Мэйхуа.

Се Лянь, Ши Цинсюань и Вэй Усянь сидели в гостях у последнего и весело проводили время.

В то время как Повелитель Ветров и Бог Созидания и Потерянных Душ пили вино, Бог Войны ограничился всего лишь чаем. Мужчины обсуждали забавные случаи из жизни и делились последними новостями.

Одной такой новостью стали странные дела в деревне Куйджоу. Там стали пропадать мужчины и никто не мог понять, в чём дело. Даже заклинатели не нашли ничего потустороннего.

Ся Лянь слегка покачал пиалу с зелёным чаем и задумчиво сказал:

— Скорее всего, это дело рук демона. Иначе люди из великих орденов уже обнаружили бы виновника балагана. А вы что думаете?

Ши Цинсюань выпил разом чарку с вином, наслаждаясь прекрасным ягодным вкусом, и ответил:

— Определённо демон!

Вэй Усянь же согласно кивнул и полез в карман-цянькунь. Провозившись пару секунд, он наконец достал маленький, светло-зелёный шарик и направил в него немного своей энергии. На улице было очень душно, но вскоре боги почувствовали, как в храме становится прохладнее.

Быстро поняв, кто виновник таких изменений, Се Лянь чуть наклонил голову набок и с любопытством спросил:

— Как ты это сделал?

Увидев искренний интерес Наследного принца, Вэй Усянь широко улыбнулся, вытянул руку с небольшим шариком вперёд и ответил:

— Всё благодаря охлаждающему артефакту. Недавно придумал.

Впрочем, если быть ещё точнее, то копаясь в библиотеке предка, он нашёл одну очень интересную книжку со стихийными заклинаниями. Сам Старейшина Илина использовать их не мог из-за золотого ядра, но вот воссоздать подобный эффект на основе древних рун Вэй Усянь всё-таки сумел. Правда намаялся он с ними будь здоров, даже сейчас его раздражала сама мысль, что артефакт до сих пор не закончен, но пока что с этим ничего нельзя поделать, может, позже ему придёт озарение.

— На улице в последнее время очень жарко, и А-Юань очень мучается из-за этого, никакие наложенные на одежду заклинания не помогают, да и А-Ин больше любит прохладу. Вот и попробовал решить эту проблему. Только артефакт ещё недоработанный. Я пока не могу регулировать его температуру. Как вы заметили, охладитель очень быстро остужает всё вокруг, но потом его приходится запечатывать, доставая лишь время от времени.

Ши Цинсюань с интересом рассматривал гладкий шарик в руках Вэй Усяня. Этот артефакт был бы весьма полезен даже богам.

Когда они с Мин-сюном выполняли задание в пустыне, они умирали от жары. Ничто не помогало. В то время им бы очень пригодился этот артефакт.

— Удобно, — протянул Повелитель Ветров, наслаждаясь свежей прохладой.

Говоря о Мин-сюне... Ах, его друг в последнее время так занят! Ши Цинсюань не знал, чем именно, но всю последнюю неделю ему с огромным трудом удавалось вытащить нелюдимого друга на прогулку, всё «я не могу», «не мешай» да «подожди». Ну что за невозможный человек? Кхм, то есть бог.Кхм-кхм, то есть вообще демон. (простите не удержалась)

— Удобным он будет, когда я его доделаю. А пока что сойдёт.

Услышав недовольное бормотание Вэй Усяня, Се Лянь слегка улыбнулся. Всё-таки неспроста сяо Вэй стал Богом Созидания. Столь любопытный и дотошный до исследований человек, как никто другой подходил на роль покровителя учёных и инженеров.

— Кстати! Сяо Вэй, а где твои дети? — спросил Ши Цинсюань, положив подбородок на тыльную сторону ладони.

Когда Повелитель Ветров зашел в храм, он даже не нашел и следа детского присутствия. Что было удивительно, ведь младший сын сяо Вэя был довольно подвижным малым.

Вэй Усянь тихо фыркнул, отпивая из чарки вино, и ответил:

— У А-Юаня и А-Ина сейчас занятия с Ханьгуан-цзюнем. Думаю, они будут заняты до вечера. Лань Чжань очень ответственный, и пока они не поймут всё, что он объясняет, он от них не отстанет...

