Silent cry

- Вау...

Шёпотом тянет Джисон, осторожно приближаясь к лицу Феликса. Тот открывает один глаз, сонно наблюдает за вытянутым от удивления лицом друга. Понимание происходящего наступает сразу.

- Они настоящие?

- Блять, ты щас как жёлтый из рекламы M&M's выглядишь.

Ночью стало дико жарко, отчего пришлось выпутываться из любимого кокона. Милое личико Феликса, не скрытое слоями одеял, предстало перед Ханом во всей красе. Привычного макияжа, который в обычных обстоятельствах скрывает его недостаток, не было.

Да, Феликс успешно избегал данной ситуации больше двух недель, но рано или поздно, неизбежное происходит.

- Прикольно... Нет, красиво, - заворожено произносит Джисон, наконец находя нужное слово.

Феликс пропускает комплимент мимо ушей, отрывает своё тело с кровати и направляется в ванную.

- Уродство не может быть красивым, - бросает он напоследок.

Тратит на сбор времени больше чем обычно, с усердием маскируя каждую веснушку тональным кремом. Выходит, и под пристальным взглядом друга одевается. Несмотря на то, что официально сегодня нет занятий, Феликс по привычке надевает школьную форму.

- Зачем ты их замазываешь? - Джисон выискивает взглядом скрытые тональным кремом веснушки. - Они такие классные!

- Много ты понимаешь, - хмурится Феликс. Он теребит рукав рубашки, чтобы поменьше обращать внимание на Джисона.

- Предлагаю сделку, - не выдерживает Хан и подскакивает к другу с лосьоном в одной руке и пакетом с ватными дисками в другой.

Феликс выжидающе смотрит в ответ.

- Не прячь их, и я закажу любую пиццу, какую захочешь. Фильм на твой выбор, - поигрывает бровями Хан.

- Давай так, - меняет условия уговора Феликс, - я убираю тональник, а ты весь следующий месяц давишь свой порыв щедрости, и мы смотрим фильмы без очередной порции фастфуда.

Джисон уходит в раздумья, трёт подбородок обдумывая условия сделки. В конце концов он протягивает руку для рукопожатия. Феликс решает, что один день без привычного макияжа переживёт и пожимает ладонь в ответ, скрепляя соглашение.

***

- Добрый день, - в класс заходит женщина лет тридцати пяти, высокая, изящная. Одета скромно, но со вкусом, серые брюки, чёрная обтягивающая водолазка, на шее серебряный кулон в виде стрекозы. На ногах обычные туфли лодочки, а волосы уложены в высокий хвост. - Я ваш преподаватель изобразительного искусства на этот семестр. Если выберете данный факультатив и в следующем, возможно, учитель сменится. Меня зовут Дорис Уокер. В виду специфики предмета занятия в два раза больше по времени, но и проходят реже. Второй урок будет только через три недели, - чеканит мисс Уокер. У неё низкий голос с хорошо поставленной дикцией. Она скорее похожа на железную леди, чем на художницу, в отличие от отца Феликса, который извечно перемазан в краске.

По просьбе преподавателя мольберты и рабочие столы расставлены по парам. Она обводит студентов взглядом.

- Перейдём сразу к делу, сегодня я хочу посмотреть, на что каждый из вас способен, - женщина постукивает кончиками пальцев о свой мольберт. - Разбейтесь по двое, как сидите и нарисуйте то, что вам больше всего нравится, используйте свой привычный стиль в работе. Я прекрасно понимаю, что половина из вас нарисует портрет, поэтому с напарником будет проще. Начинайте.

Феликс переводит взгляд направо. Ему выпало работать с девушкой из параллели. На других занятиях они раньше не пересекались и к своему стыду, имени её он не знал.

- Клэр, - опережая парня произносит девушка, собирает пшеничные волосы в пучок на макушке и протягивает ладонь для рукопожатия. На тонких пальцах несколько элегантных колец с, несомненно, дорогими камнями. - Ты, кажется, Феликс?

- Очень приятно, - парень касается протянутой руки, слегка сжимая прохладные пальцы. - Что будешь рисовать?

- Чаще всего архитектуру пишу, но сегодня хочу попробовать что-нибудь новое, - Клэр всматривается в лицо напротив, слишком долго заостряя взгляд на изящных чертах. Приходит в себя лишь тогда, когда переводит его на пухлые губы.

- А я природу люблю, - нарушает неловкое молчание Феликс.

Он погружается в работу с головой. Через четверть часа у него готов набросок будущей картины на холсте. Феликс достаёт кисти, набирает все необходимые цвета, все кроме одного.

- У тебя нет кобальта? - обращается он к Клэр и застывает в растерянности.

- Ты ведь не против? - девушка уже пожалела, что отказалась от изначальной идеи изобразить на холсте Лувр.

