Мэйхуа.

Когда дверь открылась и принц свалился вниз, Вэй Усянь и Ши Цинсюань с Мин И на спине подались вперёд, готовясь прыгнуть в любой момент, если Се Ляню потребуется помощь. Боги навострили слух, но услышали лишь пыхтение и шуршание.

Вэй Усянь прищурился и громко крикнул:

— Се-сюн, ты в порядке?

Се Лянь так же громко крикнул ответ:

— Да!

Старейшина Илин вместе с Повелителем Ветров облегчённо выдохнули, но вскоре насторожились, услышав голос принца, охваченный волнением:

— Ох, прости, Сань Лан!

«Сань Лан?!» — Вэй Усянь и Ши Цинсюань переглянулись и, поняв друг друга без слов, прыгнули вниз.

В этот же момент Хуа Чэн резко и без слов повалил Се Ляня на пол, отлетая вместе с ним в сторону.

Тихо ойкнув, принц удивлённо хлопнул глазами, слегка приподнялся и увидел, как три небожителя, которых он, между прочим, просил остаться, приземлились на то самое место, где только что были они с Хуа Чэном.

Вэй Усянь начал оглядываться и с удивлением обнаружил, что они очутились в оружейной. Комната оказалась сверху донизу увешана рядами разнообразного оружия. Сабли, мечи, копья, щиты, кнуты, молоты...

Старейшина Илин присвистнул и пробормотал:

— Неплохо-неплохо.

А потом он обратил внимание на положение принца и слегка завис.

Се Лянь вполне комфортно устроился под Хуа Чэном и о чём-то напряжённо думал. Сам Собиратель цветов под кровавым дождём не сводил пристального взгляда с принца, находясь буквально в пару цунь3 см от его лица.

Вдруг, что-то для себя решив, Се Лянь кивнул головой и с уверенностью повернулся к Хуа Чэну. Тот продолжал смотреть на принца без какого-либо выражения, только бровь поднялась ещё чуть выше.

Се Лянь:

— Сань Лан...

— Мы тебе привиделись, — внезапно прервал принца Вэй Усянь. — У тебя галлюцинация.

От такой наглости Хуа Чэн даже слегка приоткрыл рот:

—...

Се Лянь непонимающе посмотрел на Старейшину Илин:

— Что?

— Что? Вдруг поверит? — закатил глаза Вэй Усянь. — Мы всего лишь плод твоего воображения!

Ши Цинсюань, удивлённо взирающий на это представление, вдруг поддержал товарища и начал увещевать, что у Хуа Чэна просто горячка:

— У вас просто поднялась температура! Вот вы и видите несуществующие вещи! Вам надо отдохнуть, тогда и мы уйдём и больше вы нас не увидите!

Глаз Хуа Чэна был близок к тому, чтобы дернуться.

У Мин И тоже. Он ошеломлённо смотрел на Повелителя Ветров, не веря, что тот действительно несёт подобную чушь:

— Идиот... Где ты видел болеющего демона? Ты совсем мозги растерял?

Ши Цинсюань раздражённо цыкнул и прошипел:

— Тебе-то почём знать?! Не мешай мне нас спасать!

Хуа Чэн встретился взглядом с Мин И, который тихо рыкнул в ухо Повелителя Ветров: «Дейсссствительно!». Собиратель цветов надменно и с каким-то самодовольством ухмыльнулся, в то время как Повелитель Земли отчего-то пристыженно отвёл взгляд.

Се Лянь же обречённо прикрыл глаза. Это задание всё больше и больше напоминало цирк. В самом деле... За столь короткое время он испытал все оттенки чувств стыда и безнадёжности...

— Сань Лан... Я... Мы... Прости.

Хуа Чэн смотрел на закусанную от волнения нижнюю губу и как ни в чём не бывало спросил:

— Гэгэ, что происходит?

Их лица всё ещё находились в непозволительной близости, но, казалось, их это совершенно не волновало. Ровно до следующих слов Вэй Усяня:

— Не прокатило... А жаль... В любом случае, Се-сюн, я, конечно, всё понимаю, вы друзья и всё такое, но не думаю, что находиться сейчас под этим твоим Собирателем хорошая идея.

