Silent cry

Первые два дня Феликс не вставал с кровати. Джисон регулярно приносил ему еду или же просто заказывал доставку. Всё съедал Чонин, который приходил навестить друга. Феликс даже не смотрел в их сторону. Хан не уверен вставал ли тот хотя бы в туалет. Он изводился от бессилия и попыток разговорить Феликса, которые не возымели успеха. Окончательно его довёл разговор с Кристофером Баном.

- Хан Джисон, задержись, - подзывает его завуч после английского. - Ты, ведь, понимаешь, что я больше не могу закрывать глаза на пропуски Феликса?

- Вы же знаете, что произошло! - вспылил Хан. Учитель одаривает ученика нечитаемым взглядом. Он садится за учительский стол, положив подбородок на сцепленные в замок руки.

- Посмотри на ситуацию с моей стороны. У меня есть один избитый ученик, который уверяет, что ничего плохого не делал. Почти сотня людей, которые видели, как Ян Чонин накинулся на того самого ученика. И ещё один, который по неизвестным причинам не посещает занятия уже второй день.

- По неизвестным причинам? - Джисон округляет глаза от возмущения.

- Ему сломали ногу? - так же спокойно продолжает завуч.

- Нет, но...

- Мистер Хан, я делаю поблажку потому что Ли Феликс одарённый ученик, отлично учится и у него никогда не было прецедента, чтобы ему не доверять. Делаю скидку на то, что вы президент школы и он ваш близкий друг, как я понимаю. Поэтому, - Кристофер выходит из-за стола, - я даю вам возможность помочь другу самостоятельно. В противном случае, я буду вынужден настаивать на занятиях с психологом. Чтобы завтра Ли Феликс приступил к занятиям. Вы свободны, Мистер Хан.

Джисона просто корёжит от дурацкой привычки учителей обращаться официально, когда они хотят добавить веса своим словам. Он молча кивает и подхватив сумку, направляется к выходу.

- Джисон, если тебе будут известны какие-то доказательства в вине Со Чанбина...

- Можете не сомневаться, я обязательно скажу, - Хан даже не попытается скрыть обиду в голосе.

Парень решительно направляется в общежитие, игнорируя тех, кто пару раз его окликал.

- Вставай! - Джисон срывает с Феликса одеяло. Тот даже не открывает глаза, Хан уверен, что друг не спит. На нём всё та же одежда, в которой он приходил в актовый зал два дня назад. - Ли Феликс, твою мать! Ты столько сил вложил, чтобы здесь учиться!

- А смысл? - безжизненный, сиплый голос Феликса словно удар под дых.

- Ты позволишь этому козлу Со Чанбину всё разрушить? Пока ты здесь покрываешься плесенью и жалеешь себя, он там упивается безнаказанностью!

Феликс отворачивается к стене, но Хан не намерен оставлять всё так. Он расхаживает по комнате, ни на секунду, не прерывая свой монолог. И когда его аргументы заходят на третий круг, Феликс неожиданно встаёт.

- Ты куда?

- У меня уже голова от тебя болит, - Феликс закрывается в ванной. Джисон припадает ухом к закрытой двери. Никаких посторонних звуков, кроме льющейся в душевой кабине воды.

Отведённые Джисоном полчаса Феликсу на душ прошли. И он уже собирался бесцеремонно ворваться в ванную комнату, чтобы убедиться, что с другом всё в порядке. Феликс выходит сам. На бёдрах повязано полотенце, кожа красная от горячей воды. А ещё он заметно похудел, за эти два дня. Обезвоживание, голод и нервное истощение не прошли бесследно. Парень останавливается напротив шкафа, на дверце которого зеркало в пол.

- Хочешь я тоже в фиолетовый выкрашусь? - робко спрашивает Хан.

Феликс смотрит на его отражение в зеркале и еле заметно улыбается.

- Я и сам могу перекраситься в любой другой цвет. Но знаешь... - он взъерошивает волосы руками, - мне нравится. - Хан открывает рот от удивления. А Феликс, как ни в чём не бывало, начинает одеваться. - Ты же сам говорил, что я не должен идти у них на поводу.

- Ты всё-таки слушал, что я говорю.

- А у меня был выбор? Ты же и мёртвого достанешь.

Джисон подскакивает с места, буквально кидается на Феликса, чуть не сбивая его с ног. На слабый стук в дверь никто не реагирует.

