то что не льзя было знать

Утро пришло бесшумно.
Без истерик. Без паники.
Просто — тихое солнце, пробивающееся сквозь пыльные щели в рамах.
Ал приоткрыла глаза, моргнула, и только через пару секунд поняла, что лежит одна. Постель рядом тёплая, словно кто-то только что встал.

На мгновение внутри что-то дернулось — привычный импульс тревоги, словно она опять что-то потеряла, не удержала.
Но нет. В доме было спокойно.
Никаких криков. Никакой боли.
Просто утро.

Она встала, натянула на себя старую уже поцарапанную худи Джека , прошла по коридору.
Когда она спустилась вниз, её взгляд застыл на месте.

На кухне — если это, конечно, можно было назвать кухней — у старой плиты стоял Браян.
Без худи. В одной тёмной футболке, тонкой и немного выцветшей.
И именно в этот момент она заметила два шрама, один пересекал его спину, а другой был как будто от пули..

Он стоял, как будто это была его собственная кухня, и спокойно...
заваривал кофе.

— ...Что?.. — прошептала она в воздух, больше для себя, чем для него.

Браян, не поворачиваясь, бросил через плечо:
— Доброе утро. Я нашёл старый турник и пару пакетиков кофя у себя в карманах. Не спрашивай, откуда.
У меня иногда в карманах можно найти даже проволоку и конфету с 2007 года.

Ал стояла в дверях, всё ещё не веря, что эта картина — реальность.
Она должна была привыкнуть к полуголым видам. Джек ведь разгуливал едва прикрытым каждый раз, когда она пыталась латать его раны, и Ал уже почти не замечала его тела как нечто новое.

Но Браян...
Он всегда был в худи. В в капешонк. В слоях защиты — физической и эмоциональной.

И сейчас она смотрела на эти два шрама — заживших, но оставшихся навсегда.
И вдруг поняла: она не знает всего, что с ним было.
Что он пережил.
И как долго он прятался.

Браян повернулся, держа в руках кружку.
Улыбка у него была такая... обычная.
Тёплая. Человеческая.

— Хочешь? — спросил он. — Это не мартини, конечно, но... бодрит.

Ал медленно подошла, глаза всё ещё скользили по его плечам, спине, этим шрамам.
И в груди — глухой, странный отклик.
Не жалость. Не страх. А... почтение.
Он всё это время был рядом. Целый. Но далеко не невредимый.

— Да, — прошептала она. — Хочу.
И, на секунду замерев, добавила:
— ...Только крепкий.

Он протянул ей кружку.
И в этот момент утро стало чуть теплее.

Ал взяла кружку, и их пальцы едва коснулись друг друга.
Она чуть опустила взгляд, собираясь просто сделать глоток... но не сделала.

Её глаза снова скользнули по его руке. По плечу. По шрамам.
И по тому, что было под футболкой, но угадывалось слишком чётко.
Мускулы были не броские, не рельефные, как у накачанных бойцов, а живые, крепкие.
Как у тех, кто выживал, а не ради красоты качался.

Она не ожидала, что Браян — тот, кого она знала как «серьёзного, саркастичного, решиткльного и надёжного» — может выглядеть вот так.
Без брони.
Без привычной худи.
Просто он.
И в этом было что-то...
Неловко притягательное.

Она даже зависла.
На секунду.
Может, на две.
Слишком заметно.

— Эй, — протянул он с кривой усмешкой, поднимая бровь. — Если ты ещё пять секунд будешь пялиться, я начну думать, что у меня где-то дырка.

Ал моргнула.
И слишком резко отпила из кружки.
Обожглась. Скривилась.
— Горький, чёрт.

— Так ты же просила «только крепкий», — развёл руками Браян. — Я как мог. У меня нет бариста-диплома, но, может, где-то в другом кармане валяется.

Ал попыталась не смотреть на него снова, но всё равно взгляд невольно скользнул к шрамам.
И к нему в целом.

Он ухмыльнулся — вроде бы невзначай, но в его глазах мелькнуло: он понял.
Он почувствовал её внимание.

