Глава 3
— Итак, Чимин-и, давай поговорим о том, какой ты маленький лжец.
Омега удивленно посмотрел на своего не так давно обретенного друга и поднял брови. Они с Тэхёном сидели у барной стойки в постепенно заполняющемся зале. Синеволосый, облаченный в кожаные брюки и жилет, расслабленно болтал зубочисткой с наколотой на нее оливкой в своем бокале мартини. Его Дом еще не пришел, поэтому парень был пока без ошейника на шее и спокойно общался с другом. Ну, точнее, заставлял хмурить лоб и поджимать губы недовольного брошенными фразами друга.
— Не понимаю, о чем ты.
— О, детка, ты можешь пытаться обмануть кого угодно, но не меня, — усмехнулся Тэ. — Ты знаешь, что я имею в виду. А точнее кого. Джин-и-хён рассказал мне, как ты отбрил Зайку-Юнги.
— Чт?..
— Нет, Юнги-я не жаловался на тебя никому, — закатил глаза омега, опережая вопрос светловолосого. — Поверь, это не в его характере. Сокджин видел и слышал ваш разговор с балкона, пока занимался подготовкой спален на втором этаже. И вот он мне на тебя и пожаловался. Что значит твое «у меня нет проблемы»?
Чимин бросил взгляд в сторону столика, за которым всегда обитал хозяин заведения вместе со своим Сабом. Намджуна, так же как и Хосока, пока еще не было — видимо, решал какие-то рабочие вопросы по клубу. На его месте сидел Мин Юнги. В черной шелковой рубашке с закатанными до локтей рукавами и в черных брюках, с белоснежными волосами, которые были так чертовски сексуально встрепаны, а на руке — дорогой «Ролекс». На той самой руке, которой Доминант ласково гладил по волосам сидящего у его ног Джина. Джина, который Саб Намджуна. Что за отношения у этой троицы?! Но факт оставался фактом: Сокджин доверчиво жался к ноге альфы и с удовольствием принимал его ласку, о чем-то с ним негромко беседуя.
— То и значит, Тэ-Тэ, — Чимин отвернулся, надеясь, что его подглядывания никто не заметил. — У меня нет проблемы.
— О, серьезно? — хмыкнул Тэхён, вскинув бровь. — То есть, это не ты делился со мной тем, что уже год не испытываешь полового влечения? И не ты буквально молил меня привести тебя сюда, в этот клуб? И не ты...
— Так, стоп, я понял, — Пак поднял руку, останавливая поток слов младшего. — Я рассказал тебе слишком многое и слишком многим сейчас обязан.
— Именно, — омега улыбнулся, словно довольный кот, объевшийся сметаны. — Поэтому я имею полное право сейчас отчитать тебя за то, что ты, во-первых, отказался от помощи великолепного Доминанта. Поверь мне, Юнги-хён — предел мечтаний любого Саба. А во-вторых, за то, что отрицаешь, что тебе действительно нужно помочь!
— Тэ, но я правда думаю, что все закончилось! — закатил глаза Чимин, поправляя воротник своей безразмерной рубашки. — Да, этот... Доминант помог мне. Но мне кажется, что теперь я спокойно смогу «играть» с любым из них. Я уверен в этом.
— Пф! — Тэхён снова закатил глаза, вытащил из бокала зубочистку, махнул порцию мартини залпом и зубами снял ягодку оливки с зубочистки. — Окей, детка, если тебе так хочется, — обманывай себя дальше. Но знай — Юнги-я человек слова. И он не примет тебя, если ты будешь думать слишком долго.
— Почему ты так вцепился в этого альфу? — нахмурился старший. — Так радеешь за него, так переживаешь.
— Потому что это хён, — губы Тэ тронула нежная улыбка. — Он замечательный. Такого Дома еще поискать надо. Да Сабы здесь готовы передраться за возможность провести с ним сессию! А тебе все предоставили на блюдечке с голубой каемочкой, но ты нос воротишь.