- Он не сдох от голода, и ты решил его задушить? - Чонин вваливается в комнату друзей, как к себе домой.

- Пошёл вон, - бубнит Джисон в плечо Феликса.

- Только после обнимашек! - Чонин бросается к парням, обнимая обоих.

Щедрость Хан Джисона не знает границ. Но сейчас Феликс даже рад этому. После двух дней, проведённых в постели, есть хочется ужасно. Парни облепили его с двух сторон и с набитыми ртами наперебой спорят о научной составляющей третьесортного боевика. А по словам Чонина фиолетовый Феликсу к лицу и теперь он не похож на бледную амёбу. Кажется, и правда становится легче.

***

За неделю до Хэллоуина вся школа окрасилась в оранжево-чёрные цвета. Повсюду висят вырезанные из бумаги летучие мыши, по углам лоскутами свисает бутафорская паутина. В основном холле школы поставили колдовской котёл. С подоконников скалятся тыквы, а над потолком на маленьких мётлах парят жуткие ведьмы. В школе очень ценится корпоративный дух. На потеху всем и на беду президента школы, разумеется. На каждый Хэллоуин проводится голосование, в котором ученики и преподаватели выбирают тематику праздника. В этом году повезло. Практически единогласно темой выбрали вампиров. В том году «жуткий», по своему определению, праздник превратился в балаган с костюмами зверушек. И ладно, если бы это была обычная костюмированная вечеринка. Руководство школы пошло дальше. В День Всех святых отменяется школьная форма. Начиная от директора и заканчивая уборщиками, все без исключения, целый день расхаживают в тематических костюмах.

Джисон передёргивает плечами, вспоминая прошлый год, когда он целый день парился в плюшевом костюме ленивца. В тот, по истине, зловещий день, казалось, в школе стало больше народа.

- Может этот? - Джисон листает ленту в интернет-магазине, просматривая костюмы и аксессуары.

- У меня уже в глазах рябит от всего этого великолепия, - Феликс устало вздыхает и переворачивается на спину. Они с Джисоном умудрились поместиться на одной кровати. - Выбирай себе, я возьму тот первый.

- Может, пойдём поиграем? - словно между прочим спрашивает Хан. В последние дни Феликс перестал пропускать занятия. Пытался вести более-менее социальную жизнь. Но тем не менее Джисон всегда старался найти для него лишнее занятие, чтобы апатия не захлестнула парня с головой.

- Нет, - жёстко отрезает Феликс.

- Порепетируем, только мы вдвоём.

- Джисон, - Феликс откладывает телефон, - я не буду играть ни с Хёнджином, ни с Минхо. Ты ведь понимаешь? - осторожно спрашивает он друга. Тот лишь кивает, пряча грустный взгляд за ресницами.

- Как же зачёт?

- Сынмин не против, чтобы я выступал один. Осталось песню найти.

Джисон молчит недолгих пару минут. В три раза больше времени тратит, чтобы найти свой блокнот. У Джисона же все вещи лежат на своих местах, найти их правда проблематично. Феликс терпеливо ждёт, пока ему не вручают открытый на исписанных страницах блокнот в красной обложке. Он внимательно вглядывается в корейские буквы, узнает лишь скудную часть. Этого мало, чтобы прочитать всё в полной мере.

- Я написал, - Джисон неловко ерошит волосы на затылке. - Правда Минхо сказал, что это хрень полная, - парень заметно огорчается.

- К чёрту твоего Минхо, - Феликс бегает глазами по строчкам, усердно вспоминая корейский алфавит. - Я, к сожалению, мало что понимаю.

- Это вроде как песня, - Джисон садится на край кровати, - но музыки нет. Я могу перевести на английский, если хочешь.

- Хочу, - без промедления отвечает Феликс, обеими руками прижимая блокнот к груди.

***

Минхо заходит в репетиционный зал. Хан настолько увлечённо перебирает аккорды на гитаре, что не замечает вошедшего. Мягкий ламповый свет освещает сосредоточенного парня. На лбу, между бровями залегла морщинка, чёлка собрана в нелепый хвостик. Он смешно закусил нижнюю губу. Пальцы промахиваются мимо струн. Джисон вымученно стонет, у Минхо вырывается смешок.

