Мэйхуа.

Когда четыре огромных демона притащили новый игральный стол, все разом забыли о пострадавшем заклинателе, что жалко стонал на полу, громко проклиная Лан Цяньцю. Люди и демоны вновь собрались вокруг стола и приготовились наблюдать за новой игрой. Только на этот раз на кону оказался потерявший сознание Его Высочество Тайхуа.

Боги под прикрытием сбились в кучку дабы обсудить сложившееся положение дел.

— Что же делать? — проныл Повелитель Ветров. — Я вижу только два выхода: либо попытаться выиграть, либо... сразу пробиваться с боем к выходу!

Се Лянь сглотнул, чувствуя сильное напряжение, и спросил:

— Оставим последнее на крайний случай. Лучше скажите, Ваше Превосходительство, сяо Вэй, как у вас с удачей? Вам везёт в азартных играх?

Ши Цинсюань прикусил губу и сказал:

— По-разному. Бывает — везет, а бывает, и не очень. Быть уверенным в чём-то таком, как удача в игре... Как можно сказать наверняка — повезёт или нет?

Се Лянь тихо хмыкнул и ответил:

— Ваше Превосходительство, за последние восемьсот лет, в любой игре, где требуется везение, я ни разу не выиграл. А в игре в кости самое большее, что может у меня выпасть — так это однёрки. Сяо Вэй, а что насчёт тебя?

Вэй Усянь задумчиво посмотрел вверх, вспоминая, когда он в последний раз играл:

— Ну... Раньше везло, но в последнее время я терплю неудачи по всем фронтам...

— Неужели настолько всё плохо? — удивился Ши Цинсюань, поглядывая и на Наследного принца, и на Старейшину Илин.

Се Лянь угрюмо кивнул, а Вэй Усянь пожал плечами и ответил:

— У меня, конечно, не всё так ужасно, как у Се-сюна, но я с обучения в Гусу не играл в азартные игры... Раньше мне часто везло, но сейчас я не могу сказать того же самого. Мне кажется, что всё своё везение я истратил в юности.

Се Лянь понимающе посмотрел на Вэй Усяня, чувствуя с ним некое родство. Когда он был молодым юношей, ему тоже во всём везло, а потом... Эх, что уж об этом...

Ши Цинсюань же отрешённо смотрел на своих товарищей, хмуря брови, но вскоре его лицо разгладилось, он кивнул себе и с воодушевлением выдал:

— У меня есть идея! Раз уж Наследный принц Се Лянь может выбросить самое большее число — два, то... Что, если он сыграет не на самое большее число, а на самое меньшее!

Се Лянь на мгновенье задумался и ответил:

— В этом определённо есть смысл. Я попробую.

Затем принц вышел вперёд, громко спрашивая у демоницы о лёгком изменении в правилах.

— Ши-сюн, думаешь, это сработает? — с сомнением спросил Вэй Усянь.

— Ну... Попробовать стоит, — пожал плечами Повелитель Ветров.

Услышав предложение Се Ляня, демоны всполошились, бросая в его сторону фырканья и смешки, а потом и вовсе начали подстрекать его, чтобы он не тянул бедное животное за его гениталии. Ведь многие тоже хотят сыграть!

Се Лянь извиняюще улыбнулся посетителям игрового дома и, сделав глубокий вдох, взял пару игральных костей. Они были совершенно обычные на вид, гладкая деревянная поверхность была приятной на ощупь и Се Лянь непроизвольно покатал их в руках. Спустя пару секунд он положил их в стаканчик и начал трясти, тихо повторяя про себя: «Однёрки, пусть выпадут однёрки». Он с надеждой посмотрел на чёрный игральный стакан и выброси кости... чтобы через пару секунд увидеть две шестёрки!

Се Лянь:

— ...

Ши Цинсюань:

— ...

Вэй Усянь:

— Что же... Этого следовало ожидать...

Се Лянь отступил назад, подходя к своим товарищам, и, трогая переносицу, сказал:

— Пожалуй, это действительно было предсказуемо, если раньше не везло, то с чего бы должно повезти сейчас? Для меня от смены правил результат не изменится.

Ши Цинсюань отзеркалил жест принца и спросил:

— Тогда приступаем к плану Б? Выход пока свободен, мы успеем добежать.

Все три бога задумались над этой идеей и она им даже показалась довольно заманчивой, до тех пор, пока не услышали весёлый голос из-за красного полога:

— Гэгэ, ты проиграл. Может, изменим правила? Я хочу сыграть с тобой сам.

