Я найду тебя.

Ольга встретила их, открывая тяжелые ворота. Женщина стояла прямо у входной двери, плотно запахивая махровый халат. Ее взгляд семенил разными эмоциями. На Кащея был устремлен недовольный, холодный как сталь, взор, а вот Анне достался мягкий и нежный, похожий на материнский взгляд. Девушка невольно улыбнулась этой удивительной женщине, подходя ближе.

Кащей, явно не вдохновленный приемом, по-хозяйски зашел внутрь, оставляя их сумки в коридоре. Он не промолвил ни единого слова, сразу же подавшись в душ. Ольга раздраженно цокнула языком, приветливо приглашая Анну за стол. Женщина угощала свежими булочками и легким супом, явно следя за своей фигурой.

Анна хотела поговорить, но не знала с чего начать. Ольга выжидающе на нее глядела, но давить не стала, ожидая момента, когда девушка будет готова к беседе. Не смотря на то, что женщина была достаточно милой и хорошо относилась к ней, брюнетка все равно немного побаивалась ее, и млела, оставаясь с ней наедине.

Она быстро уплетала суп, едва сдерживая стоны наслаждения. Это было настолько вкусно, что не описать словами. Хотя, абсолютно всё, что Анна могла бы сейчас съесть, было бы для нее на уровне мишленовских ресторанов, ведь девушка несколько дней почти ничего не ела. И это было очень-очень заметно.

— Ты так исхудала... Всё хорошо? — женщина заботливо погладила ее плечо.

— Ну, вообще да... Только вот в последнее время часто мучает головная боль и тошнота. Но это от нервов наверное...

— Нервы... Их беречь надо, а с таким спутником, как некоторые, их и вовсе не наберешься! — она недовольно скривила лицо.

— У вас с ним очень интересные отношения... Вы ему помогаете, но с другой стороны, недолюбливаете его...

— Знаешь... У меня каждый раз сердце из груди рвётся, когда мне приводят искалеченных ребят. Я уже сто раз пожалела, что когда-то решила стать медиком...

Женщина поднялась со своего места, подходя к кухонным шкафам. Из верхней тумбы она достала надпитую бутылку красного вина и два бокала. Ольга выглядела очень уставшей, а на идеальной коже показались небольшие впадины от явного недосыпа и постоянных переживаний. Анна еще больше прониклась этой женщиной, признавая их сходство.

Женщина с легким звоном поставила перед ними два бокала, быстрым движением наполняя их до самых краёв. Анне пить не очень-то хотелось, но из вежливости она решила отпить совсем немного. Они обе настраивались на тяжелый разговор.

— Я уже привыкла к тому, что Никита твой приводит пацанов. Но вот девушек не приводил никогда. Тем более, я и никогда не видела его в компании девушки, разве что однодневных девиц...

Ольга сделала большой глоток, слегка поморщившись. Устало потерев глаза, она принялась дальше рассказывать едва знакомой девушке всё, что так наболело.

— Бог не дал мне детей, хоть я и мечтала всю жизнь о девочке. С самого детства хотела дочь, представляешь? Косички бы ей заплетала, самые модные платьица покупала бы... Но, жизнь распорядилась мной по-другому. Каждый раз, когда я вижу вас, совсем юных еще, а уже с вот такими проблемами, я сразу представляю, что бы я делала, будь у меня дочь такого же возраста... Я бы не выдержала никогда, ой не выдержала...

Анне в миг стало бесконечно жаль ее. Она то думала, что блондинистая женщина живет свою лучшую жизнь, искрится своей красотой и любовью... А в итоге, глубоко страдает, никому этого не показывая. Не зная ее истории, прохожий незнакомец никогда бы не подумал, что у нее могут быть такие личные проблемы, которые съедали ее душу день за днем.

— Анна, ты можешь списать это на пьяный бред, но... Если решишься бежать, я всегда готова помочь. — она тепло улыбнулась ей, уходя в свою комнату.

Анна слегка опешила от такого неожиданного откровения, да и эти разговоры о побеге... Конечно, она и сама не раз задумывалась о том, чтобы уехать, но ей всей душой хотелось сделать это вместе с ним. Почему-то, девушка продолжала на подкорках сознания верить в то, что где-то там, далеко отсюда, их вполне могла ждать нормальная жизнь, начатая с чистого листа.