Ши Цинсюань понятливо кивнул и, громко рассмеявшись, сказал:

— Знаешь, каждый раз, когда я смотрю на вас, право слово, у меня возникает такое ощущение, будто вижу замужнюю пару.

Повелитель Ветров говорил это не всерьёз, но всё же доля правды в его словах была.

Вэй Усянь скосил заинтересованный взгляд на друзей. Он не знал, как они отреагируют на его слова, но всё же решил признаться и без смущения и страха протянул:

— Ну... Как бы это сказать... Возможно, твои ощущения верны?

Се Лянь, преспокойно пивший до этого чай, от неожиданности выпучил глаза и сильно закашлял, подавившись горячим напитком. Наследный принц с огромным удивлением смотрел на довольного Вэй Усяня, пытаясь понять, шутит ли тот снова или говорит правду. Судя по странной гордости и неприкрытой радости — последнее. Но в это было так трудно поверить!

Внутреннее волнение и непонимание охватили Се Ляня и он просто начал бессвязно бормотать:

— Я... А... Я... Поздравляю... Да? Да... М... Какой чай... у тебя очень вкусный чай! Да... Чай просто замечательный...

Пальцы Бога Войны начали подрагивать, из-за чего он ещё сильнее вцепился в пиалу в надежде успокоиться.

Повелитель Ветров в это время просто таращился на Старейшину Илина, а из его открытого рта вытекало вино. Дорогое, между прочим, вино! По Ши Цинсюаню было сразу понятно, что он думает. У него едва ли не на лбу светился вопрос «КАК?»

И не то чтобы Вэй Усянь не понимал такой реакции, в конце концов, до недавнего времени он даже не знал, что ему нравятся мужчины. Нет. Мужчины — это слишком громко сказано. Он просто любит Лань Чжаня, потому что его невозможно не любить, и тут уже не важно, какой у него пол. Так вот, возвращаясь к реакции его товарищей, Старейшина Илина действительно мог понять их, но это не мешало ему тонко издеваться над ними.

— Пф, — Вэй Усянь зажал себе рот рукой, сдерживая дикий хохот от столь забавного зрелища. Однако, несмотря на все старания, он не выдержал и громко расхохотался. — Ахахахах, видели бы вы свои лица! Ну и умора!

Ши Цинсюань тут же начал приводить себя в порядок, поправляя одежду и волосы, и, игнорируя смешки друга, удивленно спросил:

— А... Кхм... А разве так можно? Вы же... Ну... Оба мужчины...

Не то чтобы Повелитель Ветров испытывал непринятие такого рода отношений. Отнюдь нет. Просто... Он ещё ни разу не слышал, чтобы обрезанные рукава выходили замуж... Это было необычно.

Услышав подлинный интерес и непонимание, Вэй Усянь вопросительно приподнял одну бровь и спросил:

— А почему нет?

И тут на Наследного принца и Повелителя Ветров будто снизошло озарение.

А ведь и правда... Почему нет?

Оба бога, как под копирку, склонили голову набок и устремили вдаль пустой взгляд, в их мыслях царил хаос от понимания того, что и такое возможно.

Им надо было всё переосмыслить, а потому они просто тихо пробормотали:

— Действительно...

Видя у друзей состояние не состояния, Вэй Усянь решил сменить тему:

— Впрочем, что мы всё обо мне и обо мне. Лучше расскажите, чем вы занимались!

Се Лянь нервно улыбнулся, потихоньку приходя в себя, и сказал:

— Да в общем-то ничем таким... Уладил один очень старый конфликт с Его Высочеством Тайхуа. Встретил кузена... Он у меня, оказывается, стал четвёртым бедствием, и сейчас его зовут Лазурным Фонарём в Ночи...

— О, — Вэй Усянь удивлённо посмотрел на Наследного Принца. Он уже знал о четырех бедствиях, а потому был искренне поражён.

У Ши Цинсюаня же от таких новостей уже просто начал дёргаться глаз, он покачал головой и тихо, даже как-то устало, пробормотал:

— Ваше Высочество, а вы полны сюрпризов...

Се Лянь понимающе кивнул и заметил:

— Да уж... Даже для меня это стало неожиданностью.

И никто не усомнился в его словах. Наследный принц был слишком честным и прямолинейным для лукавства.