Услышав обращение «гэгэ», Ши Цинсюань застыл. Он сначала даже не понял, к кому Хуа Чэн обращается, а когда до него дошло, то он с изумлением и паникой посмотрел на Наследного принца. У демонов так и вовсе волосы встали дыбом, некоторые с перепугу даже уронили свои головы на пол.

— Как градоначальник его назвал? — зашептались демоны.

— Он действительно назвал его родным братом?

— Они знакомы?

Услышав знакомый голос Сань Лана, Се Лянь улыбнулся и ответил:

— Что же, в таком случае, позволь мне вновь испытать удачу.

Мужчина за красным пологом тихо рассмеялся, а затем медленно поднялся во весь рост.

У Се Ляня непроизвольно дёрнулась бровь. Почему все его знакомые были такими высокими? Даже Линвэнь была выше него... А ведь она девушка...

Демонесса, стоявшая рядом с пологом, улыбнулась Наследному принцу и почтительно попросила:

— Молодой господин, попрошу вас подойти сюда.

Се Лянь послушался девушку и в скором времени встал рядом с ней. Демонесса учтиво протянула ему чёрный игральный стакан и сказала:

— Прошу, ваш ход.

Се Лянь:

— Благодарю.

Он вновь взял стакан из чёрного дерева и начал его трясти. Звук отскакивающих от стенок игральных костей был слышен всем в зале. Множество демонов и людей неотрывно следили за ним, из-за чего ему было слегка не по себе. Когда Се Лянь решил уже бросить кости на стол, то Хуа Чэн сказал из-за полога:

— Постой, гэгэ.

Се Лянь замер и удивленно спросил:

— Сань Лан?

Услышав обращение, тон Хуа Чэна стал слаще мёда:

— Положение твоих рук — неправильное, так ты не выиграешь.

«Сань Лан?!» — все в игровом зале, едва не упали от ужаса, услышав обращение Се Ляня, но никто не осмелился даже пикнуть по этому поводу.

— Чего-чего? Что он сказал? Муженёк? Я не ослышался?! — прошептал Вэй Усянь.

Ши Цинсюань удивленно открыл рот и так же тихо ответил:

— Думаю, нам послышалось... ха-ха... определённо послышалось... ха-ха-ха. Должно быть, мы не расслышали тон...

Вэй Усянь согласно кивнул и задумчиво добавил:

— Разве в этой игре есть «правильное положение»?

Ши Цинсюань:

— Впервые об этом слышу...

Вэй Усянь:

—... Мне кажется, нам вешают лапшу на уши...

Тем временем Се Лянь робко спросил:

— О... Правда? Тогда... Как будет правильно?

Хуа Чэн ласково улыбнулся, и если бы сейчас другие демоны видели его выражение лица, то точно попадали бы в обморок! Не то от страха, не то от благоговения...

Се Лянь же вопросительно смотрел на Сань Лана, ожидая, что ему откроют секрет «правильного положения рук» для игры в кости. Смотря в эти тёплые красивые глаза, Хуа Чэн испытывал невероятную нежность. В самом деле... Его Высочество иногда был таким... по-милому наивным...

— Гэгэ, подойди ко мне. Я сам научу тебя.

Услышав этот мягкий тон и осознав, что именно сказал градоначальник, демоны едва не задохнулись от нехватки воздуха.

— Как это... Я не ослышался...

— Что это значит?

— Они же не могут быть в самом деле...!

Вэй Усянь озадаченно нахмурился, вспоминая, как Се Лянь назвал Хуа Чэна «Сань Лан», и задумчиво спросил:

— Послышалось ли...?

Пока в зале все шептались между собой, одна из демонесс указала жестом на

красный полог и сказала принцу:

— Прошу.

Се Лянь кивнул и вместе со стаканом в руках подошёл вплотную к красной завесе.

Лёгкий красный полог всё ещё скрывал Хуа Чэна, но теперь Се Лянь достаточно хорошо видел его черты лица. Сань Лан выглядел так же прекрасно, как и при их первой встрече, разве что казался взрослее. И выше. Гораздо выше. Чтобы встретиться с ним глазами, Се Ляню пришлось поднять голову...

— Мы снова свиделись, гэгэ, — тихо сказал Хуа Чэн, ловя каждую эмоцию принца.

— Да... — шёпотом ответил Се Лянь и улыбнулся.

Его улыбка была столь искренней и светлой, что Хуа Чэн непроизвольно подался вперед, завороженный ею. Его Высочество стоял перед ним, с радостью смотрел на него и улыбался ему. Всего лишь на миг, но Хуа Чэн почувствовал, как земля уходит из-под его ног.