Не сумев толком обдумать всё произошедшее, она бессильно повалилась на раскладной диван, укутываясь в мягкие простыня, которые приятно пахли белизной. Девушка снова чувствовала эту непонятную усталость, которая настойчиво преследовала ее последнее время. Пообещав себе, что разберется с причиной чуть позже, она так и уснула в уличных вещах, не почувствовав, как он заботливо накрыл ее одеялом.

***

Подъем был ранним.

Не смотря на то, что Анна на зло матери не хотела ее слушать, угроза отчисления все таки сделала своё дело. Девушка решила, что у нее итак достаточно проблем, поэтому хотя бы со школой можно было постараться всё исправить. Что уж тут осталось до выпуска?

Было очень непривычно шастать по совсем чужому дому, пользоваться чужими вещами... Анна чувствовала себя максимально некомфортно, хоть и знала, что никаких проблем с этим не будет. Но, не смотря на гостеприимность милой женщины, девушка все же мечтала вернуться в их квартиру, в которой все казалось до боли родным. Даже чертов запах сигаретного дыма, который так сильно бесил ее, стал привычным.

Когда Анна вышла из дома, пытаясь потише прикрыть скрипящую калитку, она жадно вдохнула прохладный воздух, в котором во всю витал запах расцветающих деревьев. Это была лучшая погода за последние несколько дней, хотелось надеть что-то легкое и пробежаться по местному парку. Но, к большому сожалению, сейчас ей нужно было идти в школу, где ее обязательно будет ждать не очень воодушевляющий разговор с учительницей, а то и с директором.

Единственное, что радовало девушку, это то, что она увидится с лучшей подругой. Она безумно скучала по тем временам, когда они весело хихикали за своей предпоследней партой, на которой были выцарапаны их инициалы. Анна уже предвкушала скорую прогулку по весеннему скверу, от чего поднималось настроение. Поэтому, она на всех порах понеслась в сторону учебного заведения, уже зная, сколько всего нового расскажет Айгуль.

Уже бежав по чуть скользким ступенькам на входе в школу, Анна с ужасом поняла, что опаздывает. С одной стороны, она понимала, что ее здесь итак никто не ожидает увидеть, но с другой... Можно было бы ответственнее отнестись к своим обязанностям.

Пробегая очередной коридор, она увиделась с несколькими учениками, которые выглядели чуть запуганными. Списывая это всё на предстоящие экзамены, Анна даже не предала значения тому, что у почти всех были слёзы на глазах. И каждый из них смотрел на нее крайне сочувствующим взглядом, словно у нее что-то произошло.

Забежав в нужный кабинет, она быстро извинилась, направляясь к своей парте. С досадой заметила то, что Айгуль не было на месте. Странно, конечно.

Анна аккуратно разложила школьные принадлежности на парте, стараясь никому не мешать лишним шумом. Она настолько сильно спешила, что не замечала ничего вокруг себя. Только сейчас, наконец-то выровняв дыхание, сбитое напрочь из-за бега, девушка заметила учительницу, которая горько плакала, вытирая глаза льняным платком. Брюнетка растерянно огляделась по сторонам, замечая, что почти все ее одноклассники так же само сидели, вперившись грустным взглядом куда-то перед собой.

Анна обернулась назад, пристально глядя на одноклассника, который смотрел пустым взглядом в окно. Тихо тронув его за руку, она нагнулась ближе к нему, прошептав:

— Вась, а что случилось? Почему все выглядят так, будто умер кто-то?

— Ань, ты издеваешься? — она опешила от такой грубости со стороны парня.

— В смысле?

— Ахмярова умерла. Ты не в курсе что ли?

— Что? — она издала истерический смешок.

— Ань, мне жаль, честно...

Анна резко поднялась с места, больно задевая бедром парту, которая с громким звуком отъехала в сторону. Все, кто находился в классе, мгновенно обернулись на нее, задавливая девушку сочувствующим взглядом.

