Осколки судьбы
Лезвие сверкнуло в слабом свете фонаря. Томо не успела осознать, что происходит, как Рэн уже отразил атаку. Раздался звон металла, от которого у неё по спине побежали мурашки.
Мужчина, пришедший за ней, шагнул назад, готовясь к следующему удару.
— Не глупи, Рэн, — произнёс он хрипло. — Это не твоя война. Отойди.
Рэн не сдвинулся. Его глаза, тёмные, как ночное небо, не выражали ни страха, ни сомнений.
— Ты забрал у неё право выбора, — ответил он спокойно. — Теперь она сама решает, что делать.
Томо смотрела на них, её сердце бешено стучало. Она знала этого мужчину. Это был Итагаки — один из тех, кто служил госпоже Кикуэ. Он не был гейшей, но его присутствие в окейе всегда внушало страх. Он был глазами и руками хозяйки, её тенью, карающей тех, кто осмеливался перечить установленному порядку.
— Уходи, — сказала она, собрав в кулак остатки своей решимости. — Я не вернусь.
Итагаки чуть наклонил голову, словно оценивая её слова.
— Ты не понимаешь, что говоришь, Томо. Ты выросла в том мире. Ты принадлежишь ему.
— Нет, — прошептала она. — Это была иллюзия.
Рэн сделал шаг вперёд, чуть наклонив клинок.
— У тебя есть последний шанс уйти, Итагаки.
Мужчина скривил губы в ухмылке.
— Думаешь, я боюсь тебя, ронин?
В следующую секунду он снова бросился вперёд.
Бой без права на поражение
Томо не видела ударов, они были слишком быстрыми. Только звон мечей, вспышки стали в полумраке, тяжёлые шаги на деревянном полу.
Рэн двигался легко, словно танцуя. Он уклонялся, отражал атаки, каждый его выпад был точен, как у опытного воина.
Но Итагаки был не менее опасен. Он бил яростно, безжалостно, как человек, привыкший ломать чужую волю.
Томо чувствовала, как сжимается её горло. Если Рэн проиграет, она потеряет свою свободу.
Она не могла этого допустить.
Тогда её пальцы коснулись ножен.
Маленький нож — канзаши, который она всегда носила в волосах, — был её единственным оружием.
Сжав рукоять, она бросилась вперёд.
Итагаки не ожидал удара. Её клинок скользнул по его плечу, оставляя тонкую линию крови.
Он резко обернулся, его глаза вспыхнули гневом.
— Дрянь! — прошипел он.
Но этого момента было достаточно.
Рэн двинулся вперёд, его меч описал дугу, и в следующую секунду клинок Итагаки упал на пол.
Томо замерла.
Итагаки стоял, тяжело дыша. Его правая рука была рассечена, кровь капала на дерево.
— Уходи, — сказал Рэн. — Больше не возвращайся.
Мужчина сжал зубы, но понял, что проиграл.
— Ты пожалеешь об этом, — бросил он, прежде чем исчезнуть в темноте.
Томо почувствовала, как напряжение схлынуло. Её ноги подогнулись, и она опустилась на колени.
Рэн убрал меч в ножны и посмотрел на неё.
— Ты справилась, — тихо сказал он.
Она подняла взгляд.
— Это только начало.
Рэн кивнул.
— Да. Но теперь ты не одна.
Впервые за долгое время Томо почувствовала, что её жизнь — действительно её собственная.