Пак хотел возразить, но за спиной синеволосого, словно из-под земли, вырос Хосок. Альфа коротко кивнул в знак приветствия, а затем длинные пальцы ловко застегнули на шее омеги ошейник с короткими шипами. Тэхён мимолетно улыбнулся другу, а затем безропотно повернулся на барном стуле к своему Доминанту и посмотрел на него с самым покорным выражением на лице.
— Господин, — с придыханием прошептал омега и провел языком по губам.
Хосок криво усмехнулся, потянул за поводок, притягивая Сабмиссива к себе, и накрыл его губы властным поцелуем. Тэхён тихонько застонал, принимая напор старшего и отдаваясь в его власть. И все же, загадка мироздания — как эти двое сошлись и почему самый непокорный Саб вдруг превратился в нежнейшее создание! Доминант отстранился спустя минуту, напоследок прикусив губу младшего и оттянув ее к себе.
— Сегодня мы будем играть наверху, — произнес альфа, разглядывая раскрасневшееся от желания и предвкушения лицо донсена.
— Как прикажете, Господин, — пролепетал Тэхён и последовал за Хосоком прочь из зала, напрочь позабыв о Чимине.
— Вы все еще смотрите на него, Мастер.
Юнги оторвал взгляд от одинокой фигурки за барной стойкой и посмотрел на макушку Джина у себя на коленях. Этот парень всегда удивлял его наличием глаз на затылке. По-другому он не мог объяснить то, что младший всегда безошибочно определял, куда смотрит альфа, или узнавал его настроение по одному только взгляду на бесстрастное лицо.
— Смотрю, — коротко отозвался старший. Ему было интересно, что же ему может сказать этот омега.
— Он зацепил Вас, — озвучил очевидное Сокджин. Голос был спокойным, тихим, убаюкивающим. Да и сам парень был таким — спокойным, уравновешенным. Возможно, именно из-за этого ему было так легко принимать роль Сабмиссива. — Даже сильнее, чем все прежние. Я еще ни разу не видел вас таким заинтересованным. Мне стоит начать ревновать?
Юнги рассмеялся, откинув голову на спинку дивана. Джин-и любил делать вид, что они больше, чем друзья.
— Малыш, ты ведь знаешь — мое сердце навсегда отдано тебе, — произнес альфа, поймав на себе очередной короткий взгляд Пака. Волей-неволей, а малыш все же реагирует на него.
— Не зарекайтесь, Мастер, — хмыкнул Джин. — Я ведь могу и поверить, а потом будет неловко.
— Джин-и, — Мин с улыбкой покачал головой и чуть оттянул темные пряди на затылке донсена. — Мы отошли от темы разговора, — омега протяжно вздохнул. — Да, я не отстану от тебя с этим! Не отцеплюсь, пока не объяснишь, почему вы с Джуном так катастрофически тупите.
— Хён...
— Ким Сокджин, вы знакомы пять лет! Из них три — играете исключительно друг с другом, — не унимался Юнги. — Серьезно, ни разу за это время я не видел ни одного из вас с кем-то другим. Да от вас же за милю разит взаимным притяжением. И я вижу как ты смотришь на хёна даже вне игры. Что вам обоим мешает? Что останавливает? Вы упускаете такой шанс!
— Хён, прошу тебя... это слишком сложно, — Сокджин чуть сжал в кулачке штанину старшего. — Точнее, ты скажешь, что все просто, что это решаемо, но я уверен — это бессмысленно. Нам с Намджуном хорошо и так.
Доминант фыркнул. Как же, хорошо им, ага. Покойники в гробу выглядят жизнерадостнее иной раз, чем эта парочка. Ах, пардон, не парочка! Просто друзья. С привилегиями.
— Ну, как у вас тут дела? — улыбнулся Джун, подойдя к столику и сев рядом с Юнги так, чтобы Джин оказался прямо между ними.