Се Лянь тихо ойкнул и резко вскочил на ноги, никак не комментируя слова Старейшины. Он нервно облизнул губы и, пристально посмотрев на Хуа Чэна, быстро пробормотал:

— Сань Лан, по правде говоря, мы здесь по делу... Мы... Скажи, пожалуйста, какое недоразумение произошло между тобой и Повелителем Земли? Почему он находился в твоих владениях в таком... состоянии?

К удивлению всех богов, Хуа Чэн переспросил:

— Что? Гэгэ, я не понимаю о чём ты. Что может делать в Призрачном городе Повелитель Земли? Или... — он усмехнулся и с лёгким ядом в голосе спросил: — Неужели ты говоришь об этом, что сейчас лежит на спине Повелителя Ветров? Гэгэ...

Хуа Чэн сделал паузу, и Се Лянь вопросительно посмотрел в его завораживающие чёрные глаза.

— Но ведь тот, под кем ты подразумеваешь Повелителя Земли, всего-то мой подчинённый.

Последняя фраза заставила и Се Ляня, и Ши Цинсюаня удивлённо застыть. В то время как Вэй Ин озадаченно посмотрел на Мин И.

Тут и гадать не надо было, чтобы понять, что Повелитель Земли оказался шпионом... Что ни есть хорошо. Ведь, как Вэй Усянь понял, между демонами и небожителями есть своего рода договор о невмешательстве в, так скажем, внутреннюю политику друг друга. Должно быть, выйдет приличный скандал. Но... что-то в этом деле смущало. Они слишком легко попали в город и ещё легче в Дом Блаженства, Хуа Чэн явно знал, кто они, и не препятствовал им, он не вставлял палки в колёса и вообще делал вид, что не замечает их, по сути предоставляя им карт-бланш. Создавалось впечатление, что всё это игра. Из-за чего существовала вероятность того, что Мин И на самом деле мог быть шпионом, подосланным демонами. Он мог им быть, даже не осознавая этого. Мало ли какими заклинаниями мог обладать Хуа Чэн? Вдруг он подчинил его или прицепил прослушку, или ещё чего? А может, это просто всё его паранойя.

Тем временем Ши Цинсюань возмущённо произнёс:

— Какая нелепая ложь!

Хуа Чэн усмехнулся:

— О, действительно? Но... ведь именно этот небесный чиновник по своему желанию пришёл ко мне ни с того ни с сего устраиваться на службу демоническим посланником.

Ситуация становилась всё хуже и хуже. Правда была явно не на их стороне. Вэй Усянь нервно хохотнул, привлекая к себе внимание, и начал нести то, что у него получается лучше всего — полную чушь:

— Ну знаете... люди такие непостоянные... Менять профессию вполне нормально, ведь от ежедневной рутины быстро устаёшь, возможно, он решил ненадолго сменить род деятельности и, как видите, пришёл к выводу, что на родных Небесах всё-таки лучше. Ну знаете... климат там... коллеги... Несомненно, он потом как-нибудь обязательно принесёт извинения за то, что не оповестил заранее о своём увольнении и возвращении в родные края, а теперь простите, но нам пора, спасибо за гостеприимство!

На этих словах Вэй Усянь сформировал золотую нить и бросил её в Хуа Чэна, чтобы не дать ему приблизиться к ним. Но тот не особо и старался.

Ши Цинсюань, поняв, что пришло время сваливать, воскликнул:

— Призыв ветров!

Широкий взмах веером и вот в оружейной начали царствовать сильные ветра, что сносили всё на своём пути, но не трогали богов. Комната резко превратилась в беспорядочное месиво из оружия и прочей мебели, а потолок так и вовсе выбило, теперь там зияла приличная дыра.

Посмотрев на открывшийся путь к отступлению, всё увидели возле края дыры ошеломлённого Лан Цяньцю. Он стоял на крыше вместе с А-Ином и, казалось, уже хотел прыгнуть к ним, но громкий крик Ши Цинсюаня остановил его.

— Цяньцю, стой там!

Бог Войны послушался товарища и остался на месте. В то же время Се Лянь решил действовать, его шёлковая лента обмотала его самого, Вэй Усяня и Ши Цинсюаня с Мин И, и устремилась вверх. Когда все оказались на крыше, Повелитель Ветров схватил веер, и артефакт на глазах начал увеличиваться.

— Быстрее все залезаем! — нервно сказал Ши Цинсюань, вставая прямо на веер.

