5. «Кошмар»
— Поездка пошла на пользу, — задумчиво произносит Майкл, — В тебе что-то изменилось.
Он встретил меня в аэропорту и теперь пристально вглядывается в мое лицо. Смягчаю взгляд, улыбаюсь, демонстрируя открытость.
— Это загар, милый.
Водитель останавливает машину, чтобы вставить парковочную карту в терминал. Микки отвлекается, и я отворачиваюсь к окну. Когда мы трогаемся, он снова дотрагивается до моего подбородка и заставляет развернуться к себе.
— Дело не в загаре. Твой взгляд.
— О чем ты?
Вчера я весь день игнорировала звонки, доводя его до бешенства. Пришлось разбить телефон, чтобы найти этому оправдание. Я сказала, что уронила его с балкона в попытке сфотографировать рассвет.
Он чувствует угрозу, и чутье его не подводит. Но сегодня я не испытываю страха быть разоблаченной. Ловлю себя на мысли о том, что я боялась Микки каждый раз, когда он подозревал меня безо всякой причины. Теперь, когда мне есть что скрывать, я стала равнодушна к его подозрениям.
— Почему ты вернулась раньше, чем планировала?
— Ужасно соскучилась, — мурлычу я, опуская голову на его плечо, — Думала, ты присоединишься, но мы были вместе только один день!
Ответ успокаивает Микки, и оставшийся путь мы проделываем молча. Делаю вид, что засыпаю у него на плече после утомительного перелета. На самом деле — пользуюсь тишиной, чтобы в последний раз подумать об Амо.
— Увидимся утром? — сказал он, когда мы стояли у дверей наших номеров.
Его ладони коснулись моего лица — нежно провели по щекам, плечам и рукам. Точно помню, что закрыла глаза от невероятно сильных эмоций. Никогда бы не подумала, что простое прикосновение способно на такое.
Он ждал, что я поцелую его, но не знал, насколько сложно мне было не делать этого.
— Увидимся, — ответила я, — Обязательно.
Я скрылась за дверью и собрала вещи. Когда первые лучи стали пробиваться из-за верхушек гор, попросила консьержа вызвать такси, тихо вышла из номера и направилась в сторону города.
Я боялась, что шум двигателя разбудит Амо, и оставила водителю адрес в стороне от отеля. На набережной не было ни души. И без того тихий поселок на рассвете выглядел мертвым.
Город, расположенный на склоне горы, и весь усыпанный белыми строениями, словно птичьими гнездами, был едва виден сквозь утренний туман. На вершинах гор, замерзнув, стояли облака. Море распрямилось, не было даже намека на ветер. Листва не шевелилась, на деревьях стрекотали цикады. Все на рассвете казалось красивым и спокойным.
Очарованная обстановкой, я думала о том, как прекрасен мир, в котором нет плохих людей и о том, как бы мне хотелось разделить эту красоту со своими родными. Я думала о брате и об Эмили, думала об отце. Я думала о других людях которые не смогут вдохнуть пропитанный солью воздух, не услышат пение птиц и не увидят рассвета, потому что Майкл отнял у них все это.
Я думала об Амо, в которого влюбилась с первого взгляда, и с которым больше никогда не увижусь.
Я думаю о нем сейчас, когда рука Микки гладит меня по волосам. Думаю о том, как жалею, что так и не поцеловала голубоглазого парня.
***
День сменяется другим, и я продолжаю жить своей жизнью. Майкл прав, во мне что-то поменялось. Жажду мести и злобу сменила щемящая тоска. Нужно выбираться из этого как можно скорее. Я уже собрала достаточно информации, чтобы упечь Микки за решетку на всю оставшуюся жизнь, я знаю о его планах в отношении конкурентов, и они будут рады сделать это первыми. Осталось дождаться момента, когда представится случай.
— София!
Голос Микки звучит словно во сне. Встряхиваю головой, откладываю пульт и поворачиваю голову.