- Так и думал, что найду тебя здесь, - под внимательным взглядом чёрных глаз, Минхо закрывает за собой дверь, по пути подталкивает стул и повернув его спинкой вперёд, усаживается, облокотившись, - Разве сейчас время репетиций? - Минхо переводит взгляд на часы, - время уже давно после отбоя.

- Я президент школы, у меня свои привилегии. Ты что здесь делаешь?

- Нет запретов, для того, кто не спрашивает, - Минхо ухмыляется, - Ты сколько здесь торчишь? Тебя не было на ужине.

Хан пожимает плечами. Убирает гитару в сторону и смотрит на покрасневшие пальцы левой руки: на подушечках отпечатались глубокие следы от струн. Минхо молча перехватывает его руку и принимается нежно растирать онемевшее запястье, спускаясь к пальцам.

- У тебя хорошо получается, нет смысла так истязать себя, - говорит Минхо, не прекращая массировать чужую кисть.

- Хорошо для того, кто ничего в этом не понимает?

- Мне нравится, - парень пожимает плечами. Он подносит руку Джисона к губам. Дует на горячие, воспаленные пальцы. Джисон вздрагивает и отнимает руку. Он надеется, что в жёлтом ламповом свете, Минхо не заметит, как стремительно он краснеет. Замечает.

- Почему ты встречаешься с Марисоль? - у Джисона уходят все душевные силы на этот вопрос. Посмотреть на Минхо уже не хватает смелости.

- Она красивая, - легкомысленно говорят в ответ.

- А я? - на грани слышимости задаёт очередной вопрос Хан. Он поглаживает большим пальцем огрубевшие от струн подушечки, на руке, которую только что разминал Минхо.

- А ты ещё и умный, - говорит парень сквозь улыбку, но она тут же пропадает с лица, когда Джисон встаёт с места. Минхо приходится отодвинуть свой стул, чтобы поравняться с ним.

Неизвестно, кто тянется за поцелуем первый. Джисон сжимает пальцы на воротнике чужой рубашки. Минхо наступает и Хану приходится пятиться назад. Он упирается в стол, отталкивается от него руками и легко запрыгивает, притягивая Минхо ближе. В штанах становится тесно. А руки Минхо слишком сильно сжимают бёдра Джисона. Воздуха не хватает. Тоненькая нить слюны тянется от одних губ к другим, когда поцелуй прекращается. Джисон прижимается ко лбу Минхо своим.

- Ну и кто лучше? - с вызовом спрашивает Хан.

За дверью раздаются тяжёлые шаги. Минхо успевает отступить назад в тот момент, как охранник заходит в репетиционный зал.

- Вы ещё почему здесь? Марш в общежитие!

***

Вечеринка в самом разгаре. Школьники уже дошли до той кондиции, когда стираются грани между стеснением и азартом.

Очередь переходит к Минхо. Он легко раскручивает бутылку, и она останавливается аккурат напротив Джисона. Гомофобных в игру не брали, но каждый раз, когда бутылочка выпадала на представителей одного пола, поднимался небывалый шум. Так вышло и сейчас. Джисон ползёт к Минхо, практически через весь круг, под крики и свист. Садится очень близко, чуть ли, не залезая к Минхо на колени, пока тот не сводит с него своих невозможных глаз. Минхо кажется, что время тянется бесконечно долго. Джисон обхватывает его лицо тёплыми руками. Губы опаляет горячее дыхание, прежде чем Джисон накрывает их своими. Он целует медленно, словно на пробу прихватывает сначала верхнюю, потом нижнюю губу. В кончиках пальцев покалывает. Минхо хочется затащить Джисона к себе на колени, прижать крепче. Хан обводит его губы языком, будто нарочно растягивая время. Глаза Минхо закрываются, в голове только белый шум. Стук сердца эхом отдаёт в ушах - на них же сейчас все смотрят. Играя в бутылочку, так не целуют. Но Хан упивается происходящим. Размыкает губы Минхо языком, проталкивая его внутрь чужого рта. Исследует изнутри. Руки бессознательно тянутся к нему, чтобы прижать ближе.

- Вы сейчас трахаться начнёте, - их грубо прерывают. Джисон отстраняется, напоследок легко прикусив нижнюю губу Минхо. Голова идёт кругом. Джисон не открывая глаз, улыбается сам себе. Облизывает свои губы, смакуя послевкусие поцелуя.

