II
На небольшой сцене стояли барабаны, две гитары, одна из них, видимо, бас, и микрофон. Свет красных сафитов был направлен на музыкальные инструменты. Красивые тени отбрасывали они на пол. Начало интересное. В баре приглушили свет, делая его темно-красным под цвет тех же сафитов. Атмосферность зашкаливала. На сцену вышли четрые молодых парня, кардинально разной внешности. К барабанам подошёл длинноволосый брюнет, к бас-гитаре блондин. К простой гитаре рыжеволосый, а к самому микрофону русоволосый фронтмен.
Бегло поздоровавшись, они заиграли известные аккорды рок-баллады «Still loving you». Губы Лизы тронула еле заметная улыбка. То ли тоски, то ли радости. Марина слегка сочувственно положила руку на ее плечо, мол, держись, мы рядом.
Лиза подвинула к себе бокал знаменитого Лонг-Айленда, делая глоток. Горечь крепкого алкоголя прошлась по горлу, расслабляя тело. Все заботы вмиг отступили назад, растворяя душу в музыке и алкоголе. У фронтмена группы был довольно мощный голос и привлекательная внешность. Только… Только это совсем не волновало Лизу. Вместе с наслаждением в голову проникла грусть. Она зародилась где-то под солнечным сплетением, противно сдавливая тело. От этого становилось противно. Девушка тряхнула головой, отгоняя лезущие в голову мысли и сделала глоток коктейля.
Музыканты заиграли медленную балладу. Марина потащила Лизу танцевать. Алкоголь прильнул к голове, она согласилась. Медленные движения бедрами. Некая раскрепощенность, свобода движениям и мыслям. Она подняла руки вверх, плавно двигаясь в такт музыки. Закрыла глаза. Отдаваясь музыке, словно молодая лиственница ветру она пластично изгибалась. Музыка будто сама вела ее телоч управляя им. Так и манила взгляды. Каждое движение было наполненно природной грацией. Голова предательски закружилась. Ноги подкосились, но Верховенская от открыла глаза и словила на себе хищный взгляд фронтмена, он подмигнул, продолжая исполнять песню. Губы и глаза. Все как у него. Чертовски притягательная харизма. Незаметно тряхнув головой, девушка, выдавив улыбку прошла к столику.
За ним, собственно, раздавался яркий смех ребят. Видимо, Миша опять рассказывал свои анекдоты. Маринка улыбалась Антону, а он гладил ее по спине. От этой всей картины было так тепло на душе. Девушка села в свое кресло, произнося:
— Ребя-ят, я походу это… Все… — язык слегка заплетался, но до опьянения в стельку ещё не дошло, — Я пойду выйду пока, воздуха тут не хватает что-то…
— Давай я тебя провожу? — предложил Мишка, протигивая руку, мол, давай, соглашайся. В его глазах читалось явное настаивание, но Лиза уверенно покачала головой.
— Извини, я должна сейчас побыть одна, — мотнула головой она, понимая, что сейчас ей не нужен никто. Друзья понимающе кивнули, за что она им была очень благодарна.
Нервная музыка у ушах. Словно волнительная скрипка, в руках профессионального музыканта. Девушка накинула на плечи пальто, обматывая шарф на шее. Она, буквально вылетела из бара, встречаясь глазами с красивыми светящимися шариками. Было уже где-то часов одиннадцать. Счастливые люди гуляли по пешеходной улице. Улыбались друг другу. Какие-то парочки целовались на глазах у всех, не стесняясь ничего. А она не чувствовала ничего. Кроме какой-то боли под сердцем.
На нос упало что-то мокрое. И холодное. Ещё раз. И ещё. Верховенская подняла голову вверх. Снег. Первый снег. Губы растянулись в наивно-детской улыбке. В животе поселились те самые бабочки, что играли на контрасте. Такое ощущение абсолютного счастья. Когда все проблемы отступают назад, позволяя счастью взять вверх. Глаза блестели в свете шариков. И слез. Просто слез. Из неоткуда.