— Я очень рад нашей встрече, — продолжил Се Лянь.

«Очаровательно...» — Хуа Чэн кивнул принцу, беря себя в руки, и тоже шёпотом, скрывая охрипший голос, повторил:

— Я тоже рад, гэгэ.

Между ними было очень маленькое расстояние, из-за чего многие практически не видели, что у них происходило, только слышали, и то не всё.

— Тц... Я ничего не вижу! — тихо возмущался Вэй Усянь. — О чём они там шепчутся? Ши-сюн, что делать будем?

— Пока что тихо подождём. Думаю, если случится что-то плохое, мы поймём.

Вэй Усянь кивнул и бросил заинтересованный взгляд на Лан Цяньцю, что спокойно дремал на его руках. Они казались ровесниками, но кто знает, сколько лет ему было на самом деле? Бог Войны хмурился, и Вэй Ин вдруг подумал, что они чем-то похожи. Точнее не так, Лан Цяньцю, был похож на смесь его и Лань Чжаня в подростковом возрасте, когда им было по семнадцать лет. Словно праведность Ханьгуан-цзюня и прямота с бесстрашием самого Вэй Усяня смешались в одном человеке. Это было забавно.

Вэй Усянь снова перевёл взгляд на Се Ляня и увидел только его спину да тень, нависающую над ним. Тогда он решил прислушаться к их негромкому диалогу, сначала он слышал лишь шёпотки демонов, но вскоре узнал голос Се Ляня:

— ...Большее.

«Что большее? О чём они говорят?!» — Вэй Усянь досадно цыкнул, вновь сосредоточившись на игре Наследного принца.

Низкий голос Хуа Чэна был гораздо громче:

— Хорошо. Тогда доверься мне.

Се Лянь кивнул и кинул взгляд назад, ища своих напарников. Те вытягивали головы и, кажется, пытались увидеть, что они делали с Сань Ланом. Это было даже забавно...

Тем временам Хуа Чэн взял левую руку Се Ляня, которая придерживала основание чёрного гладкого стакана, а затем другой рукой накрыл правую руку Наследного принца. Они постояли так пару секунд, и вскоре Хуа Чэн начала аккуратно стряхивать стакан. Затем снял с подставки и Се Лянь увидел, как на ней лежали две игральные кости: на одной выпало шесть, на другой — пять.

Хуа Чэн мягко ослабил руку и обратился к Се Ляню:

— Теперь попробуй ты.

Се Лянь выполнил указания Сань Лана и потряс стакан ещё пару раз, повторяя за Хуа Чэном, он сделал всё в точности как и он, но тот, смотря на принца, мягко возразил:

— Опять не то положение, гэгэ.

Се Лянь:

—...

Разве? Он же повторил всё в точности за Сань Ланом...

Хуа Чэн невинно улыбнулся, вновь накрывая руки принца своими, и спустя пару секунд тихо произнёс:

— Я покажу тебе снова, смотри внимательно, гэгэ.

Се Лянь непроизвольно кивнул, смотря то в чёрные, сияющие особым светом глаза, то на длинные пальцы, сжимающие его ладони в своих.

Руки Хуа Чэна начали неторопливо покачивать чёрный стакан.

В это же время Вэй Усянь тихо пыхтел, пытаясь увидеть, что происходит у Се Ляня, но терпел сплошные неудачи. Демоны и люди, стоявшие рядом, не давали приблизиться или изменить положение, а Лан Цяньцю на его руках только усугублял положение. Он не мог даже повернуться!

— Ши-сюн? Ты хоть что-нибудь видишь?

— Что-то вижу, — тихо ответил Ши Цинсюань. — Но... Мать моя женщина... Я отчего-то ощущаю себя третьим лишним... Такое ощущение, словно я подглядываю за тем, чего не должен видеть.

— О чём ты? — удивился Вэй Усянь.

— Неважно, — махнул рукой Повелитель Ветра и сосредоточился на игре.

Он и сам не знал, с чем это было связано... Хотя... нет, знал. Слишком интимные прикосновения к рукам Наследного принца и мягкий ласковый голос Хуа Чэна... Это не то, что он ожидал увидеть... Тем более по отношению к небожителю. Особенно к мужчине! Всё это наводило на глупые мысли и заставляло чувствовать себя вуайеристом. Хм... Точно ли они ослышались?

Вэй Усянь, поправив прядь волос, начал прислушиваться к разговорам демонов. Они очень эмоционально обсуждали странное поведение «градоначальника» и строили самые разнообразные предположения о личности Се Ляня. Кем он только не был: и знакомым, и другом, и братом, и любовником, а кто-то вообще выдал, что Се Лянь на самом деле отец Хуа Чэна!