Но всё же это было действительно невероятно. Бог и почти непревзойденный демон — родственники? Такое встретишь нечасто.

Более того, Вэй Усянь слышал о том, что Лазурный Фонарь был сумасшедшим, да и к тому же у него был язык без костей. Но смотря на сдержанного и воспитанного Се Ляня, в это верилось с трудом.

— Он действительно такой, как о нём говорят? — спросил Старейшина Илина, наливая себе вино.

«Даже хуже...» — обречённо подумал Се Лянь, вспоминая Ци Жуна в моменты, когда сумасшедшая ярость затуманивала его разум, однако ответил следующее:

— Он... очень своеобразный. Но привыкнуть можно. Если очень постараться.

— Оу, — глубокомысленно протянул Вэй Усянь.

Если даже Се-сюн говорил о том, что у его брата сложный характер, должно быть, этот Лазурный Фонарь в Ночи действительно имел стервозный нрав.

— Да уж, да уж, — закивал Ши Цинсюань, словно поддакивая мыслям Старейшины Илина. — Просто удивительно, как интересно порой закручивается судьба...

Се Лянь на это лишь повёл плечами и поднял взгляд наверх, вспоминая далёкое прошлое:

— По правде говоря, он никогда не отличался человеколюбием, скорее наоборот.

Ци Жун действительно ни во что не ставил человеческую жизнь и это всегда было камнем преткновения между ними. Один раз даже дошло до того, что он едва не замучил ребёнка! Се Лянь до сих пор помнил то бедное дитя. Как жаль, что тогда он так поспешно сбежал...

Вэй Усянь понятливо кивнул и поинтересовался:

— А он действительно ест людей?

Наследный принц поморщился и с лёгким отвращением пробормотал:

— К сожалению...

Передёрнув плечами от омерзения, Старейшина Илина решил снова сменить тему, ибо эта была какой-то неприятной:

— А что за конфликт между тобой и его высочеством Тайхуа?

— О, это очень старый конфликт, и сейчас он почти улажен... — Се Лянь махнул рукой, как бы говоря, что это неважно, и посмотрев на Повелителя Ветров, спросил: — А как вы поживали всё это время?

Ши Цинсюань, словно дождавшись своего звёздного часа, начал с упоением рассказывать, что же нового произошло в его жизни за то время, которое они не виделись:

— Ах! Со мной столько всего случилось! Вы бы знали! Вот, например, недавно мы с сяо Вэем решили одно очень занимательное дело! Знаете деревеньку в Юнлине? Там образовался город призраков! Представляете? — он сделал драматичный взмах рукой, словно это было что-то немыслимое, а спустя секунду как ни в чём не бывало продолжил: — Однако сяо Вэй довольно быстро решил эту проблему! Призрачные жители с его помощью отпустили эту жизнь, отправившись на перерождение. Всё же не зря он стал Богом Потерянных Душ!

Се Лянь улыбнулся, с интересом наблюдая, как одна эмоция на лице Повелителя Ветров сменяется другой. Это было забавно. Такая искренность, патетичность и в каком-то смысле наивное ребячество Повелителя Ветров невольно располагали к себе. Неудивительно, что все боги в Небесном пантеоне любили с ним общаться.

Наследный принц кивнул головой, соглашаясь с последними словами Ши Цинсюаня, и заметил:

— Я слышал об этом. В общей духовной сети едва ли не каждый обсуждал эту новость.

— О, действительно? — удивлённо спросил Повелитель Ветров, не ожидая получить ответа. — Откуда они узнали... Я ведь рассказал только брату... Тц, иногда мне кажется, что от наших коллег невозможно ничего скрыть, они, как жуки, пролезут абсолютно везде! Ну да ладно. Что же ещё было? Хм... Ах, точно! Чуть не забыл! Я же хотел спросить у вас совет!

Вэй Усянь с Се Лянем навострили уши и с вниманием посмотрели на друга. Тот казался слегка смущённым, но в его глазах горел огонёк решимости. Наконец он сделал глубокий вздох и начал рассказывать то, что очень его тревожит:

— Знаете, в последнее время мне кажется я перестал понимать Мин-сюна. Вот, например, позавчера! — он сложил руки на груди и обиженно надул губы. — Я пытался вытащить его на фестиваль, раньше он обычно никогда не отказывал, но тут нет и всё! Он, видите ли, занят! И точно так же было на прошлой неделе! И позапрошлой! И вот так занят он весь последний месяц! Я просто в растерянности... Неужели я ему настолько наскучил, что он уже просто не хочет видеть меня?!