Она стояла по центру улицы, совершенно не обращая внимания на прохожих. Погрузившись в момент. И было в этом что-то необычно-спокойное. Будто бы на секунду она погрузилась в детство. Когда снег облепляет ресницы. Когда щеки розовые от мороза. А в носу стоит запах любви. Простой любви. До боли знакомой любви.
***
В кафешке было необычайно много людей. Много мыслей и чувств. Напротив сидела Лина с Владом. Они увлеченно беседовали, а Олег пил кофе. Получалось как-то странно. Он всех позвал и в итоге сидит одиноко. Было душно. Шепс вертел в руках то самое кольцо.
— Олег… Олег! — повысила голос Джебесашвилли, щёлкая пальцами около его лица. Шепс перевел пустой взгляд на нее, в миг делая его более эмоциональным. Влад как всегда улыбался.
— А? — спросил он, выплывая из омута своих мыслей.
— Так что, ты пойдешь на «Сильнейших»? — спросил Череватый, сверкая глазами.
— Не знаю пока, — угрюмо ответил он, отпивая кофе. Лина пыталась вглядеться в глаза. Как же глупо. — Я выйду, хорошо? Мне душно.
Звучало совершенно никак вопрос. Наоборот. Как констатация факта. Лина кивнула, возвращаясь к активной дискуссии с Владом. На сколько он понимал, спор был про магические амулеты.
Сняв с вешалки кашемировыюое чёрное пальто. Олег выскочил на улицу, вдыхая морозный, ещё осенний воздух. Падал снег. В лучах светящихся звёздочек маленькие снежинки выглядели словно бриллианты. Они падали и таяли сразу же, когда касались земли. Такая красота, тающая на земле. Несправедливо.
Его внимание привлекла почему-то знакомая фигура в таком же пальто, только оно было коричневым. Она просто стояла посреди улицы и подняв голову вверх смотрела на снежинки. Будто бы это было восьмое чудо света. С такой детской наивностью. До умиления смешно. Та шишка на затылке уже совершенно расплылась. И средней блины волосы лежали по плечам. Так небрежно аккуратно, что почему-то захотелось провести по ним рукой.
Олег обперся о маленькую колонну здания, не сводя глаз с нее. Темные глаза буквально впивались в ее шею. Нет. Не было абсолютно никаких мыслей. Просто какое-то умиление. На его губах заиграла улыбка.
Девушка тряхнула головой, испуганно оглядываясь по сторонам. Шепс усмехнулся, похожа на оленёнка. Пугливого и маленького. Ему сразу же вспомнились бегающие глаза девушки вагоне метро и сдавленное «И-извините…».
Она поправила шарф, запутываясь плотнее. Холодно. Сморщила нос, и сделала шаг. В глазах было видно смятение и немой вопрос: «Куда?» В его глазах показалось то чувство, когда в детстве смотришь на только родившегося котенка.
— Олег! — послышался голос Лины, которая шла под руку с Владом, улыбаясь. — Есть мысль, едемте ко мне, Луна у бабушки, а у меня припрятано две бутылки вина-а… — заговорщически сверкнув глазами, она посмотрела на Шепса, потеребив серьгу в виде месяца.
— Давайте в этот раз без меня, — вздохнул медиум, поправляя рукой волосы. Конечно, его поступки были очень странны. Сначала позвал Лину и Влада провести вместе время, а теперь вот. Кайф. Лина посмотрела на него жалостливо. Видимо, Саня ей что-то да сказал. Сволочь такая.
— Хорошо, только будь осторожен, не хотелось бы в новом сезоне расследовать смерть друга-экстрасенса, — усмехнулась она, подмигивая Шепсу. — Давай до связи! — по дружески потрепала его по плечу она.
— Пока, — произнес Влад и побрел за Линой.
Олег посмотрел в сторону той незнакомки. Пусто. От детских глаз и наивной радости не осталось и следа.