Что он такое несет? Совсем мозг пропил на лавочках возле ДК? Какая смерть, что за шутки дурацкие... Мысли целым кубарем завертелись в голове, пока она стояла посреди класса, совсем не двигаясь. Анна отказывалась в это верить, потому что это ни в каком случае не могло быть реальностью. Нет...

В какой-то миг ей стало невыносимо одиноко. Анна никогда такого не чувствовала, она очень сильно растерялась, не зная куда податься. На периферии зрения девушка заметила одноклассницу, которая заботливо попыталась обнять ее. Брюнетка слегка грубо оттолкнула ее, ведь эта поддержка ей была незачем. Вася просто пошутил. Просто шутка.

Это просто шутка, а Айгуль сейчас выбежит со стороны, глупо над ней смеясь и приговаривая о том, какая же Анна наивная.

Так ведь?

В любом случае, это всё неправда. Анна настолько заверила себя в этом, что на секунду даже смогла успокоиться. Бесящая одноклассница опасливо осматривала ее, все так же стоя с протянутыми руками рядом. Вот же дурочка!

Через еще одно мгновение, Анна обернулась на того самого парня, который так по-идиотски пошутил над ней. Ее быстро обуздала злость, поэтому совсем не подумав, она резко налетела на него, пытаясь ударить кулаком по лицу. К ним сразу же подлетело пол класса, и кто-то принялся оттягивать ее от бедного пацаненка, который и вовсе выглядел так, будто сейчас заплачет.

Анна громко кричала, вырывалась из чужих рук, но несколько человек были в разы сильнее хрупкой, совсем схожей на скелета, девушки. Она же, в свою очередь, совсем не понимала того, что происходит, убеждая себя в том, что над ней просто жестоко подшутили.

— Отпустите, мать вашу! Пустите! — она пыталась ударить кого-то ногой.

— Анна! Успокойся!

— Успокоиться? Этот идиот чересчур жестоко шутит, не считаете? Пустите!

— Это не шутка! Айгуль зарезали вчера вечером, завтра похороны!

Ей показалось, что мир замер. В глазах застыла плотная пелена, из-за которой она не могла больше ничего разглядеть. На нее резко накатил приступ тошноты, и на этот раз она не сдержалась. На негнущихся ногах подалась к первому попавшемуся ведру, громко кашляя. Как же плохо ей стало...

Нет. Просто нет.

Это все нереально, это не правда. Это просто не могло быть правдой...

Айгуль... Она просто дома. Просто решила по непонятной причине не прийти, точно сейчас сидит пьет чай, просматривая очередную мелодраму, которую она так любила...

Анна не могла дышать. «Завтра похороны». Нет, она не верит, не хочет...

У нее начиналась истерика. Девушка повернулась ко всем остальным, смотря на них безумным взглядом, пока они боязливо пятились назад.

Они ожидали того, что она снова накинется на кого-то из них, но она просто рассмеялась. Как и всегда, когда ею овладевала истерия.

Смеясь настолько, что приходилось хвататься за живот из-за вызванных от безудержного смеха спазмов, она едва стояла на дрожащих ногах, то и дело, шатавшись в разные стороны, переступая с одной ноги на другую.

Девушка начинала вновь задыхаться, но остановиться не могла.

Смех, сопровождающийся мощным эмоциональным выплеском, начинал меняться на солёные слёзы. Неумолкаемый хохот и неудержимый плач — было не самым лучшем зрелищем, а со стороны казалось, будто она сошла с ума. Но ее это не волновало, ведь в данный момент девушкой овладевали неукротимые чувства, которые терзали ее целиком и полностью.

Медленно подавшись вперед, девушка пыталась вдохнуть воздух. Ей нужно было убедиться, нужно было пойти к ней. Должно же быть хоть что-то, доказывающее то, что у ее одноклассников просто глупый юмор. А может она вовсе спит? Может это кошмарный сон?

Ее обступили со всех сторон, не давая пройти к выходу из класса. Анну безумно злил их ненужный интерес, сочувствие и забота. Ей просто хотелось уйти отсюда, и больше никогда в жизни не видеть их.

— Исчезните. Дайте пройти.