— Не думаю, что дело в этом, — попытался вставить Се Лянь, но его попросту не услышали.

— Или вот ещё! Всю последнюю неделю, когда мне удавалось вытащить его на свежий воздух, он так смотрел на меня! — Ши Цинсюань нахмурил брови и сжал губы, показывая, как именно на него смотрел Мин И. — Словно я его рыбок убил! А потом начинал пыхтеть, фырчать и ворчать, а иногда вообще орал, говорил, какой я дурак, и уходил! Но и это ещё не всё! Он ведь потом возвращался, тащил меня домой, долго сверлил взглядом, в котором буквально читалось «ИДИОТ», и уходил. И вот что это значит?! Я совсем его не понимаю!

Вэй Усянь удивлённо смотрел на крик души Ши Цинсюаня и вспомнил, кто бы мог подумать... себя и Лань Чжаня!

— Ох, как знакомо звучит.

Повелитель ветров вопросительно посмотрел на Старейшину Илина, и тот пояснил:

— Знаешь, Ши-сюн, у меня ведь была такая же проблема с Лань Чжанем. Он постоянно отталкивал меня, вообще был неприступной горой, однако... всё же всегда пытался спасти. Ну и вот... Сам видишь, чем это закончилось.

Вспоминая не такие уж и далёкие времена, Вэй Усянь не смог удержать смешка и, опрокидывая чарку с вином, заметил:

— Ши-сюн, успокойся, я уверен, что всё наладится, если просто поговорить друг с другом начистоту. В любом случае, одно я могу сказать точно — ты для него особенный.

«Особенный?» — мысленно повторил Ши Цинсюань и не удержался от скептического фырканья.

Конечно, сяо Вэй был Богом Потерянных Душ, и он, должно быть, лучше него разбирался в людских сердцах, но Повелителю Ветров уже казалось, что Мин-сюн действительно считает, что никакие они не друзья и Цинсюань просто сам напридумывал себе это.

— Очень сомнительно... — тяжёлый вздох сорвался с его губ.

Вэй Усянь посмотрел на опечаленного друга и серьёзно сказал:

— Это правда. Когда я считывал эмоции людей в Юнлине, у него были самые яркие. И поверь мне, там не было ни грамма ненависти! — он резко замолчал, думая о том, что ненависти действительно не было, однако... Было столько противоречия и душевной боли по отношению к Повелителю Ветров, что ему стало жутко интересно, что у них могло такого произойти. Ну... столь яркие эмоции явно не на пустом месте появились.

Старейшина Илина слегка толкнул Ши Цинсюаня плечом и попытался поднять упавшее настроение:

— Ши-сюн, если бы ты ему был безразличен, разве прикрывал бы он тебя в опасных ситуациях? Разве волновался бы за тебя? Или делился бы с тобой своей едой? А учитывая его огромную любовь ко всему, что можно съесть, последний вопрос должен навести на конкретный ответ.

Более того, Вэй Усянь не спешил говорить об этом, искренне считая, что в этом должен признаться сам Мин И, но он точно знал, что Повелитель Земли действительно дорожит Ши Цинсюанем, и даже больше, Повелитель Ветров нравился ему! О да, эти чувства Вэй Усянь уловил сразу. Они были ему прекрасно знакомы, ведь они с Лань Чжанем ощущали то же самое по отношению друг к другу. И увидеть отражение их чувств в другой душе труда не составило.

Ши Цинсюань покачал головой и, грустно вздохнув, сказал:

— Хотелось бы, чтобы ты был прав...

Старейшина Илина моргнул, прислушался к эмоциональному фону друга и понял кое-что очень важное... Ши Цинсюань был влюблён! Он действительно был влюблён! В Мин И! Получается... они оба чувствуют друг к другу влечение, но не могут признаться в этом даже самим себе?

Ох...

Что же, хорошо. Вэй Усянь просто обязан помочь другу хотя бы понять собственные чувства! Иначе так и будут до конца жизни играть в друзей, боясь сделать шаг вперёд.

