Погружение
Ты стояла, застыв на месте, пытаясь не поддаться буре эмоций, что врывалась в твоё сознание. Всё, что было до этого момента — твоя жизнь, твои решения, твои страхи — казались далекими, смазанными. Ты не могла понять, что это всё значит, но чувствуешь, что этот момент был как порог, за который ты больше не сможешь вернуться.
Глеб не двигался. Он был рядом, но так далёк, как если бы пространство между вами растягивалось до бесконечности. Его молчание стало тяжёлым, как груз, и ты почувствовала, как оно накатывает на тебя, заполняя пустоту, которую он оставил после своих слов. Он не нуждался в том, чтобы ты понимала. Он знал, что ты уже сделала выбор. И этот выбор был не твоим, а его.
— Ты не понимаешь, — его голос был едва слышен, но в нём была твёрдость, которую не могла не заметить. — Ты говоришь, что остаёшься. Но ты остаёшься не для себя. Ты остаёшься, потому что не можешь уйти.
Ты закрыла глаза, не в силах смотреть ему в лицо. Это был не просто вопрос влечения, не просто игра, как ты пыталась думать раньше. Он был частью чего-то большего, чего ты не могла контролировать, и теперь ты это знала.
— Я не могу... — ты снова попыталась говорить, но слова словно застряли в горле. Ты хотела объяснить, оправдаться, но не могла. Ты не могла найти слова, чтобы сделать это понятным. Ты сама не понимала, почему оставалась.
Глеб приблизился ещё на шаг, его дыхание вновь касалось твоей кожи. Он был таким близким и таким чуждым одновременно.
— Ты уже не можешь найти себе оправдание, — сказал он. — Ты не можешь объяснить, потому что ты уже сделала то, что должна была сделать. Ты это почувствовала. Ты почувствовала, как уходит контроль, и это тебе нравится. Ты не хочешь быть свободной. Ты хочешь быть здесь.
Его слова били точно в цель. Он знал тебя больше, чем ты сама себя знала. Ты почувствовала, как нарастает внутренний конфликт, но внутри тебя тоже был какой-то отклик. Ты не могла отречься от этого чувства. Ты не могла избежать того, что происходило с тобой, с ним, с этим вечером.
— Я не знаю, что ты со мной сделал, — прошептала ты, чувствуя, как слёзы начинают подступать к глазам, но ты не могла их сдержать. Это не было просто разочарованием. Это была пустота, которую заполняло нечто гораздо более глубокое и разрушительное.
Глеб ничего не сказал. Он просто смотрел на тебя, не пытаясь утешить, не пытаясь успокоить. Его молчание было таким же тяжёлым, как и его слова. И ты знала, что это не закончится, пока ты не примешь это до конца. Это было как наркотик, который заставлял возвращаться снова и снова, несмотря на то, что ты знала, что это уничтожит.
— Ты будешь искать свою свободу, — сказал он наконец, его голос был почти ласковым, как если бы он на самом деле заботился о тебе. — Но ты не найдёшь её, пока не научишься быть свободной внутри.
Ты не могла ответить. Всё, что ты могла сделать — это стоять и слушать, ощущая, как мир вокруг тебя рушится, и ты уже не могла понять, что остаётся. Всё, что ты могла, — это быть рядом. Ближе. Всё ближе.