- Давай на место, президент! - Джисона тянут назад за пояс. Он с трудом удерживает равновесие, чтобы не упасть на спину. Бутылка, раскрученная Джисоном выпадает на тихоню Рокси. Девушка тут же краснеет, наблюдая из-под опущенных ресниц, как Джисон, неуклюже ползёт к ней. Останавливается немного дальше, чем следовало бы. Тянется всем телом к дрожащим девичьим губам, на которых от многочисленных поцелуев размазалась помада. Так целовать жутко не удобно. Он хочет опереться на руку, для удобства, но кладёт её на лежащую в центре бутылку, та откатывается в сторону, и парень по инерции падает следом. Смех заставляет Рокси встрепенуться. Минхо бессознательно тянется, чтобы поймать падающего Джисона, но он слишком далеко.

- Давай быстрее, президент! - хохочет кто-то совсем рядом с Минхо.

- Пожалуй ему хватит, - обрывает смех Минхо. Вокруг заметно затихают. Есть такая особенность у Ли Минхо - его всегда слушают. Он помогает протестующему Джисону подняться.

- Я сам могу встать!

- Ты в стельку пьяный, - Минхо уворачивается от руки Джисона и отступает на пол шага назад. Того немного ведёт, и парень сжимает голову, чтобы сфокусироваться.

- Я лучше пойду, развлекайтесь, - не без жалости говорит Джисон, выходя из круга. Про него тут же забывают, наперебой споря, кто теперь должен крутить бутылку. Минхо смотрит вслед шатающемуся однокласснику, бросает быстрый взгляд на Марисоль. Девушка поглощена игрой и не замечает, что Минхо тихо отошёл, чтобы нагнать Джисона.

- Стой, - Минхо перехватывает его руку и закидывает себе на шею, придерживая за талию.

- Мой рыцарь, - смеётся Джисон. Он обмякает в чужих руках, позволяя себя практически нести.

- Ебаться пошли? - прилетает в спину.

- А ты вообще знаешь, что это такое? - бросает Минхо не оборачиваясь.

- С хера ты такой тяжёлый? Хоть ноги переставляй, пьянь. - Джисон жмётся к Минхо. Несёт какой-то несвязный бред, а они ещё даже не дошли до лестницы.

-... десять, одиннадцать, тринадцать...

- Ты что несёшь? - Минхо подтягивает Джисона, потому что тот начинает сползать.

- Ступеньки считаю. Я сбился! Давай, вернёмся! - Хан резко разворачивается.

Минхо сдавленно рычит. Ему тяжело. На лбу появляется испарина. Они чуть не летят вниз, от резких движений Джисона. Минхо рывком подтягивает парня, заставляя подниматься вверх. На третьем этаже, где располагается комната Джисона, Минхо уже тяжело дышит. Рубашка прилипла к спине, а Джисон и не думает помогать. Он так и висит на шее Минхо, еле переставляя ноги. Наконец он приваливается к стене у одной из комнат и начинает хлопать себя по карманам. Странно, что в этих брюках они вообще есть. У Джисона особая любовь к слишком узким штанам.

- Это не твоя комната, - Минхо скрещивает руки на груди, выравнивая дыхание.

- Это комната президента. Я, - он указывает на себя пальцем, - президент. Смекаешь? - Джисон вынимает из заднего кармана небольшой ключ.

- Почему ты не живёшь в ней? - Минхо наблюдает за безрезультатными попытками Хана попасть в замочную скважину.

- Мне моя больше нравится, - у него ничего не получается. Минхо отбирает ключ и с первой попытки открывает замок. Джисон улыбается так, будто это его заслуга. Открывает дверь, пропуская Минхо вперёд. В целом комната точно такая же, как и остальные, только кровать одна, оттого и места больше. Пока Минхо осматривался по сторонам, раздаётся звук закрывающегося замка. Джисон приваливается к двери спиной.

- Ты что делаешь? - парень недоуменно хлопает глазами. В комнате темно. Только свет от уличного фонаря развивает мрак.

- Ты мне так и не ответил, - Джисон легко отталкивается от двери. Минхо прищуривается. Джисон не похож на пьяного. Его голос внятный, походка твёрдая. Он подходит очень близко. - Кто лучше? Я или она? - закидывает руки Минхо за шею, сцепляя их в замок. Касается кончиком своего носа Минхо.

