Глава 12
С трудом приоткрыв тяжелые веки, Джин обвел мутным взглядом свою спальню. Солнечный свет проникал через окно под таким углом, что легко было догадаться, что время близилось к вечеру. Течка ненадолго отступила, и по телу разливалась приятная истома и усталость. Удивительное ощущение... стоп.
Резко подорвавшись с подушки, парень сел, прижимая к груди простынь, и огляделся. Никого. Никакого постороннего присутствия. Все это приснилось ему в бреду?.. Беглый взгляд по отражению в зеркале на шкафу-купе убеждает в обратном: вся шея и ключицы омеги усыпаны багровыми засосами, по предплечьям и запястьям узорами расходятся синяки после страстных объятий альфы... Альфы! Он был с альфой! И даже не помнит его лица! Аромата не помнит!
Холодная волна паники пробежала сотнями мурашек по позвоночнику Кима. Он здесь? Этот альфа здесь? Или он ушел? Воспользовался шансом трахнуть течного омегу и умчался в закат? Откровенно говоря, Джин не знал, что хуже: оказаться вот так использованным или встретиться с этим человеком глазами, если он войдет сейчас в комнату. А если альфа захочет продолжить то, что случилось несколько часов назад?!
Омегу накрыло лавиной отвращения к самому себе, какой не бывало даже после самых извращенных игр в Клубе. И после такого он смел, пусть даже и мысленно, говорить, что любит Намджуна?! Какая же это любовь, если он с такой радостью и таким нетерпением раздвинул ноги перед первым же подвернувшимся альфой?
Вцепившись в собственные волосы, Сокджин низко опустил голову и приглушенно застонал. Внутри черепной коробки металось лишь «что же я натворил?!», а сердце грозилось вырваться из груди. Тихий скрип двери раздался в тишине оглушающе громко. Парень вздрогнул, но пока боялся поднять голову и встретиться лицом к лицу с альфой. Что ему сказать? Как себя вести? И как после такого заставить себя все же написать Джуну?!
Мягкие шаги по паркету, легкий шорох одежды, а после матрас рядом с омегой прогнулся под чужим весом. Аромат. Где аромат? Почему он не чувствует его?
— Ты в порядке? — тихий, вкрадчивый голос. — Все это было... агрессивно...
Джин готов был разрыдаться от облегчения, которое затопило все его существо. Потому что этот голос такой родной, близкий, теплый!
— Хён! — омега оторвал руки от головы и прижался к широкой, такой надежной груди, срываясь на рыдания. — Хён!
— Тшш, тихо, ангелочек, — улыбнулся Джун, обнимая вздрагивающие плечи донсена. — Все хорошо. Дыши глубже, тшш...
— Почему... почему я не... не чувствую тебя?.. — сквозь слезы спросил Джин. — Я ч-чувствовал... Не узнал, н-но чувствовал!.. А сейчас...
— Мне пришлось принять подавители, — ответил альфа. — Ты отключился, но, когда сцепка закончилась и я попытался отстраниться, ты вцепился в меня мертвой хваткой и жадно нюхал. Мне нужно было позвонить в клуб, сказать, чтобы меня не ждали сегодня и дать пару указаний, а будить тебя я не хотел. Так что вот.
— Как... как ты здесь очут-тился?..
— Я устал ждать, когда же ты напишешь мне, и приехал, — пожал плечами старший, отстранил от себя Джина и стер мокрые дорожки со щек, нежно обхватив лицо ладонями. — А в квартиру попал, потому что знаю, где лежит твой запасной ключ. Я, конечно, совсем не рассчитывал, что меня тут встретят крышесносным ароматом и начнут сдирать одежду с порога, но, так уж и быть, я тоже очень скучал...
— Я не собирался тебе писать, — признался донсен и отвел взгляд.
— Я знаю, — улыбнулся Намджун. — Я ведь знаю тебя, как облупленного, Джин-и. Я просто хотел дать тебе побольше времени на раздумья.
— Какие еще?..
— Твои глупые, наивные мысли о том, что я просто так возьму и отпущу тебя, конечно, — хмыкнул альфа. — Джин, неужели ты действительно думал, что какие-то твои проблемы смогут оттолкнуть меня? Ты за кого меня держишь, м?
— Но...
— Ким Сокджин. Заткнись, — покачал головой Джун, усмехаясь. — Я люблю тебя. И, хочешь ты того или нет, я остаюсь.