Вэй Усянь схватил А-Ина и, прижав к себе, встал рядом с Повелителем Ветра, за ним последовали и Боги Войны. Нить Старейшины Илин всё ещё окружала Хуа Чэна, но тому, казалось, было всё равно. Он смотрел на Се Ляня, а его подчинённые пытались высвободить его.

Улетев достаточно далеко, Ши Цинсюань выдохнул с облегчением и радостно провозгласил:

— Что же, не без сложностей, конечно, но миссия прошла вполне успешно!

— Можно сказать и так... — вздохнул Вэй Усянь, а потом посмотрел на Мин И, отмечая его плачевное состояние, и предложил полететь в храм Вэнь Цин. — Повелителю Земли требуется медицинская помощь, а моя сестра как раз лекарь. Может, посетите храм Белой Лилии?

Ши Цинсюань радостно закивал:

— Это отличная идея!

В то время как Се Лянь задумчиво произнёс:

— Думаю, мне надо посетить Небесного Императора, дабы доложить о завершении миссии.

— Согласен, Ваше Высочество, я бы хотел отправиться с вами.

— Конечно, — мило улыбнулся Се Лянь. — Но прежде... Сяо Вэй, ты ведь позаботишься об этом мальчике?

Наследный принц указал на А-Ина, который спрятался за Старейшину Илин, робко держа его за руку.

Вэй Усянь подмигнул цепляющемуся за него юноше и громко ответил:

— Обязательно. Я же сказал, он теперь мой сын. Тебе не о чём волноваться, Се-сюн!

Се Лянь улыбнулся ему в ответ, думая о том, каким хорошим человеком в итоге оказался Старейшина Илин. Воистину... В слухах слишком много лжи.

— Хорошо. Я свяжусь с вами, как только обо всём доложу.

Вэй Усянь кивнул и решил пригласить его к себе в гости:

— Се-сюн, приходи как-нибудь к нам. Ты точно понравишься моей семье!

— Ох... — смутился Се Лянь. Ему давно не говорили приятных слов, и он уже и не помнил, когда его в последний раз приглашали в гости. — Буду рад принять ваше приглашение.

Вэй Усянь:

— Отлично! Заходи в любое время!

Принц улыбнулся и кивнул, а потом, распрощавшись со всеми, исчез вместе с Лан Цяньцю.

— Надо бы привести себя в порядок, — задумчиво сказал Старейшина Илин, превращаясь обратно в мужчину. Лёгкое платье сильно обтянуло его, но не порвалось, как это было у Повелителя Ветров, ибо Вэй Усянь был слишком худ. Мужчина достал из мешочка цянькунь верхний халат и накинул его на себя.

***

Стоило Вэй Усяню только шагнуть внутрь храма, как он услышал топот маленьких ножек, а потом и радостный детский голос:

— А-ньян! Ты вернулся!

Маленький мальчик в белом ханьфу с красными вставками несся прямо в объятия Вэй Усяня. Его щёчки и руки были испачканы в чернилах, а волосы собраны в кривой хвостик. Вэй Ин подхватил А-Юаня, с лёгкостью подбрасывая ребенка вверх, и радостно рассмеялся:

— Конечно, вернулся, я ведь уходил ненадолго! Ты чего такой чумазый?

— Я рисовал! — гордо ответил ребёнок, а потом надул щёчки и обиженно спросил: — А-ньян, почему ты не попрощался с А-Юанем?

Вэй Усянь с нежностью потрепал голову сына и сказал:

— Потому что А-Юань спал, я не хотел будить тебя. К тому же, посмотри, кого я привёл! — он указал свободной рукой на А-Ина. — Я нашёл тебе старшего брата!

Юань с интересом посмотрел на юношу с забинтованным лицом, который стоял на пороге и не знал куда себя деть.

А-Ин боялся реакции маленького ребёнка, отчего его пальцы нервно теребили нижние края короткого грязного халата.

Юань склонил голову набок и, смутившись, тихо спросил у своей матери:

— А где ты его нашёл?

— Как это где? — притворно нахмурился Вэй Усянь. — На грядке, конечно же! Ты что, не помнишь, как мы сажали тебе братиков и сестричек? Видишь, какой большой вырос!