А потом, чтобы сбить напряжение, как настоящий король неловких ситуаций, добавил:
— Если что, худи я снял только потому, что кофе меня не видит.

Ал фыркнула, закатывая глаза, но смех всё же пробился сквозь губы.
Короткий. Настоящий.

— Ты идиот.

— Точно. Но зато — с кофе и без дырок в спине. Пока что.

Он снова отвернулся к плите, а она стояла рядом, держа в руках кружку, в которой остыло не только содержимое, но и напряжение в груди.
Пусть на пару градусов.

Он отпил из своей кружки, лениво уставившись в мутное окно, за которым трепетал ветром пожухлый куст. Было спокойно. Даже слишком.
Ал стояла рядом, тихая, на удивление расслабленная — но он чувствовал её взгляд. Не в лоб, нет — по бокам. Скользящий. Исследующий.

Он знал.
Он не идиот.
Он всё заметил.

— Тебя шрамы смущают, да? — спросил он, не оборачиваясь.

Ал вздрогнула.
— Чего?

— Ну, шрамы. — Он махнул рукой в сторону спины. — Или наоборот. Тебя привлекают? Ты вроде у нас любитель латаных и побитых. Особенно с хреновым характером.

Она распахнула рот, но звук не вышел.
Что?..

— Ты... —

Просто... стоял. Раздетый до футболки. Спокойный.
И слишком, слишком привлекательный.
Внезапно, неожиданно, и, как назло, в самый неподходящий момент.

— Знаешь, — вдруг сказал он, не поворачиваясь, — если бы ты смотрела на меня ещё чуть-чуть внимательнее, я бы начал думать, что у меня на спине выросло третье ухо. Или, не знаю... ты хочешь провести обследование моих родинок?

Ал дернулась.
— Я...! — почти закашлялась. — Я не смотрела!

— Мгм, конечно. — Он медленно обернулся, прищурился, и его голос стал чуть ниже:
— Или тебе просто нравится то, что ты видишь? Признайся, Ал... ты же представляешь, как я выгляжу без футболки, да?

Она чуть не уронила кружку.

— Что?! — прошипела она, сделав шаг назад, как будто он ударил её разрядом смущения.

Браян усмехнулся, опираясь рукой на край стола.
— Ну ты сейчас такая красная, что я, честно, опасаюсь — ты начнёшь свистеть, как чайник. Или, чего хуже, взорвёшься.

Ал стиснула губы, отвернулась, зажав кружку в руках, будто хотела утопить в ней неудачную попытку держать лицо.

— Ты, — процедила она, — больной. Реально. Где ты научился такому?!

— Может, и в ночных клубах — пожал он плечами. — Но точно не в тех местах, где обучают вот так смущать девушку, просто стоя рядом.

— И кстати, — добавил он с усмешкой, — если вдруг будет надо... я футболку снять могу. Чтобы упростить дело. Визуализация, так сказать.

Ал развернулась, хлопнула его по плечу ладонью — не сильно, но с выражением.

— Заткнись, пока я тебя не выкинула в окно.
— И да, я не смотрела на тебя! Просто... ты в поле зрения был.

— Очень широком, хорошо освещённом, полуодетом... поле.

— Угу, угу, — кивнул он, кидая ей подмигивание. — Я тоже на твоём месте бы так говорил.

Ал вылетела из кухни, будто за ней гнались все волки, с которыми они сталкивались за последние месяцы.

А Браян остался стоять, спокойно доедая остатки сухого печенья и тихо себе улыбаясь.

Губы у него дрогнули, он покачал головой и пробормотал:
— Ну, если она не взорвалась — значит, я всё ещё в игре.

Он никогда не был тем парнем, который обдумывает свои поступки, особенно когда рядом была Ал. Всё её смущение, её выражения, её оборонительная поза — всё это вызывало у него странное желание вывести её из себя. А если уж он и так увяз в этом болоте с ней, почему бы не превратить это в игру?

