Яд жизни

Я, кажется, возвращалась из университета, когда это произошло. Солнце начало садиться, а к реальности меня вернула фигура, выжидающе стоящая на моём крыльце. Когда подошла ближе, не могла не отшатнуться – слишком свежи были воспоминания о её родственнице и встречаться с такой же противной личностью не хотелось. За версту шла энергия родной крови, но эта девушка казалась слишком потерянной для агрессии. Она постоянно оглядывалась и неожиданно быстро вошла в дом.

– Здравствуйте, извините за беспокойство, но мне очень нужна помощь, – быстро выдыхает она, словно боясь передумать.

– Что случилось?

– Сложная ситуация. Если кратко – формально меня похоронили пару лет назад и мне очень нужно достать человека.

– С того света?

– Нет.

– Тогда справимся.

Попыталась проводить её до дивана, но та упёрлась. Вздохнув, быстро просмотрела нити души и то, что там увидела мне очень не понравилась.

– Что с Настей? Умерла? – обеспокоенно уточнила. Эту информацию она решила скрыть. А это возможно, когда в сознании находишься.

– Если бы. – буркнула она. – Меня её судьба не волнует. Вопрос в девочке.

– Силой ты её не достанешь. Среди людей особенно. Но, меньше чем через десять лет её начнёт тянуть... На Родину. Всех тварей тянет.

– Куда?

– Беломорье. То есть Бермуды. Центр всего, что находится за гранью понимания людей. Если повезёт, то может там и встретишь.

– И сколько это займёт?

– Туда-сюда... Лет тридцать.

– Сколько?!... На том свете что ли?

Она начала оседать, но успела подхватить её под локоть.

– Поверь. Если случиться раньше, то это приведёт к катастрофе. Много событий не случиться. Оля не погибнет и достигнет своей цели. Тебе это надо? Ты эти тридцать лет не заметишь. Пролетят, как один день почти. И Алиса не измениться.

Знакомое имя заставило вздрогнуть и прийти в себя. Она оттолкнулась от меня и пошла к двери.

– Я с ума сошла. Пришла к какой-то сумасшедшей...

– А тебе есть, что терять? – пропустив колкости мимо ушей, спросила. Меньше всего на свете мне надо было, чтобы она сейчас добралась до неё и испортила всю предначертанную им линию.

– Здравый смысл. – огрызнулась она, но всё-таки замерла. – А, если предположить, что я захочу попасть в это Беломорье, то, что нужно сделать?

– Сменить сущность. Простым людям там путь заказан.

– А разве так можно?

Закатив глаза, заставляю из пола проросли два дерева, разрушающих потолок и крышу, через второй этаж, а потом уничтожила их. Из-за того, что уровень растений оказался слишком низким, реального ущерба они не насели, но сильно вымотали.

– Я могу всё. – гордо сообщила, понадеявшись, что девушка в достаточной степени отчаяния, чтобы рискнуть.

– Я определённо схожу с ума, – тихо пробормотала она и громче добавила. – Хорошо, какая сущность?

– Проще всего туда попасть тебе будет... Да, думаю это подойдёт. – тихо рассуждала и попутно выбирала одну из книг на тумбочке. – Про русалок читала?

– Вот чёрт. – вздохнула Гроза.

Девушка и оглянуться не успела, как мы уже шли по лесу до знакомой реки. Спустились чуть ниже тропинки, где устье реки шире и глубже.

– Как тебя зовут хоть? – усадив её на раву, уточнила.

– Женя.

– Приятно, я Катя. Сейчас нарисуем тебе, Евгения, кое-что на щеках. Будешь сиреной. Почти самой настоящей.

– Почему почти?

– Потому что натуральных из людей не слепишь. Но в тебе моя кровь течёт, поэтому всё проще. Да и на ногах тебе будет привычнее, чем с хвостом бегать. Сними капюшон. Что ж ты укуталась?

Она недоверчиво посмотрела на меня, но послушалась. Волосы бледно-фиолетовыми, а не чёрными, как почему-то казалось. А от скулы и под кофту по обеим сторонам шеи уходили следы ожогов. Видимо, их она так усердно прятала. Пожар в доме...

– Зря волосы крашенные. Они такими навсегда остаться могут.

– Так хорошо же. Обновлять краску не надо будет.

– И насчёт шрамов переживать не стоит. За чешуёй и жабрами почти не видно будет.

– У меня будут чешуя, жабры... И хвост. Это бред какой-то. – тихо пробормотала она, но с места не сдвинулась.

Улыбнувшись, достала мел из сумки. О том, что он чёрные потому что состоит из праха кошки господина лешего ей лучше не знать, поэтому молча сосредоточилась на своей работе. Нарисовала защитные символы на практически всех открытых частях кожи, избегая щёки и шею. На них нарисовала жабры и чешую. Дальше в руках появилась белая жидкая глина, с помощью которой разукрасила её лицо полосами, чтоб водяной не слишком злился и принял её за свою.

– Значит так. Попадёшь на остров – желательно вступи в армию. Так точно встретитесь. – подняв её за плечи, шепчу. – И кофту с ними – мешать будет.

Она сбрасывает её на землю, оставаясь в спортивном костюме. Он почти облегал тело и имел много карманов. Кажется, словно она всегда была готова к побегу. В сердце защемило жалость, захотелось её обнять, но Гроза освежила голову.

Взяв её под руку, подошла к реке и поболтала в ней палкой, пока глядь не тронулась рябью и не начала практически бурлить.

– Ну всё, удачи. – поддерживающе сжав её руку, ставлю Женю спиной к реке. Её кроссовки почти намокли. – Ещё свидемся.

– Надеюсь, что нет. – вяло отвечает та.

К этому моменту она окончательно смирилась с происходящим и простилась с жизнью. Пришлось умолчать, что видела себя в её воспоминаниях. Также, как и в Алисиных.

– Прости пожалуйста, если сможешь. – тихо и искренне прошептала.

Не дав ей опомниться, засунула в рот заранее заготовленные водоросли и толкнула. Её глаза округлились, но крикнуть не успела – девушку поглотила вода. Тонкость ситуации, о которой решила умолчать: чтобы стать страной необходимо было наполовину умереть. Она не коснётся края смерти, благодаря рисункам, но будет близка к этому.

По её телу и конечностям поползли холодные руки – утопоенницв принялись за дело.

Я отвернулась. Мне никогда не нравилась жестокость. Но, как и предрекала, её волосы остались вымытого фиолетового цвета, но приобрели жемчужный отлив. Отлично, значит там её примут, как чистокровную.