***
Маринка была пьяная в стельку. Не сдержавшись, Лиза тоже напилась. Было как-то весело. И очень плохо. Ноги заплетались. Жар по всему телу и пьяные мысли. А ещё те глаза. Холодные, как лёд. А руки теплые. Даже горячие. Хватка крепкая, но нежная. Взгляд затуманился. Силуэты размывались. Шатаясь на каблуках, девушка вцепилась в руку совершенно трезвого Мишы, который уже галантно вызвал ей такси. Маринка повисла на шее Антона, мягко шепча ему что-то на ухо. У кого у кого, а у них двоих явно будет продолжение вечера. Девушка споткнулась на пустом месте. Миша накинул ей на плечи пальто, выводя из бара.
Девушку ждал Рустем на черной ладе «САР 256». Миша закрыл дверь, добродушно помахав на прощание. Маринке и Тоше было не до нее. Их уже ждала машина Антона. Тихо играла по радио Анна Асти. Лизавета уже не различала слова. Но от грустного мотива стало слишком тоскливо. Тушь осыпалась под глазами, на лодышке красовалась стрелка на колготках. Ноги противно ныли от усталости, а лицо слегка сводило из-за тональника. Попав в небольшую пробку, девушка увидела Пятёрочку. Прочистив горло, она произнесла:
— Можете меня высадить зд-десь, я дойду дальше сама. — мужчина кивнул, сворачивая к магазину. Только сейчас девушка заметила, что в салоне пахнет дождем. Девушка неосознанно улыбнулась, открывая дверь авто. Морозный воздух заставил поежиться. Медленно шагая к магазину девушка пару раз чуть не поскользнулась. Волосы спадали на плечи, отчего были полу-мокрыми. Снежинки покоились на прядках русых волос.
В магазине практически не было людей. До закрытия было минут двадцать. Уставшие кассиры ожидали окончания рабочего дня, дремая на кассе. Девушка подошла к мясному отделу. Лорд по-любому будет голодным. Взяв первое попавшееся филе, она пошла в сторону минералки. Каблук подвернулся, девушка впечаталась носом в кого-то.
Олег
К ночи у меня опять появился прилив бодрости, сука. Сев за руль, я включил любимую музыку, пытаясь сконцентрироваться на дороге. Хотелось быстрее домой, но есть хотелось больше. Я завернул к ближайшему магазину, уже мечтая о том, как буду готовить чёртову курицу. В Пятёрочке было как на кладбище — одиноко и мертво. Продавцы спали прямо на рабочем месте. Я пошел к мясу. Обратив внимание на стенд с более менее свежими помидорами, в мою грудь впечаталась чья-то фигура.
Скоорденировавшись, Олег осторожно отодвинул от себя пьяную и уже знакомую девушку. Ее взгляд господи-простите-пожалуйста-я-не-случайно, виднелись пузыри всех тех коктейлей, которые она сегодня выпила. Хмыкнув, Олег произнес:
— Добрый вечер. Если вы и завтра сумеете меня сбить, я буду думать, что вы за мной следите.
*
До Лизы не сразу дошло, что случилось и кого она встретила. Алкоголь ударил в голову и осмелившись, она выпалила:
— М-может, это вы за мной следите! — она ткнула ему пальцем в грудь, где несколько секунд назад был ее аккуратный носик. Олег хрипло рассмеялся, убирая ее палец в сторону, чем вызвав ее негодование.
— Поверьте, мне проблемы не нужны. По крайней мере с законом, — он поднял с пола ее упавший фарш, вручая ей в ладони, — Вы живёте здесь рядом? — его голос стал вмиг серьезнее, а в глазах пропала та искорка смеха.
— А вам какое дело? — с вызовом бросила она, мотнув головой, ещё больше взлохмачивая волосы.
— Я же маньяк, что вы, собираюсь воспользоваться пьяной девушкой, довольно симпатичной между прочим… — протянул он мило ухмыляясь В глазах Лизы было прямое непонимание. Видимо, она восприняла все всерьез.
— А…э… — глаза беспокойно забегали по лицу и шее мужчины, ищя какую-то подсказку что-ли…
— Шутка. Вы пьяны, уже поздно, я могу вызвать вам такси или подвезти до дома, решайте сами, — он снова посерьезнел. В глазах возникла твердость и явно он настаивал. Девушка пробежалась взглядом по металлической цепочке на его шее. Пока он изучал ее взмокшие волосы.