— Я зову тебя третий раз, — стальным голосом произносит мужчина.
— Прости, засмотрелась. Только представь, восемьдесят взмахов в секунду!
Указываю на телевизор, на экране которого порхает пестрая колибри. Последний час я усиленно делала вид, что смотрю передачу о флоре и фауне Огненной Земли.
На самом деле, я едва ли не засыпаю на ходу. Бессонные ночи в клубе Микки выматывают, но именно там происходит самое интересное. Приходится сопровождать его практически до утра, вникать в каждое сказанное им слово, запоминать каждого, кто приближается к нему.
Да, я владею информацией, но какой с нее толк, если Микки подкупает полицию и ФБР, а многие сенаторы сочтут за честь быть приглашенными к нему на ужин.
— Останься дома, тебе нужно выспаться, — произносит он, — Джо, вызови водителя, пусть отвезет ее домой.
— Не хочу спать, — уверяю я.
Сегодня встреча с крупным поставщиком оружия. Мне нужно быть там. Знаю, насколько Габриель Торрес ненавидит Микки, и пока это единственный способ подобраться к нему.
— Можешь остаться здесь или поехать домой, — отрезает он.
Спорить с ним бесполезно, но я знаю, что делать в таких случаях.
— Хорошо, милый, — тихо отвечаю я.
На моем лице ни тени улыбки. Только покорность, смирение и деланное равнодушие.
— Отвези меня домой.
***
Ставлю будильник, чтобы он прозвонил в полночь. У меня есть два часа. Устало ложусь на кровать, даже не раздеваясь.
Чувствую дуновение слабого ветерка из открытых окон, слышу шум вечернего города. Прикрываю глаза. В голове застыл неразрешимый вопрос: что делать дальше?
Микки настойчиво торопит с подготовкой к свадьбе и все больше распускает свои грязные руки. Вижу, как часто он меняет танцовщиц в клубе, чтобы те не проболтались о том, что трахаются с моим будущим мужем. Уверена, Майклу не терпится запрыгнуть на новенькую блондинку, чтобы снять накопившееся напряжение, поэтому он и отправил меня домой.
Он должен знать, что влюбленные девушки — очень ревнивы, ведь так? Моя вымышленная ревность — пропуск в сегодняшнюю ночь. Я бы могла остаться дома, но хочу посмотреть, что из себя представляет этот Габриель. Кожей чувствую — он тот, кто нужен, чтобы заставить Микки страдать.
***
Мое дыхание тяжелое, но беззвучное. Знаю, что окажусь на кухонном полу рядом с Эмили, если он увидит меня.
Перед глазами туман. Существует ли дымка на самом деле или является плодом моего воображения? Тянусь к стойке с ножами, чтобы взять один из них в руки.
Полоса света, падающая из гостиной, протягивается у ног, обнажает их. Пячусь назад, чтобы скрыться в темноте, и тут же зажмуриваюсь от ужаса. Отсюда Эмили видно лучше, приходится закрыть себе рот, чтобы не закричать.
Я вижу стеклянные глаза на белом, как снег, лице. Они открыты, с удивлением и страхом смотрят прямо на меня, словно спрашивая: «Что же это такое случилось?». Изо рта струйкой вытекает алая кровь.
Вдох. Пауза. Выдох. Пауза.
Он может услышать дыхание.
Нельзя шевелиться.
Сжимаю рукоятку ножа. Как только убийца войдет в кухню, я отправлю острие ему в самое сердце.
— Эмили, Софи! Я дома! — раздается веселый голос Дилана.
Сердце поднимается в горло и бьется так сильно, что я ощущаю спазм в висках. Открываю рот, чтобы предупредить брата, но страх парализует. Я кричу, но не слышу собственного голоса. В ушах нарастает гул, слезы градом катятся по моему лицу, рот так и остается открытым, хотя все попытки произнести хотя бы одно слово, остаются тщетными.
— Это тебе от Микки Тессио, — произносит незнакомец в черном, после чего раздается серия хлестких свистов.