Мальчик на мгновение нахмурился. Он вспомнил, как а-ньян закапывал его в землю, а рядом с ним много семян редиса. А-Юань тогда плакал, потому что хотел братика или сестричку, и Сянь-гэгэ начал поливать его и семена, приговаривая, что посадит и вырастит много маленьких А-Юаней, чтобы ему не было скучно. Глаза ребёнка расширились в догадке, откуда родитель приволок ему брата, и он запаниковал.

— Но... но... мы же редиску сажали! — глаза Юаня заблестели от слёз. — А потом... потом... Мы что же, съели всех моих братиков и сестрёнок, кроме него?!

Мальчик показал пальчиком на А-Ина и заплакал.

«Съели?..» — вопрос буквально повис в воздухе и все посмотрели на Вэй Усяня.

— Пфх, хахах... кхе-кхе-хех — сам Старейшина Или закрыл свободной рукой рот и начал давиться смехом, издавая странные звуки.

«Съели!» — Боже... как же он любил дразнить своего сына!

— Вэй Усянь! — грозный голос Вэнь Цин прервал всё веселье. — Хватит издеваться над А-Юанем!

Девушка вышла из-за двери и сразу увидела гостей. Ши Цинсюань с весельем смотрел на разыгрывающуюся драму, Мин И продолжал спать на его спине, а А-Ин смущённо посматривал на А-Юаня. Её взгляд сразу упал на раненного, Вэнь Цин нахмурилась и, указав пальцем на Ши Цинсюаня, сказала:

— Ты. Иди за мной. А-Юань, не плачь, а-ньян так шутит, — девушка развернулась и пошла в комнату, где лежали все её лекарства.

— А? О! Да! Иду! — растерялся Повелитель Ветра, удивлённый такой краткостью и властностью. Он быстро последовал за ней, отмечая, что храм был пусть и маленьким, но добротным. А ещё здесь пахло травами и лекарствами.

— Значит, никто не ел моих братиков и сестрёнок? — наивно спросил ребёнок, когда взрослые ушли.

Вэй Усянь перевёл взгляд на сына и в итоге согнулся в три погибели, едва не задыхаясь от хохота, а А-Юань в его объятиях понял, что его дурачат, и обиженно укусил а-ньян за щёку.

— А-Юань! Что это за дурные повадки? — возмутился Вэй Усянь, утирая слёзы, выступившие из-за смеха.

— А-ньян первый начал! Не смейся над А-Юанем!

Ещё один обиженный кусь достался носу Вэй Усяня.

— Ну ты... и редиска!

Ребёнок надул губы, выбрался из объятий родителя и потопал к А-Ину. Юань вцепился в его порванную штанину и спросил:

— А как тебя зовут? Я — А-Юань.

— Ин, — тихо пробормотал юноша.

— Ин-гэ, мы теперь семья, да? — большие глаза ребёнка буквально светились. — Мой а-ньян теперь и твой а-ньян тоже, да?

А-Ин запаниковал, переводя взгляд от А-Юаня к Вэй Усяню и наоборот. Вэй Ин фыркнул и пришёл ему на помощь.

— Именно! — Старейшина Илин поднялся с пола, чтобы потрепать волосы А-Ина, а в итоге заключил обоих детей в объятия. — Теперь мы все семья. Поэтому не ссорьтесь, хорошо?

Мальчики кивнули, и А-Юань внезапно сказал А-Ину:

— Ты должен называть Сянь-гэгэ — а-ньян и говорить, что он тебя родил!

— По...чему? — глаза юноши стали круглыми от удивления. Он не понимал, почему мужчину нужно называть матерью, а не отцом, это было абсурдно, как и утверждение того, что его родил всё тот же мужчина.

— Потому что он — наш а-ньян, а ещё это странно, но весело!

А-Ин озадаченно посмотрел на обретенного младшего брата и тихо прошептал:

— Ну... ладно...

Вэй Усянь весело фыркнул, чувствуя странную гордость за А-Юаня, и уже серьезно обратился к А-Ину:

— Скажи, тебе больно говорить?

Легкий кивок стал ему ответом.

— Понял, тогда молчи, — задумчиво кивнул Вэй Усянь. — Сейчас, конечно, Цин-цзе занята, но завтра она осмотрит тебя. И мы с ней вместе обязательно найдём способ вылечить... все твои болезни.

А-Ин скептически посмотрел на родителя и пожал плечами.

Вэй Ин сразу понял его настрой, но решил не обращать на это внимания. Вместо этого он с воодушевлением сказал:

— Что же, нам всем нужно принять ванну!