— Пф... Хахаха, ну и фантазия, — пробормотал Вэй Усянь и вновь обратил внимание на Се Ляня.

Наследный принц всё ещё тряс стаканчиком и тихо что-то обсуждал с Хуа Чэном. Собиратель цветов под кровавым дождём над чем-то смеялся, из-за чего другие демоны то краснели, то бледнели, то зеленели. Они не понимали, что происходит, и не знали, как реагировать на увиденную... сцену.

Се Лянь в свою очередь старался не обращать внимание на сотни направленных на него взглядов. Он искренне пытался понять, как правильно трясти кости, чтобы выиграть, но... чем дольше он пытался это сделать, тем чаще его посещали мысли о том, что над ним просто потешаются:

— Сань Лан, мне кажется, ты просто играешься со мной....

Губы Хуа Чэна дрогнули в улыбке и он ответил:

— Гэгэ, я бы не посмел.

...Се Лянь тихо фыркнул, бросая кости на стол.

Хуа Чэн:

— Видишь? Две пятёрки.

Наследный принц удивлённо кивнул, посмотрел на свои руки, потом на руки Сань Лана, затем снова на свои, но сомнения не пропали... Всё это было так странно...

— Он действительно... — Вэй Усянь не успел договорить, как его перебил взволнованный Ши Цинсюань.

— Это явно какое-то жульничество! Но... Кажется, Хуа Чэн собирается дать выиграть Его Высочеству Наследному принцу... Ха-ха... Это ведь хорошо? Да? Ха-ха-ха-ха-ха...

Вэй Усянь кинул быстрый взгляд на Повелителя Ветров и сказал:

— Ши-сюн, успокойся, ты весь побледнел...

— Ох, правда? Ха-ха-ха-ха, не волнуйся, сяо Вэй, это не от испуга, это у меня от природы... Ха-ха... Да, от природы!

Вэй Усянь:

—...

— Кхм-кхм! Как бы там ни было, давай лучше понаблюдаем за Его Высочеством Наследным принцем!

Вэй Усянь:

— Ладно...

Хуа Чэн взял кости и, покатав их по ладони, протянул Се Ляню:

— Продолжим.

Наследный принц кивнул, раздумывая над всей этой странной ситуацией. Это точно была какая-то странная магия, не иначе. Потому что, если так подумать... не могло существовать на свете «правильного положения рук», будь это иначе, то о ней давно бы уже узнали...

Вздохнув, он уже собирался вновь выбросить кости в последний раз, как вдруг Хуа Чэн произнёс:

— Постой.

Вэй Усянь и Ши Цинсюань напряглись, услышав громкую просьбу Собирателя цветов под кровавым дождём. Они уже заранее начали ожидать подвоха, и не ошиблись.

Хуа Чэн вновь взял руки принца в свои, большим пальцем обводя тыльную сторону ладони, и со смешинкой в глазах всерьёз спросил:

— Гэгэ, а что я получу взамен, если выиграю?

Ши Цинсюань, услышав вопрос, сжал руку в кулак и тихо прошипел:

— Что... Да он просто водит нас за нос!

Вэй Усянь сжал его плечо, успокаивая, и прошептал:

— Ши-сюн, имей чуть больше веры в Се-сюна. Да и... непохоже, что этот Хуа Чэн стремится к победе. Мне кажется, всё его внимание направленно только на Се-сюна, нежели на процесс игры.

Ши Цинсюань нахмурился, но в итоге согласился.

Се Лянь недоумённо смотрел то на руки, то на лицо Сань Лана, и в итоге выдавил:

— А... разве в случае твоего выигрыша мы не должны возместить ущерб и... одолжить ненадолго нашего... друга?

— Да, но ведь эта сделка заключалась только с твоими... знакомыми. И распространялась она только на них, — проказливо, с улыбкой в голосе сказал демон. — Но знаешь, гэгэ, деньги мне не нужны. Чучело тоже...

— Но... в таком случае мне нечего тебе предложить...

Хуа Чэн наклонился чуть вперёд, встречаясь взглядом с принцем, и спросил:

— Как насчёт какой-нибудь твоей вещи?

Се Лянь беспомощно посмотрел на Сань Лана и спросил:

— И какая же моя вещь может быть принята в качестве ставки? Всё моё имущество ты уже видел в храме Водных каштанов, а при мне...

Се Лянь запнулся, вспомнив, что с собой взял только...

— Я... честно говоря, у меня с собой только недоеденная маньтоу...

