойцов, молодой парень с длинными волосами, пробормотал:

— А если и гранаты не сработают?

Кёрт посмотрел на него своими тяжёлыми, уставшими глазами.

— Тогда у нас останется только сила.

Кёрт выпрямился и упёрся руками в решётку. Металл был ржавым, но крепким. Несколько ударов ножом по задвижке и решётка поддалась, скрипнув так громко, что все замерли. Издали донеслись гулкие залпы винтовок и крики. Роза и её люди уже сражались.

Они вышли во двор, засыпанный обломками. Стены монастыря возвышались над ними, готические арки теперь служили бойницами, а через двор тянулись трубы, из которых валил пар. На башне вращалась турель, и её механический глаз искал движение внизу.

Кёрт поднял ладонь, приказывая всем лечь. В тени под аркой дежурили двое солдат Сайрекс, с винтовками наперевес, переговариваясь лениво, не зная, что враг уже рядом.

— Эти мои, — шепнул Кёрт.

Он выскользнул из тени. Первого солдата он схватил за рот и ударил ножом в шею, мгновенно приглушив крик. Второй успел повернуться, но Кёрт налетел на него, сбив с ног, и ударил ножом в лоб.

— Быстро, внутрь, — прошипел он.

Микеле склонился к одной из труб, извлёк из мешка круглый цилиндр и начал прилаживать его к клапану.

— Нужно время, — пробормотал он, и пот на его лбу блестел в свете факела.

В этот миг по двору пронёсся металлический топот. Из бокового коридора выкатился силуэт Chimäre: длинные механические лапы, туловище с паровыми котлами и лицо-маска с клыками.

Кёрт вскинул кулак, подавая сигнал, и бойцы приготовились стрелять.

— Нет! — выкрикнул Микеле. — Если откроете огонь, он заметит меня! Тяните время!

Кёрт выдохнул, крепче сжимая нож.

— Тогда тянем.

Кёрт шагнул навстречу чудовищу, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с гулом паровых цилиндров, что сотрясали двор. Chimäre медленно повернула морду-маску, из пасти которой валил горячий пар. Стеклянные глаза сверкнули в темноте, отражая огонь факелов, и чудовище издало резкий свист — предупреждение, словно рык.

— На меня! — выкрикнул Кёрт бойцам, махнув рукой, и двое бросились в стороны.

Громыхнув, она рванулась вперёд. Огромная лапа, вооружённая когтями-клинками, рассекла воздух, и Кёрт едва успел перекатиться в сторону, ударив по суставу ножом. Металл заскрежетал, но клинок лишь скользнул, оставив едва заметную царапину.

— Чёрт... — выдохнул он и выхватил у одного из бойцов обрез.

Монстр снова ударил. Кёрт вскинул обрез и выстрелил прямо в морду. Грохот прокатился по двору, и один из стеклянных глаз Chimäre лопнул, брызнув осколками и паром. Чудовище дёрнуло головой, издав пронзительный свист, но не остановилось.

— Держи его! — крикнул Микеле из-за трубы, руки его лихорадочно возились с устройством. — Ещё несколько секунд!

Chimäre опустила морду и пошла на таран. Кёрт понял, что отскочить не успеет. Он рванулся навстречу, в последний момент ухватился за выступ на боку монстра и вскарабкался на его корпус. Жар от раскалённых труб обжёг кожу, рубаха прилипла к телу, но он стиснул зубы и полез выше.

— Давай же... — пробормотал он, вонзая нож в сочленение пластин на спине. Пар вырвался с шипением, но Chimäre лишь тряхнула корпусом, пытаясь сбросить всадника.

— Готово! — заорал Микеле и сорвал кольцо на цилиндре.

В ту же секунду устройство засвистело, вспыхнув голубым светом. Волна гулкого резонанса пронеслась по двору. Металл Chimäre завибрировал, лапы дрогнули и подкосились. Чудовище издало последний пронзительный свист, как зверь, которого зарезали, и рухнуло прямо на камни, с грохотом разлетаясь искрами и клубами пара.

Кёрт скатился с туши, едва удержав равновесие, и тяжело дыша посмотрел на Микеле.

— Сработало.

Бойцы облегчённо засмеялись, но Кёрт не улыбался. Он смотрел на рухнувшую Chimäre, понимая, что впереди их ждёт куда больше таких машин.

— Я же говорил... «Occhio Nero» — наш билет в будущее. — Сказал Микеле.

— Если это будущее, — хрипло сказал Кёрт, — нам придётся заслужить его кровью.

Двор ещё дымился от рухнувшей Chimäre. Кёрт вытер пот со лба, сжимая нож, и кивнул бойцам:

— Вперёд. Не даём им опомниться.