— М-можете подвезти… У меня с собой только сотка осталась, а карты нет с собой… — она неловко заправила выбившуюся прядь за ухо, снова пряча глаза. Шепс кивнул.
— Идём.
***
Казалось, что за эти десять минут, Верховенская протрезвела так, будто проспалась сутки. Она заплела волосы в хвост, который был чуть выше лопаток. Девушка, сидела на заднем сидении по середине, изучая глазами салон автомобиля. Конечно, первые минут восемь она с опаской смотрела на защёлку на двери, но ничего так и не изменилось. Кожаный бежевый переплет кресел и обшивки гарнитура смотрелся дорого. В воздухе витал аромат ментоловых сигарет, но кожа не была пропитана ими. Можно было уловить нотки океана и хвои. Интересное сочетание… Вроде, он вызывал доверие. А она указывала дорогу. Говоря «налево… А сейчас направо.»
Олег вел машину уверенно, совершенно не отвлекаясь на пассажирку. Он вел машину одной правой рукой, держа ее сверху руля. Шепс прямо смотрел на дорогу, совершенно не обращая ни на что внимания. Было необычно видеть такую сосредоточенность. Обычно, когда Лизу кто-то подвозил до дома, это был Антон, он всегда переключал музыку, постоянно отвлекаясь, но с ним все равно было ощущение безопасности.
Лиза облокатилась на удобное сиденье, усталости прикрывая глаза. Изредка, когла они проезжали слишком яркие фонари они виднелись сквозь закрытые веки. Мысли становились все тише, а дыхание громче. Девушка заснула.
— Сейчас куда? — спокойно спросил Олег, останавливаясь на перекрестке. Молчание. Он обернулся. Лиза, зарывшись лицом в шарф спала. Шепс тихо вздохнул и развернулся, уезжая прочь.
***
Открыв дверь одной рукой, Олег первым делом отнес крепко спящую девушку в свою спальню, снимая с нее пальто, шарф и туфли. Лиза во сне мило сообщила нос. Ее ресницы слегка поддрагивали. Возможно, ей что-то снилось. Распущенные волосы упали на мягкие подушки. Шепс налил ей воды, поставив рядом таблетку аспирина. По себе знает, просыпаться с похмелья — не есть хорошо. Задвинув плотные шторы, он накрыл ее одеялом и вышел из комнаты, думая о том, что завтра она, возможно будет истерить. А может и нет.
Медиум зашёл в душевую кабину, включая горячую воду. Капли барабанили по спене, смывая все плохое. Шепс верил, что вода очищает душу. И не то, чтобы это что-то сверхъестественное. Нет, это просто ощущение. Ощущение того, что ты снова чист душой, хотя бы до утра. Во сне все люди чисты как дети.
Черные волосы облипили лицо, капли воды скопились у ресниц. Скатывались по телу и небольшим шрамам на шее. Не яркое освещение успокаивало. Горячая вода приводила в состояние покоя. Олег выключил воду, вытерев кожу, он надел старые шорты с растянутой футболкой. Открыв дверь в нос врезался резкий запах. Не тот, который стал привычным за несколько лет проживания в этой квартире. Нет. Пахло сочными грушами и медом. Сладко сладко. И еле уловимая нотка кофе.
С раннего детства Шепс-младший очень четко чувствовал запахи. От людей, от зверей, от пространства. Это даже иногда помогает. Шепс усмехнулся какими-то своим мыслям.
Подойдя к полкам, он вытянул томик Кафки. Ложась на диван, его глаза забегали по строчкам писателя. Прочитав пару глав, медиум заснул.
***
Коварный лучкюик солнца все-таки пробрался сквозь плотные шторы. Он игрался с ресницами спящей девушки, намереваясь ее разбудить. Ресницы задрожали. Лиза потянулась руками к глазам, ещё больше размазывая тушь. Разлепив глаза, девушка огляделась. Незнакомая комната. Темный интерьер. Подгружая память, она вспоминала вчерашний вечер. Мужчина, магазин и его машина.
