Глава 12
Агата Риверс
Я проснулась в тишине, той самой, в которой хочется остаться навсегда. Не от страха, не от одиночества. А от ощущения, что все на своем месте. Наши тела были укрыты одним одеялом, я все еще в своем платье, он в спортивках и черной футболке. Обнимает меня за талию рукой, будто защищая, что бы не ушла. Дышит мне в шею, почти прижимаясь губами. Это ощущается совсем иначе, абсолютно.
Я не спешила вставать, не спешила выбираться из его объятий. Лежала с закрытыми глазами, прижимаясь ближе. Так хорошо. Я боюсь разрушить этот момент, боюсь понять — что это все сон. Но нет. Это реально, как он, как я. Мы вместе, и я вчера уснула на нем. Вчерашний вечер прокручивался в моей голове, цветы которые стояли на кухне, на столе. Для меня.
Так вот каково это — просыпаться в безопасности.
Все же когда еще немного времени прошло, я вынырнула из его объятий, из кровати. Аккуратно, на цыпочках пробираясь на кухню. Все убрано, чисто. На столешнице стоит кофе-машина, да и в принципе все хорошо оборудованно, тут красиво. Я поставила две чашки, заваривая кофе, и ожидая пока одна уже полная остынет, а во вторая дольется до конца.
— Мышка... — прозвучало за моей спиной, отчего я чуть не выронила ложку на пол. Повернулась, и увидела его в дверном проеме, облокотился на дверной косяк. Заспанный, немного растрепанный. Впервые вижу его в домашней одежде. — Ты рано. — пробурчал он тихо, подходя ближе. — Я не успел насладиться, что ты рядом со мной в постели.
— За то, я сделала кофе. — смущенно ответила я.
Он подошел еще ближе, обнимая меня со спины, и кладя голову мне на плечо . Это романтично, мило. И это впервые. Его руки на моей талии, нежно сжимают тело. Немного тяжелые, и ощущаются не как тиски, а как свобода.
— Вкусно пахнет. — пробормотал он. — Ты знаешь как это странно? Видеть тебя утром, у меня дома. Я и не думал что такое возможно.
Я не двигалась. Знала, что он говорит не просто про дом — что он вообще впервые впустил кого-то в свое сердце, в свой дом.
— Я... боюсь все испортить. — я все же решилась. — У нас ничего не проговорено, все между строк. Я не умею так угадывать.
—Тогда спроси. Я на любой твой вопрос отвечу. Как и обещал - честно.
— Ты хочешь что бы я была здесь? — сказала я почти шепотом. — Не как временная, а как своя.
— Ты давно не временная, маленькая. Я уже давно не хочу, что бы ты была просто студенткой. Я хочу тебя рядом. Как моя женщина, без условий или страха. Я говорил, что люблю тебя, и жалею, ведь сказал это тогда неправильно. Ты важна для меня, и я должен относиться к тебе трепетно, ведь именно этого ты заслуживаешь. Именно так я хочу относиться к тебе.
Мне стало тепло. Настолько что думала — расплачусь. Повернулась к нему лицом, мы были в нескольких миллиметрах друг от друга. Просто смотрели, ждали пока кто-то из нас осмелится заговорить.
— Маленькая... — он прервал тишину, заставив меня полностью сконцентрироваться на нем. — Ты не жалеешь что осталась?
— Ни капли. — я смотрела в его глаза, в это зеркало, и видела не только его душу. Но и свою. Я видела а нем себя, и это невероятно.
— Я прежде никогда не спрашивал, но... Я хочу тебя поцеловать, позволишь?
Это самое неожиданное из всего, что произошло за последние два дня. Он не настаивает, не давит. Задал вопрос, а я понятия не имею как ответить. В итоге кивнула, просто-напросто кивок. Даже не слова. Но это зеленый свет, которым Курт воспользовался. Аккуратно придерживал меня за талию, пока рука поднималась к моему затылку. Он наклоняется, и в следующую секунду наши губы встречаются. Никаких фанфар, никаких вспышек. Только тишина, такая тихая, что я слышу как бьется его сердце. Быстро, неуверенно. Это не просто поцелуй, это признание. Это момент, когда все внутри меня становиться до ужаса честным.