Принц почувствовал, как стыдливый румянец касается его щёк, когда Сань Лан прыснул со смеху. Он так заразительно смеялся, но отчего-то посетители игорного дома не решались засмеяться вместе с ним. Кроме Вэй Усяня, который не собирался сдерживать шаловливую улыбку на лице.

Ху Чэн кивнул Се Ляню и сказал:

— Отлично. Я принимаю такую ставку. Маньтоу из рук гэгэ очень ценна.

Услышав слова Собирателя цветов под кровавым дождём, на зал опустилась оглушительная тишина. В Призрачном игорном доме ещё не было ставки абсурднее этой... Недоеденная булочка... Что за бессмыслица? Даже Вэй Усянь не смог удержаться от растерянного высказывания:

— Что... Он действительно согласился на эту нелепую ставку...

Повелитель Ветров кивнул и с ужасом посмотрел на Вэй Усяня, когда тот сказал:

— А этот парень мне нравится!

Вэй Усянь рассмеялся и Ши Цинсюань тихо шикнул:

— О чём ты говоришь, сяо Вэй?

— Не о чём, а о ком. Ты не знаешь, но... будучи обычным человеком, моё второе, ох, нет, третье имя было — Нелепый!

Повелитель ветров покачал головой и пробормотал:

— Сяо Вэй... Я сомневаюсь, что этим надо гордиться...

— Я это к тому, что оценил подход этого Хуа Чэна!

Ши Цинсюань:

—???

Вэй Усянь фыркнул и пояснил:

— Фактически он сказал, что Лан Цяньцю стоит меньше недоеденной маньтоу.

Ши Цинсюань удивлённо хлопнул глазами, а потом громко закашлял, подавившись слюной, но из-за того, что ему стало смешно, кашель и смех смешались и он начал задыхаться. Покраснев и спрятав лицо за веером, который он таки достал, как только услышал про «равноценный обмен», Повелитель Ветров яростно замахал замаскированным артефактом.

Когда он пришёл в себя, то пробормотал:

— Кхе-кхе... Мин-сюн бы оценил...

Вэй Усянь с любопытством спросил:

— Ты уже второй раз его упоминаешь. Кто это?

— О! Аха-ха-ха, точно! Ты ведь его не знаешь! Мин И, также известен как Повелитель Земли И, он один из повелителей пяти элементов. Мин-сюн мой лучший друг!

Лучший друг? Вэй Ин с интересом посмотрел на Повелителя Ветра, который, как ни странно, казался довольно ветреным человеком (прям, как он), и подумал, что, должно быть, его лучший друг был таким же лёгким на подъём и весёлым парнем. Он не заметил, как сказал свои мысли вслух, поэтому, когда получил ответ, очень удивился:

— О! Это совершенно не так! На самом деле он постоянно ворчит и ругается. У него нет друзей, потому что большую часть времени он либо молчит, либо язвит, из-за чего многие боги или не замечают его, или обходят десятой дорогой. А ещё... у него очень тяжёлый кулак... Понимаешь?

Вэй Усянь согласно хмыкнул и спросил:

— Его что, боятся?

Ши Цинсюань расстроенно вздохнул и ответил:

— Ага... Не то чтобы сильно, но... Однажды Бог Литературы Син Фу тронул его еду и... в итоге целый месяц лежал у лекарей... Бедняжка Син Фу до сих пор боится даже дышать в его сторону... Но... В принципе... Несмотря на весь его трудный характер... Мне он кажется хорошим! Мин-сюн очень ответственный и терпеливый, а ещё всегда мне помогает! Правда, прокормить его довольно трудно... Иногда мне кажется, что у него вместо желудка бездонная дыра! Но это даже мило! Я вас обязательно как-нибудь познакомлю! Мне кажется, ты сможешь с ним подружиться!

Вэй Усянь пробормотал незатейливое «О, понятно...» и непроизвольно вспомнил бра... Нет... Цзян Чэна... (Он не имел права называть его братом. Не после всего произошедшего...) У Ваньиня тоже был очень трудный характер, но несмотря ни на что, он был заботливым, пусть и в своей... необычной манере...

Пока Вэй Усянь с Ши Цинсюанем вспоминали людей, которые были им действительно очень дороги, Се Лянь, разрываясь между смущением и удивлением, услышал слова Хуа Чэна:

— Давай. Последний раз, не волнуйся.

— Я и не волновался... — тихо ответил Се Лянь.

Се Лянь на самом деле нисколечки не волновался, он вновь встряхнул стакан и, когда пришло время узнать результат, глубоко вздохнул, открыл стакан и увидел...

Две игральные кости, показывающие две шестёрки!