Глава 13.Триумф тьмы
Луна, едва пробиваясь сквозь плотные облака, бросала тусклый свет на траву и стены дома. Каждое движение казалось громким: шелест листьев, скрип веток под ветром, тихий скрежет ступеней — всё это создавалось будто специально, чтобы подчеркнуть напряжение момента.
Эмма стояла среди родителей и друзей, ощущая, как сердце сжимается от страха и решимости одновременно. Перед ней был Дэмиан — его глаза сверкали холодной силой, а улыбка, ледяная и почти невинная, была смертельна притягательной. Он наблюдал за ней, как хищник за добычей, словно считывая каждый её вздох, каждое колебание сердца.
— Ты понимаешь, что отдаёшь, Эмма? — тихо сказал он. — Всё, что тебе дорого... Всё, ради чего ты жила... ты готова отдать.
Эмма подняла взгляд на родителей. Мама сжимала кулаки, белея суставами, словно пыталась удержать невозможное. Отец стоял неподвижно, губы сжаты, глаза полные ужаса и бессилия. Друзья — Вивьен и Лу — замерли, словно заколдованные. Каждое их движение было наполнено страхом, каждое дыхание — отчаянием.
Внутри Эммы бушевала буря. Она видела их страх, слышала их молчаливую мольбу. И понимала: другого пути нет. Ни шаг в сторону, ни крик не изменят этого.
— Я... — голос дрожал, слёзы жгли глаза. — Я согласна...
Слово «согласна» повисло в воздухе, и тишина стала ещё тяжелее, словно сама ночь задержала дыхание. Сердца всех присутствующих начали биться как одно — в страхе, в отчаянии, в мольбе. Мама сделала шаг вперёд, но Эмма подняла руку, останавливая её.
— Мама... не... — только и смогла выдавить она, уже ощущая, как пустота медленно разливается внутри.
— Она выбрала... — тихо сказал отец, сжав кулаки так, что ногти вонзились в ладони. Друзья стояли неподвижно, как приручённые ужасом. Никто не мог пошевелиться. Эмма чувствовала, как душа медленно покидает её тело, как холодная пустота заполняет каждую клетку. Сердце сжималось, дыхание становилось тяжелым, будто воздух окрашивался болью.
— Люблю вас... — прошептала она сквозь слёзы. — Никогда не забывайте...
Дэмиан поднял руку. И всё, что было живым, тёплым, светлым в Эмме, словно погасло мгновенно. Её глаза потемнели, отражая лишь пустоту, а душа растворилась в холодной ночи.
Во дворе воцарилась тишина. Тишина, полная боли, потери и невозможности что-либо изменить. Родители опустились на колени, обняв друг друга, пытаясь удержать то, что уже невозможно вернуть. Друзья согнулись, обхватив себя руками, и слёзы, наконец, прорвались, разрушая долгие часы сдерживания.
Эмма больше не была с ними так, как прежде. Она осталась лишь оболочкой, молчаливым напоминанием о любви, преданности и трагической цене, которую человек готов заплатить ради других.
Дэмиан наблюдал за этим молчаливо. В его глазах мелькнуло странное любопытство — он видел хрупкость, преданность, страдание и любовь одновременно. Для него это было важнее любой победы. Мама тихо опустилась на колени, прижимая лицо к рукам, словно могла удержать весь мир этим жестом.
— Эмма... моя девочка... — шептала она, но ответа уже не было.
Отец стоял, плечи сжаты, глаза полные боли. Он хотел закричать, рвануться, остановить всё, но не мог. Внутри была пустота, как после сильного шока, которую не заполнили бы ни слова, ни действия.
Друзья опустились на колени, хрупко держась друг задруга, рыдания прорезали тишину. Каждый ощущал разрыв всердце, который уже никогда не заживет.
Ночь стала глубокой, холодной и чуждой. Светлячок больше не освещал путь. Его свет погас, и с ним погасло всё, что связывало Эмму с этим миром. Ветер усилился, перебирая листьями и мелкими ветками, словно природа сама оплакивала потерю. Звуки ночи казались чужими, резкими, чуждыми — никто больше не мог найти в них утешение.
Дэмиан тихо сделал шаг назад, наблюдая, как вокруг него рушится всё, что он видел. Его холодная улыбка оставалась, но в ней мелькнуло что-то новое — осознание того, что человеческая преданность сильнее любой силы, сильнее любой темной магии.
Светлячок погас окончательно. Тьма во дворе стала глубокой, полной, почти ощутимой. И в этой тишине, в этом холоде, каждый из тех, кто остался, понял: Эмма ушла навсегда, оставив лишь пустоту и память о своей жертве.
Светлячок погас.