Бонус 2
— Оммо! Чанёль, либо ты сейчас же подойдёшь ко мне, либо я оставлю тебя дома, — сурово крикнул Тэхён, упирая руки в бока. Из-за двери высунулась растрёпанная черноволосая макушка, и мальчик обидчиво показал язык. Темноволосый омега тихо зарычал сквозь сжатые зубы, когда из комнаты его сына-альфы послышался звонкий смех Чонгука. — Тебя дискриминирует даже собственный сын, — смахивая слезинки с глаз, брюнет согнулся пополам, держась рукой за дверной косяк. Тэхён стрельнул в него злым взглядом, а потом развернулся на пятках и, натянув кроссовки, вышел за дверь. Осень — его любимое время года. Особенно этот день — 16 ноября. День, когда, наконец, появились отношения с Чонгуком. И Тэ, разумеется, всё устраивало, кроме характера его сына — вот уж не думал Ви, что Чанёль пойдёт в него. Он, конечно, безумно любил этого маленького засранца, но хотел и милого омежку, как Бэкхён. Какая ирония: Мин Бэкхён — сын Чимина — родился омегой, и всё бы было, как обычно, но надо же было стать истинным именно Чанёля. Которому всего шесть лет, между прочим! Но альфа уверенно заявил, что Бэкхён — его омега, что они сразу поженятся, и запретил хрупкому Бэкки подходить к другим альфам. «Совсем как ты», — с нервной улыбкой вздохнул тогда Тэхён, сидя рядом с Чонгуком. Тэ пригладил волосы своего натурального, но такого непривычного цвета, и выдохнул облачко пара в воздух. Спешить было некуда — Чимин ждал их только через час, но нужно было дать время Чанёлю в спешке натянуть свои ботиночки, курточку и выскочить вслед за ним. Он поднял глаза наверх, разглядывая молочные облака, словно размазанные сухой кисточкой по бледному небу. И всё же он обожал осень. Её пасмурные, оранжево-лиловые дни, обнимающие холодом и свежестью. — Папа, ну, прости, — неожиданно, вернее, как раз вовремя, в Тэхёна врезается Чанёль, обнимая его за ногу. — Я больше не буду капризничать. Конечно же будет, и Тэ это знает, но за тёплые объятия двух альф — сына и мужа — он готов потерпеть. Чонгук, усмехаясь, обнимает его за талию, целуя в ухо. Ви всегда был манипулятором, и, даже зная это, брюнет бы тоже бросился его догонять, со всей ясностью осознавая, что просто делает то, что хочет омега.
***
— Чанни, ты пришёл, — тихо, даже как-то ласково тянет пятилетний Бэкхён, обнимая младшего альфу.— В общем, приедем, как обычно — часов в семь, смотри, чтобы они ничего не натворили, — Тэхён пригладил тёмные волосы, повторяя каждый раз одно и то же, зная, что Чимин его почти не слушает, умиляясь детям.— Как скажешь, Тэ, — парень кивнул, запуская руку в такую же яркую, как в годы учёбы, шевелюру красного цвета и на автомате поймал Бэкки, запнувшегося за свои кроссовки. Передав хрупкого омежку в руки Чанёля, он проследил, как дети утекают в гостиную, и вернулся к паре. Его так устраивала его жизнь: Юнги работает, на удивление, мало, но за высокую зарплату, пока он сидит дома и пишет книги, следя за Бэкхёном. С Джином и Тэхёном они видятся почти каждый день, выбираясь либо к кому-нибудь, либо погулять. В субботу Тэ завозит к ним Чанёля, потому что истинные не могут друг без друга, хоть и в таком малом возрасте. Восьмилетний Кёнсу заходит реже, но всё же заглядывает, чтобы увидеться с младшими.— Я прочитал твою новую книгу, кстати, — вспомнил Тэ, поднимая глаза на друга. — Не думал, что я убийца, ты удивил меня.— Не ты, а твой прототип. Кто бы мог подумать, что парень, закончивший вокальное отделение с отличием, станет писателем?.. Но, Тэхён признавал, что книги Чимина не даром получили такое признание.— Чем собрались заниматься сегодня?— Я думал полениться, полежать на диване, посмотреть фильм, — перечислил Тэ, пока Чонгук сзади покорно кивал, абсолютно не вникая в смысл слов омеги — телефон смог заинтересовать его гораздо больше. Он-то знал, что у Тэхёна течка.