Я кричу, но слышу только свист и предсмертный хрип. Меня нет, я смотрю на это со стороны, словно бестелесный призрак. Мышцы окоченели, я хочу бежать, но не могу сдвинуться с места, продолжая сжимать рукоятку ножа.
Тело Дилана падает рядом с Эмили.
Кричу, и снова выходит лишь мычание. Я дышу, но задыхаюсь. Мне холодно, но тело покрылось потом.
Слышу вой сирен. Он окутывает, проникает в мозг и не прекращается. Продолжаю смотреть за всем со стороны. Меня нет. Ничего этого нет. Не существует.
— Убил жену, а после застрелился сам.
— Обычный наркоторговец.
— К тому же, сам регулярно употреблял. Только посмотри на него. Настоящий торчок.
Голоса звучат так, будто я нахожусь под водой. Убеждаю их, что они не правы, что они ошибаются. Я говорю, что видела все, говорю им это в лицо, но никто не слышит. Захлебываюсь рыданиями. Микки Тессио! Он сказал — Микки Тессио, слышите?
Вой отдаляется, это выводит меня из сна. Резко открываю глаза и пытаюсь отдышаться. Из открытого окна доносятся утихающие звуки полицейской сирены. Сердце бьется беспорядочно, а дыхание затруднено из-за кошмара. Хочется накрыться пледом с головой, но в этот момент звонит будильник.
Громко стону, но заставляю себя встать. Выхожу на балкон, чтобы вдохнуть ночной воздух. Нужно взять себя в руки. Сейчас я приведу себя в порядок и отправлюсь знакомиться с Габриелем. Надеюсь, ему нравятся хорошенькие молодые девушки.
Бросаю взгляд на дорогу, по которой идут три парня. Они громко смеются, когда один из них спотыкается о бордюр. Сердце пропускает удар.
Где сейчас Амо?
Наверняка пытается соблазнить еще одну девушку. Прогуливается с ней вдоль моря, рассказывает о своих татуировках или просит поцеловать его. Такие парни не могут проводить ночи в одиночестве.
Когда шумная компания скрывается за углом, отгоняю посторонние мысли. Сегодня я должна выглядеть особенно хорошо, раз собираюсь устроить скандал на почве ревности. Микки должен знать, что никто не заменит ему меня, а Габриель — что ничто во вселенной не подарит ему такое удовлетворение, как женщина врага.
***
Спустя час захожу внутрь помещения, в котором грохочет музыка, а световые лучи освещают забитый до отказа танцпол.
Не останавливаюсь среди людей, прижатых друг к другу, двигаюсь сквозь толпу твердым шагом, в сторону неприметной двери, замаскированной под вход в служебное помещение.
Только самые наблюдательные заметят, как внимательно мужчины крепкого телосложения разглядывают каждого, кто подойдет слишком близко.
Двигаюсь в направлении кабинета Майкла. Чувствую, как пересыхает в горле. Решаю остановиться у бара.
— Привет, Марио! — кричу я, — Бутылку воды, пожалуйста.
Опираюсь на стойку и разглядываю посетителей, пока ожидаю заказ. Красивая девушка сидит на мягком диване. В ее руке бокал шампанского. Она одна, но ненадолго. Взгляд хищницы определяет того, кто будет оплачивать счет. За соседним столиком парень. Ему едва исполнилось восемнадцать, но он уже обеспечен на всю жизнь. Сын известного банкира привел в клуб свою подружку. Наверняка предлагает ей переместиться в место потише. Она улыбается и облизывает губы, а значит согласна.
Перевожу взгляд вправо, почувствовав, что кто-то наблюдает за тем, как наблюдаю я.
Диджей занижает темп, чтобы вызвать томительный трепет танцующих. Они замирают, ожидая возвращения динамики. В этот момент свет в зале гаснет, но даже так я вижу блеск голубых глаз, направленных прямо на меня.