- Неожиданно, конечно, но нет, - Феликс берёт протянутый тюбик краски и смотрит на собственный профиль с мольберта Клэр.

Класс постепенно заполняется характерным запахом. Ещё одна деталь, которая напоминает о доме, именно так пахла студия отца, те же звуки мастихина о холст.

- Не боишься расстроить мисс Уокер?

- Она сама сказала, что пятьдесят процентов из нас нарисуют портреты. Считай, что я именно эта половинка нашей пары, ведь вторая рисует любимый пейзаж, - подмигивает девушка.

В комнате для занятий предусмотрено всё. Запасные палитры, огромная куча холстов, в дальнем углу. Кулер с водой и даже стулья с высокими спинками. В любой момент можно откинуться, расслабляя затёкшую спину.

- Молодой человек, как вас зовут? - низкий голос с нотками стали нарушает уютное шуршание кистей о холст и тихие перешёптывания.

- Со Чанбин.

- Позвольте узнать, что это? - женщина подходит со спины Чанбина, убирая руки в карманы брюк.

- Высокое искусство, или как у вас это называется, - парень кривит губы в усмешке.

Со Чанбин одноклассник Клэр. Но в отличие от девушки, с ним у Феликса совпадал теннис, благо на один корт они не попадали. Впечатление от этого парня совсем не радужное. Грубить и придираться по любой мелочи было для него в порядке вещей, он в целом про нормальное общение не слышал.

- Вашу мазню стыдно сравнивать даже с аппликациями трёхлетнего ребенка, - мисс Уокер одаривает Чанбина холодным взглядом. В голове Феликса всплывает образ Ким Сынмина. Люди искусства становятся слишком страстными, когда дело касается любимого занятия. Женщина проходит между рядами, недолго задерживаясь у мольберта каждого студента, оставляя свою словесную оценку.

Когда очередь подходит к Клэр, девушка заметно нервничает. Портрет Феликса выполнен неплохо. Мазки широкой кистью на фоне. Яркая цветовая гамма. Угловатый стиль самого изображения, что больше походит на страницу манги, самой высококачественной. Портрет был явно не стилем Клэр, но наличие таланта по этой работе отрицать глупо. Мисс Уокер с пристрастием рассматривает картину, искоса поглядывает на Феликса и снова обращает своё внимание к мольберту.

- Весьма неплохо... - женщина одобрительно кивает.

Класс разрывается от громкого и наигранного смеха Чанбина, тот надменно ходил за преподавателем, мысленно высмеивая каждую работу.

- Ему что тараканы на лицо насрали? - Чанбин тыкает пальцем в рисунок из-за чего ещё свежая масляная краска размазывается. - Точно насрали, - переводит взгляд на Феликса.

Он привык. Давно привык к оскорблениям по этому поводу, но каждый раз обида такая же как в первый.

- Бин, закройся уже! - девушке абсолютно всё равно на порчу картины, исправить можно за минуту. - Научись работать чем-то кроме языка.

По классу разносятся редкие смешки. Чанбин поджимает губы, озираясь на тех, кто посмел смеяться над ним из-за какой-то девчонки.

- Довольно! Занятие окончено, - обрывает мисс Уокер, - Феликс, ты отлично справился, а вам, - женщина обращается к самому отличившемуся из них, - я настоятельно рекомендую выбрать другой факультатив.

Чанбин ухмыляется одной рукой опираясь о мольберт Феликса, провожая взглядом преподавателя. Мисс Уокер покидает класс, и студенты начинают собираться следом. Парень словно случайно задевает холст Феликса и тот летит прямо на него. Он рефлекторно выставляет ладони, они отчасти защищают одежду, но все руки в один миг окрашиваются тёмно синей краской.

- Мудак! - Клэр поднимает картину, та безусловно испорчена. - Тебя в детстве головой что-ли вниз роняли?

- Он того не стоит, - тихо вмешивается Феликс, девушка его слышит и отворачивается от одноклассника.

- Давай помогу, - Клэр перехватывает сумку Феликса и его самого под локоть, - если перепачкаешь, потом фиг отмоешь, - объясняет она свой порыв, пока они идут до общежития.

- Спасибо, - благодарит парень.

Клэр кладёт ключи на барный столик, а сумку ставит на стул.

- У тебя есть номер Хан Джисона?

- Конечно.

- Напиши, пожалуйста, что я опоздаю на репетицию, - Феликс смотрит на своё отражение в зеркале ванной комнаты, - этот пиздец я полчаса смывать буду.

Тонкие пальцы бегло постукивают по экрану смартфона набирая сообщение президенту школы, номер которого был у каждого студента.

- До встречи, Феликс, - Клэр мягко улыбается, отрывается от дверного проёма, служившего её опорой последние пару минут и выходит, тихо прикрывая за собой дверь.