— Ши-сюн, как думаешь, Мин-сюн красивый?

Ши Цинсюань удивлённо посмотрел на Вэй Усяня, не понимая, к чему этот вопрос, и ответил:

— Чего это ты так неожиданно... Ну... Объективно, я — красивее. В любом обличии. И поклонников у меня куда больше. И характер у меня лучше. И вообще, я выгляжу просто великолепно. Но Мин-сюн... у него особенная красота. Есть в нём что-то такое, что заставляет замирать сердце. А ещё он очень харизматичный.

Вэй Усянь хрюкнул, сдерживая смех, и продолжил наводить друга на определённые мысли:

— Но тебе ведь он нравится? Ты чувствуешь себя с ним комфортно?

Повелитель Ветров ненадолго задумался, вспоминая мрачного и вечно раздражённого Повелителя Земли. Что же, учитывая все его недостатки, это было странно, но Ши Цинсюань действительно чувствовал себя с ним хорошо:

— Да. Мне нравится проводить с ним время. Он очень интересный собеседник, и на него всегда можно положиться. У него довольно занимательный характер... он отвратительный на самом деле, однако... есть в нём что-то завораживающее.

Вэй Усянь сам себе кивнул, налил в чарку друга побольше вина, сказал, чтобы тот её выпил, и когда это было сделано, на полном серьёзе изрёк:

— Ты любишь его.

Повелитель Ветров вылупился на Старейшину Илина, пытаясь понять, шутит ли тот, но по его ехидному лицу было невозможно понять, говорит Вэй Усянь на полном серьёзе или нет.

Ши Цинсюань почувствовал сильное смущение от того, что, во-первых, от этой мысли ему ни капельки не противно, наоборот, сердце стало биться сильнее, а во-вторых, одно дело, когда об этом думают, и совсем другое, когда говорят вслух. Он прикусил внутреннюю сторону щеки и резко замахал руками, говоря, что сяо Вэй ошибается и этого просто не может быть.

— Я люблю Мин-сюна как друга!

Ах, как они вообще дошли до этого?!

Се Лянь, наблюдающий за этим цирком, решил, что больше его уже ничем удивить нельзя, поэтому он налил себе побольше чая и изрёк:

«Вижу снова простор голубой,

Над беседкою тихий закат.

Мы совсем захмелели с тобой,

Мы забыли дорогу назад.»Ли Цинчжао

Ши Цинсюань:

— Ваше Величество... вы о чём?

Се Лянь:

— Да так, вспомнился стих о любви.

Ши Цинсюань удивлённо открыл рот, во все глаза уставившись на Наследного Принца, а затем с возмущением прокричал:

— И вы туда же?!

Се Лянь спрятал улыбку за пиалой с чаем, нарочито ничего не говоря, а сам вспомнил Сань Лана. Как-то он тоже упоминал, что испытывает нежные чувства к одному человеку. Должно быть, она действительно прекрасная девушка, раз смогла пленить сердце непревзойденного демона.

Эх, такое ощущение, будто весна наступила у всех его знакомых...

Вэй Усянь с недоумением посмотрел на Наследного Принца, мысленно повторяя строки стихотворения, однако, так и не найдя даже намёка на влюбленность или симпатию, спросил:

— Где здесь строки о любви? Се-сюн... Ты говоришь прямо как бабушка... Тебе что, сто лет?

— Вообще-то восемьсот, — деликатно покашлял Се Лянь, нарочито стряхивая с себя несуществующую пыль.

— О... точно же... — Вэй Усянь слегка стукнул свою голову ладошкой, а затем громко расхохотался:

— Так ты же, получается, дедушка!

Наследный принц тихо фыркнул, но также не сдержал улыбки. Право слово, как его только не называли... Хотя дедушкой назвали впервые...

Ши Цинсюань с облегчением выдохнул, радуясь, что про него забыли, и чтобы тема вновь не вернулась к его чувствам, он с любопытством спросил:

— Не хотите наведаться в Куйджоу? Мне жутко интересно, что там за демон.

Вэй Усянь прислушался к собственным ощущениям. Всё было нормально, силы после расторжения договора восстановились, поэтому он сказал:

— Мне тоже любопытно.

Наследный Принц согласно кивнул, на том и порешили.