«Я заснула у него в тачке, а он меня не разбудил… Соответственно, я у него дома…». Отодвинув теплое одеяло, она убедилась, что ничего страшного не произошло. Просто он галантно снял с нее туфли и верхнюю одежду. Лиза, встала с постели, легко потянувшись. Капроновые колготки пропускали холод паркета, от чего по спине бегали мурашки. Часы показывали пол-одиннадцатого.
Девушка осторожно выглянула в гостиную — никого. Только темный плед и серая подушка с томиком Кафки. Нос уловил аромат блинов, откуда-то далеко. С кухни. Осторожно ступая, девушка шла на запах. Она приоткрыла дверь кухни, лицезрея то, как ее вчерашний незнакомый знакомый жарит блины. Он обернулся, встречаясь с хитрыми и слегка сонными глазами девушки. Его губы дернула улыбка, а глаза слегка по потеплели.
— Доброе утро. Присаживайтесь, скоро будет готов завтрак, — произнес он, указывая на стол, стоящий почти рядом с барной стойкой. Лиза послушно кивнула, садясь на стул с мягкой спинкой. — Вы любите чай или кофе? — тактично поинтересовался он, заглядывая в омут карих глаз.
— А…Да… Можно, пожалуйста, кофе… — произнесла она, — Д-доброе утро… — мысли бежали как на Олимпийских играз атлеты. Но собрав все в кучу, девушка более уверенно начала:
— Я хотела бы извиниться… — Мужчина обернулся, сверкая улыбкой, он уверенно орудовал сковородкой в своих руках, что вызывало некое восхищение. Что-что, а готовить она не любила. Да и не умела вовсе. — Я вчера вас обременила, извините. Я даже не представилась — Лиза, — улыбнулась она.
— Олег, — ответил он, пожимая ее мягкую ладонь.
Когда он касался Лизы, по ее телу пробегали тысячи мурашек, а мысли путались. Странное ощущение, но до чёртиков приятное…
— И не беспокойся… Мы же на «ты»? — уточнил он, снова поворачиваясь к девушке, она дружелюбно кивнула, — ты заснула, а я не мог разбудить. Надеюсь, ты не слишком нервничала с утра…
— Нет-нет, все отлично, я почему-то сразу поняла что у тебя. Последние минуты до своего сна я запомнила…
— Это хорошо, а то было бы здесь очень весело, — хмыкнул Олег, возвращаясь к блинам. Кофемашина уже работала над эспрессо для Лизы. — У нас получилось очень банальное знакомство, — рассмеялся он, дабы разрядить обстановку, что получилось довольно не плохо.
— Знаешь, как в фильмах нулевых! — поддержала медиума Верховенская, беря в руки белую чашку с кофе.
— Да, есть такое, — улыбнулся он, переворачивая последний блин.
***
Ваня сидел на сайте авиакомпании, пытаясь купить билет, но, видимо, интернет не хотел их поездки. Провозившись ещё полчаса над покупкой билетов, Ваня осилил это препятствие, отправляясь на кухню к жене.
В столовой вкусно пахло свеже-жаренной рыбой. Алена заканчивала мать посуду, а маленькая Лена ела овсянку. Светловолосая женщина повернулась к нему, мило улыбаясь.
— Когда ты улетаешь, и на сколько? — спросила она, продолжая намыливать тарелки средством.
— Завтра. В ночь с Лизой, — проговорил он, шутливо выпрямляясь. Неделя им предстоит тяжёлая. Очень. Они давно не виделись с матерью, а она женщина с характером. Придется и жалеть, и терпеть.
— Удачи вам там. Помню, когда была свадьба… Ох уж это лицо… — вспомнила жена, расплываясь в улыбке. Ну да, и не поспорить. Мама — Надежда Васильевна и правда была недовольна будущей снохой.
Проведя вечер вместе за столом, Ваня ушел мыть посуду, морально настраиваясь на предстоящую встречу.
В дверь раздался звонок