И в этот момент все исчезает. Нету кухни. Нету кофе, нету снега бьющегося о стекла. Нету дистанции между нами. Есть только он, только его руки, только его губы на моих.
Я почти не дышу. Нервничаю, но поддаюсь к его рукам, к его телу. Он держит мой затылок, зарывается пальцами в мои волосы, натягивая и держа меня на месте. Теперь движения становятся уверенными, но не переходят в крайности, все еще нежные. Целует так, будто мечтал об этом весь последний месяц. Все то время, которое мы только узнавали друг друга. А следом заканчивает и отстраняется, глаза не открывает. Просто дышит, невпопад. И я следом за ним. Он умелый, владел моими губами как будто это было старой привычкой. Бытовой. А я думала, поцелуй будет о страсти, о запретном. А он — о принятии. О любви. Спокойной, нежной и трепетной. О том, что я могу не быть идеальной. Что я могу просто быть — растерянной, молчаливой, дрожащей. И это тоже кому-то нужно. В моем случае — Курту.
Он наконец-то открывает глаза. Пытается уловить мой взгляд, а я улыбаюсь. Это впервые, все с ним впервые. Такие чувства, что я готова плакать. То, что называется спокойствием, свободой. Меня никто не держит, это я не хочу уходить. У нас двоих есть страхи, но мы стараемся вдвоем, хоть и сложно.
Он молчал, и я молчала. Не знаю что обычно говорят после поцелуя. Мы просто стояли и смотрели друг на друга. Чувствуя как тепло разливается в наших душах. Медленно, осознанно. Это внеземной контакт, такого попросту не бывает. Невозможно так влюбиться в человека меньше чем за месяц.
— Я тоже тебя люблю. — я произнесла на выдохе, не разрывая зрительного контакта. В первый раз, он бросил эти слова как кинжалы, а теперь я отвечаю трепетом. Заслужено? Возможно, а может и нет. Но я хочу ответить на них именно так.
Он смотрит на меня, не дышит. Думает, верно ли истолковал сказанное мною. Интонация, взгляд, мысли. Все вместе, и это ужасный поток информации. Я киваю, подтверждая то, что сказала. Он не верит, наклоняется чуть ближе, хочет снова прижаться в поцелуй, но думает. Я бы хотела поддаться вперед, снова в поцелуй, но для меня это будет чересчур. Все еще так неоднозначно. Поэтому отстраняюсь первая, поворачиваясь к столешнице что бы приготовить завтрак. Курт стоит еще пару минут за моей спиной, не отрывая своих рук от моей талии. Это ступор.
— У тебя есть хлеб? Я люблю тосты с сыром, есть ингредиенты? — я прервала длинную тишину между нами, прикрываясь будто ничего сверх естественного не произошло.
— Д-да. В первом ящике. — тихо бормотал мужчина, все еще стоя у меня за спиной.
Я нашла хлеб, нашла сковородку, и принялась делать завтрак. Курт тем временем наконец-то вернулся в реальность, пристроился помогать мне. Или быть точнее — сделать все за меня, пока я стояла прижимаясь к нему спиной, потягивая свой кофе.
Потом завтрак. Это была какая-то эйфория. Даже за столом сидели в обнимку. Молча, но рядом. Я жевала свой тост с расплавленным сыром, а он свой, изредка посматривая на меня, пока не отложил его, и не заговорил, отворачиваясь куда то в другую сторону.
— Если когда-то будет трудно - звони. Я твой человек, в горе и в радости. Ты можешь расчитывать на меня... Я стараюсь ради нашего будущего, теперь точно.
Я замерла. Неожиданно, приятно. Я не боюсь. Я всегда чувствовала страх. Каждый день, с дня на ночь, и по кругу. Даже вчера, была неразбериха, был страх, было уйма всех других чувств. А сегодня я проснулась в его постели, с ним в обнимку. Готовлю завтрак в его доме, с объятиями на своей талии, и легкими поцелуями в висок и край челюсти. Со словами поддержки, которые вселяют всецелое доверие.
— И ты.. если что-то произойдет, я рядом. Потому что сама этого хочу.