Он быстро снял футболку, бросил её на стул, и на какое-то мгновение, когда взгляд упал на его собственные шрамы, понял, что, возможно, сейчас делает что-то странное. Но в голове уже началась какая-то дурная шутка.
Он прошёл в коридор, двигаясь медленно, чтобы она успела его услышать. Это могло сработать. Может быть, она даже рассмеётся. Он был уверен.

— ЭЭЭЙ, АЛ, — прокричал он через всю квартиру, выставив грудь вперёд, как настоящий идиот. — Ты ведь точно не знаешь, как я выгляжу без футболки!?

Он услышал лёгкий шаг и скрип двери.

— Браян, ты что, совсем с ума сошел?! — прозвучал её возмущённый голос из другой комнаты.

Она стояла, явно собираясь вылететь из комнаты, если только он не заткнется.

Но Браян уже стоял в дверях, в полном серьёзе, на лице всё ещё широкая усмешка.

— Ой, ты не обратила внимание? Тут у нас праздничная атмосфера. — Он скрестил руки на груди, подставляя ей вид того, что она бы, возможно, хотела бы видеть — Или ты меня не оценила? Может, это просто отговорка, чтобы не смотреть на меня?

Ал замерла, уставившись в его сторону, и задыхалась от смеси гнева и смущения.

— Ты что, совсем с ума сошел?! — она шагнула к нему, лицо её покраснело, глаза слегка округлились от шока. — Ты... ты в серьёз так решил? Это идиотизм!

Но Браян, почувствовав победу, в которой не было места сомнениям, подошёл к ней ещё ближе, наклонившись, чтобы быть на уровне её глаз, но не переставая улыбаться.

— Ты бы сказала, если бы не заметила, — с насмешкой в голосе проговорил он, — но я вижу, ты смотришь. А это значит, что тебе всё-таки интересно. Ну или... скажем так, немного нравится, когда я напрягаю твои нервишки. Как? Понравилось?

Ал буквально ощутила, как её лицо пылает. Она замерла, не зная, что делать. Это была грань, за которую она не хотела бы заходить. Браян стоял перед ней с таким дурацким видом, что ей почти захотелось, разбить это самодовольное выражение лица.

Она подняла руку и, совсем не ожидая этого, как будто в отчаянии, сжала его плечо. Но вместо того чтобы оттолкнуть или просто уйти, она закусила губу и попыталась что-то сказать.

— Ты не понимаешь... — её голос дрогнул. — Ты... ты зашёл слишком далеко.

— Я не думаю, что ещё можно сделать всё более странным, — усмехнулся Браян, не в силах сдержать смех. — Просто посмотри на себя! Это ты меня бесишь, а теперь ты выглядишь так, будто... тебя сейчас сожрёт стыд. Не будь такой.

Ал буквально зашипела, сдерживая свою реакцию, но её глаза метались между ним и полом, не зная, как лучше ответить. Она сделала шаг назад, подальше от его взгляда. Это всё стало слишком тяжело для неё.

— Я тебя... ненавижу. — Сказала она, уже слабо, с треском, пытаясь удержать в себе остатки спокойствия.

Браян не собирался сдавать позиции. Его усмешка не исчезала, и его самодовольство только увеличивалось.
В глазах Ал начало расползаться ощущение разочарования. Браян, как всегда, не считал границы, не видел, как тяжело ей.

Он протянул руку, пытаясь взять её за плечо.

— Ты всё же не любишь меня таким? Ну, ничего, — сказал он спокойно, как бы в самом деле шутя, но вот только его голос стал чуть более серьёзным.

Ал отстранилась от его прикосновения, задыхаясь от нервов.
— Ты не понимаешь, что вытворяешь, Браян.

Он замер, заметив её реакцию. На мгновение его лицо стало менее весёлым, а сам он понял, что перегнул палку. Но было ли уже поздно?

Браян замер, осознавая, что переступил грань шутки. Он мог почувствовать, как её взгляд, полный раздора и возмущения, пронзал его до самого сердца. Мгновенно его самодовольство испарилось, и вместо него пришло чувство стыда, которого он не ожидал. Страшно было смотреть на Ал, её лицо, красное от гнева и смущения, её плечи, сжимающиеся от внутреннего напряжения.