Микеле, тяжело дыша, оторвался от устройства и подхватил мешок с гранатами.

Двери распахнулись от удара плечом, и повстанцы ввалились в просторный зал, освещённый газовыми лампами и паровыми фонарями. Стены были уставлены ящиками с маркировкой Сайрекс: винтовки, коробки с патронами, бочки с взрывчаткой. Но радость была недолгой — из боковых коридоров выскочили охранники: десяток солдат в чёрных мундирах с карабинами.

Выстрелы грянули эхом, пули рикошетили от стен, разбивая лампы и погружая зал в полумрак. Один повстанец — молодой парень с длинными волосами, упал сразу, простреленный в грудь, его тело осело у входа. Микеле метнул «Occhio Nero», граната взорвалась вспышкой, ослепляя ближайшего солдата.

Кёрт вынырнул из укрытия и полоснул горло ослеплённого, перехватывая его карабин, после чего он начал вести прицельную стрельбу по остальной охране, прикрываясь телом их товарища.

Большая их часть упала сразу, а остальные попрятались за ящиками, но пока Кёрт их отвлекал, трое повстанцев окружили оставшихся двоих охранников, отказавшихся сдаваться.

Зал затих, эхо выстрелов угасло. Они набивали мешки: автоматические винтовки, коробки патронов, динамитные шашки, гранаты. Микеле схватил ящик с взрывчаткой, бормоча:

— Это изменит всё!

Потери жгли душу, но добыча была богатой, достаточно, чтобы вооружить весь лагерь и устроить диверсию против дивизии Сайрекс.

***

Группа Розы вернулась первой, с царапинами и синяками, но без потерь. Их отвлекающий манёвр удался. Когда Кёрт и остальные ввалились, неся мешки с трофеями, лагерь взорвался криками радости. Алессандро встретил их у входа, его седые волосы растрепались, но глаза сияли:

— Bene, ragazzi! Вы сделали это.

Кёрт, опустившись на скамью, принялся потирать ушибленное плечо.

В этот момент к нему подошёл мужчина лет пятидесяти, как и Алессандро. Он был одет в потрёпанную военную куртку с нашивками старой итальянской армии. Это был Винченцо Бьянки, квартирмейстер и оружейник лагеря, а ещё бывший сержант.

Так вот он, новый герой, — прогремел Винченцо низким, хриплым голосом с сильным итальянским акцентом, хлопнув Кёрта по здоровому плечу. — Я Винченцо Бьянки, держу здесь всё в порядке. Оружие, еда, патроны — через меня. Ты принёс сокровища, ragazzo! Эти винтовки... немецкие, свежие — просто что-то.

— Спасибо, но я был не один.

— Но сыграл ключевую роль. — Добавил Микеле, улыбаясь.

Алессандро, его седые волосы растрепаны после бессонной ночи, поднял кружку с вином и повернулся к Кёрту, хлопнув его по здоровому плечу.

— Ragazzo, ты сделал невозможное, — произнёс он гулким голосом, полным искренней гордости. — Штурм удался благодаря тебе. Ты повёл людей через ад, и мы вернулись с оружием, которое изменит всё. Поздравляю, Кёрт Касл — ты настоящий боец.

Кёрт кивнул, его плечо всё ещё ныло от раны, но в груди разливалось тепло — впервые за долгое время он почувствовал, что принадлежит к чему-то большему. Роза, стоявшая в стороне со скрещенными руками, наконец шагнула вперёд. Её тёмные глаза, обычно полные подозрения, теперь смотрели на него с уважением, хоть и с лёгкой усмешкой.

— Ладно, Касл, — сказала она хрипло, не отводя взгляда. — Ты не просто болтун. Я признаю — ты хороший боец. Не подведи в следующий раз, иначе я тебя хоть из-под земли достану.

Её слова были краткими, но для Розы это было равносильно объятию. Группа зашепталась одобрительно, Микеле хлопнул в ладоши, а Винченцо Бьянки, оружейник, уже копался в трофеях.

— Но не всё так просто, — сказал Алессандро, мы потеряли парня по имени Марио. Его мать, Анна, живёт в старом квартале. Она ждёт вестей. Я... не могу взглянуть ей в лицо. Слишком много матерей я уже оповестил. Кёрт, ты новичок, но ты сильный. Сделай это завтра. Скажи ей правду — он пал героем, за свободу. И... останься, если сможешь, чтобы утешить.

Кёрт молча кивнул, чувствуя тяжесть задания. Ему предстоял бой не в привычном понимании, но что-то куда тяжелее, сражение за сердце матери, которая потеряла сына, и он не имел право его проиграть.