***
Тэхён звонко вскрикнул и плотнее прижался к Чонгуку, зарываясь носом в ключицы младшего, в который грёбанный раз за вечер. Брюнет тихо усмехнулся, обнимая Ви ещё сильнее.— Ты это специально, да? — прохныкал омега, надувая губы и оттягивая голову Чонгука за волосы.— О чём ты? Напущенная невинность почти заставила Тэхёна засмеяться, но очередной крик с заднего плана лишь поспособствовал тому, что шатен снова уткнулся в ключицы мужа и тихо всхлипнул.— Я ненавижу эти ужастики!— Знаю, — кивнул младший, не отрывая глаз от экрана. — Но ты сам виноват.— В чём же?— В том, что нужно лучше прятать таблетки для заглушения запаха, — усмехнулся альфа, тут же опрокидывая растерянного Тэ на диван. — Ты же не думал, что я не замечу его? Пока старший не успел отреагировать очередной остротой, Чонгук отвлёк его поцелуем, чуть приподнимая край растянутой футболки, причём, своей же. Что поделать, если омега так любил его одежду. Тэхён сопротивляется ровно десять секунд, почему-то думая, что Чанёль дома, и в любой момент любопытный и непоседливый альфа может зайти в гостиную.— Чанёль...— Не волнуйся, дети не увидят, — выдохнул ему в ухо Гукки, проводя рукой по животу, и задевая пальцами чувствительные соски омеги.— Какие дети? Ты ебанутый? У нас один ребёнок, — прохрипел Тэ, закусывая губу после очередного поцелуя в шею.— Не проблема, Вишенка, мы можем это исправить. Тэхён сипло засмеялся, прерываясь на очередной стон. Брюнет, чуть надавливая, провёл по боку, оттягивая край домашних шорт мужа. Омега бесстыже стащил с Чонгука футболку, абсолютно забывая о глупом ужастике на заднем плане. Как и тогда, первый раз, все таблетки мгновенно забылись. Кожа стала отвратительно чувствительной, Тэхён выгнулся от аккуратного прикосновения к возбуждённому члену и прикрыл глаза.— Ты же не против? — хрипло спросил младший, проводя языком по дёрнувшемуся кадыку.— Я уже восемь лет как не против, — усмехнулся Тэ, выгибаясь навстречу двум пальцам внутри. — Хватит медлить!— Как скажешь, любимый. Шатен протяжно застонал, с наслаждением закусывая губу и хватаясь за плечи Чонгука. Он уверен, что ещё с прошлого раза царапины не пропали, но и в этот раз живого места на ней не останется. Скорость толчков постепенно увеличивалась, голова Тэхёна пустела, и он с каждым разом стонал всё громче, впиваясь ногтями в плечи младшего. Чонгук, оставив излюбленные засосы на шее омеги, взял его за руку, переплетая пальцы.— Я так тебя люблю, — нежный, лёгкий, простой поцелуй в лоб, и тихий, любящий шёпот заставляют Тэ коротко вскрикнуть и кончить себе на живот, сжимая в себе Гукки.— И я тебя, — проурчал в тёплых объятиях шатен, чувствуя, как внутри нарастает узел.
***
— Чими~ин, ты где? — прокричал с порога Юнги, стягивая с себя кроссовки. На улице бушевала стихия: дождь безжалостно хлестал в лицо, ветер пробирался под осеннее пальто, пуская по телу стаи мурашек. Настроение у него под вечер совсем испортилось, но любимый муж его обычно всегда, кхм... расслаблял.— Уснул что ли? — проворчал себе под нос блондин, заглядывая в комнату. Перед глазами возник спящий Чимин, сидящий на полу и положивший свою голову на руки, лежащие на кровати их сына. Бэкки мирно посапывал в объятиях Чанёля, которого Тэ и Чонгук по обоюдному согласию обоих семей сбагривали им на всю субботу.— Чим-Чим, просыпайся, — прошептал Юнги, ведя рукой по волосам омеги.— Ты уже вернулся? — сонно пролепетал темноволосый, потирая глаза. — Прости, я замотался, не успел приготовить ужин.— Плевать на ужин, я не голодный, — отмахнулся старший, утягивая мужа в их спальню. — Пойдём спать, а то я им даже завидую. Чимин посмотрел на детей, тепло улыбнулся и направился за альфой, обнимающим его за плечи. Юнги по-прежнему не был нежным или розово-ванильным, но старался измениться в лучшую сторону. Как же младший обожал наблюдать за его восторженным лицом, когда Бэкхён только родился. И как он целовал его, шепча, что безумно любит и благодарен ему. Нда, редкость, но бывает.— Почему Чонгук не забрал Чанни сегодня? — спросил Юнги, пока Чимин бережно развязывал его галстук и расстёгивал мелкие пуговички на рубашке.— У Тэ течка, не думаю, что они уснули за просмотром фильма, — усмехнулся в ответ шатен, убирая вещи мужа в шкаф. Чмокнув старшего в щёку, Чимин залез под одеяло, растворяясь в тёплых объятиях альфы. Юнги прижал его ещё ближе, вдыхая сладкий аромат темноволосого.— И всё же, думаю, скоро они будут привозить по субботам не одного, а двух детей, — уже в полудрёме хихикнул Чимин, втайне радуясь, что всё же они с Тэ породнятся — дети-то истинные, как-никак.
***
— Ну что? Ты был на УЗИ? — спросил Чонгук, допивая свой кофе, перед тем, как поцеловать угрюмого Тэхёна в нос.— Сходил. Это альфа... Опять. Брюнет довольно улыбнулся, расстёгивая белоснежную рубашку. Он, конечно, знал, что старший радуется, но никогда не забудет той истерики с матами и сковородкой наперевес о том, что он не хочет сидеть ещё один декретный отпуск дома в безделице.— Тогда чего такой хмурый?— У меня странное предчувствие насчет нашего альфы. Сегодня со мной ходил Джин, а потом мы зашли к нему, выпить чая, и дома, разумеется, был Кёнсу. Он так принюхивался, а потом у меня ещё и живот прихватило... — хмуро поведал ему Тэ, домывая посуду.— А, может, у тебя в животике истинный Кёнсу? Будет очень забавно, Чанни с Бэкки — сыном твоего друга, а Чонин, и да, я уже выбрал ему имя, которое не обсуждается, станет истинным Кёнсу — сыном твоего второго друга.— Пошутили и хватит. Чонгук тихо засмеялся, обнимая Тэхёна за талию. Семейная идиллия — всё, что ему было нужно. И кто бы знал, что его предположение окажется верным...