Глава 8.2. Вязаный разум или история, связавшая Ель с Ивой.

Елица не могла ответить или понять ее.

- Так и будешь молчать? - Она подобралась ближе и долго смотрела на нее, будто испытывая на прочность или желая что-то увидеть. Но не дождавшись ничего, недовольно вздохнула, - Иди за мной. Я с тобой ничего не сделаю. Не могу.

Иста повернулась и направилась к одной из стен, будто четко зная, куда надо идти. Она не хотела следовать за ней, но увидев недовольный взгляд, брошенный на нее через плечо, почувствовала боль в коленях, заставившую ее прийти в движение. На нее будто нацепили кандалы и вели против воли, оставляя ей лишь возможность плестись сзади и надеяться на спасение.

Подойдя к стене, Иста взглянула на нее.

- Давай.

Она не понимала, что от нее требуют, а потому задрожала чуть сильнее. Иста же подобный ответ не готова была принять, а потому продолжала недовольно смотреть на нее. Вскоре к взгляду она добавила методичное, насколько кукла была способна создавать такой звук, постукивание ногой.

- Ты будешь это делать!?

Шипение поглощали пушистые стены.

Она ощущала себя в ловушке, как пленник, ожидающий смертный казни и знающий, что надежды на пощаду нет. Страх поглощал ее.

- Ну!?

Повышенный тон заставлял нити подрагивать.

Ее глаза горели ненавистью. Так и казалось, что она вот-вот поднимет руку.

- Я-я не знаю, что надо сделать...

Иста закатила глаза и громко вздохнула.

- Серьезно!?- задав риторический вопрос, она подняла голову, - Какого черта я каждый раз должна заново все рассказывать!?

- ...

- Значит так, слушай меня внимательно, ты сейчас думаешь о том, что перед тобой, как и в тот раз, когда ты меня впустила, расходятся эти идиотские нити, поняла?

Пришлось кивнуть, хоть сосредоточиться она никак не могла.

Прошло минут пять полного молчания, которое сопровождалось лишь звуком ритмичного постукивания ногой. Ее терпение, если такое существовало вообще, было на исходе, ведь каждое следующие постукивание казалось Елице все более и более раздраженным.

К общему счастью, где-то раздались тихие шаги, которые услышала только Елица. Они напоминали чем-то напоминали ее собственные, как если бы те принадлежали ровеснику. Эта мысль придала сил. Не было четкой уверенности в правильности своих действий, но появилась надежда. А надежда способна на многое:

Нити, как и в прошлый раз расступились, образуя проход в стене. Елица не знала, как повлияла на это и повлияла ли, но надеялась, что это приведет ее в безопасное место, в котором не будет Исты.

Мягкая и пушистая пряжа вытянулась и подобно змее обнимала, открывая путь в неизвестность. Поглаживая волосы и щекоча кукольный нос так, что тому, подобно настоящему, захотелось чихнуть.

Шаг был сделан.