— Ань, не стоит... Тебе сейчас нужно отдохнуть...

— Ты глухая? Вы все, блять, глухие? Разойдитесь, иначе... Клянусь, глаза выколю! — для пущей уверенности она схватила лежавший на парте циркуль.

Все в один миг разошлись по сторонам, больно ударяясь бедрами об парты, которые с противным звуком царапали пол. Анна не стала даже собирать свои вещи, лишь безостановочно шла к выходу. Сначала это была медленная ходьба, но с каждым шагом она ускорялась, переходя на бег.

Она не забрала ничего. Даже не надела куртку, которая так и осталась висеть в школьной гардеробной. Сейчас ничего не имело значения, кроме лучшей подруги. Анна хотела верить в то, что она не ошиблась, что Айгуль действительно просто осталась дома, как это часто случалось раньше...

Но, когда она подошла к ее подъезду, увидев перед собой милиционерскую машину, что-то в ней окончательно сломалось.

Это не шутка.

***

Кащей рвал и метал. Абсолютно каждая незначительная вещь, попавшаяся ему под руку, была беспощадно разбита об бетонную стену подвала. С его уст вырывался гортанный крик, наполненный до краёв необузданной яростью. Казалось, что он был настолько зол, что его могло разорвать от этого на маленькие кусочки.

Пацаны сидели в общей комнате, пряча подавленные лица в грубые ладони. Каждый понимал, что наступил практически конец, потому что враг накопил достаточно сил, да и был неимоверно коварным. Они снова упустили их, не успев вовремя среагировать, от чего понесли безмерную потерю.

Видеомагнитофон был ничем в сравнении с жизнью невиновной девушки, которая трагически погибла.

Валера никогда не забудет вид уже холодного тела, и ту огромную лужу крови вокруг. Никогда не забудет, как рвал на себе волосы, крича на всю улицу от разъедающей боли внутри. Хоть девчонка и не была ему близкой, но ее смерть означала то, что они вновь проиграли.

Кащей был вне себя от переполнявших чувств. Когда он проснулся в чужом доме, по привычке закидывая тяжелую руку в сторону, понял, что Анны снова нет рядом. Девушка ни о чем не предупреждала его, не говорила, куда может исчезнуть.

Первой мыслью было то, что произошло что-то страшное. Он в панике забежал в комнату хозяйки дома, боясь не найти ее. Но, мирно спавшая женщина была целой и невредимой, а значит, что в дом никто не проник.

Позже, немного собравшись с мыслями, он пришел к выводу, что Анна попросту пошла в школу, ведь ничего другого не оставалось. Его выбесило то, что она ни о чем не предупредила его, ведь в такое время все были на нервах, и чья-то резкая пропажа сразу воспринималась в штыки.

Но, объездив все места, где только могла быть девушка, он снова запаниковал. Последней остановкой стал видеосалон, в котором работала ее подружка, но не тут то было...

Вход в помещение был опечатан, а вокруг, словно собаки-ищейки, рыскали милиционеры. Кащей не стал подъезжать ближе, внимательно наблюдая со стороны за тем, как с кустов достают чье-то смутно знакомое тело. Светлые волосы, такая же светлая кожа, клетчатое платьице...

Айгуль.

Вот тут и сошлись звезды. Он сразу же завел мотор, уезжая в другом направлении. Он настолько вжимался в педаль газа, что практически долетел до универсамовского подвала, надеясь встретить там кого-то из пацанов. И ему повезло.

На небольшом диване спали Зима и Турбо. У последнего была разбита голова, которую очень криво замотали бинтом. Мужчина даже не пытался церемониться с ними, резким движением сбрасывая обоих на пол, нависая над ними грозовой тучей. Растерянные пацаны тут же недовольно забурчали, но как только увидели старшего, сразу поднялись на ноги, принимаясь рассказывать о произошедшем.

— Какого хрена вас там не было? Где вы, мать вашу, шлялись? — он едва держался, чтоб не прибить их на месте.

— Да кто ж знал, что девчонка сама там останется. Обычно они вдвоем с Маратиком там кукуют...

— Я тебе по бошке, блять, так покукую сейчас, что ты мать родную не вспомнишь!

