Долгий путь к свободе
После боя ночь окутала Киото тишиной, но Томо знала — это затишье не будет долгим.
Рэн сидел напротив неё, спокойно заваривая чай. Несмотря на схватку, он выглядел так, будто ничего не случилось.
— Что теперь? — спросила она, крепко сжимая в руках чашку.
— Теперь ты должна решить, — ответил он, не поднимая глаз. — Мы можем уйти отсюда, пока они не вернулись. Или остаться и встретиться с последствиями.
Томо задумалась.
Она сбежала из мира, в котором прожила всю свою жизнь, но мир гейш не отпускал её так просто. Госпожа Кикуэ не остановится, пока не вернёт свою «собственность».
Но если она уйдёт... Это будет очередной побег.
— Я не хочу снова прятаться, — сказала она наконец.
Рэн кивнул, словно ожидал этого ответа.
— Тогда тебе придётся стать сильнее.
Он встал, подошёл к стене, где висела его катана, и протянул ей деревянный тренировочный меч.
— Начнём прямо сейчас.
Первый урок
Меч оказался тяжелее, чем она думала. Томо с трудом удержала его в руках, а когда попыталась поднять, ощутила, как напряглись мышцы.
— Это только кусок дерева, — усмехнулся Рэн. — Что ты будешь делать, если придётся держать настоящий клинок?
Она сжала рукоять.
— Я научусь.
— Хорошо, — сказал он. — Тогда первый урок: твой враг не должен читать твои движения. Будь лёгкой, как тень.
Он сделал шаг назад, поднял свой меч и встал в боевую стойку.
— Нападай.
Томо колебалась.
— Но я...
— Ты уже атаковала сегодня, — напомнил он. — Или ты думаешь, что в следующий раз у тебя будет время на сомнения?
Она стиснула зубы и шагнула вперёд.
Первый удар был неловким, тяжёлым, предсказуемым. Рэн легко его отбил, даже не шелохнувшись.
— Ещё раз.
Она снова попыталась.
И снова он отклонился, как будто знал, что она сделает.
— Ещё.
Томо тяжело дышала, но продолжала. Каждый её выпад был встречен, каждый удар — отклонён.
Но она не сдавалась.
Рэн наконец опустил меч.
— Хорошо, — сказал он. — Ты упрямая. Это поможет.
Она усмехнулась сквозь усталость.
— А ты суровый учитель.
— Если хочешь выжить, я должен быть суровым.
Она кивнула.
Их урок продолжился.
И с каждым ударом, с каждым шагом Томо ощущала, как её мир меняется.
Она больше не была гейшей, которая ждёт своей судьбы.
Теперь она сама её творила.