Он попытался что-то сказать, но его голос потух, словно слова не могли найти путь через горло. Он был ослеплён собственной глупостью, понимая, что сыграл с ней в игру, которая могла разрушить все, что было между ними. И что хуже всего — он не знал, как выбраться из этого. Он даже не понимал, почему в этот момент его так тянет к ней.

Ал стояла напротив, в её глазах буря эмоций, но среди них было что-то ещё — неуверенность, какой-то сломленный взгляд, который Браян не мог игнорировать. Он действительно был дураком, и это понимание стало для него как холодный душ.

— Ладно...это был перебор — тихо пробормотал он, глядя на неё. Он сам сгорал от стыда, его рука опустилась. — Прости. Я... я не подумал.

Он сделал шаг назад, не в силах встретиться с её взглядом. В его груди сжалось, но что-то не позволило ему просто уйти.

Ал стояла, не двигаясь, её глаза все ещё горели злостью, но в них можно было увидеть нечто большее — что-то, что она не хотела показывать.

— Почему ты вообще так поступил? — её голос звучал сдержанно, но в нём было столько боли, столько недоумения. — Ты что, думал, я буду смеяться или что?

Браян почувствовал, как его грудь сдавило, и он вздохнул, закрывая глаза на мгновение.

— Я думал, что это... что это будет смешно. Я не хотел напугать тебя...или поиздеваться.. — он замолчал, не зная, как сказать всё, что хотел. Но не знал, как это исправить, как разогнать эту напряжённую атмосферу.

Ал, почувствовав тишину между ними, вдруг ощутила, как её внутренние баррикады начинают рушиться. Она понимала, что и сама не знала, что делать с собой. Ещё полгода назад Браян был ей симпатичен. Она никогда не признавала этого вслух, но чувства были. А теперь, когда их столкновение стало настолько... странным и напряжённым, она не могла отделаться от мысли, что где-то в глубине души она всё ещё тянулась к нему.

Но она не могла понять, что происходило в её голове и в его. Почему всё становилось таким сложным?

Её взгляд скользил по комнате, не в силах смотреть на него. Она открыла рот, но вместо слов, только вздох вырвался, как нечто потерянное. Она сделала шаг назад, потом ещё один.

Браян не знал, что делать. Он знал только одно: он стоял тут, в пустой комнате, и все его нервы были на пределе. Его чувства не давали покоя, как невидимая рука, сжимающая его сердце.

— Браян, — её голос был едва слышен, но в нём было столько эмоций. — Ты даже не понимаешь, что мне с этим всем делать.

Он посмотрел на неё и понял, что в тот момент их сближала не только их напряжённость, но и какая-то тонкая, едва заметная нить, которая, возможно, протянулась с тех пор, как они начали этот путь. С тех самых пор как Браян ворвался ночью к маленькой девочке, и украл её блокнот. Это не было просто дурацкой шуткой. Это было что-то гораздо более невыносимо сложное.

— Я понимаю. Но что мне теперь делать? — сказал он, почти шепотом, и его голос был искренним. — Мне правда стыдно за то, что я сделал. Просто..прости, прошу...

Он снова сделал шаг вперёд, но в его глазах была такая честность, что Ал, не выдержав, опустила взгляд. Она не могла не почувствовать, что все эти месяцы, все эти годы уже не могли вернуться назад.

— Ты и правда хочешь, чтобы я тебя простила, Браян? Ты ведь не понимаешь, как это сложно для меня, — её голос немного ослаб, но она всё ещё сжала кулаки. — Почему... почему ты не всегда ведёшь себя так, как будто мы просто... друзья? Почему ты не понимаешь, что это не что-то больше?..

Её слова повисли в воздухе. Браян не знал, что ответить. Он подошёл к ней на шаг и, не думая, положил руку ей на плечо, не давая ей отстраниться. Он был уверен в одном: это не было просто игрой. И ни он, ни Ал не хотели бы просто сдаться.

Он сделал шаг ближе и тихо сказал:
— Я не знаю, как всё будет дальше. Но я готов с этим разбираться. Вместе.