Глава 25. Завтрак с дьяволом
Ресторан гостиницы «Казань» был просторным, безвкусно богатым и пустынным в этот ранний час. Стекло, хрусталь, тяжелые бархатные портьеры. Пахло кофе и дорогим парфюмом, за которым угадывался сладковатый шлейф власти.
Меня провели к столику в углу. Он сидел спиной к стене, с прекрасным обзором на весь зал. Константин Владимирович Орлов. В дорогом, но не кричащем костюме, с чашкой эспрессо в изящной фарфоровой чашке. Он улыбался. Широкой, гостеприимной улыбкой хозяина, радующегося гостю.
— Екатерина Демьяновна! Как я рад, что вы нашли время. Прошу, садитесь.
Его голос был бархатным, обволакивающим. Я села, сцепив руки под столом, чтобы скрыть дрожь. Кольцо с феонитом холодным ободком впивалось в палец. Камень одиночества. Ты не одна.
— Кофе? Или, может, позавтракать? Их омлет здесь превосходный.
— Кофе, пожалуйста. Черный.
Он сделал едва заметный знак официанту. Его глаза, светлые, почти прозрачные, изучали меня с неприкрытым любопытством. Не как добычу. Как интересный экспонат.
— Вы не представляете, как долго я хотел с вами пообщаться. Валерий так... увлекательно о вас отзывался.
— Надеюсь, ничего плохого, — я заставила свои губы растянуться в подобие улыбки.
— О, нет! Напротив! — он отпил кофе, его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на глазах. — Он говорил, что вы невероятно умны. Целеустремленны. Очень похожи на вашего отца.
Воздух застыл в моих легких. Он произнес это так легко, будто обсуждал погоду.
— Вы знали моего отца?
— Конечно! — он сделал широкий жест рукой. — Демьян Сергеевич был прекрасным следователем. Честным, принципиальным. Настоящей редкостью в наше время. Большая трагедия, что его карьера так... внезапно оборвалась.
Он смотрел на меня, и в его глазах читался немой вопрос: «Ну? Что ты на это скажешь?»
Я взяла свою чашку. Рука не дрогнула.
— Да, трагедия. Но, знаете, Константин Владимирович, я все больше убеждаюсь, что честность — понятие относительное. Иногда то, что кажется предательством, на самом деле — вынужденная необходимость. А то, что выглядит благородством — лишь хорошо разыгранная роль.
Его брови почти незаметно поползли вверх. Улыбка не исчезла, но в уголках глаз залегли новые, более острые морщинки.
— Глубокомысленно. Не ожидал такого от человека вашего возраста. Валерка, я смотрю, не только красотой был очарован.
— Валерий ценит во мне партнера, — четко выговорила я. — А не украшение.
— Партнера? — он откинулся на спинку стула, оценивающе меня оглядывая. — В каком же... партнерстве вы с ним состоите? Не в том ли, что он унаследовал от своего отца? Николай Туркин, надо сказать, был куда менее... смышленым.
Удар был нанесен точно в цель. Он знал. Знал, что я в курсе. И играл с открытыми картами, демонстрируя свое превосходство.
— Наследственность — штука сложная, — парировала я, глядя ему прямо в глаза. — Иногда дети не повторяют ошибок родителей. Они их исправляют.
Тишина за столом стала густой, тягучей. Его улыбка наконец исчезла. Он положил локти на стол и сложил пальцы домиком.
— Очень смелое заявление, Екатерина Демьяновна. Очень. Вы не боитесь, что подобные... исправления... могут быть опасны для здоровья?
В его голосе прозвучала сталь. Настоящая, не прикрытая бархатом.
В этот момент из кармана его пиджака тихо прозвучал звонок. Он с раздражением достал маленький пейджер, взглянул на экран... и его лицо изменилось. Выражение уверенности сменилось на долю секунды растерянностью, почти шоком. Он быстро стер его, но я успела заметить.
— Кажется, вас куда-то срочно требуют, — мягко сказала я.
Он медленно поднял на меня взгляд. В его глазах бушевала буря. Гнев? Недоверие? Расчет?
— Да. Неотложные дела. — Он отодвинул стул и встал. — Наша беседа была... чрезвычайно познавательной, Екатерина Демьяновна. Я уверен, мы еще ее продолжим.
Он кивнул мне и быстрым шагом направился к выходу, не оглядываясь.
Я осталась сидеть за столом, сжимая в одной руке холодную чашку, а другой касаясь кольца на пальце. Что это было? Что он увидел в том сообщении? Я не знала. Но я знала одно — я выстояла. Я не сломалась. Я ответила ему на его языке.
Я допила остывший кофе, поставила чашку на блюдце с идеально ровным, чистым звуком. Мои руки больше не дрожали.
Официант с счетом не подошел. Видимо, завтрак был за счет заведения. Или за счет хозяина.
Я вышла на улицу, где у обоих ждала «шестерка» Рэма. Я села на пассажирское сиденье, и Зима с заднего сиденья спросил всего одно слово:
— Ну?
— Он ушел. Срочно. Получил какое-то сообщение, — ответила я, глядя прямо перед собой. — И он знает. Знает, что я все про него знаю.
Зима молча кивнул. Этого было достаточно.
Рэм завел мотор, и мы поехали. Я смотрела в окно на проплывающий город. Первый раунд остался за мной. Но я не обманывалась. Война только началась. И дьявол, отступив, теперь готовился к новой атаке. Но и я была готова.