- Ты пьяный и не соображаешь, что творишь. - шепчет Минхо. От такой близости становится волнительно.

- Кажется, я забывал налить виски в виски-кола, - Джисон улыбается, облизывает пересохшие губы. Минхо кладёт руки на его талию. По телу пробегает толпа мурашек. Какого чёрта, у этого Хан Джисона такая сексуальная фигура? Пальцы судорожно сжимаются. Нужно оттолкнуть, но получается только прижать сильнее.

- У тебя такие красивые губы, - даже сквозь темноту комнаты, Минхо чувствует на себе похотливый взгляд. - Тебе идёт помада, - шепчет Джисон в поцелуй. Он притирается всем телом, запускает пальцы в волосы. Поцелуй из осторожного становится требовательным.

- Ханни, нам нужно остановиться, - рвано говорит Минхо отрываясь и снова припадая к джисоновым губам.

- Повтори.

- Нам нужно остановиться.

- Нет, то, что было перед этим, - требует Джисон. Они говорят и целуются одновременно.

- Ханни...

Джисон удовлетворённо урчит и толкает Минхо в грудь, он садится на кровать, позади него. Делает шаг вперёд, становясь между разведённых ног Минхо. Не сводя взгляда с парня, Джисон начинает медленно снимать чёрную шифоновую блузку. Минхо шумно сглатывает, кадык дёргается и в следующую секунду он припадает лицом к оголённому торсу Джисона. Трётся носом о кубики пресса, сминая под пальцами упругие ягодицы. Джисон зарывается руками в волосы Минхо, массируя кожу на голове. Ширинка на брюках Хана сильно топорщится. Минхо дрожащими пальцами проходится по пояснице, оглаживает бока, спускаясь по гладкой коже живота к пуговице штанов. Молния расстёгивается с характерным звуком. Он резко встаёт, подхватывает Хана под бёдра и опрокидывает на кровать, нависая сверху. Они спешно раздеваются, то и дело соприкасаясь пальцами, расстёгивая тёмно-синюю рубашку на Минхо. Путаются в штанах. Тяжёлые ботинки летят на пол, гулкими ударами разбавляя торопливую возню. Джисон обвивает ногами талию Минхо. Притирается вставшим членом о чужое возбуждение. Минхо стонет, оставляя лёгкий укус на плече Хана. Тот выгибается в спине, впиваясь пальцами в напряжённые плечи парня. Минхо проводит большим пальцем по нижней губе Хана. Джисон перехватывает руку Минхо за запястье, запуская его пальцы себе в рот, обводит подушечки языком. Минхо проталкивает их глубже. Джисон сдавленно стонет, посасывая пальцы, обильно смачивая слюной. Он убирает руку Минхо, направляя её к своему члену. Первое движение заставляет Джисона задохнуться своим стоном. Он широко улыбается, глядя Минхо в глаза. Взгляд которого заволокло пеленой желания. Хан широко мажет языком по своей ладони. Сжимает член Минхо, обводя большим пальцем чувствительную головку. Парень рефлекторно подаётся вперёд. Они не прекращают целоваться, синхронно водя руками, подмахивая бёдрами в такт этим движениям.

- Назови меня так ещё раз, - загнанно шепчет Джисон.

- Ханни... - выдыхает на ухо Минхо, толкаясь в его ладонь. Джисон сжимает руку сильнее и этого достаточно, чтобы Минхо начал кончать. Он изливается на джисонов живот, дрожа всем телом. Движения его руки становятся рваными. Хан закусывает губу, глотая стон, подкидывает бёдра выше, кончая следом. Сперма Джисона пачкает Минхо и пару капель попадает на его собственный подбородок. Минхо слизывает белёсые капли.

- Сладко, - выдыхает он в короткий поцелуй.

- Люблю сладкое, - Джисон ухмыляется и тянется за ещё одним поцелуем, после чего подхватывает с пола рубашку Минхо вытирая сначала его, а потом себя. Минхо на это варварство никак не реагирует. Только вытягивает из-под них покрывало. Целует родинку Джисона в надключичной ямке и сгребает его в объятия.

- Ханни, я...

- Не переживай, снова сделаем вид, что ничего не было, - разморенный послеоргазменной негой, Джисон утыкается в шею Минхо и, пригретый теплом его тела, засыпает.