Мы продолжили есть. Снова молча, но эта тишина говорила больше чем когда-либо — все наконец на своих местах.
Все так — как и должно быть.
Все таки время поджимало. Мы засиделись, Курту нужно было проверять работы студентов, а мне делать свои задания. Поэтому общепринятое решение отвезти меня в общагу быстро пришло в действие. Ехали так же молча, быстро. Как оказалось он живет недалеко от универа. Буквально 20 минут на машине. Когда мы приехали на парковку под домом, я сама наклонилась и поцеловала его в уголок губ. Не страстно, не грубо. Не умею так. Нежно. Только так.
Зашла в блок, Милена где-то пропадала, дома пусто. Не тратя время начала переодеваться, а следом садиться за задания. Реферат по информатике, и английскому языку. Все по классике.
Я как раз дописывала реферат, прошло порядка трех часов с моего приезда. Еще час и я бы дописала его до конца и проверила на ошибки. Но меня перебил звонок в телефоне, высветился номер...
Мама.
Я медленно взяла телефон в руки. Сердце колотилось. Какого черта ей нужно от меня сейчас? Когда у меня в жизни все стало так хорошо, все пошло в лучшую сторону. В любом случае, не возьму трубку — будет истерика. Возьму — обсыпет оскорблениями. Оскорбления лучше...
— Да?
— Агата?! — она кричала в трубку, будто произошло что-то настолько ужасное, что описать сложно. И я виновница. — Ты вообще слышала какие слухи про тебя ходят по универу? Какого черта мне доносят, что ты спишь с преподавателем за оценки?! Отвечай мне!
Я опешила. Это не то, что я ожидала. Совсем не то. Только не это. Паника подкрадывалась к горлу, сдавливая связки. Я не могу говорить...
— Мам, это не то...
— Что, черт возьми, не то? Не то, что я подумала? Или ты с ним спишь еще и за деньги? Или с несколькими? Ты вообще умом тронулась в свои девятнадцать?!
— Это слухи. И это не правда. Ни с кем я не сплю.
— Ври побольше. Хотя знаешь, я возможно могу тебе поверить. На такое отродье как ты, никакой нормальный мужчина не посмотрит. Но не забывай, что ты позоришь не только себя, но и меня!
— Я ни с кем не сплю, и никого не позорю. Тебя так точно! Я живу свою жизнь, и строю ее с кем хочу. И к твоему сожалению, Мама, меня любят. Меня ценят. Обо мне заботятся!
— Я заберу твои документы оттуда, и привезу обратно в Беверли! Ты совсем страх потеряла так с матерью общаться?! И никакой твой старый преподаватель не смеет поступить иначе. До 21 года ты еще не совершеннолетняя. И я не позволю тебе позорить меня!
Я замолчала. Нет. Она не посмеет. Не сможет забрать документы. Не приедет. Нет. Нет. Прошу. Только не это. Я не могу обратно в ту клетку. Не могу обратно в тот ужас.
— Нет... Мам, нет, ты не сможешь...
— Еще как смогу! — перебил меня громкий голос из динамиков. — Я завтра же приеду в университет и заберу документы, а на твоего "парня" в полицию заяву подам! Это уже все границы переходит! Моя безобразная дочь, так еще и со старым мужиком. Отброс! Вы оба!
Я не выдержала, сбросила трубку. Паника захватывает мозг, я не могу. Я не хочу снова туда, снова к ней. Снова эти оскорбления, снова не такая. Я не хочу обратно во мрак, когда я обрела солнце. Когда я сама им стала. Нельзя так. Я сползла по стене на пол, сидела и плакала, пока руки сами не набрали номер Курта. Даже не заметив этого, я удивилась когда он взял трубку, и его голос заполнил динамики.
— Агата? Все хорошо?
— Курт... Мама звонила... Ей.. ей кто-то донес что я с тобой... Будто мы спим... Она сказала...
Он не дал мне договорить, заставил прервать триаду слез обычным тихим "Чшш", а сам заговорил, уверенно и будто защищающее.
— Дай мне пол-часика, и я приеду. Переночуешь у меня сегодня, а завтра поедем в универ вместе если захочешь. По дороге расскажешь все подробнее.