***

Вторая репетиция обещала быть более продуктивной. Во-первых, благодаря стараниям учителя, песню новоиспеченная группа всё-таки выбрала. Во-вторых, уже после одного занятия с Минхо, Джисон запомнил основные аккорды в их зачётной композиции и не без труда, но все же мог их повторить. Феликс опаздывал. Хан, не теряя времени взял гитару, повторяя с усердием каждое движение пальцев. Подушечки немели от постоянного давления, но лучше уж так, чем слушать стенания Хёнджина.

- Твой дружок что, дорогу забыл?

Минхо садится рядом, поправляет пальцы Джисона на струнах.

- Я ведь говорил, здесь ты зажимаешь первую и третью, - голос спокойный, на грани шепота, - вот так, - он аккуратно поправляет пальцы Хана на грифе гитары, - несложно ведь запомнить.

- Я первый раз играю, сделай мне поблажку.

- Не первый.

- Может уже позвонишь ему? Ну или давай в розыск драгоценного Феликса объявим.

Тираду Хёнджина прерывает щелчок замка.

- Почему так долго? - Джисон встречает друга, стоит тому переступить порог репетиционной комнаты. - Кое-кто чуть от недовольства не захлебнулся.

За спиной слышится громкое покашливание, Хёнджин нетерпеливо постукивает барабанными палочками.

- Сообщение на телефоне посмотри, я предупредил, - с намёком на обиду, отвечает Феликс.

Джисон вертит в руках телефон, который до этого момента пролежал на соседнем стуле и смахивает оповещения о входящих сообщениях.

- Прости, не заметил, - он вновь откладывает телефон, поудобней перехватив гитару. - Можем начинать.

- А смысл? Половина репетиции прошла, - Хёнджин не прекращает возмущаться.

- Значит задержимся, - спокойно парирует Хан. - Наша группа сегодня последняя, так что, хоть до рассвета репетировать можем.

- Какого хрена из-за одного придурка я должен тратить своё личное время?

- Наверно такого, что вчера из-за одного другого придурка задержалась тренировка по плаванию, причину твоего опоздания озвучить или уже начнём?

- А не пойти бы тебе...

- Хван! - Минхо, молча наблюдающий за перепалкой парней, решает их прервать. - Воткнул палки в руки и играй.

Хёнджин закусывает щёку изнутри, но другу не возражает.

Они несколько раз прогоняют всю мелодию. Звучит довольно недурно. Хан пару раз ошибается с выбором аккорда, Минхо быстро поправляет.

- Теперь надо поработать над вокалом, - заключает Минхо после очередного отыгрыша песни.

Феликс, впервые за всё проведённое время, отрывается от текста.

Поправляет рукава небесно-голубого свитера, скрывает за ними пальцы, перепачканные масляной краской, ему так и не удалось полностью их отмыть. Неловко подходит к микрофону.

- Под минус споёт, - Хёнджин потирает онемевшие запястья. - В отличие от некоторых мы уже час играем.

- Без проблем, - Феликс поднимает взгляд на Хвана.

Хёнджин первые секунды никак не может понять, что же изменилось в этом новичке. Тот же цвет волос, взгляд, спокойный, но местами колючий характер. Хван поднимается со своего места и идёт за заранее припасённой чашкой кофе, обходит Феликса. Возвращаясь обратно, обводит взглядом лицо, подмечая каждую веснушку. Заостряет внимание на скулах, кончике носа. Ухмыляется, нет, улыбается, пряча эту самую улыбку, отпивая первый глоток напитка.

Феликс поёт. Вначале немного робко, но с каждой строчкой обретает уверенность. Голос низкий, приятный до мурашек Хёнджина. Хван медленно пьёт кофе, сосредотачивая внимание на барабанной установке. Вот только взгляд постоянно переходит на парня с микрофоном в руках. Это раздражает.

- Бред, - выдаёт он на одном дыхании.

- Что-то не нравится? - Джисон с радостью врезал бы ему, но статус не позволяет.

- Практически всё, - тянет Хван. - На припеве нужна тональность повыше.

- Покажешь класс? Заебался я уже твоё нытье слушать.

- Президент школы коготки показывает, - ехидничает Хёнджин, переводит взгляд на друга. - Ебитесь тут сами. Мне надоело.

Парень швыряет барабанные палочки, выходит из-за установки и быстрым шагом покидает репетиционный зал. Напоследок хлопнув дверью. Минхо удивлённо округляет глаза. Хван Хёнджин не отличается миролюбивым характером, но даже для него это слишком.

- Ты что не мог его остановить?! - возмущается Хан, поворачиваясь к застывшему Минхо. - Я могу исполнить припев, если ему так приспичило. Какие проблемы?

- А я, по-твоему, ему что, мамочка? - Минхо отходит от ступора, подхватывает свой рюкзак. - Репетиция окончена, - он уходит вслед за другом.

Феликс откладывает листы с текстом на стойку. Говорить не хочется, сегодня и без того был чересчур насыщенный на события день.