— За Сабом присмотрел, — пожал плечами Юнги и проследил взглядом, как омега с обожанием в глазах поднял голову, коротко взглянув на Кима-старшего, и тут же прижался к его ноге.
— За Мастером приглядел, — тихо вторил альфе Сокджин.
— Молодцы! — усмехнулся Намджун, зарываясь пальцами в мягкие волосы Сабмиссива. — Смотрите-ка, а наш малыш Мин-и не соврал!
Мин перевел взгляд на бар и увидел, как к Чимину подошел один из молодых Домов, улыбнулся и о чем-то с ним тихо заговорил. Омега спокойно ему улыбнулся и что-то отвечал. И правда, не обманул — сессии быть.
— Интересно, — протянул альфа, закидывая руку на спинку дивана и положив ногу на ногу. — Делаем ставки?
— Пять минут, — хмыкнул Джун, а затем поощрительно провел кончиками пальцев по затылку Сокджина.
— До применения игрушек, — предположил он.
— Отлично, а я ставлю, что он даже не взойдет на сцену, — самоуверенно улыбнулся Юнги.
— Не слишком ли самонадеянно? — поднял бровь Босс.
— Ничуть, — младший альфа взял со столика свой бокал с виски и сделал глоток.
Альфа, что стоял рядом с Чимином, произнес что-то напоследок, дождался короткого кивка в ответ и пошел к одной из свободных сцен. Пак последовал за ним, опустив голову. Ангельски-нежное личико ничего не выражало, кроме покорности и готовности выполнить любое желание Дома.
Чимин действительно был готов вступить на территорию сцены. Готов был поиграть с этим вполне приятным альфой, с которым он познакомился пару дней назад, столкнувшись днем на втором этаже особняка. Готов был отпустить все свои страхи и залечить застарелые, но такие живые раны у себя внутри. Когда-нибудь это ведь должно случиться! И чем раньше — тем лучше.
Омега занес ногу над условной границей, отделявшей сцену от остальной части зала... И не смог сделать этот чертов маленький шаг. Внезапно завладевшая его телом дрожь заставляла Саба трястись, как осиновый лист на холодном осеннем ветру. Картинки прошлого мелькали перед глазами, отчего сердце грозилось выскочить из груди, раздробив ребра.
Он не может.
Пак Чимин, черт возьми, не может пересечь эту проклятую границу! Доминант обидит его! Сделает больно! Так больно, как не должно быть в игре. Так больно, как малыш боялся. Нет-нет-нет!
Парень попытался привести мысли в порядок и мотнул головой, схватившись за ближайший металлический столбик. Нет, это неправильно! Он ведь справился с этим! Он смог побороть свой страх, свои воспоминания! Он может взойти на эту гребаную сцену!
«Только не с этим Доминантом,» — нашептывал назойливый голосок в голове.
В прошлый раз Чимин смог подняться на сцену потому, что был абсолютно бесстрастен. Он не воспринимал то, что происходило вокруг него и с ним. Но сейчас... Сейчас все было иначе. Стена, что он построил вокруг себя, треснула и наружу выползли все самые страшные кошмары.
— Нет... — выдохнул омега, крепко зажмурившись. — Нет...
— Чимин?.. — удивленно позвал альфа на сцене.
Пак распахнул глаза и посмотрел на Доминанта с сожалением и отчаянием.
— Прости...
Развернувшись, Чимин, с бешено колотящимся сердцем, светлой тенью проскользил между столиков и приблизился к постоянному месту «обитания» Босса. Проклиная свою слабость и бессилие перед собственным подсознанием и страхами, парень медленно опустился на колени перед Мин Юнги, принимая стандартную позу Саба: колени чуть разведены, руки, ладонями вверх, лежат на бедрах, а голова покорно опущена.
— Мой... — голос подвел и омеге пришлось гулко сглотнуть. — Мой Господин...