Я всхлипнула, вытирая слезы. Позор, сижу зареванная в коридоре, отекшая, и жалуюсь на жизнь мужчине, который даже не мой парень. Но все таки собрала себя в руки и вернулась в комнату, чтобы собрать вещи на завтра. Футболка со штанами для сна, зубная щетка и косметичка. А сама оделась в то, в чем завтра пойду в универ. Не броско, не ярко. Как обычно. Взгляд человека, которого я полюбила и без яркой одежды будет всегда прикован ко мне. Но вот что с мамой делать...
Как и сказал, он приехал через пол часа. А я как раз спустилась к выходу с сумкой со всеми вещами. Это так странно, осознанно идти домой на ночь к человеку. К мужчине. Вчера я уснула случайно, а сегодня буду по настоящему засыпать с ним. И проснусь с ним тоже... Он встретил меня подходя к подъезду, сразу укрывая меня в теплые объятия. Это несравнимо ни с чем.
— А теперь можешь начинать рассказывать, Мышка. Пока мы будем ехать домой. — сказал Курт, куда-то в мой висок. Я с забитым от слез носом закивала.
— Она сказала что приедет... Что заберет документы и увезет меня обратно в Беверли... Что я ее позорю... Курт, я не хочу туда, не хочу снова. А если она сделает так, что меня из общежития выселят? Стипендии не хватит на квартиру. Курт, я не знаю что делать... я боюсь. Я не хочу. — я хныкала в его пальто, хватаясь за любую возможность быть ближе. Куда уж ближе в минусовую погоду?
— Во-первых: я разберусь. Во-вторых: если тебя и выселят из общежития, чего не случиться, то будешь жить у меня. Как моя женщина, Агата. И когда нибудь, для этого решения - выселение из общежития не будет причиной.
Вот тут реально, только один вопрос: что?! Он серьезно? Он намекает на то, что в конечном итоге мы просто съедемся, и будем жить вместе? Правда? Я медленно подняла голову, отстраняясь немного, что бы видеть его лицо. Скажите что это не шутка. Что мне не послышалось. Да, я хочу быть его девушкой. Да, я хочу просыпаться с ним рядом, так же как и сегодня. Да, я хочу что бы это — было правдой.
— Ты не шутишь..?
— А я похож на шутника сейчас? — мужчина улыбнулся, приземляя поцелуй мне в лоб. — Я имею в виду все то, что сказал. А на счет приезда твоей мамы - не переживай. Я решу. Комиссия на нашей стороне, так что ее претензии будут беспочвенны. Ну может чуточку.
Я ничего не ответила, это был ступор. А он и не настаивал. Проводил к машине и посадил на переднее сиденье, пристегнувши меня ремнем безопасности. Хотя я могла сделать это сама. Возражать не стала. Ехали тоже молча. Сегодня прям день поездок с дома в дом.
Перед своим домом он уже не церемонился, просто открыл передо мной дверь пропуская внутрь. Это уже было решено, было естественно. Я не задавала лишних вопросов, не заводила лишних диалогов. У меня не было ресурса. Но только тут, с каждым шагом глубже в его дом, я чувствовала как стекает напряжение.
— Хочешь чай? — сказал он. — Или что-нибудь покрепче?
Я покачала головой.
— Просто... можно я немного посижу в тишине?
Он кивнул и не стал мешать. Я села на диван, на котором вчера уснула. Курт сел за стол, проверял тетради незнакомого мне курса. Без слов. Это было больше, чем любой комфорт. Я просто сидела, даже не думала ни о чем, точнее думала — о нем. О наших отношениях, о его словах. Если и правда так выйдет... я смогу жить с ним? Что прям, правда-правда? По настоящему? Рядом с ним?
И все же безделие нужно заканчивать. У меня все еще не дописанный реферат по информатике. Я кинула взгляд на ноутбук в сумке, нехотя вставая с дивана и доставая вещи.
— У меня завтра реферат. По информатике. Мне нужно его закончить, можно я за столом сяду?
— Покажи. — отозвался он. — А, и садись, не спрашивай. Я, может, и не программист, но текст вычитать могу.