— Кащей, но ты ведь сам перебросил нас заниматься поиском этих ублюдков...

— Это не значит, что можно безалаберно относиться к своим прямым обязанностям! Как успехи? Удалось найти? Конечно нет, потому что кроме того, как попусту шляться хрен пойми где, вы больше ничего не можете! — горло начинало болеть от крика, который был больше похож на рёв.

— Кащ...

— Молчи! Я вас убить сейчас готов, ей богу... Малой в курсе событий?

— Нет, не говорили еще... Я и не знаю, как о таком сказать...

— Правильно, пока не говорите. Надо как-то помягче преподнести.

Закончив разговор со своими остолопами, он снова начал думать о том, где же могла быть Анна, и узнала ли она о произошедшем. Кащею не была присуща сентиментальность, а большинство человеческих чувств чужды, но он прекрасно понимал, как больно будет его малышке, когда она узнает о смерти лучшей подруги.

Единственная мысль, где же она могла быть, это дом почившей подруги. Поэтому, приведя свой внешний вид в порядок, он снова сел за руль, вдавливая педаль в пол.

***

Анна молча сидела в дальнем углу гостиной, слушая горькие всхлипы мамы Айгуль, которая пыталась объясниться с настырными милиционерами. Она не рыдала, не впадала в истерику. В ней осталась только пустота, такая бескрайняя, что было трудно дышать.

Девушка по-прежнему не верила в это. Ни горький плач матери, ни группа милиционеров, ни завтрашние похороны не давали ей поверить в то, что главного лучика света в ее жизни больше нет. И никогда не будет.

Анна не думала ни о чем, только навязчиво прокручивала в голове слово «неправда». Возможно, это было так по-детски, настолько сильно отвергать реальность, но ей от этого было проще. Совсем чуть-чуть, но все же легче.

Милиция не оставляла никого в покое, напористо задавая неудобные вопросы, от которых женщина начинала еще больше реветь. Анне захотелось придушить одного из них, который с особой извращенностью давил на несчастную мать, которая едва держала себя в руках. Глупые вопросы о группировках и причастии Айгуль к ним безмерно раздражали, ведь не несли за собой никакой значимости.

Девушка едва сдерживалась, чтоб не высказать им абсолютно всё, что думает и знает. Единственное, что удерживало ее от этого, это то, что ее молодой человек был напрямую с этим всем связан, а ее слова могут сыграть не в его пользу. Нужно было таить этот секрет, не допуская лишних ушей.

Когда бесконечный допрос наконец-таки был окончен, а милиционеры в спешке покинули квартиру, Анна тихонечко подошла ближе к женщине, которая сидела на мягком диване, сгорбившись от горя. Девушка не знала, что может сказать, поэтому просто обняла ее, крепче прижимая к себе. Они обе всхлипывали, не веря в это.

Анна не знала, сколько прошло времени прежде, чем они отстранились от друг друга. Женщина дрожащими руками потерла красные от слез глаза, отходя в сторону. Ее безнадежный, слегка безумный взгляд вперился в поникшую девушку, которая замерла посреди гостиной.

— Аня, я прошу тебя, расскажи мне всё... Ты ведь знаешь, кто это сделал... Так ведь?

— Я...

— Прошу тебя, расскажи! Расскажи... — женщина зарыдала с новой силой, падая перед девушкой на колени.

— Вставайте, вы чего! Поднимайтесь! — она принялась помогать обезумевшей от горя женщине.

— Анечка... Как же так, скажи? Я... Я не верю в это, как же... Моя Айгуленька...

— Ее... Она... — девушка не могла заставить себя произнести это слово, ведь это обозначало бы, что она верит. — Ее убила группировка...

— А я даже знаю какая... — со стороны входа в гостиную послышался мужской голос, принадлежащий отцу ее лучшей подруги.

На его лице застыла лукавая ухмылка, а в глазах застоялись солёные слёзы. В этот миг Анна поняла то, что мужчина не оставит это просто так.

Ведь несчастный отец сильнее любого преступника.

***

Не забывайте подписываться на мой телеграмм-канал! Тгк: мелисса ❣️