Я села за стол, открыла файл и принялась пытаться писать дальше. Материал знаю, надо лишь слова нужные найти, что бы разбавить короткие термины на большое количество слов. Курт стоял за моей спиной, точнее облокотился на меня почти всем телом, положив голову на мое плече, и читая текст который я пишу.
— Вот тут оборвано. — указал он, слегка касаясь пальцем экрана. — Смысл есть, но формулировка рвется.
— Я не могу найти нужное слово.
— Можно я попробую?
— Давай.
Он нагнулся, начал набирать текст, и я чувствовала как наши тела близко. Он буквально закрыл меня своими предплечьями набирая текст и полностью сконцентрировавшись на задаче. Лицо немного нахмуренное, брови сведены. Думает, старается. Для меня. И это видно.
— Готово. Глянь. — он повернулся к экрану, а потом ко мне. — Подходит?
— Очень. Даже лучше, чем я бы сама сформулировала.
— Потому что ты думаешь сердцем, а я - чуть-чуть холоднее. Вместе - золотая середина.
Не долго думая, я поцеловала его в щеку, маленькая благодарность за помощь. Пока-что единственное стоящее что я могу предложить. Он отстранился через мгновение, а потом пошел разогревать пасту, которую вчера готовил для нашего ужина. Ели тоже возле моего ноутбука и тетрадей на столе, в тишине.
Я ушла в ванную, что бы переодеться и умыться. Все таки тушь не смыта еще со вчерашнего вечера. Переоделась в пижаму, умылась и почистила зубы. Рутина. Вышла к Курту, он просматривал что-то в телефоне, но как только я появилась в дверях — отложил.
Я легла к нему, он не тронул меня сначала. Пока я сама не подвинулась ближе, прижавшись к его боку — аккуратно обнял меня в ответ. Его предплечье окутывало мою талию, а пальцы чертили ленивые узоры ближе к бедрам.
Я лежала на боку, лицом к нему, на его груди. Смотрела на то, как он просто лежит наслаждаясь исходом событий. Глаза прикрыты, дыхание ровное. Но я знала — он не спит. Ждал пока я усну, что бы совершить хоть какое-то движение и не спугнуть меня.
Я не привыкла вот так — просто лежать рядом. Без вопросов, без необходимости что-то доказывать. Без того, что бы напрягать каждую мышцу, ожидая укола. С ним этого не было. Его пальцы все еще лениво выписывали какие-то текста на моем теле. Без спешки. Только нежность, только тишина. И от этого хочется плакать. Потому что я держусь за него так, будто он — последняя стабильная точка в этом мире. Но это даже хорошо. Единственное все таки надо знать грань между любить и потерять себя в этой любви.
— Ты дрожишь. — прошептал он. — Замерзла?
— Мм, нет. Просто слишком много всего...
— Тогда просто дыши, засыпай. А я рядом буду, мышка. Не волнуйся.
Мужчина обнял меня чуть крепче. Я уткнулась носом в его плечо, а он поцеловал меня в макушку, как будто закрыл все тревоги. Но если завтра все закончиться? Если это — только временное? Я не переживу.
— Курт... — прошептала я. — Пообещай что такого больше не будет. Что ты не испугаешься и не уйдешь. Не нужно. Бойся, но не уходи. Я не смогу больше...
— Клянусь, Маленькая. Это был срыв, ошибка. И я моментально осознал ее цену, ведь ты ушла. Но теперь, я хочу быть твоей поддержкой, твоим мужчиной. Если ты позволишь.
— Позволю...
Он подарил еще один поцелуй мне в макушку, и на этом, на сегодня, наши диалоги закончились. Он ничего не ответил, а я прижалась крепче. Закрыла глаза, его рука все еще гладила мою спину. Ровно, по кругу, как будто успокаивал не только меня — но и себя. Мы уснули так. Без лишних слов. В дыхании друг друга. В тишине, которая впервые была не просто комфортной — а по настоящему живой. Родной. Может, вот так выглядит начало — когда больше не страшно засыпать рядом.
«Я не боюсь больше быть рядом.»
—А.Р.